Древний Киев.

1 — Подол 2 — Софийский собор 3 — Золотые ворота

древних старцев, документы княжеского архива, жития святых, иноземные хроники и народные сказания, сам будучи очевидцем многих событий, Нестор создал монументальное историческое произведение. Древнейшую историю славян и Руси он вписал в историю всемирную, где славяне заняли своё место среди других народов. О чём только не говорит Нестор в этом труде! Рассказы о княжеских походах и свадьбах, победах, поражениях и усобицах сменяют рассказы о скоморохах, волхвах и кудесниках. Нестор обра­щается в легендам, к народной памяти, спорит с неверными, по его мнению, преданиями. От героических сказаний переходит к деловым договорам Руси и Кон­стантинополя, от житий святых — к княжеским поучениям и письмам. События самого разного рода, важнейшие для судьбы государства и совсем незначительные, объеди­нены в «Повести временных лет» мыслью составителя, предста­вившего читателю собственную, глубоко продуманную концепцию древнейшей русской истории, мудрость которой летописец видит в том, что каждое её событие есть проявление божественной воли.

Ошибкой было бы считать авто­ра летописи спокойным, объек­тивным сторонним наблюдателем, который пишет для отдалённых потомков, а не для современников. Такой взгляд был бы упрощением. Как показывают исследования учёных, на деятельность летописца большое влияние оказывали современные ему политические события и интересы. Нельзя исклю­чить и прямое вмешательство политических деятелей в работу над летописью.

135

Названия днепровских порогов

...Длинная вереница лодей, в такт ударяя по воде вёслами, движется по Днепру. Это — торговый караван. Цель — Константинополь, столица Византийской империи, или Царьград, как называли этот город на Руси. Впереди — около шести недель плавания. Внимательно приглядевшись, можно заметить, что торговцы больше похожи на воинов. Все они хорошо вооружены и всегда готовы дать отпор незваным гостям. Но пока всё спокойно. Вот издалека слышится неясный шум. По мере приближения он нарас­тает. «Первый порог!» — кричит опытный лоцман на носу первой лодьи. Начинаются испытания.

Первый порог скандинавы именуют Эссупи, что означает «Не спи». Он узок и коварен. Посередине русла выступают обрывистые высокие скалы, торчащие множеством островков. Не меньше их, готовых пропороть борт корабля, скрывается и под водой. Клокочущая меж скал и низвергающаяся вниз вода издаёт страшный гул. Караван причаливает недалеко от порога. Воины, слуги и рабы высаживаются на сушу, чтобы облегчить корабли и уменьшить их осадку. Некоторые, раздевшись, становятся у бортов в воду и, ощупывая ногами дно, медленно волокут лодьи, чтобы не натолкнуться на какой-либо камень. В это время на кораблях с носа, кормы и средней части оставшиеся отталкиваются шестами.

Благополучно миновав препятствие, караван движет­ся дальше. Второй порог по-скандинавски называется Улворси — «Островок порога», третий — Геландри — «Шум порога». Их преодолевают сходным способом. Но главные тревоги ещё впереди. Самый опасный порог — четвёртый, который называется Амфор — «Ненасытный». Именно здесь чаще всего подстерегает купцов засада. Чтобы избежать неожиданностей, как только корабли причалят, первыми на берег прыгают воины-стражи. Выгружаются все вещи, выводятся в цепях рабы, предназначенные для продажи. Лодьи — одни волоком, другие на плечах — тащат несколько километров до безопасной воды. Наконец самое главное препятствие преодолено. Впереди ещё три порога («Большая заводь», «Кипение воды», «Малый порог»). Но они не настолько опасны. Когда порожистый участок пройден, самое время сделать остановку. Вдали показывается остров Святого Георгия (современный остров Хортица). На нём стоит огромный раскидистый дуб, которому приносят жертвы в благо­дарность за то, что удалось счастливо миновать пороги и кочевников-грабителей.

Древнейшее дошедшее до наших дней и «единствен­ное» раннесредневековое описание Днепровского пути относится к середине X в. и составлено со слов очевид­цев императором Византии Константином Багрянород­ным. Из него можно узнать, что все пороги имели двой­ное название. После долгих дискуссий учёные пришли к выводу, что одно из них является скандинавским, отра­жающим особенности порогов, важные для навигации и наиболее запоминающиеся («Сменяющийся», «Тесни­на», «Громкозвенящий», «Водопад на волоке» и т. д.); другое же — славянское (древнерусское, например «Веручи» — вертящийся, бурлящий, т. е. «кипящая вода»). Двуязычие названий означает, что Днепровский путь стал к середине X в. обычным для варягов, коль скоро их названия прижились в этнически чуждой среде. Отсюда вытекает и другой важный вывод — особый интерес викингов к торговым путям, имеющим для них исключительное значение.

«Русь» — не славянское, а скорее всего пришло с севера и образовано от названия южного берега Швеции — «Руслаген».

В истории достаточно примеров, когда основа­телями правящих династий становились инозем­цы. Так что варягом или славянином был первый князь — вопрос важный, но не первостепенный. Славяне и скандинавы находились в VIII—IX вв. примерно на одном уровне социального развития. В этих условиях викинги, разумеется, не могли принести славянам ни более высокой культуры, ни государственности. Государственность есть итог длительного самостоятельного развития общества. Государство возникает как сила, способная сохра­нить порядок и погасить внутренние, социальные конфликты. Да и сам летописец отметил, что варягов призвали на княжение, — значит, эта форма власти уже была известна. Варяги, по летописи, осели в уже существующих городах. Само их существование — показатель высокого развития восточнославянского общества. Именно города выступают основой формирования нового, государственного деления славян взамен древнего, племенного. Толчком для славянского объедине­ния и на севере, и на юге стала внешняя опасность, экономической основой — торговый путь «из варяг в греки», зачинателями объединения оказались Новгород и Киев — два важнейших восточно­славянских центра, а выполнил историческую миссию объединения князь Олег (882—912 гг.), прозванный Вещим.

Как бы ни различались мнения историков, важно одно — факт основания в 862 г. в Новгороде княжеской династии, правившей более семи веков, был воспринят летописцем как своего рода точка отсчёта исторического времени, а объединение под властью Олега новгородских и киевских земель — как поворотный момент в исторических судьбах восточных славян. По замечанию одного из отечественных историков, «сквозь красивый туман народного сказания история... видна лишь со времён Олега». Воспетый А.С. Пушкиным Вещий Олег — фигура не легендарная, а историческая. Если Кий для летописца — персонаж почти сказочный, мифический, а о Рюрике, Аскольде и Дире ему были известны лишь крупицы фактов, то Олег в «Повести временных лет» представлен как действительно первый общерусский пра­витель.

КНЯЖЕНИЕ ОЛЕГА

Важнейшими заботами Олега, как и последую­щих князей, стали, во-первых, освобождение от власти Хазарского каганата и подчинение Киеву еще не покорённых восточнославянских племён; во-вторых, защита рубежей государства от внеш­них врагов; и, в-третьих, обеспечение выгодных условий для Руси в торговле с Византией.

Для обороны от кочевников Олег «нача городы ставити». Племена северо-запада Руси (словене,

136

Торговля варягов на Волге в Х в.

кривичи, меря) продолжали подчи­няться ему и платили дань, причём новгородцы обязались отвозить в Киев собую дань варягам в 300 гривен (гривна — слиток серебра весом около 200 г) «мира для». Северяне и радимичи (восточнославянские союзы племён) по-прежнему платили дань хазарам. Но Олег потребовал от них: «Не дайте хазарам, а мне дайте». Таким образом начала формироваться государственная территория «империи Рюрикови­чей». Согласно «Повести временных лет», Олегу подчинялись поляне, северяне, радимичи, древ­ляне, восточные кривичи, словене ильменские и некоторые финно-угорские племена. Вероятно, в какую-то зависимость от Киева попали дреговичи, западные кривичи и, возможно, уличи и тиверцы. Вятичи пребывали под властью хазар, а племена, жившие на юго-западе Руси, скорее всего нахо­дились под опекой Чехии или Польши. В руках

Олега сосредоточилась власть над землями, про­стиравшимися от Ладоги на севере до низовьев Днепра на юге.

К исходу своей жизни Олег стал государствен­ным деятелем международного масштаба; ему удалось поставить на колени сильнейшее госу­дарство тогдашнего мира — Византийскую импе­рию. В 907 г. он совершил успешный поход на её столицу — Константинополь, или, как его назы­вали руссы, Царьград. Город не сумел оказать должного отпора войску Олега. Греки лишь успели замкнуть гавань Золотой Рог цепью и преградить русским лодьям подход к самим стенам города. Сначала русская рать опустошила пригороды столицы, забрала огромные богатства, пленных, а затем, согласно летописи, лодьи были поставлены на колёса и направлены к городу — таким образом суда могли прикрывать от стрел наступающих воинов. Греки запросили мира. Императоры