О ведьмах

В канун Иванова дня ведьмы, как всем известно, собираются у «Старого Эрика».

В Гиординге близ Рибе один работник в ночь накануне Иванова дня, чтобы стать невидимым для ведьм, положил себе на голову кусок зеленого дерна, а сам пробрался на кладбище. Он стоял и спокойно смотрел, как ведьмы пляшут вокруг «Старого Эрика», как вдруг одна приблизилась к нему, и, отступая в сторону, он уронил с головы дерн. В тот же миг все ведьмы увидели его и бросились в погоню. Не миновать бы ему их когтей, если бы парень не стоял совсем рядом с воротами.

В одном доме все шло кувырком, и обитатели его обратились за советом к известной знахарке. Та явилась и обошла дом изнутри и снаружи. Наконец она остановилась перед большим камнем, который лежал у стены. «Это, – сказала она, – надо откатить в сторону». Но как ни бились, с рычагами и другими приспособлениями, камень с места не сдвинулся. Наконец знахарка сама проковыляла к камню, и едва она коснулась его, как валун стронулся с места. Под ним нашли шелковый кошелек, набитый орлиными и петушиными когтями и обрезками человеческих волос и ногтей. «Бросьте его в огонь вместе с вязанкой сухого гороха, чтоб быстрей занялось», – сказала знахарка, и это тут же исполнили. Едва огонь стал разгораться, послышался такой свист и шип, что дом, казалось, рухнет, а те, кто стоял в поле, ясно видели, как из дымохода вылетела ведьма на помеле. В то же время умерла старуха, которая, должно быть, и заколдовала дом. С той поры всем злым чарам пришел конец.

В окрестностях Остреля служил на ферме один человек, не знавший, что тамошняя хозяйка была ведьмой. Хотя она отлично кормила его, он худел день ото дня. Обеспокоившись, пошел он к знахарю и рассказал о своей беде. От знахаря он и узнал, что хозяйка его – ведьма и каждую ночь ездит на нем в Норвегию к Тромской церкви, так что неудивительно, если он теряет силы. Знахарь дал работнику мазь натереть голову на ночь, так что во сне он должен был почувствовать сильный зуд и проснуться перед церковью в Троме. Человек сделал, как ему было сказано, и проснулся на следующую ночь перед церковью, держа в руках уздечку, которую сдернул с головы, когда чесался. Вокруг было множество коней, связанных между собой хвостами. Пока он так стоял, из церкви вышла его хозяйка и дружелюбно на него взглянула. Работник же кивком подозвал ее поближе, а сам накинул ей на голову уздечку, и она тут же обернулась красивой кобылой. Верхом на этой кобыле работник и отправился домой, а по пути заехал к кузнецу и велел ему подковать лошадку на все четыре ноги. Добравшись до дому, он сказал хозяину, что купил отличную кобылу в пару той, что уже была на ферме. Хозяин выложил за лошадку кругленькую сумму, когда же снял с нее уздечку, кобыла исчезла, а на ее месте оказалась хозяйка с новыми подковами на руках и ногах. Тогда работник рассказал обо всем, жену прогнали из дома, а от подков она так никогда и не избавилась.

В Северной Германии бытует предание, очень близко напоминающее вышеизложенное.

В Остреле было когда‑то множество ведьм. Один охотник, который часто проходил мимо фермы Баллера, всегда замечал где‑нибудь рядом либо зайца, либо дикую утку. Однако сколько он ни стрелял (а он был метким стрелком), утка сидела спокойно, будто не замечая выстрелов. Поняв, что пуля ее не берет, охотник срезал со своей куртки серебряную пуговицу, трижды сказал над ней «Аве» и вложил в ружье. Теперь он подбил утку, которая, однако же, полетела над водой к ферме и скрылась в домике для птицы. Охотник пошел следом и рассказал хозяевам, сидевшим за ужином, как было дело. Хозяин послал его на кухню попросить служанку, чтобы та отдала ему утку. Войдя в кухню, охотник увидел там уродливую старую каргу, которая сидела у очага в одном башмаке, а по колену у нее текла кровь. Она сказала, что упала и порезалась, но охотник‑то сразу понял, что это была подстреленная им ведьма, и поскорей сбежал оттуда.

В Бронстедмарке, в провинции Рибе, показывают на опушке леса место, где в прежние времена стоял замок. Дама, что жила в этом замке, была ведьмой, и однажды, когда все мужчины отправились на охоту, она обернулась зайцем и до тех пор (говорят) дразнила и мучила их, пока один крестьянин, который знал больше других, не зарядил ружье серебряной пуговицей и не ранил зайца в ногу. На следующий день прошел слух, что хозяйка замка больна. Больше ее не видели.

Два жителя Свендструпа, что близ Аальборга, вышли как‑то ночью пострелять зайцев. Они встали под церковной колокольней, поджидая, пока появится дичь, но никого не увидели. Только в полночь вдруг из всех могил вырвалась стая зайцев, и хотя крестьяне сперва решились стрелять в них, ни один не упал. Зверей становилось все больше, так что в конце концов весь двор скрылся под их бессчетными полчищами. Тут охотников охватил ужас, и они едва унесли ноги.

На Борнхольме рассказывают, что ведьмы умеют делать подобия зайцев из старых чулок, используя вместо лап три шипа от бороны. Этих зайцев, которых они называют «смербаррер», ведьмы посылают доить чужих коров. В Швеции ведьмы тоже используют зайцев, чтобы доить коров.

В приходе Виссенберг в Фиене жила когда‑то женщина, которую все считали ведьмой. Когда пришел ее смертный час, она никак не могла испустить дух, но другая знающая женщина, бывшая при этом, посоветовала положить под кресло, в котором сидела умирающая, солому; потому что от этого, если она была ведьмой, она должна была сразу умереть. Это средство никогда не отказывало. Ее совету последовали, и женщина вскоре умерла.