Кравчук, а. Троянская война. Миф и история / а. Кравчук. - м., 1991. - с. 25-31

Творчество аэдов достигло наивысшего расцвета в XII-VIII веках до нашей эры. Это не значит, что певцов-сказителей не существовало раньше или позднее. Творчество аэдов уходит своими корнями в великую и славную эпоху, которую мы называем микенской. (Так в современной науке принято называть период древнегреческой истории XVI-XII веков до нашей эры.) Одним из главных политических и культурных центров в тот период были Микены, расположенные на Пелопоннесском полуострове в области Арголида. В «Илиаде» микенский царь Агамемнон выступает как верховный вождь всего греческого воинства. В Микенах по сей день сохранились развалины большого замка, в царских могильниках которого археологи обнаружили неисчислимые сокровища.

Микенская эпоха составляет исторический фон большинства греческих мифов, в том числе повествующих о Троянской войне. В ту эпоху возникли не только многие легенды, но и языковые формулы, благодаря поэзии аэдов сохранившиеся неизменными на протяжении столетий. Хотя микенский мир пришел в упадок уже в XII веке до нашей эры, память о его царях, героях, войнах и дворцах продолжала жить в преданиях, песнях, поэмах.

Тематика эпических песен весьма разнообразна. Герои «Илиады» и «Одиссеи» часто вспоминают о великих походах и войнах прошлого: о походе семи царей против Фив, о плавании аргонавтов за золотым руном, о Калидонской охоте. Всем этим преданиям были посвящены эпосы, подобные «Илиаде» и «Одиссее», но значительно более древние, чем эти две великие поэмы. К сожалению, все древнейшие эпосы погибли. Сохранились лишь две знаменитые поэмы Гомера, позволяющие нам судить о творчестве многих поколений аэдов. Хотя обе поэмы со времен глубокой древности приписываются одному автору, совершенно очевидно – и это легко доказать, – что они возникли неодновременно. «Одиссея» моложе «Илиады» по меньшей мере на несколько десятков лет. Но даже когда речь идет об «Илиаде», авторство Гомера не представляется бесспорным.

Известно, что имя Гомера в древности глубоко почиталось. Однако сведения о нем чрезвычайно скудны. Существовали всевозможные биографии поэта, но они относились к более позднему времени, содержали массу противоречивых данных и были, мягко говоря, в значительной степени фантастичны. Уже в древности, о чем сообщает античное двустишие, за право называться родиной величайшего греческого поэта «спорили семь городов». В действительности таких городов-претендентов было по меньшей мере двадцать, поскольку в состав упомянутой семерки входили то одни, то другие города. Ненадежны и попытки древних авторов определить даты жизни Гомера. Высказывалось предположение, что он был современником описанных им событий, то есть жил во времена Троянской войны, которая, по наиболее распространенному мнению, велась около 1200 года до нашей эры. Согласно другим авторам - а их несомненное большинство, – Гомер жил спустя несколько столетий после падения Трои. Критический анализ тех сведений о личности Гомера, которые содержатся в древних источниках, показывает, что заслуживает внимания лишь следующее.

По всей вероятности, между 800 и 750 годами до нашей эры жил некий аэд, чье имя звучало так: Мелесиген. Происходя из города Смирна на побережье Малой Азии, Мелесиген много лет прожил на острове Хиос. Он хорошо знал район, где некогда высилась Троя. Возможно, что поэт какое-то время находился при дворе некоего знатного человека, род которого восходил к одному из героев Троянской войны. Мелесигену принадлежит идея: выделить из большого числа героических песен и легенд один из эпизодов – гнев Ахилла и его пагубные последствия – и положить его в основу сюжета эпопеи. Выстраивая композицию своего произведения, автор проявил большое мастерство и изобретательность. Все в поэме связано, взаимообусловлено и мотивировано. Поэт стремится подробно объяснить причину развития событий именно так, а не иначе. Создается впечатление, что он испытывает особое удовольствие, обосновывая те или иные события. Фактов случайных, мотивировка которых представляла бы для него трудности, он избегает. Даже поступками богов руководят не воля случая и не прихоть, а определенные побуждения и желание достичь конкретной цели, помочь тому или иному народу. Автор «Илиады» не был оригинален в области языка, стилистики и стихосложения. Поэтическое мастерство досталось ему в наследство от многих поколений предшественников, певцов-сказителей древности. Зато ему, несомненно, принадлежит заслуга создания стройной, четко продуманной композиции. Так на основе внимательного изучения «Илиады» нам удалось сделать ряд выводов относительно творчества поэта, о котором другие источники нам почти ничего не говорят. Не приходится удивляться тому, что сведения о Гомере так скудны и ненадежны. Ведь он был лишь аэд, и современники относились к нему как к ремесленнику, слагающему стихи и поющему песни. В одном месте «Одиссеи» как равные перечисляются: прорицатель, врач, плотник, аэд. В те времена поэт, творческая личность, еще не был окружен особым уважением и почитанием.

В 1795 году немецкий филолог Фридрих Август Вольф в своей книге «Введение к Гомеру» высказал мнение, что «Илиада» и «Одиссея» – это собрание отдельных песен. Ученый выступил с утверждением, что такие крупные поэмы не могли создаться в известной нам форме, не будучи зафиксированы на письме. А поскольку в ту эпоху в Греции письменность не существовала, первоначально должны были возникнуть лишь короткие песни, рассчитанные на устное воспроизведение. Эти песни варьировались и видоизменялись до тех пор, пока в VI веке до нашей эры не были сведены воедино и записаны. Со времен Вольфа появилось огромное множество филологических трудов, развивавших его идеи. Их авторы с высокой эрудицией и изобретательностью выявляли первоначальные тексты, которые позднее вошли в состав «Илиады» и «Одиссеи». Иными словами, дело изображалось так, словно великие литературные произведения создаются подобно тому, как в наши дни нередко пишутся научные сочинения – посредством переложения чужих мыслей. Используя такой прием, нетрудно из двенадцати книг скомпоновать тринадцатую, столь же заурядную, как те двенадцать.

Сейчас мы отказались от наивного и, по сути дела, поверхностного толкования такого поэтического шедевра, каким является «Илиада». Вместе с тем в настоящее время никто уже не утверждает, будто Гомер является автором поэмы от первой строки до последней. Эпопея, которая возникла как произведение устного творчества, претерпевала изменения. И даже если она сравнительно рано – возможно, уже в VIII веке до нашей эры – была закреплена на письме, позднее в нее могли включаться отдельные стихи и эпизоды, не нарушавшие строго продуманной композиции и стройной организации всего материала. И вообще – что такое авторство в эпоху аэдов? Ведь стиль, формулы, мотивы, повторяющиеся описания были общим достоянием. Каждый аэд достаточно свободно пользовался достижениями и находками многих поколений своих предшественников. Выстраивая свое повествование, певец вплетал в него древние песни. При этом он сознавал, что так же обойдутся с его творением другие поэты-сказители. Милман Перри показал в своих трудах, что многие поколения певцов-сказителей в состоянии сохранить на века даже весьма обширные эпические произведения.

Что же касается идеи – сделать гнев Ахилла организующим началом эпоса, – то она, несомненно, зародилась в голове определенного, конкретного поэта. Форма же, мотивы, стилевые особенности определялись древнейшей традицией. Таким образом, говоря «Гомер», мы выражаем свое преклонение перед памятью многих поколений анонимных певцов.

Гомеру в древности приписывались не только «Илиада» и «Одиссея», но и другие произведения: гимны богам, эпиграммы и даже шутливая поэма «Война мышей и лягушек». Говорили, что ему принадлежит цикл поэм о начале и конце Троянской войны, т.е. о тех событиях, которые в «Илиаде» лишь попутно упоминаются. Называли, правда, и имена других авторов. Аристотель, вопреки более ранней традиции, считал, что поэмы Троянского цикла не могут быть творениями Гомера, поскольку с точки зрения концепции и композиции они разительно отличаются от «Илиады». Без сомнения, Аристотель прав, хотя трудно составить себе полное представление об этих поэмах, поскольку ни одна из них до нас целиком не дошла, и мы судим лишь на основании небольших фрагментов и кратких изложений. Мы даже не имеем возможности ответить на вопрос о том, когда они возникли – до «Илиады» или после нее.