Виктор дрожащими руками закуривает папироску. Валя от неловкости занялась чем-то случайным.

В и к т о р (не двигаясь). Я уйду сейчас, мне надо уйти... Как давно я ее не видел — вот морщинка возле губ, ее не было прежде. Значит, она все еще любит Сережу... Платьице — его тоже не было прежде. Вот сейчас я встану и уйду. Нет, не могу... Все напрасно. В а л я (без движения). Странно, как странно. Вот почему он не приходил так долго... Сережа... его смерть мешала ему прийти. Совсем другие глаза. Неужели с ним я танцевала когда-то в парке? Нет, он совсем другой. Но почему он молчит? Как тихо. Бедный Витя. В и к т о р (после молчания). Как живешь? В а л я (словно удивляясь). Живу. В и к т о р. Скучаешь? В а л я. И так бывает. (Помолчав.) Нет Сережки, и меня нет, кажется. В и к т о р. Зачем ты... (Резко.) Не говори так. В а л я. А ты меня не жалей. И мне свои радости оставлены. Вдовьи радости. Ребят вырастить надо, об их счастье позаботиться... В и к т о р. А ты сама? Твоя-то жизнь где же? Комнатку приберешь — хозяйство, ребятки. Не мало ли, Валька? В а л я. А мне много... зачем? (Усмехнулась.) С голоду не умру. Денег, спасибо вам, хватает. В и к т о р (яростно). Хочешь, скажу правду? Не рад я за тебя, что ты эти деньги приняла!.. Не рад, Валька... В а л я. Новости... Почему это? В и к т о р. Мне с детских лет благодеяния противны. Ты гордая была, оттаянная... А сейчас — на себя обернись... В а л я. Ну... что замолчал? В и к т о р. Иждивенкой заделалась! В а л я (с некоторым изумлением глядит на него). Вот ты какой стал... Витя. В и к т о р. Меня таким любовь к тебе сделала. В а л я. Злым! В и к т о р. А хоть бы. В а л я. Злым, злым!

Входит Лариса.

Л а р и с а. Вы что тут шумите? В а л я (беспокойно). Глупости... Л а р и с а. Пойди к ребятам, Валька, Сердюка смени... Не засыпают они без тебя...

Валя молча кивает головой и убегает.

Хорош. Полгода пропадал, а явился и скандал устроил? В и к т о р. Не любишь ты ее! Л а р и с а. Еще чего? В и к т о р. Никто ее не любит. Л а р и с а. Ты что, взбесился?

Входят Сердюк, Родик, Денис, за ними бежит Зинка.

Уймите сменного, товарищ Сердюк. Он у вас на людей кидается. (Выходит из комнаты.) С е р д ю к. Ты что, Виктор? В и к т о р (угрюмо). Ладно... З и н к а. А Лапченко где же? Р о д и к. Пропал для общества наш Лапченко. Д е н и с. Стоит у кино — Нюрочку свою ожидает. Р о д и к. Эх, Витя, только мы с тобой в одиночестве и остались. С е р д ю к. Это что, в мой огород стрельба? В и к т о р (неожиданно резко). А ну садитесь все — поговорим начистоту. Долго я вам подпевал, а теперь — все, хватит! З и н к а. Да он и вправду какой-то ненормальный... В и к т о р. Отойди в сторону, малявка, тут мужской разговор. С е р д ю к. А ну, тихо. Сменный говорить хочет. В и к т о р. Нескладно с Валентиной у нас, батя... Деньги ей платим, а за что? За то, что она сложа руки без дела сидит? С е р д ю к. Сдурел, сменный? З и н к а. Что ты, Витюша... Р о д и к. Как не стыдно тебе... В и к т о р. Молчи, Родион, это ты ее человеческое достоинство унижаешь своими интеллигентскими выдумками... Д е н и с. Что говоришь, Витька!.. Р о д и к. Ну знаешь, братец...