Тема 5. Социальная философия

• Общество

• Философия истории

• Современное и будущее общество

Общество – совокупность исторически сложившихся форм совместной деятельности людей, сложная развивающаяся система их деятельности. До XIX в. в понимании природы общества преобладали религиозно-идеалистические представления, согласно которым общество есть продукт божественной воли и ведущим началом его жизнедеятельности является дух.

В современной философии и науках об обществе можно выделить несколько ведущих подходов к данной проблеме. Натуралистические концепции основное внимание уделяют географическому, биологическому и демографическому факторам. Слабое место данных концепций – сведение социальных закономерностей к биологическим.

К натуралистическим концепциям относится, например, геополитика – теория западной политологии и социальной философии, согласно которой внешняя (и во многом – внутренняя) политика государств определяется прежде всего природно-географическими факторами, такими как наличие и характер полезных ископаемых, водоемов, рост населения, географическое расположение, ландшафт, климат и др. Основы геополитической теории были разработаны в конце XIX – начале ХХ вв. Среди ее родоначальников – немецкий ученый Ф. Ратцель и шведский ученый Р. Челен, который и ввел данный термин. Геополитическая идея необходимости борьбы за «жизненное пространство», выдвинутая К. Хаусхофером, активно использовалась нацистами. В 1940-80-е гг. в условиях биполярного миропорядка геополитическая идея «извечной» борьбы морских (в ХХ в. это Англия и США) и континентальных держав служила обоснованием создания антисоветских военных блоков, призванных сдерживать «имперские устремления» СССР. В то же время у геополитики есть вполне реальные основания. На ее основе, например, американский профессор Р. Коллинз в 1980 г. предсказал скорый распад СССР.

Психологическое направление (фрейдизм и др.) видит основу общественного развития в психофизиологии личности, прежде всего в инстинктах. В теории социального действия (М. Вебера, Т. Парсонса и др.) общество представляет собой систему социальных ролей, которые играют люди. В марксизме основное внимание уделяется результатам, продуктам (в первую очередь материальным) деятельности масс. Здесь человек есть продукт общественных (прежде всего, производственных) отношений.

Есть попытки выделения не одного, а нескольких оснований общественного развития. Так, М. Вебер, не отрицая значения экономики, постарался доказать, что не меньшую роль в истории играют политика и культура. К примеру, он показал влияние протестантской этики XVI в. с ее идеями рационализма и честного предпринимательства (как служения Богу, а не средства наживы) на формирование капиталистических отношений в Западной Европе. Согласно М. Веберу, новоевропейская буржуазная цивилизация, сложившаяся в XVI – XVIII вв., стала результатом уникального сочетания экономических, политических, духовных и иных факторов. Такой плюралистический, комплексный подход получил условное название «теории факторов». Однако универсальной теории, объясняющей природу общества пока не создано.

Структура общества. Хотя общество функционирует как единый организм, в нем существуют определенные подсистемы, или сферы жизнедеятельности, – экономическая, социальная, политическая и духовная. При анализе экономики, как правило, рассматриваются степень развития производительных сил (люди с их профессиональными знаниями, умениями и навыками и средства производства) и характер производственных отноше­ний (отношения собственности, обмена, распределения и по­требления). В социальной сфере главное внимание уделяется формированию и развитию классов, социальных слоев и других социальных групп, в т.ч. этнических общностей (род, племя, на­родность, нация и др.); в политике – отношениям между соци­альными группами, государственными органами и обществен­ными организациями (в т.ч. партиями) по поводу завоевания государ­ственной власти и участия в управлении обществом; в духовной сфере – эволюции различных форм общественного сознания: нравственного, религиозного, эстетического, фило­софского, политического, научного, экономического и экологи­ческого (как на уровне обыденного сознания, социальной психо­логии, так и систематизированных знаний, или идеологии).

Вопросы развития общества – область философии истории. Люди давно пытались понять смысл своего существования и логику развития общества. В древности и Средние века, когда история еще не была наукой и в основном сводилась к составлению хроник «по царям», господствовали мифологические или религиозные представления о том, что все происходит по воле богов, а мир движется по кругу (циклу) от рождения к гибели и новому рождению. Цикл стал первым паттерном истории (от англ. pattern – эталон, образец, модель). В эпоху европейского Просвещения (ХVIII в.), когда историческое познание начинает приобретать черты логически обоснованной теории, утверждается идея о том, что не только Бог, но и человек может творить историю и при этом прогрессивно развиваться. Прогресс заключается в том, что общество становится все более разумным, справедливым и технически сильным. Так появился векторный (линеарный, прогрессистский) паттерн. В XIX в. Г. Гегель объединил обе названные модели исторического процесса – циклическую и прогрессистскую. В итоге появился образ развития общества «по спирали». Всемирную историю Г. Гегель разделил на три этапа (витка спирали): Восточный мир, Греческий и Римский мир, Германский мир (Западная Европа в Новое время). Именно с этим открытием Г. Гегеля принято связывать появление историософии (философии истории) и исторической науки. Названные паттерны сегодня используются в различных социально-философских теориях. Например, идея замкнутого цикла применяется в теории локальных цивилизаций, идея прогресса – в теории модернизации, а образ развития по спирали – в марксизме. Существуют и иные образы исторического процесса. Они лежат в основе определения закономерностей истории, например, социальных ритмов, из которых на сегодня наиболее исследованными считаются 11-летние циклы, описанные А.Л. Чижевским, и 48–55-летние экономические циклы, открытые Н.Д. Кондратьевым. Одним из наиболее дискуссионных в современной философии истории является вопрос о наличии и, главное, о возможности исследования законов истории.

В современной философии истории существуют две кон­курирующие парадигмы: формационная и цивилизационная. В середине XIX в. К. Маркс, опираясь на учение Г. Ге­геля, создал новую концепцию философии исто­рии. Главным отличием марксизма от предшествующих теорий было материалистическое понима­ние истории, при котором основной причиной прогресса счита­ется рост материальных потребностей людей. На этой основе разработана концепцию научного социализма (научного коммунизма).

Социализм (от лат. socialis – общественный) – теории и практика по­строения общества социальной справедливости, альтернативные (противопо­ложные) капитализму. Как правило, связаны с отрицанием или существенным ограничением частной собственности. Социалистические теории (и партии) появились в XIX в. Наиболее влиятельными были партии и движения, выра­жавшие интересы рабочих и крестьян. Но существовали (и продолжают суще­ствовать) также теории феодального, религиозного, национального социа­лизма. В марксистской теории XX в. термином «социализм» обозначается тип общества – первая стадия коммунистической формации.

Коммунизм – теория построения бесклассового общества, экономика которого основана не на частной, а на общенародной собственности. В XIX в. «коммунизм» был синонимом понятия «социализм». В раннем марксизме «коммунизм» – идея обобществления, отрицания частной собственности. В зрелом марксизме это – определенный базис (формация), приходящая на смену капиталистическому способу производства. В XX в. марксисты под комму­низмом стали понимать не только способ производства, но и тип общества (включающий базис и надстройку), для которого будут характерны общест­венное (не государственное) производство, распределение и самоуправление, а также свободное, всестороннее и гармоничное развитие личности.

К. Маркс и Ф. Энгельс считали, что общество развивается не путем постепенной эволюции, а через качественные револю­ционные скачки, обусловленные противоречиями между произ­водительными силами и производственными отношениями. Раз­ные типы производственных отношений (феодальный, капита­листический и др.) К. Маркс объединил заимствованным из геологии термином «формация» (экономическая общественная формация). Формация, или способ производства, тип производственных отношений, по Марксу, является базисом общества, определяющим тип политических и духовных отношений (надстройки). Формационный подход к истории позволил представить ее как спираль, каждый виток которой – это новый, более про­грес­сивный способ производ­ства¹. Всего их шесть:

первобытнообщинный

восточный

(или азиатский, характерный для Индии, Китая и других государств древности)

рабовладельческий

(или античный, получивший распространение в Древней Греции и Риме)

феодальный

(зародившийся в средневековой Европе)

капи­талистический

коммунистический

К. Маркс и Ф. Энгельс не сводили все богатство исторического процесса к смене способов производства. Они считали, что надстройка часто оказывает обратное влияние на базис. Мало того, ведущая роль эконо­мики, по их мнению, явление временное. В ряде последних работ они наме­тили новый вариант формационной теории. В ней развитие человечества на­чинается с «первичной формации» (первобытного общества), где главную роль играет не экономика, а биологическое выживание, продолжение рода. Здесь человек зависит от природы. Во «вторичной формации», включающей все экс­плуа­та­торские общества, ведущим фактором становится экономический. Пере­ход к коммунистической формации означает конец «царства необходимо­сти», «предыстории» и начало собственно человеческой истории, в которой обще­ство, сознательно избавившись от эксплуатации, государства и других факто­ров, сдерживающих прогресс, сможет развиваться свободно. Тем самым ло­гика истории заключается в постепенном преодолении зависимости человека от природы и экономики и установлении господства разума. В таблице 1 при­ложения показано соотношение основного и более позднего вариантов форма­ционного подхода. Смысл последнего заключается не только в том, чтобы четче обосновать идею построения общества, основанного на разуме, но и объяснить многовариантность развития человечества. Так, вторичная форма­ция соответствует четырем эксплуататорским способам производства, сме­няющим друг друга во всемирной истории. При этом, как считал Маркс, еди­ных для всех стран «правил» прохождения этих ступеней не существует. Если в Греции были рабовладение, феодализм и капитализм, в Германии – феода­лизм и капитализм, то Россия при благоприятных обстоятельствах сможет на своем пути к коммунизму ограничиться лишь феодализмом. Специфику рус­ской истории Маркс объяснял, в частности, сохранением крестьянской об­щины.

В целом формационная теория как одна из первых попы­ток серьезного научно-философского анализа закономерностей развития обще­ства заслуживает высокой оценки. Марксу удалось показать большую роль материального производства, дать подробный анализ капитализма, подчеркнуть нравственную ценность труда, коллективизма и стремления к спра­ведливости, а главное – применить к истории диалектический метод. Последний позво­ляет представить противоречия как источник саморазвития об­щества. В то же время в марксизме есть много весьма спорных моментов, таких как преувеличение в истории роли экономики, классовой борьбы, политических революций и частной собст­венности. Увлечение экономическим анализом заслоняет поли­тические и культурные проблемы, которые в марксизме отно­сятся к «надстроечным». Усиленное внимание К. Маркса к по­литическим революциям принижает значение культурных рево­люций, а также реформ и эволюционных процессов. Частная собственность, действительно, важна для развития капитализма, но в других типах общества она играет гораздо менее заметную роль. А ее ликвидация еще не означает уничтожения эксплуата­ции и несправедливости, как показал опыт строитель­ства социализма в СССР и ряде других стран.

В советском варианте марксизма под формацией стали понимать не базис, а тип общества в целом (базис + надстройка). Формационная теория во многом превратилась в жес­ткую схему фатальной смены пяти типов общества: первобытного, рабовла­дельческого, феодального, капиталистического и коммунисти­ческого. В СССР марксизм получил известное развитие – он был дополнен теориями империализма и построения социализма в одной стране, другими новациями. Однако попытка построить общество социальной справедливости, пользуясь такой идеоло­гией, оказалась не слишком удачной, что привело большинство отечественных философов к разочарованию в познавательных возможностях марксизма. Сегодня более предпочтительным считается цивилизационный подход к истории.

Достоинством цивилизационного подхода является ориен­тация на анализ всех сфер общественной жизни. Его сложность и основной недостаток заключаются в наличии нескольких де­сятков, часто прямо противоположных друг другу, определений понятия «цивилизация». Однако при всем их многообразии можно выделить два основных варианта названного подхода – глобальный (общеземной, всемирный, общечеловеческий) и ло­кальный.

Глобально-цивилизационный подход основан на идее единообразия в прогрессивном развитии всех народов. В европейскую общественную мысль понятие «цивилизация» (от лат. civilis – городской, гражданский, государственный) ввел в ХVIII в. французский экономист В. Мирабо. Поначалу оно было синонимом «культуры». Просветители этого времени цивилизованным, культурным называли разумно органи­зованное, развитое общество.

Шотландский мыслитель ХVIII в. А. Фергюсон предположил, что в своем становлении человечество проходит три этапа: дикость, характеризующуюся совместным трудом и потреблением; варварство, при котором возникает сельское хозяйство и общественное неравенство, и цивилизацию, отличительными признаками кото­рой являются общественное разделение труда, классы и государство. В отечественной литературе такое деление истории больше известно по работам Ф. Энгельса и американского ученого XIX в. Л. Моргана, который подробно проанализировал первобытное общество. Важнейшим критерием завершения вар­варства он считал возникновение письменности, а цивилизацию подразделял на античную (древнюю) и современную. Исходя из этих представлений, можно дать следующее определение: цивилизация – это высокоразвитый тип общества, для которого характерно наличие государства, городов и письменности.

Многих сегодняшних обществоведов, работающих в рамках глобально-цивилизационного подхода, волнует проблема не столько возникновения цивилизации, сколько превращения (начиная с ХVI в.) традиционной цивилизации в современную. Теории, описывающие и объясняющие этот процесс, часто объединяют понятием «концепция модернизации». В ее рамках термин «модернизация» (от англ. modern – новый, современный) означает «осовременивание». Целью концепции модернизации, сложившейся в середине ХХ в., является всесторонний анализ перехода от традиционного общества к индустриальному (современному).

Концепция модернизации обладает сильным исследовательским потенциалом. Но у нее есть и ряд недостатков. В ней практически не рассматривается первобытное общество. Мало вни­мания уделяется проблеме перспектив развития человечества. Нередко исторический аспект уступает место идеологическому и даже пропагандистскому, когда современное западное общество представля­ется в качестве образца для подражания, единственно возможной перспективы и цели развития всех народов. При этом ценности, характерные для современной западной цивилизации (частная собственность, индивидуализм, материальный успех и др.), объявляются общечеловеческими. В свете данной концепции Россия является страной «догоняющей модернизации».

В России модернизация начата Петром I. В отличие от Запада она носила форсированный (ускоренный, скачкообразный) характер, осуществлялась под руководством государства. В основном завершена в XX в.

В середине 1960-х гг. американский ученый Д. Белл высказал мысль о том, что научно-техническая революция (НТР, начавшаяся в 1950-х гг.) является началом перехода от современной, индустриальной цивилизации к постиндустриальной. Это послужило толчком к формированию концепции постиндустриализма.

Весьма основательную проработку этой идеи в 1970-80-е годы предложил американский футуролог (специалист по прогнозированию), автор теории «Третьей Волны» А. Тоффлер. По его мнению, в истории было три технологических волны. Первая связана с аграрной революцией, появлением сельского хозяйства. Вторая – с индустриальным производством. Они определили не только характер экономики, но и культуру общества, его ценности. Для индустриальной цивилизации характерны централизм, гигантизм, бюрократизм, единообразие в труде и жизни, массовая культура, низкий уровень духовных ценностей, угнетение людей, разрушение природы. НТР – это начало «Третьей Волны». Новейшие технологии, прежде всего информационные, стимулируют переход к супериндустриальному обществу (цивилизации Третьей Волны). Для него будут характерны наукоемкие технологии, автоматизированное и роботизированное, экологически чистое производство. Труд станет более творческим. Высока вероятность того, что гигантские бюрократизированные корпорации уступят место небольшим внедренческим фирмам. Централизованные административные управленческие структуры будут вытесняться адхократией – мобильными творческими группами для решения конкретных задач. Большинство населения будет занято не в сельском хозяйстве (как в традиционном обществе) и не в промышленности (как при индустриализме), а в сфере услуг, науке, образовании и искусстве. Это будет очень динамичное общество, следовательно, неизбежна перестройка всей системы воспитания. Духовная сфера в новом мире станет главной сферой деятельности.

Возможно, концепция американского футуролога слишком оптимистична. Многие философы считают, что развитие общества трудно прогнозировать и тем более планировать. Общество, как и природа, напоминает живой организм с неизвестными законами, а человечество будет не столько развиваться, сколько пытаться выжить, вернувшись к неторопливому ритму и ценностям доиндустриального общества (некоторые из них присутствуют в теории А. Тоффлера); ясно одно: сегодня складывается новый, глобальный тип цивилизации и культуры, и от того, какие ценности станут в ней главными, будут зависеть характер и особенности развития как локальных цивилизаций, так и всего человечества. Если в первобытном обществе в центре системы ценностей были выживание и гармония с природой, в традиционном – Бог, земля и власть, в индустриальном – прогресс, деньги и технология, то в постиндустриальном, вероятно, на первое место выйдут информация и человеческая личность. Поэтому постиндустриальное общество часто называют информационным или антропогенным.

Аксиологический смысл постиндустриальной эпохи известный польский философ А. Шафф видит в формировании человека типа Ноmо Universalis (человек универсальный, всесторонне развитый) и Homo Ludens (человек играющий). По его мнению, с ростом социального богатства в высокоиндустриализованных странах наступит отход от образцов потребительского общества, сложившихся под влиянием страха голода и бедности. Ценностными приоритетами нового мировосприятия станут альтруизм, филантропия, эгалитаризм (ориентация на социальное равенство), творческий и интеллектуальный труд, свобода, особенно свобода мысли, стремление к коллективным формам общежития и сопереживания, религиозность.

Концепция постиндустриализма позволяет сопоставить глобально-цивилизационный и формационный подходы к истории. Как видно из таблицы 2 приложения, восточное, рабовладельческое и феодальное общества могут выступать в качестве моделей (вариантов развития) традиционной цивилизации, а капитализм и социализм – инду­стриальной цивилизации.

Рассматривая всемирную историю с позиций концепции постиндустриализма, четыре основных типа общества – первобытное, традиционное, индустриальное и постиндустриальное – следует дополнить рядом переходных.

Согласно современным представлениям первые люди, архантропы, появились 1,5-1 млн. лет назад. На смену им 300-200 тыс. лет назад пришли неандертальцы. Биологический вид homo sapiens (человек разумный) сформировался 40-35 тыс. лет назад.

Переход от первобытного к традиционному обществу связан с аграрной революцией (появлением сельского хозяйства), которая началась около 11 тыс. лет назад, сопровождалась формированием сельскохозяйственных общин, союзов племен, другими новациями и в конце IV тысячелетия до н.э. привела к появлению очагов цивилизации в Египте и Передней Азии.

Переход от традиционного к индустриальному обществу в Западной Европе произошел в ХVI – ХVIII вв. (в прочих странах Запада – США, Канаде и др. – он завершился в XIX в.). В России и многих других государствах модернизационные процессы идут до сих пор.

В 1950-е гг. НТР открывает переход к постиндустриальной цивилизации. В связи с НТР для стран, не завершивших модернизацию (в т.ч. и для России), актуален вопрос: а нужно ли это делать, повторяя за­падную модель развития? Опыт Японии свидетельствует, что, используя современные технологии и традиционные ценности (коллективизм, религиозность и др.), можно попытаться войти в информаци­онную цивилизацию своим путем. Постиндустриальная перспектива создает новый тип цивилизационного развития, при котором страна, не закончившая модернизацию, может переориентироваться на форсированный переход к информационному обществу. Как отмечал А. Тоффлер, в 1970-е годы японские деловые, политические и научные круги всерьез обратились к идее «информационной эры» и благодаря этому добились блестящих успехов в области компьютеризации и интеллектуальных технологий. При этом им удалось существенно потеснить американских конкурентов, которые в то время не оценили должным образом идеи о «конце индустриализма» и переходе к новому типу цивилизации.

Таким образом, на основе глобально-цивилизационной концепции постиндустриализма историю можно представить как смену следующих основных и переходных типов общества:

переходное (выделение человеческого общества из природы)

первобытное (архаическое, родоплеменное, дикость)

переходное (характеризуется понятиями варварство, аграрная революция, неолитическая революция, военная демократия, земледельческая община)