8. Условность как закон театрального представления

Желание донести до зрительного зала сложную многопла­новую художественную информацию через бытовую характеристику места действия, сверхзадачу спектакля, его стиль, жанр, атмосфе­ру, учет габаритов сцены приводит к неизбежной концентрации этой информации, к определенному образному шифру. Каждая грань за­мысла вносит свои поправки, диктует свои условия, именно все слагаемые режиссерского решения в целом формируют в конечном счете зрительный, пространственный образ спектакля.

Условное решение пространства — не прихоть моды, не времен­ное увлечение, а объективный закон театрального искусства.

«Страсти вокруг художественной условности, бывшие в зените еще лет десять назад, ныне как будто поулеглись. Условность в реалистической литературе, в искусстве признана. Те, кто утверж­дал несовместимость условности с реализмом, едва ли захотели бы вспоминать о своей очевидной теперь неправоте»¹. С этой конста­тацией одной из бесспорных реальностей в современной театраль­ной практике нельзя не согласиться.

Вне условного решения сценического пространства не могут быть удовлетворительно разрешены задачи, о которых шла речь в настоящем разделе и которые ставит перед режиссером и худож­ником то или иное драматическое произведение. Зрительный образ спектакля лишь тогда будет создан, если он вместит в себя все предлагаемые драматургом и режиссером условия. И эти-то усло­вия и приведут к той условности (перцептуальности) сценического

¹ Дмитриев В. Реализм и художественная условность. М., 1974, с. 4.

пространства, которая всегда была, есть и будет, подобно безуслов­ности (концептуальности) сценического времени, прерогативой театрального искусства.

Разными путями, тропинками пробираются к образному реше­нию сценического пространства режиссеры и художники. От «ро­мана жизни» предлагает идти Г. А Товстоногов, от «пустой пло­щадки» — Н. П. Акимов. Какие разные, казалось бы, рекоменда­ции! Но пути сходятся, когда приводят к театральному образу.

Если требования пьесы и режиссерского замысла (все те же его грани — быт, сверхзадача, стиль и т.д.) обусловят скрупулез­ную натуральную «застройку» сценического пространства, значит, в данном случае именно она является единственно необходимым художественным решением, приводящим к созданию образа спек­такля Впрочем, и тут Оформление спектакля вряд ли можно наз­вать безусловным, ибо «четвертая стена» будет существовать лишь в воображении актеров и зрителей. Ведь, если ее выстроить «в на­туре», придется отказаться от показа спектакля

Вот и выходит, что подлинно натуральное оформление можно выстроить разве что в кино, где нет зрителей, а есть вездесущая и все проникающая камера, которая может не смотреть, а подсмат­ривать. Но тут мы вторгаемся в область законов другого искусства, о которых речь уже шла в третьей главе

Итак, условность в решении сценического пространства оста­ется непременным принципом работы режиссера и художника, стремящихся точно и полно решить художественные задачи, кото­рые на них возлагает посредничество между пьесой и зрительным залом.