Теории, выдвинутые по вопросу о происхождении и распространении повествовательных сюжетов, а.Н. Веселовский классифицирует следующим образом :

1) теория мифологическая или арийская (Гримм, Кун, Макс Мюллер и др.) считает, что миф был начальной формой, из которой путем эволюции вышли сказка, легенда, эпическая поэма ; эта теория ограничивается пределами арийских (т.е. индоевропейских. – Ю.С.) народностей, постулируя у них наличие общего мифологического ядра ;

2) теория заимствования (Натт, Коскен,Гастон Парис и др.) рассматривает сюжеты и мотивы (последние – как компоненты сюжетов), не ограничивая свой материал одной какой-либо этнической или языковой группой (например, арийской индоевропейской), А.Н. Веселовский высказывает здесь своё критическое несогласие : “на почве мотивов теории заимствования нельзя строить ; она допустима в вопросе о сюжетах, т.е. комбинациях мотивов, о сложных сказках, с цепью моментов, последовательность которых случайна и не может сохраниться в этой случайной целостности …, чем сложнее сказка, тем нелогичнее последовательность, тем более поводов говорить о заимствовании”. В связи с этой теорией А.Н. Веселовский вводит очень важное понятие – об ареалах распространения тех или иных сюжетов (а это очень близко к понятию “очагов интертекстуальности”, которые мы отметили выше), он намечает следующие ареалы (в связи с некоторыми конкретными сюжетами) : индийский и связанный с ним арабский и далее европейский ; египетский ;буддистский в контакте с христианским ; монгольский в связи с путешествиями европейцев на восток;

3) теория этнографическая кладет в основу единство психологических процессов, “бытовое психологическое самозарождение мотивов” ; некоторые сюжеты, например миф о Психее, получили 4-5 различных объяснений в соответствии со всеми названными теориями и их вариантами .

Сам А.Н. Веселовский даёт далее богатые образы всестороннего, комплексного анализа ряда мотивов и сюжетов, чем, собственно, и заложена база для исследования интертекстуальности, хотя и на специфически фольклорном материале, – интертекст Веселовского.

После всего сказанного выше будет понятен наш ключевой тезис на сегодняшний день : культурные концепты и сюжеты должны рассматриваться аналогично : в культурных концептах имеются части (компоненты), аналогичные мотивам в континууме сюжетов и они требуют изучения по методу А.Н. Веселовского . Иными словами, имеются концепты, восходящие к общему концептуальному ядру (как сюжеты к мифу ) ; имеются концепты, прямо заимствованные из соседних, контактирующих культур ; есть концепты третьего вида, имеющие источником “бытовое психологическое самозарождение”, общее в разных культурах в силу бытового и психологического культур человечества. (Примеры концептов третьего вида подробно рассмотрены нами в другом месте : это концепт “Страх, ужас”, одинаково осознанный и изображенный у испанского живописца Ф. Гойи (картина под названием “Гигант”, или иначе “Паника”) и у русского художника Б.М. Кустодиева – как “скелет, входящий в улицу города “, 1905 г., и “Большевик” (как великан), 1921 г.. Интересной разновидностью концептов третьего типа являются представления народов о самих себе, выраженные ключевыми словами их собственных языков, такие концепты вообще не имеют конкретного сходства, кроме сходного вопроса “Что мы такое, что главного в нашем народе?”, на который отвечается разным способом.

7. Термины “интертекст” и, как обозначение общего свойства, “интертекстуальность” (франц. intertextualite ) были введены впервые начиная с 1967 г. в ряде работ семиотика и теоретика постмодернизма французской исследовательницы (болгарского происхождения) Юлии Кристевой.

Классическую формулировку этим понятиям придал Ролан Барт : “Каждый текст является интертекстом: другие тексты присутствуют в нем на различных уровнях в более или менее узнаваемых формах : тексты предшествующей культуры и тексты окружающей культуры . Каждый текст представляет собой новую ткань, сотканную из старых цитат. Обрывки культурных кодов, формул, ритмических структур (ср. наш пример из Мандельштама – Ахматовой выше, пункт 4. – Ю.С.), фрагменты социальных идиом и т.д. – все они поглощены текстом и перемешаны в нём, поскольку всегда до текста и вокруг него существует язык, Как необходимое предварительное условие для любого текста интертекстуальность не может быть сведена к проблеме источников и влияний : она представляет собой общее поле анонимных формул, происхождение которых редко можно обнаружить, бессознательных или автоматических цитат, даваемых без кавычек”.

Другие авторы продолжают : “Мы назовем интертекстуальностью эту текстуальную интер-акцию, которая происходит внутри отдельного текста. Для познающего субъекта интертекстуальность – это понятие, которое будет признаком того способа, каким текст прочитывает историю и вписывается в нее ”.

(Здесь нужно сделать отступление и напомнить, что увлечённые литературоведческими – коллективными и своими собственными – открытиями пишущие об этом авторы как бы не замечают, что сам термин интертекст явился далеко не первым среди сотен французских неологизмов того времени с начальной морфемой inter- ; одно из первых употреблений этой словесной модели отмечено в 1957 г. в еженедельнике “L’Express” как прилагательное и существительное одновременно – centre interarmees “межармейский центр”, вполне понятным в тогдашней атмосфере холодной войны ; вскоре явилось, естественное для Франции, употребление в иной сфере : “интерсексуальный, межсексуальный ” напр. “(Надо) лишить сакрального облика ритуал интерсексуальных отношений” ( Пьер Данинос в одном из своих романов, 1970 г. ).)

8. Идя от литературоведения, исследователи интертекстуальности упускают из вида, что явление – в сущности неотъемлемое свойство другой линии развития ментальной среды . Эта линия, связанная с наукой и техникой, – информатика, информационный мир, или инфосфера . Одной из первых (и немногих) работ, близких к гуманитарной сфере (семиотике, когнитивной лингвистике, философии языка ) стала работа : И.Б. Новик, А.Ш. Абдуллаев “Введение в информационный мир. 1991 . В ней излагается “концепция информации как объективной сущности, объединяющей в себе материальное (физическое ) и идеальное, или структуру и функцию, в тесной взаимосвязи”. Эти исходные определения названных авторов очень близки к тому, что формулировалось еще на заре отечественной семиотики в 1970-е годы автором этих строк. В настоящее время, как известно, эта линия исследований, одновременно информатики, семиотики и философии языка, близко примыкает также к “синэргетике” . Понятие и само явление “интертекст”, как легко понять, является органическим ключевым понятием всей этой области .

Другая, более специальная ветвь того же общего направления под названием инфосфера представлена специальным исследованием того же названия . “Совершенно ясно, – указывают её представители,- что инфосфера восходит к ноосфере – термину, который был введен в научное обращение в 20-х годах нынешнего века П.Тейяром де Шарденом и Э. Леруа (Франция) и независимо от них В.И.Вернадским”.

Но если в сфере информатики и вообще научно-технического творчества вопрос о субъекте творчества, в частности о личном авторстве текста, специально (кроме отдельных редких случаев споров о приоритете открытия) никогда не вставал – научное творчество по своей природе всегда прямо преемственно и в этом смысле коллективно, – то в связи с литературой этот вопрос остро встал как проблема субъекта интертекста, или “интерсубъекта”.

9. Проблема субъекта интертекста, или “интерсубъекта”, была осознана уже самими представителями теории ( и практики) интертекстуальности . И.П.Илин отмечает: “Под влиянием теоретиков структурализма и постструктурализма (в области литературоведения в первую очередь А.-Ж. Греймаса, Р.Барта, Ж. Лакана, М.Фуко, Ж.Дерриды и др.) отстаивающих панъязыковой характер мышления, сознание человека было отождествлено с письменным текстом как якобы единственном более или менее достоверным способом его фиксации . В конечном же счете как текст стало рассматриваться всё: литература, культура, общество, история, сам человек.

Положение, что история и общество являются тем, что может “прочитано” как текст, привело к восприятию человеческой культуры как единого “интертекста”, который в свою очередь служит как бы предтекстом любого вновь появляющегося текста. Важным последствием уподобления сознания тексту было “интертекстуальное” растворение суверенной субъективности человека в текстах-сознаниях, составляющих “великий интертекст”.

Как, по нашему мнению, должен отнестись к этому филолог, лингвист, литературовед – исследователь – практик, не рассуждающий специально о “метавопросах”, об основаниях своей науки? “Растворение субъекта” – зло это или благо ? Зло или благо “Интертекст”, “Интернет” и сопутствующие продукты цивилизации?

Я думаю, так: прежде всего как к факту.

Что касается дальнейшего, то ответ на этот этический вопрс лежит, я думаю, не в сфере науки, а в сфере этики и религии . Лично я разделяю мнение христианского этика Пьера Тейяра де Шардена : мы всё ещё, – говорит он, – стремимся к индивидуальности. Но отстоять ёё невозможно. И стремиться должны мы не к индивидуальности, а личности. И отстоять её – в наших силах.

 

ПРИМЕЧАНИЯ

1. Мужик, на лето в огород

Наняв Осла приставил

Ворон и воробъёв гонять нахальный род.

Осел был самых честных правил :

Ни с хищностью, ни с кражей незнаком,

Не поживился он хозяйским ни листком

И птицам, грех сказать, чтобы давал потачку;

Но Мужику барыш был с огорода плох.

Осёл, гоняя птиц, со всех ослиных ног,

По всем грядам и вдоль и поперек

Такую поднял скачку,

Что в огороде все примял и притоптал … И т.д.

2. В настоящее время, после десятилетних задержек и препятствий к публикации труда В.В. Набокова в России имеется сразу два его издания в переводе на русский язык : 1) Владимир Набоков. Комментарий к роману А.С. Пушкина “Евгений Онегин”. Пер. с англ. Под ред. В.П. Старка. Изд. “Искусство – СПб”, “ Набоковский фонд”, СПб., 1998 ; которым мы пользуемся здесь ; 2) Тот же труд, пер. с англ. Под ред. А.Н. Николюкина.

Изд. НПК – Интелвак. М., 1999.

3. В.Набоков. изд., с. 27-28.

4. М.В. Тростников. Поэтология. Грааль, М., 1997. С. 114 и сл.

5. См. статью и “переводческие версии ” Ю.С. Сорокина в сб.: Несытые слова . Сборник памяти М.В. Тростникова, Отв. ред. В.В.Красных, А.И. Изотов. МАКС Пресс,, Мо., 2000, с.с. 89-93.

6. И.Гилилов . Игра об Уильяме Шекспире, или Тайна Великого Феникса. М., изд. “Артист . Режиссёр . Театр”, 1998.

7. Н.И.Балашов. Слово в защиту авторства Шекспира . “Академические тетради” . Специальный выпуск (5) . М., 1998.

8. Луис Велес де Гевара . Хромой Бес . Пер. Е.Лысенко . В изд. Плутовской роман ХVI-XVII в.в. М., “Фирма Арт”, 1992.

9.Г.Г.Амелин, В.Я.Мордерер. Миры и столкновения Осипа Мандельштама . Изд. “Языки рус. Культуры”. М.-СПб., 2000. С. …

10. Также и в итальянском и во французском фольклоре областей, примыкающих к немецкому ареалу, – см. : Handworterbuch des deutschen Aberglaubens. Berlin – New York, de Gruyter, Bd. 5, 1987, Kolumne 1239.

11. См. классическую работу (1960 г.) : А.Б.Лорд. Сказитель. Пер. с англ. Изд. “Восточн. Литер.”. М.,1994, особ. с. 42 и сл; из более новых работ:

A.Hoekstra. Homerik modifications of formulaic prototypes. Studies in the Development of Greek epik diction // Verhandelingen des Koninkl. Nederlandse

Akad. van wetenschap., Aft. letterkunde. Nieuwe reeks – Deel IXXI, №. 1 ;

Н.И.Толстой. К реконструкции праславянской фразеологии // Славянское языкозн. УП Междунар. съезд славистов. Доклады сов. делег. М., Наука,

1973; С.Г.Проскурин. Древнеанглийская пространственная лексика концептуализированных областей. Автореферат дисс…. канд. филол.наук. М., 1990, с. с. 12-14; краткий обзор: Ю.С.Степанов. “Слова”, “понятия”, “вещи”. К новому синтезу в науке о культуре. [ Вступит. ст. в кн.:] // Эмиль Бенвенист. Словарь индоевропейских социальных терминов. Пер. с фр. М., “Прлгрес” “Универс”, 1995, с.с. 18-20.

12. А.И.Новиков. Семантика текста и ее формализация. М., Наука, 1983; Он же. Структура содержания текста и возможности ее формализации( на материале научно-технических текстов ). Афтореферат дисс. … доктора филол. наук. М., 1983; здесь мы цитируем текст данного реферата ( более новый, чем текст назв. Книги).

13. Н.К.Рябцева. Новый словарь-справочник активного типа. Научная речь на английском языке. М., Флинта. Наука, 1999.

14. А.И.Новиков. Автореф., с. 18.

15. Н.К.Рябцева. Указ. соч.,с. 522.

16. Е.С.Кубряков. В начале ХХI века ( размышления о судьбах когнитивной лингвистики) // Когнитивная семантика. Материалы второй Международной школы-семинара по когнитивной лингвистике. 11-14 сент. 2000 г. Часть 1. Изд. Тамб. Гос. Унив., Тамбов, 2000, с. 6-7.

17. Ю.Н.Болдырев. Значение и смысл с когнитивной точки зрения и проблема многозначности // Там же, с. 11-17.

18. Поэтика сюжетов // А.Н.Веселовский. Историческая поэтика. Ред.,вступит. Ст. и примечания В.М.Жирмунского. Л., литер., 1940, с. 493.

19. Указ. соч., с. 501 и сл.

20. Там же, с. 505.

21. Там же,с. 513.

22. Ю.С.Степанов. Константы. Словарь русской культуры. Изд. 2-е, исправл. и дополн. М., “Академический проект”.

23. Ю.С.Степанов. Характеры народов в зеркале их собственных языков // Вiсник Харкiвського Нац. Унiверситету iм. В.Н.Каразiна. № 471. Харкiв. Константа, 2000, с.с. 250-254,-вслед за исследованием:Salvador de Madariaga. Inglese, Franceses, Espanoles. Ensayo de psicologia colectiva comparada. Cuarta ed. Madrid, Aguilar, 1934.

24. R.Barthes. Texte // Encyclopedia universalis. Vol. 15. P.,1973, p. 78; ср. И.П. Ильин. Интертекстуальность // Современное зарубежное литературоведение. Энциклопедический справочник. М., Интрада,1996, с. 218. См. также более ранние сборники, например: Intertextualitat. Former, Funktionen. Anglische Fallstudien. Hersg. Von U. Broich, M. Pfister. Tubingen,1985.

25. И.П.Ильин. Указ. соч., с. 217 (вслед за Ю.Кристевой).

26. P.Gilbert. Dictionnaire des mots contemporains. P., Robert, 1980, colonne 297.

27. Изд. Наука, М., 1991. Ниже в нашем тексте цитируется стр. 5 этой книги.

28. Ю.С.Степанов. Семиотика. М., Наука, 1971 ( раздел Примечания Ш, А); новейшее переиздание в свете философии языка: Он же. Язык и Метод. К современной философии языка. М., изд. “Языки рус. Культуры”,1998,с. с. 165-170.

29. Ю.М.Арский, Р.С.Гиляревский, И.С.Туров, А.И.Черный. Инфосфера. Информационные структуры, системы и процессы в науке и обществе.”. Всеросс. Институт научной и технической информации. М., 1996.

30. Указ. кн., с. 11.