В поисках веры

Требования обновления церкви отчетливо высказывались еще в XVI в. Они сопровождались во Франции распространением нового благочестия и «Братства общей жизни». Критика духовенства и церкви выражалась в требованиях упрощения ритуалов и схоластического обоснования догматов, возврата к живому слову Божию. Мечту о реформе разделяли все гуманисты. Но в ней соседствуют два движения. Одни отрицают культ святых и реликвий, индульгенции, призывают опираться только на Священное Писание, но не порывают с официальной церковью. Напротив, другие готовы ради достижения этих целей порвать с католической церковью, создав новую. До 1520 г. эти движения еще не разделились.

Возрожденная античность неизбежно порождала религиозные сомнения, ибо читатели Цицерона, Сенеки, Аристотеля и Платона нашли у них примеры, достойные восхищения и подражания, свободные от христианского влияния. У образованных людей сложилось определение морального совершенства, отличного от христианского канона. Гуманисты пытались устранить разъединение морали светской и церковной, но религия была важна для масс, а интеллектуалов волновала культура, поэтому они рано отошли от узких проблем реформы церкви. Перед ними стояли вопросы, ответы на которые они не находили ни в старой, ни в новой церкви.

С 1520 г. идеи Лютера находят отклик во Франции, и церковь не может противостоять им. Реформация проникает в Бордо, Лион, Монпелье. Тогда же французы начинают читать Библию на родном языке, благодаря первым переводам. Протестантская коммуна создается в Страсбурге, оттуда идут новые идеи и книги во Францию.

Однако обстановка в стране не благоприятствовала распространению вширь реформационных идей. Франция была преданно католической, церковь благодаря галликанизму и Болонскому конкордату (1516) сохраняла известную независимость от папы, назначения на высшие церковные должности находились в руках короля, умело использовавшего это право для наделения ими дворян, наконец, равнодушие крестьянства — все это предопределило судьбу Реформации. Устойчивость процесса централизации страны и сильная королевская власть лишали Реформацию политической целесообразности.

Но во Франции были силы, черпавшие в Реформации надежды на перемены в государстве. Протестантизм находил приверженцев в крупных городах в среде нарождающейся буржуазии, ремесленников и плебса. Зрело недовольство и в рядах низшего клира, разночинного по социальному происхождению, против исключительно дворянского высшего духовенства. А высшая аристократия видела в абсолютной монархии угрозу своим былым вольностям и ненавидела всесилие чиновников, выходцев из неблагородного сословия. Реформация была для них способом борьбы с центральной властью. Провинции, особенно Юга Франции, вспомнили об утерянных свободах. Такая «пороховая бочка» рано или поздно должна была взорваться. До 30-х годов протестантизм распространялся беспрепятственно, но дело о «плакатах против месс» 1534 г. вызвало репрессии, которые явились толчком к началу борьбы. Многие французы бежали из страны, особенно в Женеву, где Кальвин создал новую церковь. В 1559 г. в Париже собрался первый национальный синод реформатских церквей и высказался в пользу кальвинизма. К 1560 г. гугеноты составили 10 % населения (к концу религиозных войн 6—7 %).

Они начинают борьбу, известную в литературе как религиозные войны (1562—1598). Итог восьми войн — Варфоломеевская ночь (1572), разорение и обнищание страны, бегство протестантов, убийство короля Генриха III, всеобщее ожесточение и ненависть. Война не решила и не могла решить вопросы веры. Но она помогла их решить.

Произошел разрыв гуманизма с Реформацией. Причина его коренится в особенностях кальвинизма, принятого протестантами во Франции. Учение Кальвина выглядело антигуманистичным: вместо культа человека оно предлагало смирение, вместо разума — иррационализм, вместо свободы воли — предопределение. Кальвин отринул гуманистическую версию христианства как нравственного учения, основы всеобщего спасения и выступил против свободомыслия и веротерпимости. Он отрицал возможность познания Бога, природы и человека, настаивая на несовершенстве разума как инструмента познания. Грехом гуманизма он считал не только религиозный индифферентизм, но и критическое изучение Библии. Оно породило, по его мнению, недостаток христианского рвения, гордыню ученых, а христианство превратило из религии в философию. Таким образом, Кальвин осудил гуманизм в целом как тип мышления и предпочитал истребить все науки, раз они принесли сомнение, гордыню и тотальный критицизм.

Другой итог войн — укрепление католицизма в обществе. Если раньше бунт против обрядов доходил до разрушения статуй и витражей в церквах, то война пробудила в обществе любовь к национальным святыням, и народная набожность выливалась в массовые религиозные процессии, объединявшие короля и народ. Решения Тридентского собора, долго не принимавшиеся во Франции, были приняты как необходимые в борьбе с Реформацией меры.

Не менее плодотворным и массовым стал путь мистики: с 1570 по 1610 г. во Франции были переведены и изданы почти все великие мистики церкви. Болезненность исканий веры сказалась и в распространении демономании, в участившихся самоубийствах, в массовом психозе ожидания конца света.