31. Русская сословно-представительная монархия (вторая половина XVI - первая половина XVII вв.): основные этапы развития, государственный строй.

Соборное уложение 1649 г. как правовой документ, подытоживающий вековое (середина XVI — середина XVII в.) развитие страны характеризует политический режим Московского государства, как сословно-представительную монархию с нарастающими самодержавными тенденциями, объяснявшимися особенностями личности Ивана IV Грозного, самодержавная власть которого имела все признаки ничем не ограниченного деспотизма.

Меняется и статус монарха. Теперь государь — не просто старший из князей, а царь: этот титул считали равным императорскому, так называли византийских императоров и ханов Золотой Орды.

Царю принадлежала высшая законодательная, исполнительная, судебная и военная власть, хотя эта власть еще не была неограниченной. Важнейшие вопросы внутренней и внешней политики царь должен был решать совместно с Боярской думой и Земскими соборами. Наследовал престол старший сын. К концу XVI —началу XVII в. право избрания царей постепенно переходит к Земским соборам; занятие престола в обход Земского собора ставило под сомнение законность царской власти. Так, незаконными царями считались Лжедмитрий I и Василий Шуйский.

Значительно возросший объем власти царя не мог быть реализован государственным аппаратом раннефеодальной монархии. Этим и объясняются существенные изменения в государственном аппарате и возникновение представительных органов.

Наряду с царем высшим органом государственной власти и управления являлась Боярская дума. Возникшая в русском государстве в IX — XI вв. как совещание князей с дружинниками, Боярская дума на всем протяжении русской истории олицетворяла собой постоянно действовавший орган при монархе, решающий вместе с ним основные вопросы управления, внешней политики, законодательства, суда и т. д.

Права и полномочия Боярской думы не были определены специальными законами. Широкая сфера ее компетенции определялась, как правило, волей государя. Выступая в качестве совещательного органа при царе по вопросам внешней и внутренней политики, она прежде всего действовала как законодательный орган совместно с царем и под его эгидой, являясь также и высшим административным органом. Согласно Соборному уложению 1649 г. Боярская дума являлась высшей судебной инстанцией для тех дел, которые не могли быть разрешены в приказах (глава Х, статья 2). Все это, конечно, не означало, что такой порядок законодательства был обязательным для государя. Царь мог решать дела и издавать распоряжения, имевшие характер законодательных постановлений, единолично.

Из-за нарастающего антифеодального народного движения требовалась реформа центральной и местной власти, призванная преодолеть кризис, укрепить царскую власть, ограничить самовластие боярства, привнести в правящие верхи элемент согласия. С этой целью в начале правления Ивана IV была сформирована так называемая Избранная рада (небольшой круг приближенных к царю лиц), выражающая компромисс между разными слоями господствующего класса.

Земские соборы не ограничивали власть царя, но служили для совета и опоры в проведении внутри- и внешнеполитических мероприятий, расширяя ее (власти царя) социальную базу. В состав Земских соборов входили Освященный собор, составленный из высшего духовенства, Боярская дума и представители служилого и посадского сословия Московского государства. В качестве представителей от населения приглашались не специально избранные депутаты, а преимущественно должностные лица, стоявшие во главе местных дворянских и посадских обществ.

В период междуцарствия Земские соборы выступали как высшие органы власти. Так, Земский собор Первого ополчения 1611 г. фактически взял государственную власть в свои руки.

Он явился тем государственным органом, к которому обращались по разным вопросам местные самоуправления, посылал по городам воевод, собирал налоги, принимал законы. Земский собор избрал правительство, которому передавалось право решать все государственные и военные дела. Всем — и военным, и земским (гражданским) — вменялось в обязанность подчиняться решениям правительства.

Существенным звеном государственного аппарата сословно-представительной монархии являлись приказы — органы центрального отраслевого управления, пришедшие на смену

органам дворцово-вотчинной системы управления, свойственной раннефеодальной монархии. Учреждения приказного типа начали складываться еще в период образования русского цен

суд, заведовал всеми войсками. В непосредственной зависимости от него были все пограничные города и крепости с их населением и землями, доход от которых шел в Разрядный

приказ. Приказ вел личные дела всех служилых людей в государстве, через него приводились в исполнение все высшие распоряжения по службе, им же представлялись государю все

донесения воевод. Главным начальником Разрядного приказа был государев дьяк.

Во главе каждого приказа (речь идет о приказах, руководство которыми конкретно не указано) стоял приказной боярин или судья, как правило, член Боярской думы, у него имелись помощники — дьяки. При приказах была создана канцелярия, состоявшая из подьячих.

Переход к новой форме феодального государства (сословно-представительной монархии) ознаменовался существенными изменениями в организации местного управления. На смену системе кормления, которая уже давно не удовлетворяла центральную власть, приходит новая система местного управления — органы губного и земского самоуправления. Переход к этой системе означал введение совершенно нового принципа: на смену представителям центра, управлявшим местами, пришли органы самоуправления. С точки зрения социальной это означало оттеснение от местного управления феодальной аристократии в пользу дворянства и посадского населения. Новая система позволяла осуществлять суд и управление, а также решать вопросы финансового управления тем, кто более всего был в этом заинтересован — местным дворянам и верхушке посада. Из их среды избирались губные старосты, которые получили право самостоятельно производить следствие с применением пыток по делам о разбоях и кражах и приговаривать обвиняемых даже к смертной казни.

Делами по управлению городом занимался городской приказчик, который также избирался из среды местных дворян. Все это ограничивало полномочия бояр-кормленщиков и усиливало роль дворянства в местном управлении.

Крепнущая царская власть нуждалась также и в органах на местах, которые последовательно проводили бы политику центра и не зависели от местных влияний. Поэтому во второй половине XVI в. зародились и получили развитие органы воеводско-приказного управления. Введение воевод означало дальнейшую централизацию управления, поскольку они в большей

мере, чем губные учреждения, подчинялись центральным органам власти. В 1555—1556 гг. в пограничных городах для управления войском стали назначаться служилые люди — воеводы,

получившие со временем также судебно-административную власть и подчинившие себе выборы и деятельность губных и земских старост.

Учреждение института воевод наряду с осуществлением губного и земского самоуправления означало ликвидацию системы кормления. Воевода назначался на срок 1—2 года, правом

кормления не пользовался, за службу получал жалование из царской казны.

Новые задачи требовали коренного изменения в структуре вооруженных сил: народное ополчение и дворянская конница не были пригодны в новых исторических условиях. Поэтому в 1550 г. было создано новое стрелецкое войско, вооруженное огнестрельным (пища-

лями) и холодным (бердышем *, мечом или саблей) оружием.

Стрельцы несли постоянную службу почти во всех городах страны и относились к так называемым служилым людям по прибору. Постоянное (хотя еще не регулярное) стрелецкое

войско было наиболее мощной боевой силой Российского государства.

В начале XVII в. появляются полки иноземного (нового) строя. Они комплектовались из детей боярских, дворян, свободного населения. Сформированные рейтарские и драгунские полки (полки тяжелой и легкой кавалерии, а также пешие) имели единообразное вооружение, были хорошо обучены, дисциплинированы и обладали высокой боеспособностью.

Для содержания войска вводились новые налоги и заново описывались земли. В связи с этим была установлена единая для всего государства мера определения доходности — соха,

земельная единица, зависевшая от принадлежности и качества земли. В городах в соху включалось определенное количество дворов. Были введены и новые налоги: пищальные деньги на содержание стрелецкого войска, полоняничные деньги на выкуп пленных.