17. Теория «зеркального я» в социологии ч. Кули.

На рубеже XX в. в научных и общественных кругах превалировало мнение о том, что человеческая природа определяется биологическими факторами. Чарльз Хортон Кули (1864 - 1929) выступил с резкой критикой этого утверждения. Он полагал, что люди преобразуют себя в процессе социальных взаимодействий, группового опыта и выдвинул теорию «зеркального Я». Согласно этой теории, в процессе «зеркального Я» индивид мысленно принимает на себя точку зрения других людей и видит себя как бы их глазами. Как отражение в зеркале дает образ физического “Я”, так восприятие реакции других людей на собственное поведение или внешность дает образ социального “Я”.

Данный процесс происходит в три фазы. Во-первых, индивид представляет себе, как он выглядит в глазах других людей. Например, он может решить, что поправляется и становится «жирными». Во-вторых, индивид воображает, как другие люди будут оценивать его внешность. В-третьих, он вырабатывает некий тип внутреннего самоощущения, например, чувство гордости или стыда, и на его основе формирует представление о том, что думают о нем прочие люди.

Следствием этого может явиться застенчивость. Застенчивые люди постоянно находятся под самоконтролем, кажутся слишком поглощенными проблемой собственной адекватности и адекватности своего поведения. В результате у индивида может развиться подавленность - внутренняя модель поведения, не дающая человеку достичь собственного уровня навыков и способностей под воздействием социального давления. Так, мы часто осознаем ситуации, в которых от нас ожидают успешной демонстрации умений.

Например, известно, что в финальной и решающей игре чемпионата, в чемпионате на кубок мира игроки - хозяева поля имеют тенденцию стушевываться и, следовательно, оказываются в невыгодном положении. Местные болельщики обычно реагируют на промахи и успехи своей команды аплодисментами, криками и свистом, в то время как голы, забитые командой гостей, сопровождаются угрюмым молчанием или криками разочарования. В обычных играх сезона такое поведение болельщиков может служить источником вдохновения для местной команды, но на чемпионате страх местных игроков проиграть его перед лицом поддерживающей их аудитории оказывает на игроков дополнительный “нажим” и усиливает самоконтроль. В результате они становятся “зажатыми” и склонными к совершению не типичных для них ошибок.

Другая важная концепция Кули - это концепция первичной группы. Первичные группы - это группы из непосредственного окружения, играющие ключевую роль в отношениях конкретного человека с обществом.

Кули, как и Мид, отвергал бихевиористический подход, согласно которому люди слепо и бессознательно реагируют на внешние стимулы. Они считали, что люди обладают сознанием, самостью и что обязанность социолога - изучение этого аспекта социальной реальности.

18. Социальная интеракция. Теории э. Гофмана, Дж. Мида.

По Миду, общество и социальный индивид (социальное «Я») конституируются в совокупности процессов межиндивидуальных взаимодействий. Стадии принятия роли другого, других («обобщенного другого») — этапы превращения физиологии организма в рефлексивное социальное «Я». Происхождение «Я», таким образом, целиком социально, а главная его характеристика — способность становиться объектом для самого себя, причем внешний социальный контроль трансформируется в самоконтроль[1].

Таким образом, основное понятие символического интеракционизма — взаимодействие (интеракция). И взаимодействие это представляет собой обмен символами. Символический интеракционизм (Дж. Мид, Ю.Хабермас, X.Блумер), взяв за основу взгляды Зиммеля, развил его идею об обществе как построенном на обмене жестами и символами: интеракции осуществляются посредством языка, через обмен жестами, символами. Для понимания человеческого поведения необходимо познание внутреннего символического смысла (кода, воплощенного прежде всего в языке, понятном участникам взаимодействия) — раскрытие значимых символов коммуникативного общения. Использование коммуникативных символов предполагает, что все участники взаимодействия адекватно понимают этот условный язык и тем самым успешно общаются друг с другом. Благодаря значимым символам люди легче представляют последствия своего поведения с точки зрения других и легче адаптируются к их ожиданиям.

Чтобы взаимодействовать, люди должны интерпретировать значения и намерения других. Это осуществляется с помощью процесса, который Мид определил как «принятие роли». Процесс принятия роли предполагает, что индивид путем воображения ставит себя на место человека, с которым осуществляется общение. Через принятие роли индивиды развивают «самость» — способность людей представлять себя в качестве объектов своей собственной мысли, что обеспечивает превращение внешнего социального контроля в самоконтроль.

Мид различает два аспекта формирования самости:

1. Я (I) — это то, что я думаю о других и о себе, это мой внутренний мир.

2. Мне (Me) — это то, что, по моему мнению, обо мне думают другие, это моя внешняя социальная оболочка, как я её себе представляю.

Индивид, считает Мид, развивает самосознание в момент, когда он видит себя так, как его видят другие. Понятие самости не является врожденным, его происхождение целиком социально.

Задумайтесь, что происходит, когда вы размышляете, задать или не задать вопрос профессору, читающему у вас на курсе лекции. Вы думаете: «Если я задам вопрос, он сочтет меня тупицей. Лучше уж промолчать», то есть вы воображаете отношение профессора к студентам. При этом вы как бы берете на себя роль профессора и смотрите на самого себя как на объект, или «меня» (Me). Именно вы, действуя в качестве субъекта, или «я» (I), решаете, что задавать вопрос не стоит.[2]

Также Мид изучал стадии социализации в раннем возрасте:

Стадия имитации, на которой ребенок повторяет (копирует) отдельные действия, присущие той или иной роли, например, укладывает куклу или прикладывает к ней стетоскоп.

Игровая стадия (стадия индивидуального играния роли) (play stage), на которой ребенок играет целостную роль, но в «социальной группе» своих игрушек (папа, мама, врач, и т. д.). На этой стадии и происходит «принятие роли другого».

Стадия игры (коллективного играния ролей) (game stage), где ребенок вместе с другими начинает осуществлять упорядоченное взаимодействие между различными действующими лицами, например, когда группа детей 5-8 лет распределяет какие-либо роли: «дочки-матери», «казаки-разбойники», «Штирлиц-Мюллер» и т. д.

«Значимые другие» — люди, играющие решающую роль в процессе социализации, чьи суждения, действия являются образцом при формировании наших собственных суждений, мнений, линий поведения.

Согласно воззрениям Мида, социальное целое предшествует индивидуальному разуму как логически, так и во времени. Мыслящий, обладающий самосознанием индивид невозможен без первичной социальной группы. Сначала идет социальная группа, и она приводит к развитию мыслительных процессов самосознания.

По Гофману:

Гоффман был одним из лучших американских социологов своего поколения. Наряду со многими другими социологами своего круга он подвергся сильному влиянию Джорджа Герберта Мида и Герберта Блумера при развитии собственной социологической теории. В Университете Чикаго Гоффман учился вместе с Эвереттом Хьюзом, Эдвардом Шилзом и Ллойдом Уорнером. Одним из первых он начал изучать межличностное взаимодействие, или микросоциологию, детально разрабатывать «драматургический подход» к взаимодействию людей и ввел множество понятий, которые явились значительным вкладом в социологию. От многих выдающихся социологов Гоффмана отличает то, что после смерти его влияние на исследовательскую мысль и работу продолжало возрастать. Гоффман считал себя социологом и предпочитал не сводить свой основной методологический подход к феноменологии и постмодернизму. Как социолог он подчеркивал, что «общество всегда находится на первом плане». Несмотря на то, что Гоффмана часто считают основоположником символического интеракционизма, он думал и над тем, как избавить его от недостатков.

Гоффмана особенно интересовали «закрытые» сообщества в контексте больших современных обществ (глухая деревня, монастырь, тюрьма, больница), как и «закрытые» ситуации, отделенные от окружающей жизни символическим барьером (театр, спорт, игра — теоретический подход к подобным феноменам, с учетом идей Гофмана, предложил в начале 1980-х годов Ю. А. Левада). Работы Гофмана в определенной мере близки к символическому интеракционизму Мида и Блумера, этнометодологии Шюца и Гарфинкеля. Разработанное им направление иногда называют «драматургической перспективой в социологии»: принципиальное отличие ее от теории социальных ролей — упор аналитика не на нормативные предписания и правильное исполнение «роли» актёром, а на ее конструирование, принятие, поддержание и трансформацию в процессах взаимодействия, внимание к неопределенности и двусмысленности ситуаций, к сбоям и ошибкам действующих лиц.

Интеракции — процессы и способ, которым социальные акторы взаимодействуют друг с другом, особенно в соприкосновениях лицом к лицу.

Если образцы интеракции изучались социальными учеными длительное время (например, маленькие группы социальными психологами или язык тела психологами), то трансситуационная структура явления нередко рассматривалась только от случая к случаю.

Лишь с работой Гофмана эти структуры начали исследоваться более полно. Гофман (1963) определяет "социальный порядок" как "последствия совокупности нравственных норм, регулирующих способы, какими люди преследуют свои цели". Такие нравственные нормы эквивалентны "правилам дорожного движения" социальной интеракции. "Общественный порядок" или порядок интеракции, управляющий формой и процессами, но не содержанием социальной интеракции, заложен в социологии Гофмана (например, см. Гражданское пренебрежение). Стало быть, под ритуалом интеракции Гофман подразумевает существование "ритуальной кооперации" и "ритуальных кодов" в поощрении образования реальности взаимодействия, например, в предоставлении акторам возможности сохранить лицо при взаимодействии друг с другом (см. Работа лица).