30 Нравственно-философская проблематика и гуманизм произведений Белля

Война в произведениях немецкого писателя Генриха Белля (род. в 1917 году) - это война побежденных. Он изображает ее последний период - период отступления и поражения, тем не менее, Белля интересовала не война как такая, а человек на войне. «В огромном количестве жертв, - говорит он, - теряется отдельный человек…», именно этот отдельный человек, ее страдание становятся центральным объектом изображения. Белля называли писателем «маленьких людей»,

Его герои-солдаты, ефрейторы, фельдфебеле, опер-лейтенанты - простые служаки, исполнителе чужой воли, которые не нашли в себе силы противостоять фашизму, а потому самые определенной мерой страдают от своей причастности к его преступлениям. Нет, Бьолль не оправдывает их - он сочувствует им как людям.

И гуманизм Белля в том, что он видит в этих людях не безликую массу, которая бездумно выполняет приказы, он различает в ней человеческие индивидуальности - не наилучшие, не усовершенственные а «маленькие», серые, никчемные, подчиненные чужой воли, но такие, что заслуживают на сочувствие. Они не всегда были солдатами на этой позорной войне. Они хотят жить, любить, но уже знают о своей обреченности и не совершают, ни одного сопротивления.

Бёлль - выдающийся художник-реалист. Война в изображении писателя – это мировая катастрофа, болезнь человечества, которая унижает и разрушает личность. Для маленького рядового человека война означает несправедливость, страх, муки, нужду и смерть. Фашизм, по мысли писателя, идеология бесчеловечная и подлая, он спровоцировал трагедию мира в целом и трагедию отдельной личности.

  Действие повести «Глазами клоуна» (1963) происходит в течение одного дня. Это внутренний монолог главного героя, циркового артиста, вспоминающего о своем военном детстве и о послевоенной юности. Он ни в чем не находит опоры – ни в любви, ни в налаженном быте, ни в религии; во всем он видит лицемерие послевоенного общества.

       Конфликтная динамика внутренних монологов Ганса, из которых и строится этот, как обычно у Генриха Белля, небогатый событийностью и внешним действием роман, во многом держится на подобных противопоставлениях сущности и наименования, правды и социально предписанных эвфемизмов. Речь Ганса пестрит кавычками, в них забраны переименованные, ошельмованные ханжеской общественной моралью понятия, герой не рискует назвать любовь любовью, он говорит "это", потому что другие называют любовь не иначе как "плотским вожделением", мир переполнен словесными клише, искажающими действительность.

       Традиционная чувствительность беллевских персонажей к подобным проявлениям социальной лжи, их странность, чудаковатость, являющаяся оборотной стороной их неумения, да и нежелания "идти в ногу со временем", доведена в образе Ганса до неврастенической крайности и усугублена личными невзгодами: героя покинула возлюбленная, которую он считает своей женой перед Богом, поэтому он пьет, безнадежно теряет форму (во время последнего выступления он упал и расшибся) и пребывает в состоянии истерического раздора с окружающим миром.

       Все позитивные опоры беллевского мира в этом романе преданы и проданы: любовь отнята, вещи любимой унесены из шкафа, привычный быт утрачен, у героя кончаются сигареты, на исходе кофе, его окружают голые, кирпично-коричневого цвета стены чужой квартиры, подаренной ему миллионером отцом без права продажи и обмена ("типичный подарок богача"), у него болит нога.

        Ганс — хороший психолог, ему понятны мотивы человеческих поступков. Он видит все изменения, которые происходят в стране и как эти изменения влияют на людей. Восточная Германия превратилась в ГДР, а вот Западная стала вполне экономически благополучной страной. Однако проклятие нацистского прошлого тяготело над Германией. Уже раздавались призывы прекратить национальное самоистязание, забыть о гитлеризме. Ганс Шнир, например, вряд ли сможет забыть свое детство в нацистской Германии. Ганс ненавидит свою мать: она неискренна, скупа, а главное — привыкла подчиняться господствующей в обществе идеологии, какой бы она ни была. При Гитлере госпожа Шнир была убежденной нацисткой, слепо верящей своему фюреру. Даже свою родную дочь Генриетту она принесла в жертву фашистскому Молоху. Теперь же, во вполне демократической ФРГ госпожа Шнир занимается примирением расовых противоречий, то есть делает уже что-то совершенно противоположное нацизму с полным убеждением в собственной правоте. Она не одинока в'своем приспособленчестве. Ганса возмущают нацисты, с легкостью переквалифицировавшиеся в демократов, отделавшиеся лишь легким испугом да чисто формальным раскаянием.

       Покойная Генриетта была единственной родной душой для Ганса. Впрочем, в семье Шниров был еще один ребенок — Лео, который учится в религиозном учебном заведении — семинарии. Но от этого вялого святоши Гансу так и не удается дождаться сочувствия. Ганс Шнир потерял любимую девушку — Мари, начал пить, повредил себе колено и еще долгое время не сможет вернуться к выступлениям. Клоун звонит тем, кто смог бы ему помочь, хотя бы морально поддержать, однако настоящего разговора у Ганса не получилось ни с кем. Даже родной отец, видя, как несчастен Ганс, остается практически равнодушным. Клоун отлично понимает, что Мари, ушедшая к обеспеченному человеку, будет счастлива. Но любила Мари только Ганса. Сам Ганс Шнир не понимает, как можно любить одного, а выйти замуж за другого. Это, по мнению клоуна, греховно.

     Беда Ганса Шнира не в том, что он рос в фашистской Германии, не в том, что его оставила любимая и не помогли близкие. Беда клоуна в том, что он талантлив и поэтому очень остро ощущает несовершенство окружающей действительности. На самом трагическом изломе своей жизни, в момент предельного одиночества, оставленный любимой женщиной, изверившийся в религии, святости семейных уз, возможности человеческого взаимопонимания, клоун Ганс Шнир оформляет свой последний протест: садится с протянутой шляпой на ступеньках боннского вокзала и поет пародийный куплет. Тема «непреодоленного прошлого» вступает в многозначительное соприкосновение с темой «шута»: здесь не только последовательно отсекаются какие бы то ни было возможности индивидуального счастья в мире социального неблагополучия, но и сам бунт против этого мира осознается как трагическая клоунада.

    В романе “Дом без хозяина” (1954) параллельно показаны судьбы двух женщин: жены буржуа и жены рабочего. Обе потеряли своих мужей на войне. Лишившийся хозяина дом символизирует в представлении Белля распад форм жизни и политико-моральной субстанции буржуазного класса. Важное качество главных героев — способность “помнить” — является для Белля художественным средством показа тенденций к реставрации. Мечты сыновей этих женщин о будущем частично сбываются.     Эстетические и этические точки зрения, которые Белль раскрывает в 50-е годы, достигают кульминации в появившемся в 1959 году романе “Бильярд в половине десятого”. Рассказ о семейной жизни одного архитектора раскрывает историческое развитие с его разрушительными силами. Белль ставит перед современниками вопрос об этическом и политическом преодолении исторической несостоятельности буржуазии.     Действие романа охватывает всего лишь один день — день рождения главы семьи Фемелей. За этот короткий промежуток времени благодаря ретроспекции и меняющейся перспективе в изображении героев подводится итог прошедших пятидесяти лет исторического развития и жизни отдельных личностей. В разветвлении сюжетных линий, в символе буйвола автор раскрывает образы разрушителей и их жертв. В конце — акт отчаяния старой женщины, которая во время парада неисправимых стреляет в министра. Этот поступок символически ломает фатальный ход истории, ассоциируется с возможностью активных действий. 32. Комплекс проблем и их решение в драме Б. Брехта «Мамаша Кураж и её дети».

Современный немецкий театр многим обязан Брехту — драматургу и режиссеру, борцу за человеческое достоинство, всегдашнему непримиримому врагу человеческой подлости, рыцарю социальной справедливости, суровому поборнику правды. Год за годом маркитантка Анна Фирлинг, по прозвищу мамаша Кураж, бродит со своими детьми по дорогам Тридцатилетней войны. Фургон с товарами —ее дом, небо Европы —ее родина, жажда разбогатеть — двигатель жизни.

Война убивает ее детей, разоряет, отнимает жизненные привязанности, но и лишившись всего, одинокая и больная, упрямо тащит свою тележку мамаша Кураж под занавес пьесы.

«Мамаша Кураж и ее дети» (1939) написана «за пять минут до полуночи», это последнее, отчаянное предупреждение писателя: «Люди, остановите войну!»

И это пьеса =—- предостережение немецкому народу, призыв отказаться от гибельного пути, на который вовлекал его гитлеризм. Прогрессивная литература всегда изображала войну как всенародное бедствие, как моровую язву человечества. И это, разумеется, было подлинным проникновением в сущность захватнических и грабительских войн, несчетное число которых испытало на себе человечество за всю недалекую историю своей цивилизации.

Брехт смог показать войну как кризис и следствие массового безумия, войну, которая могла бы не разразиться, если бы пламя ее не поддерживалось ложно понятыми интересами множества простых людей, поддавшихся растлевающей и трагически ошибочной мысли о том, что война способна удовлетворить их жизненные потребности.

Пьеса «Мамаша Кураж и ее дети» переносит нас во времена Тридцатилетней войны.

Война приучила к мысли, что человеческая жизнь не стоит и полушки: недаром же крестьянин легко готов расстаться с жизнью, чтобы не стать предателем, но он им все же становится под угрозой уничтожения скота.

И это только ступенька мироощущения. В такой системе ценностей собственность, имущество намного значительней чужих жизней.

Философская мысль Брехта состоит в том, чтобы показать, что безразличие личности к коренным проблемам социального бытия, а тем паче какая ни на есть поддержка высшей формы социальной несправедливости — грабительской войны — неизбежно обрекает ее на жизненную катастрофу.