Глава V

Индивидуализация, институционализация и стандартизация жизненных обстоятельств и образцов биографий

“Индивидуализация” - понятие чрезвычайно многозначное, вводящее в заблуждение и даже, быть может, ложное, однако указывающее на нечто важное. И до сих пор подойти к нему пы­тались именно со стороны этого важного, со стороны реально­сти. Многозначность же этого слова оставляли по возможнос­ти в стороне. Ниже мы попробуем двумя этапами ввести несколько понятийно-теоретических уточнений. Прежде всего набросаем общую, аналитическую и как бы внеисторическую модель индивидуализации, что позволит во многом обобщить классическую дискуссию начиная с К. Маркса, М. Вебера и кон­чая Э. Дюркгеймом и П. Зиммелем, а также, быть может, разъяснить некоторые центральные недора­зумения. Во-вторых, эта “модель” будет дополнена и уточнена применительно к послевоенной ситуации в ФРГ. Причем тео­рема индивидуализации займет центральное место: то, что в последние два десятилетия наметилось в ФРГ (а возможно, и в других индустриальных странах Запада), необходимо интерпре­тировать уже не имманентно, в рамках прежней системы поня­тий, как изменение сознания и положения людей, а - прошу прощения за усложненность формулировки - как начало ново­го способа обобществления, как своего рода “метаморфозу” или “категориальное изменение” в отношениях индивида и обще­ства*

1. Аналитические аспекты индивидуализации

“Индивидуализация” как явление возникла отнюдь не во второй половине XX века. Аналогичные “индивидуализирован-

* Примерно о том же писали М. Коул и Г. Роберт в 1984 году, говоря об “индивидуальности как (исторически новой) форме обоб­ществления”.

ные” стили жизни и жизненные ситуации можно найти в эпоху Возрождения, в придворной культуре средневековья, в духовном аскетизме протестантизма (Макс Вебер), в ос­вобождении крестьянина от сословной покорности (Маркс), в XIX и в начале XX столетия — в ослаблении внутрисемейной связи между поколениями (Имхоф), а также в процессах мо­бильности — скажем, в бегстве из деревень и стремительном ро­сте городов и т. д. В таком обобщенном смысле “индивидуализация” подразумевает определенные субъективно-биографические аспекты процесса цивилизации (по Н. Элиасу), особенно на его последней ступени индустриализации и модер­низации: модернизация ведет не только к образованию централизованной государственной власти, к концентрации ка­питала и все более утонченному переплетению разделений тру­да и рыночных отношений, к мобильности, массовому потреб­лению и т. д., но и - тут мы подходим к обобщенной модели — к тройной “индивидуализации”: освобождению от исторически заданных социальных форм и связей в смысле традиционных обстоятельств господства и обеспечения (“аспект освобожде­ния”), утрате традиционной стабильности с точки зрения дей­ственного знания, веры и принятых норм (“аспект разволшеб-ствления”) и — что как бы инвертирует смысл понятия — к новому виду социальной интеграции (“аспект контроля и реинтеграции”).

Эти три момента — выделение (освобождение), утрата стабиль­ности, новая интеграция — сами по себе уже суть неиссякаемый источник недоразумений. Они образуют общую, внеисторическую модель индивидуализации. Однако мне представляется важным дифференцировать ее понятийно по еще одному аспекту: а имен­но по (объективной) жизненной ситуации и (субъективному) созна­нию (идентичность, становление личности). Тогда мы получаем такую таблицу:

Индивидуализация

	Жизненная ситуация объективно	Сознание/идентичность субъективно
Освобождение
Утрата стабильности
Вид контроля

Главное недоразумение, связанное со словом “индивидуализа­ция”, вытекает и подпитывается из его отождествления с правым верхним полем: у многих “индивидуализация” ассоциируется с индивидуацией и приравнивается к становлению личности, не­повторимости и эмансипации*. Может быть, это и верно. А может быть, нет, и даже совсем наоборот. Касательно всей правой части до сих пор сказано мало или вообще ничего. По сути, это была бы совершенно отдельная книга. В основном все рассуждения огра­ничивались левой объективной частью. А это значит, что инди­видуализация понималась как историко-социологическая, обще­ственно-историческая категория, относящаяся к традиции исследований жизненных ситуаций и биографий и прекрасно уме­ющая различать то, что происходит с людьми, и то, как они в своем поведении и сознании с этим обращаются. Главный вопрос этой главы не в пример постановкам вопроса, ориентированным прежде всего на сознание, идентичность, социализацию, эманси­пацию, звучит так: Каким образом можно выразить “индивидуали­зацию” как изменение жизненных ситуаций, образцов биографий ?Какой тип жизненных ситуаций, какой тип биографии выходит на передний план в условиях развитого рынка труда?