§ 1. Генезис идей прав человека и правового государства 57

Учение Гегеля о государстве как «шествии Бога в мире» в зна- чительной мере противостояло сформировавшимся в период буржуаз- ных революций индивидуалистическим доктринам, которые призва- ны были «умалить», ограничить роль государства. В основе этих доктрин также были идеи свободы личности, естественных, прирож- денных прав человека. Ее основоположники — А. Смит, Д. Рикардо, Д. Локк, Б. Констан роль государства сводили к необходимости охраны свободы и прав человека от чьих бы то ни было (в том числе и самого государства) посягательств. Это так называемая личная (гражданская) свобода, при наличии которой человек может самосто- ятельно и автономно использовать свои способности и ресурсы. Такие ограничения государственных притязаний свободой личности и ее правами были положены в основу раннебуржуазных представлений о правовом государстве. Прежде всего, речь шла о невмешательстве, пресечении государственного вмешательства в экономику, в рыноч- ную сферу. Политические отношения индивида и власти служили способом защиты личной экономической свободы. Б. Констан выра- зил это положение предельно четко: нельзя все сводить к политиче- ской свободе, есть индивидуальная свобода, а политическая свобода только ее гарантия.

По всей вероятности, Гегель раньше других увидел узость, ограниченность крайнего индивидуализма, характерного для граж- данского общества периода раннего капитализма, о котором он писал:

«Гражданское общество представляет нам в этих противоположнос- тях и их переплетении картину столь же необычной роскоши, изли- шества, сколь и картину нищеты и общего обеим физического и нравственного вырождения»¹. Поэтому вся гегелевская доктрина на- правлена была на возвышение государства, воплощавшего право, нравственность, призванные примирить противоречивые интересы индивидов.

3. Вопрос о границах государственной власти оказался наиболее важным для представлений буржуазного индивидуализма, исходив- шего из «негативного» понимания свободы (т. е. свободы от любых по- сягательств, вмешательств, воздействий). В отличие от прежних тео- рий государственной власти буржуазный индивидуализм идет не от

¹ Гегель. Философия права. С. 213.

З*

58 Глава II. Права человека и правовое государство

государства к человеку, а от индивида к государству. Такой подход означал разрыв с феодальным религиозным мировоззрением, где че- ловек с его интересами был заслонен божественными ценностями.

Поэтому понятие правового государства, «господства права» на ранних этапах буржуазного развития означало прежде всего ограничение его вмешательства в экономику и обеспечение личной свободы индивида в распоряжении собственностью, в рыночной сти- хии.

Так, Д. Локк цель государства видел в потребности охраны соб- ственности и отрицал его право выходить за пределы этой цели. Тако- го же взгляда придерживался А. Смит с позиций экономического развития общества. Еще в XVIII в. Т. Пени, указывая на Соединен- ные Штаты, утверждал, что общество само в состоянии делать почти все, что обычно возлагается на правительство. Последнее, по его мне- нию, не только не помогает обществу, но мешает ему развиваться. Такие же позиции занимал В. Гумбольдт, полагая, что задача госу- дарства состоит только в устранении зла и государство не обязано со- действовать благосостоянию граждан. Роль государства сводилась подчас, по сути дела, к осуществлению полицейских функций, роли «ночного сторожа», что, естественно, несовместимо с гуманистиче- ской идеей правового государства.

Однако понятие негативной свободы после прохождения капи- тализмом периода первоначального накопления вступало в противо- речие с реалиями. Индивид расширил свои требования и на новом этапе развития либерализма, относящемся ко второй половине XIX в., потребовал дополнить «негативное» понимание свободы как свободы «от» позитивным — как свободы «на» (на защиту со стороны госу- дарства, получение от него определенных благ, на более активное участие в осуществлении власти и т. д.).

Односторонность индивидуалистического понимания роли госу- дарства, существующего якобы только для осуществления охрани- тельных функций, резко критиковал Б. Чичерин: «Нет сомнения, что излишняя регламентация со стороны государства и вмешательство его во все дела могут действовать вредно. Гумбольдт прав, когда он го- ворит, что этим подрывается самодеятельность, и тем самым умаля- ются материальные и нравственные силы народа, который привыкает во всем обращаться к правительству, вместо того чтобы полагаться на самого себя. Но это доказывает только необходимость рядом с дея- тельностью государства предоставить возможность и широкий