4. Раскол исторического пространства Руси

Русь, оказавшись между двух огней («неожиданным ураганом» с Востока и «железным натиском» с Запада), могла погибнуть, но устоять и спастись одновременно в борьбе на два фронта она не могла. Ситуация для нее усугублялась еще и внутренними неурядицами, связанными с действием с середины XII века удельной системы, когда после княжения Владимира Мономаха и его сына Мстислава Великого древнерусское государство фактически распалось на 15 самостоятельных княжеств.

Самым серьезным долгосрочным последствием наступления Запада и Востока на Русь стал кризис древнерусского мировоззрения. Одна часть русичей, представленная великим Владимирским княжеством в лице его князя Александра Невского (1252–1263) осталась верной православию. Александр Невский отверг в 1248 г. предложения о союзе, выдвинутые к нему в послании римского папы Иннокентия IV с целью обращения Руси в католицизм, взамен чего обещалась помощь ливонских рыцарей против татар. Но в 1252 г. он пошел на установление союза с Золотой Ордой, символом которого было вовлечение Александра Невского в орбиту личных отношений с владыкой Орды. Отношения князя Александра Невского и хана Батыя не укладывались в рамки простых отношений господства-подчинения. Они были многообразнее и, в частности, в них нашли проявления обычаи, характерные для традиционного типа обществ, к каким относились и древнерусское, и монгольское. Трудно сказать, насколько знал и воспринимал монгольское обычное право Александр Невский, скорее всего, он действовал исходя из неизбежной реальности, когда в ходе поездки в 1251–1252 гг. в орду Батыя подружился, а потом побратался с его сыном Сартаком, вследствие чего стал приемным сыном хана. Братание являлось одним из важнейших монгольских обычаев. Закон побратимства состоял в том, что названные братья, - как одна душа: никогда не оставляя, спасают друг друга в смертельной опасности. Этот тип отношений был реликтом родовых отношений, когда чужие люди становились в положение кровного родства.

В основе политических шагов Александра лежало стремление спасти православную веру. Глубоким историческим чутьем он понимал, что в его эпоху опасность для православия и своеобразия русской культуры грозила с Запада, а не с Востока, от латинства, а не от монголов. Латинство было воинствующей религиозной системой, стремившейся подчинить себе и по своему образцу переделать православную веру русичей. Монголы же первоначально были язычниками. Они, как и большинство язычников, чтили местных богов и покровительствовали жрецам, считая, что это умилостивит чужих богов и привлечет их на сторону монголо-татар или, наоборот, борьба с ними неизбежно повлечет неудачи. Лишь при хане Золотой Орды Узбеке в 1314 г. был принят ислам в качестве государственной религии. И даже в этих условиях монголам была присуща «веротерпимость» и стремление править каждой областью сообразно национальным привычкам ее населения. С этой целью в канцелярию при дворе великого хана были приняты писцы из представителей всех религий и всех национальностей. Указы к населению той или иной страны писались на местном языке. Ханы Золотой Орды в 1267 г. предоставили русской Церкви специальный ярлык, согласно которому, в частности, за оскорбление церквей, хуление веры, уничтожение церковного имущества (книг и т.д.) полагалась смертная казнь. Поэтому союз Александра Невского с Золотой Ордой был не случайным политическим ходом, а продуманным и прочувствованным, его исторической заслугой, так как он видел в монголах силу, которая могла помочь ему сохранить и утвердить русскую культурную самобытность, православие. А сохранение религиозной свободы являлось залогом сохранения государственной независимости Северо-Восточной Руси. Союз с монголами был исторической заслугой Александра Невского еще и потому, что реализация альтернативы ему – союз с католической Европой неизбежно обернулся бы завоеванием рыцарями-крестоносцами не только Северо-Восточной, но и Северо-Западной Руси, а значит потерей «окна в Европу» – Новгорода и Пскова.

Другая часть русичей, представленная Галицко-Волынским княжеством в лице его князя Даниила Галицкого (1238–1264), оказавшись в тисках с двух сторон, отдала свои симпатии латинскому Западу, пытаясь найти там союзников в борьбе с Ордынским государством. Хотя и в Северо-Восточной Руси имелась сильная партия «западников», возглавляемая родным братом Александра Невского – Андреем Ярославичем. Он был великим князем владимирским до 1252 г., когда его войска были разбиты карательными отрядами ордынцев («Неврюева рать»), и он вынужден был бежать в Швецию. Не случайно Даниил Галицкий породнился с Андреем, выдав замуж за него свою дочь. Даниил Галицкий, проводя прозападную политику, вступил в переговоры с римским папой Иннокентием IV о соединении церквей и в 1254 г. получил от папы титул короля Малой Руси. Даниилу нужна была, однако, не только корона, а, прежде всего, военная помощь. Помощь эта не приходила: призывы папы государствам Европы о крестовом походе против татар на помощь Даниилу остались без последствий. Папа, император и рыцари Ордена вовсе не собирались тратить силы на то, чтобы изгнать монголов с территории Руси. Они пытались лишь использовать русских ратников в борьбе с монголами, обескровить Русь и покорить ее, подобно Прибалтике. В конечном итоге союз с Западом обернулся тем, что со временем население коренных земель Киевской Руси попало под власть католической Европы. Прямым следствием потери религиозной свободы явилась утрата Юго-Западной Русью национальных основ государственности, ибо она превратилась в составную часть молодого западного государства – Великого Литовского княжества.

Таким образом, результатом «Drang nach Osten» и вторжения огромного клина монгольской армады в тело русских земель было разделение Руси на юго-западную, северо-западную и северо-восточную части. Это разделение с XIII века стало объективной геополитической реальностью. Юго-Западная, Северо-Западная и Северо-Восточная Русь выступили в качестве наиболее значительных исторических наследников Древней Руси. В каждом из этих государственных образований сложилась собственная оригинальная культурно-историческая традиция.

У раздробленности, как у любого исторического явления, есть и положительные и отрицательные стороны. Положительные последствия заключались в росте городов, ремесла и торговли в княжествах, в хозяйственном и культурном освоении новых территорий, росте самостоятельности князей, развитии производительных сил княжеств. Отрицательные последствия были связаны с процессом постоянного дробления земель, бесконечными междоусобными войнами, упадком военного могущества Руси.