1. Памятники литературы киевской руси (XI – начало XIII в.)

"ПОВЕСТЬ ВРЕМЕННЫХ ЛЕТ"

"Повесть временных лет" ("Вот повести минувших лет, откуда пошла Русская земля, кто в Киеве стал первым княжить и как возникла Русская земля") – летописный свод, составленный монахом Киево-Печерского монастыря Нестором около 1113 г. В основу "Повести" легли летописные своды XI в., русско-византийские договоры X в., византийские хроники, тексты Священного писания, сказание о грамоте словенской, предания о восточнославянских племенах, их взаимоотношениях с соседними племенами, о первых русских князьях и др. В своем труде Нестор связал историю восточных славян с историей соседних народов. Труд Нестора дошел до нас с переделками и дополнениями летописцев. Древнейший список "Повести", представляющий собой вторую редакцию (ее составил в 1116 г. монах Выдубицкого монастыря Сильвестр), заключен в Лаврентьевской летописи 1377 г.

Древняя летопись не только важнейший исторический источник, но и литературный памятник. Она содержит много поэтических легенд и преданий: рассказы о походах Олега на Царьград, о его смерти от своего коня, о мести княгини Ольги за смерть Игоря. С былинным эпосом связаны летописные рассказы о князе Владимире и его пирах. Произведение проникнуто высоким патриотическим чувством, идеей единства Русской земли. Летописец осуждает кровавые междоусобные распри князей, утверждает право старшего в роде князя, призывает князей к единению в борьбе с внешними врагами.

Поэтические предания "Повести временных лет" неоднократно служили источником для произведений русских поэтов, писателей, композиторов.

Предание о посещении русской земли Апостолом Андреем

<...> Когда Андрей учил в Синопе и прибыл в Корсунь, он узнал, что недалеко от Корсуни – устье Днепра, и захотел отправиться в Рим, и проплыл в устье Днепровское, и оттуда отправился вверх по Днепру, сошел с горы этой, где впоследствии возник Киев, и отправился по Днепру вверх. И пришел к славянам, где ныне стоит Новгород, и увидел живущих там людей – каков их обычай, и как моются и хлещутся, и удивился им. И отправился в страну варягов, и пришел в Рим, и поведал о том, как учил и что видел, и рассказал: "Удивительное видел я в Славянской земле на пути своем сюда. Видел бани деревянные, и разожгут их докрасна, и разденутся, и будут наги, и обольются квасом кожевенным, и поднимут на себя молодые прутья, и бьют себя сами, и до того себя добьют, что едва слезут, еле живые, и тогда обольются водою студеною, и только так оживут. И делают это всякий день, никем же не мучимые, но сами себя мучат, и это совершают омовенье себе, а не мученье". Те, кто слышал об этом, удивлялись.

Отрывок дан в переводе Д. С. Лихачева и Б. А. Романова.

"СЛОВО О ЗАКОНЕ И БЛАГОДАТИ" МИТРОПОЛИТА ИЛАРИОНА

"Слово о законе и благодати" написано между 1037–1050 гг. первым русский митрополитом Иларионом, поставленным на киевскую митрополию Ярославом Мудрым в 1051 г. Не ограничиваясь развитием богословской темы – противопоставлением Ветхого завета Новому, Иларион выступил как публицист, поднял в своем произведении крупнейшие политические вопросы, связанные со сношениями Киевской Руси с Хазарским каганатом и с Византией. Иларион прославляет Русь – могущественное, независимое государство, воздает хвалу Владимиру Святославичу, при котором Русь приобщилась к христианскому миру, и Ярославу Мудрому, при котором Русь достигла особого процветания.

Как художественное произведение "Слово" Илариона – образец высокого ораторского искусства Древней Руси. Оно свидетельствует о большом литературном мастерстве, которое было достигнуто при Ярославе Мудром. Произведение состоит из трех частей, на которые указывает само название памятника "О законе, данном Моисеем, и благодати и истине, данных Иисусом Христом <...> похвала кагану нашему Владимиру, который крестил нас, и молитва к богу от всей нашей земли".

Хвалит же хвалебными словами Римская земля Петра и Павла, через которых уверовала в Иисуса, сына божьего, Азия, и Эфес, и Патм – Иоанна Богослова, Индия – Фому, Египет – Марка. Все страны, города и люди чтут и славят своих учителей, которые научили их православной вере.

Похвалим же и мы по силе нашей малыми похвалами великое и чудное сотворившего – нашего учителя и наставника, великого властителя земли нашей Володимира, внука древнего Игоря, сына славного Святослава, которые в годы своего владычества мужеством и храбростью прославились во многих странах: победы и сила их вспоминаются и прославляются и сейчас. Ведь не в бедной и безвестной стране были они владыками, а в Русской, о которой знают и слышат во всех четырех концах земли. <...>

Добрый свидетель твоему благочестию, о блаженный, – святая церковь святой Богородицы Марии, которую ты создал на правоверной основе и где теперь лежит доблестное твое тело, ожидая трубы архангела. Доброе и верное свидетельство твоему благочестию – сын твой Георгий, которого господь сделал наследником твоему владычеству. Не нарушает он твоих уставов, но утверждает, не уменьшает хранилищ твоего благоверия, но еще больше умножает, не говорит, а устраивает и завершает не доконченное тобою, как Соломон дела Давидовы.

Отрывок дан в переводе Т. А. Сумниковой.

"ПОУЧЕНИЕ" ВЛАДИМИРА МОНОМАХА

Лаврентьевский список "Повести временных лет" под 1096 г. включает "Поучение" выдающегося государственного деятеля Киевской Руси Владимира Мономаха (1053–1125), обладавшего незаурядным литературным талантом. "Поучение" было написано, по-видимому, в 1117 г.

В отличие от традиционного жанра поучений, носящих только религиозно-дидактический характер, "Поучение" Мономаха содержит конкретно-исторические черты. Мономах создает идеал государственного и общественного деятеля, борющегося за единство родной земли, против княжеских междоусобиц. "Поучение" включает автобиографическую часть. Облик самого автора раскрывается здесь значительно полнее, чем в других произведениях описываемого периода: это не только мудрый правитель, но и смелый воин.

На войну выйдя, не ленитесь, не полагайтесь на воевод; ни питью, ни еде не предавайтесь, ни спанью, сторожей сами наряживайте, и ночью, расставив охрану со всех сторон, около воинов ложитесь, а вставайте рано; а оружия не снимайте с себя второпях, не оглядевшись по лености, внезапно ведь человек погибает. Лжи остерегайтесь, и пьянства, и блуда, от того ведь душа погибает и тело. Куда бы вы ни держали путь по своим землям, не давайте отрокам причинять вред ни своим, ни чужим, ни селам, ни посевам, чтобы не стали проклинать вас. Куда же пойдете и где остановитесь, напоите и накормите нищего, более же всего чтите гостя, откуда бы к вам ни пришел, простолюдин ли, или знатный, или посол; если не можете почтить его подарком, то пищей и питьем; ибо они, проходя, прославят человека по всем землям или добрым, или злым. Больного навестите, покойника проводите, ибо все мы смертны. Не пропустите человека, не поприветствовав его, и доброе слово ему молвите. Жену свою любите, но не давайте им власти над собою. А вот вам и основа всему: страх божий имейте превыше всего.

Отрывок в переводе Д. С. Лихачева.

"СКАЗАНИЕ О БОРИСЕ И ГЛЕБЕ"

"Сказание о Борисе и Глебе" ("Сказание о страстях и похвала святым мученикам Борису и Глебу"), созданное в конце XI или начале XII в., – одно из первых оригинальных агиографических произведений. По форме оно значительно отличается от канонического жития византийского типа и обнаруживает связь с летописной повестью. В нем нет последовательного изложения жизни святых, а рассказан только один эпизод – убийство Святополком братьев Бориса и Глеба из-за политического соперничества. По существу, "Сказание" – историческая повесть с точным названием лиц, имен, фактов, с указанием на конкретные места, где развертывались события. Основная идея "Сказания" – не мученичество святых за веру, а единство Русской земли, утверждение права старшего в роде князя, осуждение княжеских междоусобиц, Однако, в отличие от исторической повести, "Сказание" – произведение лирическое, содержащее молитвы, плачи, монологи-размышления, ведущиеся от лица автора или влагаемые в уста Бориса и Глеба. Особой проникновенностью и живым человеческим чувством выделяется в "Сказании" плач юного Глеба.

…Ярослав прислал к Глебу со словами: "Не ходи, брат, отец твой умер, а брат твой убит Святополком". И услышав это, блаженный вскричал с плачем горьким и печалью сердечной: "Увы мне, господи! О двоих плачу и печалюсь, о двоих сетую и тоскую. Увы мне! Увы мне! Плачу об отце, но еще горше плачу по тебе, брат и господин мой Борис, что был пронзен и без сострадания предан смерти! И не от врага, но от брата своего смерть воспринял! Увы мне! Лучше бы мне с тобою умереть, нежели одинокому и осиротевшему жить на этом свете. Я надеялся увидеть лицо твое ангельское. И вот такая печаль по тебе постигла меня. Предпочел бы с тобою умереть, господин мой. Ныне же что сделаю я, жалкий, удаленный от твоей доброты и от разума отца моего, о, милый мой брат и господин! Если доходят молитвы твои к богу, то молись и о моей печали, чтобы и я был удостоен принять те же страдания и быть с тобою на том свете, нежели в этой обманчивой жизни".

И когда он так стенал и плакал, слезами орошая землю, внезапно прибыли посланные Святополком злые его слуги, немилостивые кровопийцы, лютые братоненавистники, имеющие душу свирепых зверей. Святой же (Глеб) отправился в насаде, и встретили его в устье Смядыни. И увидев посланных, святой возрадовался душою, а они, увидев его, омрачились и начали грести к нему. Глеб думал, что приветствовать его хотят.

И когда они поравнялись, начали прыгать те злые люди в насад Глеба с обнаженными мечами в руках, блестевшими, как вода. И тотчас у всех весла из рук выпали и все от страха помертвели. И увидев это, блаженный понял, что хотят его убить. Посмотрев на них жалобным взором, обливаясь слезами, смиренно и с сокрушенным сердцем, часто вздыхая, ослабев телом, жалобно воскликнул: "Не трогайте меня, братья мои милые и дорогие! Не трогайте меня, не сделавшего вам никакого зла! Пощадите меня, братья и господа, пощадите! Чем обидел брата моего и вас, братья и господа мои? Если есть какая обида, то ведите меня к князю вашему, а моему брату и господину. Смилуйтесь над юностью моею. Смилуйтесь, господа мои! Вы мне будете господами, я вам – раб. Не пожните меня, в жизни еще не созревшего. Не пожните колоса, еще не созревшего, но молоко беззлобия носящего. Не срезайте лозу, еще не выросшую, а плод имеющую! Отдаю себя на вашу милость. Бойтесь сказанного апостолами: "Будьте незлобивы, как младенцы, умом же совершенны будьте". Я, братья, и незлобив, и возрастом еще несовершен. Это уже не убийство, а сырорезание. Какое зло сделал, скажите мне, и не пожалею себя тогда. Если кровью моею хотите насытиться, то уже в ваших руках и в руках брата моего, а вашего князя".

Отрывок дан в переводе Т. А. Сумниковой и М. Е. Федоровой.

"СЛОВО О ПОЛКУ ИГОРЕВЕ"

"Слово о полку Игореве" ("Слово о походе Игоревом, Игоря, сына Святослава, внука Олегова") – величайший памятник мировой литературы – создан в XII в. в Киевской Руси.

В "Слове" рассказывается о походе новгород-северского князя Игоря Святославича против половцев, предпринятом вместе с братом Всеволодом из Трубчевска, сыном Владимиром из Путивля и племянником Святославом Ольговичем из Рыльска. "Слово" было написано вскоре после похода, около 1187 г. Вся система образов, все художественные средства "Слова" направлены на то, чтобы подчеркнуть глубоко народную идею произведения. Народность содержания определила тесную связь "Слова" с фольклором и его светский характер. Впервые в истории русской литературы автор создает в "Слове" высоко поэтический и лирический образ русской женщины, тоскующей по своему мужу, переживающей за его воинов и судьбу похода. Влияние устного народного творчества заметно сказалось на художественном строе "Слова". Автор использует народную символику, эпитеты, тавтологию. Природа в "Слове", как и в фольклорных произведениях, тесно связана с жизнью человека. Влиянием народнопоэтического мировосприятия объясняются и элементы языческой мифологии, проявляющиеся в "Слове".

Тогда вступил Игорь-князь в золотое стремя и поехал по чистому полю. Солнце ему тьмою путь закрывало; ночь, гремя ему грозою, птиц пробудила, свист звериный их в стаи сбил. Див кличет с вершины дерева, велит послушать земле незнаемой, Волге, и Поморию, и Посулию, и Сурожу, и Корсуни, и тебе, Тмутараканский истукан. А половцы нетореными дорогами побежали к Дону великому; галдят телеги в полуночи, словно лебеди распуганные. Игорь воинов к Дону ведет.

Но уже беду его подстерегают птицы по дубравам; волки грозу навывают по оврагам; орлы клекотом на кости зверей зовут; лисицы лают на алые щиты. О русские полки! Вы уже за холмами порубежными!

Долго длится ночь. Заря свет зажгла, туман поля покрыл. Щекот соловьиный уснул, говор галочий пробудился. Русичи великие степи алыми щитами перегородили, ища себе чести, а князю славы.

<…> На другой день в час ранний кровавые зори свет возвещают; черные тучи с моря идут – хотят прикрыть четыре солнца, и в них трепещут яркие молнии. Быть грому великому! Идти дождю стрелами с Дона великого! Тут копьям поломаться, тут саблям пощербиться о шлемы половецкие на реке на Каяле, у Дона великого! О русские полки! Вы уже за холмами порубежными!

Вот ветры, Стрибожьи внуки, веют с моря стрелами на храбрые полки Игоревы. Земля гудит, реки мутно текут, пыль степь застилает, стяги (как живые) говорят, половцы идут от Дона и от моря, со всех сторон русские полки обступили. Дети бесовы кликом степь перегородили, а храбрые русичи перегородили (ее) алыми щитами.

Отрывок дан в переводе В. И. Стеллецкого.