55. Личность, ее формирование и развитие. Проблема свободы и ответственности личности. Личность в различных типах общества

В первобытную эпоху при неразвитости производительных сил и слабой социальной расчлененности общества индивид, его жизнь, выступают как бы частью природного и социального целого. Жизнь индивида не отделена от коллективной жизнедеятельности. Индивидуальности нет. Однако значение индивидуальности начинает постепенно проявляться. К индивидуально-природным различиям начинают добавляться различия социальные, а затем и индивидуально-личностные. Иными словами, вначале человек выступает просто как особый индивид, затем как социальный индивид и затем как личность. Каждой из этих форм бытия человека соответствует и определенный тип самосознания. Этот процесс автономизации индивида, осознания значимости, социальной и личной ценности индивидуальности и индивидуальных различий называется персонализацией. Исторический процесс становления индивидуальности начинается с родового строя. Сознание человека в этот период во многом архаично. Для первобытного человека характерно переносить собственные качества на природные объекты, неспособность отчетливо различать субъективное от объективного, материальное от духовного, предмет и знак, вещь и слово, существо и его имя, единичное и множественное, статичное и динамичное, пространственное и временное. На ранних стадиях индивид не воспринимает себя отдельно от своих социальных ролей. Анализ своих собственных индивидуальных особенностей нередко заменяется анализом группового поведения. Имя отличает своего носителя от всех остальных людей, особенно в собственном самосознании. Отождествление имени и именуемой индивидуальности - характерная черта архаического сознания. Судьба человека предполагалась немыслимой отдельно от судьбы его сородичей. Течение жизни и времени воспринималось этим архаическим сознанием не как линейный, а как циклический процесс, субъектом которого был не отдельный индивид, а племя, община. В первобытной общине основным средством передачи социального опыта являлось следование традициям. В древних обществах жизненный путь человека от рождения до смерти в основном детально регламентирован. Этот способ регуляции взаимоотношения человека и общества прост и устойчив, но его негативной стороной является консерватизм и вариативная бедность поведения. С усложнением социальной жизни этот механизм становится тормозом общественного развития. С развитием человека в индивидуальность традиции дополняются и частично заменяются механизмом ценностного управления по типу: моральная норма и исполнение, предполагающие свободу выбора человеком способов следования этой норме. Таким образом, необходимая свобода человеку предоставляется в рамках границ, не предписывающих детальных действий. Так совершается переход к новому типу личности. В условиях рабовладения и феодализма возникает новый тип отношений человека и общества, а следовательно, и новый исторический тип личности. Человек как разумное существо обязан контролировать и регулировать свои действия собственным сознанием. А это в свою очередь предполагает рациональное самопознание, самоанализ, внутренний диалог с самим собой. Это сословно-иерархическое устройство жизни и всех социальных отношений порождало специфический тип мировоззрения и морали. Господствующее влияние при этом оказывала религия. Общество представлялось как целое, в котором каждый выполняет свои функции. Человеческая индивидуальность, таким образом, нашла для себя нового властелина и правителя. Зависимость человека от сословного мира и божественной воли обусловили ее ничтожно малую ценность. Она есть всего лишь продукт конструкции по заранее заданному образцу. Для средневековой культуры человек - это прежде всего конгломерат сословных качеств и соответствующих поступков. Таким образом, внутренний мир средневекового человека представлял собой противоречивое единство религиозной духовности и иерархической сословности. Эта сила подчиняла себе индивидуальность человека, его разум и чувства. Разум нужен для того, чтобы отдельный человек мог отвечать перед богом, но не для самостоятельных решений. Буржуазное общество на место личной зависимости людей ставит отношения экономической зависимости. Общественное разделение труда и товарное производство разрушают сословные рамки, которые ограничивали развитие личности. Социальные связи выступают по отношению к отдельным личностям и как внешняя необходимость, и как средство достижения поставленный целей. Это значительно повысило меру свободы индивида, возможность выбора жизненного пути. Более того, этот выбор становится даже необходимым. Политическая власть и общественное управление превращаются в силу, осуществляющую принуждение человека к отчуждающему труду. В сфере духовного потребления человек попадает во власть мнимых ценностей, которые также навязываются ему и превращают его в объект манипуляции. Поддержание человека в повиновении и послушании вызвало развитие бюрократии. Идеалом этой бюрократической системы был безликий человек в системе организации, а главным его достоинством считалась не личная инициатива и способность принимать самостоятельные решения, а умение подчиняться, выполнять приказы, ничем не выделяться из массы таких же безликих людей. Остающийся творческий труд предполагал развитие личности, наполнил его деятельность содержанием и привлекательностью. Переход к новым принципам деятельности, управления, организации производства и жизни осуществлялся в рамках требований, исходящих из материального экономического закона. Личная жизнь человека становится важным фактором экономического успеха предприятия. На смену закрытости, замкнутости личности приходит открытость и общительность. Не все так радужно в мире современного капитала, и сегодня мы можем встретить непреодоленные формы отчуждения личности от реализации собственной природы, но более предпочтительное положение человека в сравнении с современным социализмом очевидно. Это реальность, игнорировать которую сегодня никак нельзя. Опыт социалистического строительства убедительно показал, что для живого обычного человека важнее не идеологическая вывеска в государственном устройстве, а конкретное, исчислимое, предметное к нему отношение прежде всего