Тема 6. Мифотворчество в массово – коммуникативных процессах

Современная цивилизация обладает несколькими видами мифопорождающих механизмов. Основными являются масс-медиа в аспекте печатного знака и телевидения и кино – в аспекте визуального знака.

Миф – форма сознания, свойственная человеку, как свойственны ему и другие формы сознания (А. Гулыга).

Мифологическое обладает рядом свойств, которые обеспечивают эффективность воздействия.

1. Миф не повествует о чуждых человеку событиях, он рассказывает о событиях, в которых человек задействован. «Миф всегда говорит обо мне» (Ю. Лотман).

2. Миф соединяет в себе рациональное и иррациональное. Рациональное – поскольку без него не может мыслить себя современный человек, а в попытках управляемости и понятности окружающего мира он находит успокоение. Иррациональное в мифе ещё важнее, поскольку затрагивает в человеческой душе те «болевые» точки, которые находятся вне сознания человека, вне его рационализма.

3. Мифологическое не проверяется. Если ему нет соответствия в действительности, то в этом вина действительности, а не мифа. Тогда начинает препарироваться и подгоняться действительность.

4. Мифологическое – это, как правило, повторение того, что уже случалось ранее.

5. Миф узнаваем. Это не новая информация, а как бы реализация уже известной нам схемы.

6. Миф прост.

В современной массовой политической психологии реальные социальные и этнические проблемы заменяются упрощённым представлением о вечной борьбе двух мифологизированных общностей («демократы - коммунисты», «патриоты - космополиты», «наши – не наши»), а отношение к иным этническим, конфессиональным группам строится по принципу «мы - они». Стоит «нам» перестать помогать «им» - и все проблемы будут решены (Т. Евгеньева).

Упрощённый вариант представления ситуации, конечно, имеет больше шансов на выживание, поскольку с лёгкостью может захватить массовую аудиторию.

Современный миф часто принимает формы, которые описывают совершенно будничные события. Например, рассказ об удачном фермере, успешном движении миллионера в кандидаты в президенты (В. Брынцалов) опирается на знакомую всем мифологическую структуру перехода в иное состояние, вариантом чего может служить знакомая всем Золушка.

Можно выделить в составе мифа такую составляющую, как «не-обыкновенное». Отбирая самые яркие события из жизни своих героев, масс-медиа движутся по пути их мифологизации. Если же событие не является ярким, то оно не представляет интереса ни для журналиста, ни для читателя. Таким образом, составляющие самого процесса коммуникации (как-то: отбор характеристик события и написание о них с точки зрения аудитории) очень активно формируют мифологическую среду. Тем более это касается, например, президентских выборов, являющихся апофеозом мифологического мышления.

Миф совершенно свободно входит в нашу действительность, принимая разнообразные формы. Ведь миф о Золушке идентичен мифу о чистильщике сапог, ставшем миллионером. Он реализуется бесконечное число раз, когда мы читаем, например, сообщение о победителе Олимпиады из глухого села. Перед нами вариант мифологической действительности, к которой благоприятно расположено массовое сознание, ибо все герои этой действительности побеждают благодаря труду, несмотря на низкое социальное положение.

В современной политике интерпретация каждой из сторон идёт по линии Добра и Зла, например, хороший Президент и плохая Государственная Дума. К. Юнг отмечает вневременной характер мифа: «при малейшем прикосновении к его содержимому человек испытывает «переживание вечного» … именно реактивация этого содержимого ощущается как полное возрождение психической жизни».

Миф – это психологически доступный всем ответ на проблемы общей значимости. Он спасает и ограждает. Он помогает не потерять веру в разумность мира. Именно мифы задают каркас мира, в котором мы живём. Имиджи, символы, мифы формируют культурный и социальный мир, который мы населяем, они определяют пределы культурно и идеологически допустимого в нашем обществе.

Мифопорождающие механизмы, к которым относятся масс-медиа, помогают человеку воспринимать мир. Выделяется несколько парадоксов мифотворчества масс-медиа:

1. парадокс селекции. СМК совершают выбор, когда из миллиона событий на страницу попадают только сотни. Опора на оценки и ценности в определённой степени «искривляет» мир, выпуская на авансцену лишь ограниченный ряд событий, которые из-за этого перестают быть реальными, а становятся чисто знаковыми. При этом ко всему прочему включаются причины экономического, политического, «зрелищного» порядка.

2. парадокс нормы. Расхождение мира событий и мира информации лежит также в определённой ненормированности мира информации, который выплёскивается на потребителя. Мы не помещаем туда ожидаемые события, а стараемся поместить события непредсказуемые, неординарные. Например, сообщение о событии «собака укусила человека» не так интересно, как «человек укусил собаку».

3. парадокс взаимовлияния. Исследования показывают, что не только реальный мир влияет на мир информационный, но и законы информационного мира влияют на событийный. Можно привести такие примеры: художественное ТВ в виде фильмов-детективов вводит аспект борьбы с преступностью в муниципальную политику, при этом частота криминальных событий в эфире переносится потребителем на частоту событий в реальной жизни, или визиты государственных деятелей подстраиваются под время прямых репортажей в основные новостные передачи страны. Отсюда следует:

4. парадокс взаимозамены, когда телевизионная политика становится основным определяющим фактором реальной жизни. В частности, происходит переориентация политических лидеров на актёрскую манеру поведения, то есть происходит переосмысление реализуемого поведения под законы художественной реальности.

5. парадокс приоритета реагирования. Удачное реагирование на чужие действия приносит больше очков в глазах общественного мнения, чем собственно свои действия.

6. парадокс мифологической интерпретации. Как оказывается, мы отдаём приоритет событию, которое укладывается в определённую мифологическую схему, то есть событие перерабатывается нами только тогда, когда мы одновременно вместе с ним имеем получаемую мифологическую интерпретацию. Более того, человек нуждается в «подкормке» своих мифов, они подталкивают его к чтению газет, просмотру телепрограмм, чтобы удостовериться в правильности его мифов.

7. парадокс несимметричности. Речь идёт о несимметричности «говорящих» и «слушающих». Если в обыденном общении мы всё время меняем эти позиции, становясь попеременно то говорящим, то слушающим, то в случае масс-медиа происходит фиксация ролей: одни всегда говорят, другие всегда слушают. В этой плоскости лежит и идея «спирали молчания».

Если воспользоваться понятием «пространства», то следует признать, что СМК работают в пограничной области. Весь набор аварий, катастроф, пожаров, преступности – всех ненормированных событий – является родным для масс-медиа.

Особую роль в мифотворчестве, по признанию многих исследователей, играет ТВ. Вряд ли кому придёт в голову отрицать, что ТВ влияет на сознание современного человека самим фактом своего существования. Западногерманский социолог Э. Ноэль-Нойман, говоря о ТВ, использует босховскую образность, называя его «замаскированным слоном»: ТВ – это мигающий мириадами глаз гигант, распространившийся по всему свету, проникающий во все дома под видом маленького безобидного экрана. «ТВ, - пишет отечественный исследователь Р. Копылова, - это посредник, который хочет, образно говоря, спрятаться, стать насколько возможно, невидимым».

Во многом по-новому поставил проблему влияния ТВ на человека М. Маклюэн. Основная идея Маклюэна – «сообщением, передаваемым средством общения, является само это средство». Он отмечал, что ТВ – это, главным образом, не «труба», по которой можно «перегонять всё, что угодно»: всё, что передаётся по ТВ, принимает, тем самым, на себя и отражает в себе телевизионные свойства, само становясь телегенным.

Рассматривая ТВ как «сообщение», Маклюэн выделяет при этом следующие его характеристики:

1. мозаичность двумерного изображения, складывающегося на глазах телезрителей из множества точек, конфигураций или совокупностей цветовых пятен, что, в свою очередь, требует от сознания непрерывной и напряжённой работы по структурной организации элементов поступающей телевизионной мозаики;

2. мозаичность ТВ как средства общения: собирая на экране «все времена и пространства сразу», оно сталкивает их в сознании телезрителя, отзываясь там резонансом, «возвещающим всемирное даже в том, что само по себе является тривиальным».

3. крупный план как норма в телевизионном изображении (прибор, позволяющий наблюдать, на какие части изображения обращает внимание телезритель, показывает, что глаза детей даже при показе сцен насилия не отрываются от лиц актёров);

4. мозаичность формы того, что следует демонстрировать посредством телевизионного экрана, означает предпочтение сюжетному действию малому и быстротекущему; телевизионное сообщение, появляясь на экране, предполагает быстрое появление следующего кусочка телевизионной мозаики;

5. ТВ, привлекая внимание к тому, что уже произошло, вначале зачастую сообщает аудитории о конечном результате, что не может не вызывать у неё определённой реакции: тем самым, оказывается, что реакция здесь предшествует «акции», то есть демонстрации самого действия, приведшего к данному результату.

Телезритель, таким образом, должен соединять в своём сознании всю поступающую телемозаику через резонанс взаимоотражений её постоянно обновляющихся элементов; в его голове формируется своего рода «шарообразный космос» мгновенно возникающих взаимосвязей, вбирающий в себя, как пылесосом, всё, что происходит на телеэкране, и этот «космос» непроизвольно проецируется затем на весь реальный мир. В этой связи и напрашивается вывод, что ТВ уже само по себе погружает человека в миф и что миф снова, - как когда-то в далёком прошлом, - представляет собой сегодня вполне органичное отношение человека к действительности. Миф является основным способом удержания сознанием непрестанно обновляющейся мозаично-коммуникационной реальности.

Маклюэн стремится проследить «телевизионность» всей современной культуры, исходя из того, что миф сегодня – наиболее значимый принцип организации массового сознания, а потому и процесс массового общения посредством ТВ предполагает сознательную мифологизацию. Влиянием ТВ он объясняет такие разнохарактерные явления, как абстрактное искусство, деятельность крупных корпораций, изменения на рынке массовой периодики, выразившееся, в частности, в появлении «тактильных» книг карманного формата и в стремительном распространении таблоидной прессы. Политическая деятельность благодаря ТВ изменила свой характер, превратившись в повседневное средство «тотального и многосенсорного» управления массовым сознанием.

М. Маклюэн считает ТВ «прохладным» средством, включающим в действие сразу все чувства. Как следствие, зрителю трудно оторваться от хода предлагаемых мыслей, попытаться получить критическую оценку высказываемого. Коммуникация идёт сразу по всем каналам, что не даёт возможности уйти в сторону. «ТВ подходит скорее для передачи того, что непосредственно происходит, чем для заранее оформленных, однозначных по смыслу сообщений».

Мифологический характер телевизионных новостей подтверждается, например, их тенденцией к показу значимых с точки зрения властей событий. Это могут быть визиты, заседания, то есть те события, которые принципиально не телевизионны, но именно ими в первую очередь заполнены новости. Они постоянно вводят в нас существующую социальную иерархию, демонстрируя значимость высших персон, о которых не может быть никакой отрицательной информации. Это новый вариант мифологического мышления в том смысле, что теперь Рок и неотвратимость античного мифа начинает реализовываться не в виде единичной реализации Силы, а скорее в постоянной и ежедневной демонстрации этой силы.

Таким образом, масс-медиа уже сами по себе способны быть мощнейшим источником мифологизации действительности. Сопоставление характеристик мифа и массовой коммуникации обнаруживает не только их подобие, изоморфизм, но и способность к взаимоусилению. Так, и в мифе, и в мозаично-резонансном мире массовой коммуникации происходит слияние общего, особенного, единичного в единую, нераздельную целостность; всё в действительности неродственное и там, и тут выступает в качестве родственного. Соответственно, мифологическое время, - как и дающие «все времена и пространства сразу» информационные блоки СМК, - соединяет в единый сплав прошлое, настоящее и будущее.