2. Классификации обсценной лексики

Я понять тебя хочу,

Темный твой язык учу

Подход к классификации обсценной лексики у многих ученых сходится. Как правило, обсценную лексику разделяют по функции на бранную и собственно обсценную (Левин, Мокиенко и другие); А.Ю. Плуцер-Сарно упоминает разделение обсценной лексики на две различные по семантике группы: первая, эротическая, относится к сфере сексуального, вторая, скатологическая, – к сфере отправления естественных нужд. Это разделение упоминают и почти все другие ученые, а Бахтин связывает их общим происхождением от области телесного низа. Кроме того, Плуцер-Сарно выделяет в обсценной лексике матерные корни в отдельную группу, т.к. они «словообразовательно плодовиты». Взгляд Плуцера-Сарно мы подробно рассматривать не будем, т.к. он сосредоточен, в основном, на самых «плодовитых» корнях.

Рассмотрим подробнее классификацию В.М. Мокиенко, удобную и сравнительно полную.

В. М. Мокиенко считает термины «бранная лексика» и «обсценная лексика» взаимно пересекающимися, хотя и не полностью идентичными. Брань — это оскорбительные, ругательные слова, тогда как обсценная лексика — это грубейшие вульгарные выражения, табуизированные слова. Главный признак, неразрывно связывающий две эти лексические группы, — эмоционально-экспрессивная реакция на неожиданные и неприятные события, слова, действия и т. п.

Автор предлагает двухступенчатую модель классификации бранной лексики и фразеологии: вначале она распределяется по лексико-тематическим группам, а затем (в своей комбинаторике) – по типологии внутренней формы.

Исследователь классифицирует русскую бранную лексику по функционально-тематическому принципу, выделяя следующие основные группы:

• Наименования лиц с подчеркнуто отрицательными характеристиками типа:

  • глупый, непонятливый человек;

  • подлый, низкий человек;

  • ничтожный человек, ничтожество;

  • проститутка, продажная женщина.

• Наименования «неприличных», социально табуированных частей тела — «срамные места»

• Наименования процесса совершения полового акта.

• Наименования физиологических функций (отправлений).

• Наименования «результатов» физиологических отправлений.

В. М. Мокиенко указывает, что указанные группы бранной и обсценной лексики в целом представлены практически во всех языках. Что же касается национальных особенностей бранной лексики, то, по его мнению, они связаны с комбинаторикой и частотностью лексем определённого типа в каждом конкретном языке.

Исходя из этих критериев, Мокиенко говорит о двух основных типах бранной лексики европейских языков:

«Анально-экскрементальный» тип (Scheiss-культура);

«Сексуальный» тип (Sex-культура).

Мокиенко разделяет языки по этим типам, однако нам представляется возможным выделять лишь тип, доминирующий в конкретном языке, т.к. и тот, и другой, к примеру, часто встречаются в русском языке. Кроме того, по Бахтину и тот, и другой тип находятся в общности телесного низа, невозможно отдать пальму первенства какому-то одному из них.

Существует еще несколько вариантов классификаций. В частности, статья М. Надель-Червинской, посвященная вопросам распределения обсценной лексики, строится примерно на тех же принципах, что и у Мокиенко, только с небольшим уклоном в сторону истории развития непристойных единиц. В целом же получается примерно та же картина.

Есть варианты классификаций, где лексика разделяется только по функционально-тематическому принципу, однако согласимся с Мокиенко – такое разделение представляется слишком общим и неудобным, особенно для составления словаря. 

Рассмотрим здесь также классификацию обсценных выражений Левина. Обсценные выражения несут в себе довольно интересные коннотативы, поэтому имеет смысл включить их в классификацию.

Левин разделяет обсценные выражения на ругательства и собственно обсценные, отличая вторые субститутивностью, то есть возможностью подставить «пристойный» синоним. Он обосновывает это тем, что в первом случае синоним не обойдется без бранной лексики, а во втором – наоборот, синоним не будет инвективой.

Проиллюстрируем классификацию с помощью необсценных синонимов.

Рассмотрим первый класс – обсценные ругательства. Они различаются, с одной стороны, наличием/отсутствием цели, с другой – наличием/отсутствием адресата (см. приложение 1).

Так, имеют и цель, и адресата посылки (иди нафиг), отказы (фиг тебе) и индефферентивы (фиг с тобой). Посылки – отстранения от адресата - являются, по Серлу, директивами и экспрессивами: «я выражаю свое отрицательное к тебе отношение и выражаю требование выполнить мое пожелание». Отказы выражаются в отрицании просимого с попутным оскорблением; конативны и почти не переводимы в 3 лицо. Индефферентивы также относятся к отстранению, но скорее ментальному, с менее выраженными оттенками бранной иллокуции; индефферентивы легко переводятся в 3 лицо.

Не имеют ни цели, ни адресата междометия и вставки (елки-палки, черт возьми, блин в значении эвфемизма). Они разделяются по фунции на эмативные – выражающие эмоцию удивления, восхищения, неудовольствия и т.д. и вставочные – как семантически пустые вставки в связный текст, варьирующиеся по уровню экспрессии в зависимости от контекста.

Адресованы, но без прагматической цели пейоративы (разгильдяй, растяпа, сволочь и др.); пейоративы обычно используются для экспрессивной характеристики, а не для оскорбления; характерны модели типа «ах, …» «ты, …», часто добавляются прилагательные. Левин условно разделяет их на три группы: оценивающие умственные способности, оценивающие нравственные качества и не имеющие выраженного смыслового наполнения; все они имеют различную сочетаемость.

Имеет цель, но не имеет конкретного адресата божба. Употребляется в функции клятвы, заверения в истинности: разрази меня гром, провалиться мне на этом месте. Значительно варьируется по форме.

Перейдем ко второму классу, собственно обсценным выражениям. Левин выделяет три подкласса – местоимения и местоглаголия, выражения с определенной семантикой и отрицательные выражения. Эта часть классификации кажется не столь удачной, как в случае с первым классом, но Левин справедливо отмечает универсальность обсценной лексики, ее способность замещать любые части речи. Последний подкласс, выделяемый Левиным, служит доказательством для его вывода о том, что обсценная лексика глубоко негативна. Это утверждение представляется неверным; остановимся на этом подробнее в следующей главе.

Подводя итог, мы получаем:

А) Разделение табуированной лексики на обсценную и бранную обсценную,

Б) Разделение обсценной лексики на эротическую и скатологическую (связанную с естественными нуждами),

В) Примерно одинаковую у многих ученых функционально-тематическая классификацию.

Наиболее адекватная классификация у Мокиенко, который выделяет общие группы наименований, и подгруппы по внутренней форме. Классификация по значению гораздо труднее, т.к. многие обсценные слова могут выступать в нескольких значениях, нередко противопоставленных друг другу. Даже отдельные наблюдения Мокиенко и Левина как легко подтверждаются, так легко же и опровергаются конкретными примерами. Имеющиеся классификации приходится считать в какой-то мере условными. Для наиболее грамотной классификации обсценной лексики необходимо выяснить ее роль и значение в функционировании языка.