3. Понятие национальной безопасности.

(Щегловатов)

4. Опасность и угроза (понятия и структура).

(Южмина)

______________________________________________________________________________

5. Интересы национальной безопасности.

(Болдырев)

Национальная безопасность — защищенность жизненно важных интересов личности, общества и государства в различных сферах жизнедеятельности от внешних и внутренних угроз, обеспечивающая устойчивое развитие страны.

По другому определению — национальная безопасность — совокупность официально принятых взглядов на цели и государственную стратегию в области обеспечения безопасности личности, общества и государства от внешних и внутренних угроз политического, экономического, социального, военного, техногенного, экологического, информационного и иного характера с учетом имеющихся ресурсов и возможностей.

Национальная безопасность — способность нации удовлетворять потребности, необходимые для ее самосохранения, самовоспроизведения и самосовершенствования с минимальным риском ущерба для базовых ценностей ее нынешнего состояния.

По определению российского политолога Н. А. Косолапова, национальная безопасность — это стабильность, которая может поддерживаться на протяжении длительного времени, состояние достаточно разумной динамической защищенности от наиболее существенных из реально существующих угроз и опасностей, а также способности распознавать такие вызовы и своевременно принимать необходимые меры для их нейтрализации.

БЕЗОПАСНОСТЬ НАЦИОНАЛЬНАЯ — защищенность жизненно важных интересов человека и гражданина, общества и государства (интересов национальных), при котором обеспечивается устойчивое развитие общества, своевременное выявление, предотвращение и нейтрализация угроз национальным интересам в разных сферах жизнедеятельности общества и государства.© Сытник Г.П.

Существуют два подхода относительно операционализации понятия Б.Н..Согласно первому, она рассматривается в контексте защиты национальных интересов, а согласно второму – базисных ценностей общества. В пределах обоих подходов возникает ключевая проблема – определение совокупности национальных интересов или совокупности национальных ценностей. Проблема может быть сведена к триаде вопросов: ценности национальные (интересы) – какие, кого, за счет кого (чего) их защищать (реализовывать)? Однозначно ответить на эти вопросы вне пределов политического процесса (компромисса) достаточно трудно.

Когда понятие Б.Н. вошло в политический лексикон на Западе, оно использовалось в качестве синонима обороноспособности государства и фактически к середине восьмидесятых годов ХХ ст. под этим понятием главным образом понимали военную и политическую безопасность. С начала 90-х годов прошлого столетия в теоретических исследованиях, в философско-социологической и политической литературе понятие Б.Н. и проблему ее обеспечения рассматривают с учетом экономических, социо-культурных и других факторов. Сегодня, в известной мере, сформировалось общее понимание базисных категорий, которые используются при решении проблемы Б.Н., что способствует разработке достаточно структурированных, с относительно четким понятийным аппаратом, руководящих документов по вопросам ее обеспечения. Есть понимание, что Б.Н. – достаточно сложное социально-политического явление, которое отображает последствия многогранной жизнедеятельности, накопленный исторический опыт, предпочтения и культуру каждого человека (индивида), общества, государства, в целом – земной цивилизации, что оно имеет много оттенков, закрепленных правом как совокупное состояние, которое аккумулирует бесконечное число видов убытков (потерь), а также возможных представлений об угрозах и их последствиях для интересов национальных. Но до сего времени у исследователей отсутствует единое мнение о том, что целесообразно понимать под понятием Б.Н. – состояние или категорию, которая характеризует состояние.

Отечественные и иностранные исследователи, нормативные документы дают разные толкования сущности понятия Б.Н. из-за его сложного, многокомпонентного и междисциплинарного характера. Поэтому есть основания утверждать, что в международной политике, внутренней и внешней политике государств, в теории и практике государственного управления, не существует понятия, которое могло бы сравниться по степени туманности, частоте относительно не четкого употребления с понятиемБ.Н..

Это свидетельствует об отсутствии единого понимания сущности, природы возникновения, диалектики развития, механизмов формирования и возможного управленческого влияния на системные характеристики явления, которое означают понятиям Б.Н. В то же время наиболее распространенным является мнение, что Б.Н. – категория, которая характеризует степень (меру, уровень) защищенности жизненно важных интересов, прав и свобод личности, общества и государства от внешних и внутренних угроз или степень отсутствия угроз правам и свободам человека, базовым интересам и ценностям общества и государства.

То есть, это понятие тесно связано со всеми формами, направлениями и проявлениями взаимодействия в системе «природа – человек – общество». Как понятие Б.Н.используется по отношению к широкому кругу объектов и процессов для характеристики их защиты от разных негативных влияний природного и социального характера (часто – в контексте характеристики условий развития или функционирования указанных объектов и процессов). Поэтому Б.Н. должна рассматриваться как специфическое свойство динамических систем, как комплексный критерий оценки их качества, который характеризует динамику развития и техническое воплощение системы.

Б.Н. имеет три взаимозависимых уровня: безопасность человека (гражданина), безопасность общества и безопасность государства. Приоритетность указанных уровней определяется действием многих внешних и внутренних факторов субъективного и объективного характера, в частности, характером общественных отношений, политической системой, экономическим укладом, степенью развития институтов гражданского общества, состоянием внешних отношений с другими странами и другими факторами.

Б.Н. является переменной величиной потому, что по своей сути это интегральная многокомпонентная оценка имеющегося, желаемого или прогнозируемого уровня (меры, степени) защищенности жизненно важных национальных интересов и условий их реализации, в частности, состояния социально-экономической системы, социальных и политических институтов в стране, возможности сил и средств сектора безопасности противостоять угрозам указанным интересам и тому подобное.

Конкретное значение Б.Н. всегда находится в интервале от абсолютной безопасности (идеальное состояние), когда события, явления, процессы, которые порождают опасности для реализации национальных интересов полностью отсутствуют, к абсолютной опасности, когда совокупное влияние указанных опасностей ставит в повестку дня вопрос о самой возможности существования социальной системы (государства), например, ее распад, насильственное изменение конституционного строя и так далее. Поэтому при любых условиях Б.Н. нельзя рассматривать как состояние, когда нет опасности. Исторический опыт не содержит примеры, когда бы такого состояния удалось достичь даже отдельному человеку, не говоря уже о разных формах социальных образований. Напротив, пытаясь защитить себя от тех или других, угроз, они создали такие виды и системы производственных и технологических мощностей, вооружений и в таком количестве, что это стало, одной из наибольших угроз для каждого человека. Поэтому в качестве основы для раскрытия содержания понятия Б.Н. необходимо рассматривать определенное состояние системы (объекта, процесса), которое достигнуто в результате предотвращения вреда ее развитию (жизнедеятельности).

Желаемый уровень Б.Н. (гарантированный, критически допустимый или недопустимый и тому подобное) часто рассматривается как цель, способ или необходимое условие успешного функционирования и существования человека, общественной группы, общества или государства, а их развитие представляется как движение по определенной траектории в среде, которая характеризуется совокупностью взаимообусловленных факторов внешнего и внутреннего характера, которые могут быть описаны определенным набором показателей (индикаторов). В таком понимании Б.Н. является системной количественно-качественной характеристикой развития социальной системы, как объекта реальной действительности на тот или другой момент времени. С учетом иерархичности построения социальных систем можно утверждать, что Б.Н. представляет собой сложную многоуровневую систему, которая формируется в ходе объективных и субъективных процессов, под прямым и опосредствованным влиянием многих факторов.

6. Субъекты обеспечения безопасности.

(Боровой)

7. Виды безопасности.

(Бушковская)

8. Политика и стратегия обеспечения безопасности.

(Верницкая)

9. Силы и средства обеспечения безопасности.

(Григорьева)

10. Система социальной безопасности.

(Датченко)

11. Органы обеспечения безопасности.

(Деревянко)

12 Особенности обеспечения безопасности.

(Жалова)

13. Политическая безопасность.

(Затонская)

14. Становление российской государственности как фактор политической безопасности.

(Захарова)

Ключевым в политической устойчивости Российской Федерации, несомненно, является вопрос о целостности государства как системы. Она возможна лишь при соблюдении следующих пяти принципов федерализма, отраженных в той или иной степени в Конституции Российской Федерации 1993 года.

К ним относятся:

I) запрещение выхода из состава федерации;

2) запрещение одностороннего изменения статуса субъекта федерации;

3) запрещение превращения административных границ в государственные и экономические;

4) признание приоритета федерального законодательства;

5) признание единства основ государственного строительства.

Однако целостность федеративного государства невозможна без ряда конституционных гарантий прав субъектов федерации.

Среди них:

• признание собственных политических и правовых систем субъектов федерации, обеспечиваемых конституционным надзором;

• формирование федеральных представительных органов (обычно верхняя палата парламента) с учетом адекватного представительства субъектов;

• строго определенный порядок принятия новой или изменения действующей конституции, требующий соответствующего санкционирования субъектами;

• требование целостности и неприкосновенности территории субъектов федерации, границы которых не могут быть изменены без предварительного согласия их представительных органов ;

• наличие в основных законах специальных норм, гарантирующих сохранение культуры, языка и традиций наций и народностей, входящих в федерацию;

• разумное, обоснованное разграничение предметов ведения между федерацией и ее субъектами.

Изменение формы государственности, начало перехода к рыночному укладу экономики, резкое расширение политической и хозяйственной самостоятельности субъектов привело к рождению новых проблем взаимоотношений субъектов и центра. В политической сфере в наше время они сфокусированы в понятии суверенитета. С точки зрения современного международного права это понятие определяет не более, чем некий особый статус какой-либо части государства.

К сожалению, постсоветская политическая практика превратила понятие "суверенитет" в орудие сепаратизма за счет включения в него верховенства законов субъектов федерации над федеральными законами. В середине 1993 года в политическом лексиконе России "суверенитет" стал неким синонимом стремления региональных элит к выходу из Российской Федерации или, по меньшей мере, к получению односторонних преимуществ. Для большинства национальных республик и автономий оно выражается в борьбе за изменение статуса сырьевого придатка. Однако для этого надо создавать инфраструктуру (транспортные, коммуникации, энергоснабжение, связь), что практически невозможно без поддержки Центра. Наиболее очевидным при этом местным властям видится капиталовложения центра из национальных или международных ресурсов и получение частичного доступа к прибылям от добычи полезных ископаемых на своей территории.

Борьба за суверенитет сопровождается ростом межнациональной напряженности. Среди причин таковой можно выделить: ухудшение экономической ситуации; политический кризис в стране; ошибки национальной политики в советский период; неуважение к языку, обычаям, культуре других национальностей в повседневном быту; целенаправленное разжигание национальной розни. Первые две острее воспринимаются русскими. Это вытекает из того, что русские больше связаны с промышленностью и имеют меньше возможностей для приспособлению к спаду промышленного производства. Кроме того, имеющиеся трудности в экономике очевиднее связываются с политическим кризисом в стране. Вторые две причины весьма болезненны для титульных наций в национальных республиках и автономиях. Исторически процесс национального самоопределения в России получил реальное воплощение после ее поражения в первой мировой войне. Стали самостоятельными государствами Польша, Латвия, Литва, Финляндия и Эстония. Обрели независимость государства Закавказья и ряд стран Средней Азии. В ходе гражданской войны правительству большевиков удалось установить свое влияние в части независимых государств, возникших на обломках Российской империи. В результате этого был сформирован Советский Союз. Но уже тогда остро встали вопросы о независимости государств, создавших СССР. Для местных политических элит она выражалась в более четком разграничении сфер ведения Союза и местного самоуправления на всех уровнях, обеспечении возможностей самостоятельного определения основ экономического и культурного развития при эффективном ограничении жесткого централизма и диктата ведомства.

Федерация предполагает правовое равенство образующих ее субъектов. При этом федерализм вовсе не предполагает признание в качестве субъекта Федерации любого пожелавшего этого региона. Для этого претендент на такой статус должен обладать необходимыми системообразующими признаками, позволяющими реализовать принцип региональной "самодостаточности". В частности она должна располагать потенциалом, гарантирующим обеспечение каждодневных потребностей "своего" населения преимущественно за счет результатов деятельности хозяйства данного региона. В ином случае речь может идти о национальной автономии, административном районе с местным самоуправлением. При таком федеративном устройстве центральная власть выступает интегрированным выражением воли и интересов образующих Федерацию субъектов, откуда недалеко и до возрождения жесткого централизма федеральной власти.

Однако большинство субъектов Российской Федерации не могут обходиться без помощи центра (в первую очередь финансовой). Отсюда, главными задачами обеспечения политической стабильности внутри страны стали предотвращение и своевременная локализация очагов социальной напряженности в тех регионах, где за годы экономических реформ возникло критическое состояние экономики, социальной сферы, экологических условий. Отсюда важно выявить реальную степень социального, экономического и экологического состояния субъектов федерации.

Для этого можно было бы использовать следующие индикаторы:

• темпы изменения объемов производства;

• уровень безработицы;

• доля местного населения, имеющего доход ниже прожиточного минимума;

• уровень детской смертности;

• интенсивность оттока населения;

• интегрированный показатель экологических условий;

• уровень преступности.

В то же время действующая ныне Конституция Российской Федерации содержит ряд несовершенных форм, в которых реализуется принцип федерализма, что создает определенное напряжение в обществе. По смыслу ч. 2 ст. 5 Конституции республика является государством, другие субъекты федерации таковыми не являются. Это принципиальное правовое различие проявлено в двух моментах. Чисто формальном, когда основной законодательный акт республики именуется Конституцией, а остальных субъектов федерации уставом. Содержательный момент различия состоит в праве республик устанавливать свои государственные языки. И республики (государства) и остальные субъекты Федерации ("негосударства") имеют свои органы государственной власти и свою государственную собственность.

В Конституции устанавливается равноправие субъектов Федерации. Причем по смыслу ч. 1, ч. 2 ст. 72 и ч. 4 ст. 5 к субъектам Федерации отнесены автономные округа, вследствие чего они равноправны с областями и краями, в которые входят. Тем самым установлено, что часть и целое имеют равные права по одному предмету правового регулирования. Естественно, что подобное правовое положение нарушает стройность системных отношений в рамках федерации.

В свете соблюдения равноправия субъектов федерации Достаточно алогичными выглядят договоры между Россией, Татарстаном и Башкортостаном. Уже по своему названию они антиконституционны. Конституцией предусматриваются договоры не между Россией и ее субъектами, а между органами государственной власти. Взаимно же делегировать полномочия могут только органы исполнительной власти. Конституционный принцип равноправия субъектов федерации кроме того означает, что если та или иная республика по договору с Федерацией получает те или иные права, то по крайней мере право на заключение идентичных договоров получают остальные субъекты Федерации.

Крайним проявлением борьбы местных элит за суверенитет является сепаратизм, с которым Россия ныне сталкивается в Чеченской республике. В отличие от периода крушения феодальных империй современное международное право с достаточной определенностью разрешает противоречие между правом на самоопределение и принципом территориальной целостности государств. Право на независимость признается за народами колоний и аннексированных территорий, но не за частями таких территорий и национальными меньшинствами международно признанных государств. Вследствие этого военные победы не могут быть основой для признания самопровозглашенной республики.

Все же наиболее перспективным стратегическим направлением государственного строительства в Российской Федерации является создание территориальной, а не национальной модели внутреннего устройства. При таком подходе республики, края и области Российской Федерации становятся территориальными, а не этническими единицами государства. Предпосылки для перехода от национально-государственного к территориально-административному могут быть созданы за счет разделения источников пополнения федерального и местных бюджетов и определения стабильного процента отчислений в центр, разбив его по всем видам налогов, поскольку "правила игры" для субъектов федерации должны быть заранее известны. В то же время противоречие между национальной и территориальной моделями государства еще долго будут сказываться на устройстве Российской Федерации. Предстоит далеко не идеально гладкая дорога "притирки" этих моделей.

В то же время существуют взгляды о том, что Российская Федерация может продолжать распадаться, следуя тенденциям Советского Союза. Такие прогнозы не учитывают того, что Россия является весьма моноэтническим государством. В ней 81 % населения составляют русские. Не свидетельствует о неизбежности распада Российской Федерации и так называемый цивилизационный признак. Его концентрированным выражением с определенными оговорками можно считать систему письменности. В современном мире имеется всего 12 плюс индийская система письменности, охватывающие большие группы людей. Для России такой системой письменности несомненно является кириллица. У многих народов, населяющих Российскую Федерацию, она является первой и потому родной системой письма. Несколько иначе дело обстоит с Татарстаном, Чечней и некоторыми другими субъектами федерации, которые могут поставить вопрос о возвращении к другой письменности (арабика, латиница) и, следовательно, о переходе к другой цивилизации.