5. Кареев Николай Иванович

1850–1931

– ученый, историк и социолог, стоявший у истоков отечественной социологии, один и ее главных теоретиков, историографов и основателей системы социологического образования.

Крупнейший представитель классического позитивизма в социологии, последователь О. Конта, творчески развивший ряд положений последнего.

Окончив Московский университет (1873), Н.И. Кареев был профессором сначала Варшавского (1879–1884), а затем Петербургского (в течение 37 лет) университетов. Имел опыт преподавания истории в гимназиях. В начале ХХ века читал лекции в Высшей русской школе общественных наук в Париже. Созданная им концепция социологического образования, основанная на обобщении опыта преподавания, является одной из наиболее полных.

В своих трудах Н.И Кареев заложил основы нескольких научных направлений: философия истории, история социологии, социология культуры, методология социально-гуманитарного познания и др.

Главной темой научного творчества Н.И. Кареева была личность как субъект истории, который воплощает в себе антропологическое, психологическое и социальное начало.

Многое сделано Н.И. Кареевым для развития психологизма в социологии.

В своих методологических изысканиях Н.И. Кареев предвосхитил идею разделения наук на науки о природе и науки о культуре, разработанную лишь несколько лет спустя Баденской школой.

По своим интересам и позициям в науке Н.И. Кареев был близок к субъективной школе, разделял понимание ею субъективного метода.

Н.И. Кареев был одним из обстоятельных критиков и постоянных оппонентов марксизма, социологическую теорию которого ошибочно называл «экономическим материализмом».

Ряд научных трудов Н.И. Кареева, созданных в послеоктябрьский период (после 1917 г.), остается неопубликованным. Среди них – фундаментальный труд по истории русской социологии «Основы русской социологии» (1919–1929).

Основные труды по социологии: «Введение в изучение социологии» (СПб., 1897, 1907, 1913),»Личное начало и роковые силы в истории» (СПб., 1889), «Сущность исторического процесса» (в 8 т. СПб, 1889–1890), «Историко-философские и социологические этюды» (СПб., 1895), «О Конт как основатель социологии» (Введение в изучение социальных наук. Сб. под ред. Н.И. Кареева. СПб., 1903), «Критика экономического материализма» (СПб., 1913), «Общие основы социологии» (СПб., 1919).

ТЕКСТ

Кареев н.И. Происхождение социологии15

Предмет социологии. Обозревая более ранние попытки основания об­щественной науки, родоначальник современной социологии Огюст Конт пре­жде всего называет Аристотеля, «Политика» которого является у него, так сказать, первооб­разом всех последующих сочинений подобного рода. Не ка­саясь вопроса о том, как сам Конт относится к Аристотелю, мы должны от­метить, что предметом науки, созданной вели­ким греческим философом, было не общество, а государство, т.е. общество, взятое, как государство, сле­довательно, лишь в одной из сторон своего бытия. Только гораздо позднее понятию государства стали противополагать понятие общества, беря, однако, последнее в более узком смысле совокупности отдельных лиц, находящихся между собою в юридических или экономических отношениях. Понятно, что явления государ­ственной жизни не исчерпывают всего содержания обществен­ной жизни в широком смысле этого слова и что поэтому политическая наука, созданная Аристотелем, не может пре­тендовать на значение общего учения об обществе. Если от греков мы унаследовали политику, как учение о государстве, то римляне завещали нам юриспруденцию, как учение о праве. Юриспруденция, конечно, есть также общественная наука, но она не есть наука об обществе, а только об одном из явлений общественной жизни, назы­ваемом правом. Разумеется, и этой науке приходится иметь дело с общест­вом, но только с обществом, взятым с особой точки зрения, именно как с совокупностью частных лиц, находящихся между собою в особых отноше­ниях, называемых правовыми. Возможна и еще одна точка зрения на обще­ство, которая дает начало новой общественной науке. По тесной связи, суще­ствующей между всеми общественными явлениями, политики и юристы должны были в своих работах вторгаться не только в области друг друга, но одинаково и политики, и юристы должны были касаться таких сторон общественной жизни, которые, имея отношение и к государству, и к праву, составляют, однако, совершенно самостоятельную категорию общественных явле­ний. Говоря это, мы имеем в виду народное хозяйство. Особая наука о яв­лениях этого рода возникла под названием поли­тической экономии лишь в XVIII веке, и один из ее осно­вателей – Адам Смит самим Контом зачисляется в его предшественники в деле создания социологии. Не касаясь и здесь личного отношения Конта к родоначальнику современ­ной политической экономии, мы отметим только то, что и эта наука рассматривает общество опять-таки лишь в одной стороне его бытия, имея своим предметом исключительно так называемое народное хозяйство. Одним словом, науки поли­тические, юриди­ческие и экономические, т.е. все отрасли трех названных направлений, в изуче­нии общества берут последнее с известных, частных точек зрения, которые между собою не совпадают и даже в своей совокупности не исчерпывают всего содержания общественной жизни. Дело в том, что, кроме государства, права и народного хозяйства, в жизни общества мы наблюдаем еще явления, которые не могут быть подведены ни под одну из этих трех категорий. Это – яв­ления духовной культуры общества, язык, нравы и обычаи, религиозные ве­рования общества, его миросозерцание, его литература и искусство. Наше общее представление об обществе было бы весьма односторонним, если бы мы ограничивали себя при его рассмотрении только тремя упомянутыми точ­ками зрения: даже соединение политического, юридического и экономичес­кого отношения к обществу не может еще дать полного представления о том, что такое общественная жизнь.

Мы уже упомянули, что исследователи той или другой стороны общест­венного бытия нередко вынуждались задевать соседние области. Прежде, не­жели явилось представление о социологии, как науке, делающей своим пред­метом общество во всех сторонах его бытия, существовали уже научные труды, в которых общественная жизнь получала весьма разносторон­нее освещение. С наибольшим правом здесь должен быть упомянут прежде всего «Дух зако­нов» Монтескье, о котором Конт тоже говорит как об одном из своих предше­ственников. Мы и здесь опять не касаемся личного отношения основателя со­циологии к автору «Духа законов», но не можем не признать, что если кто-либо имеет право на имя социолога, когда не было еще социологии, то это право принадлежит, конечно, Монтескье. Однако Монтескье скорее только пред­чувствует будущую науку об обществе, чем сознает ее необходимость. Во вся­ком случае, он не представляет себе еще, что над старыми общественными науками должна воздвигнуться новая наука, которая имела бы своим предме­том не отдельные стороны общественной жизни, а самые, так сказать, ее общие основы. В последнем смысле возникновение социологии находит ана­логию в появлении другой подобной науки. Мы знаем именно, что жизнь на земле изучается особыми науками, которые носят название зоологии и ботаники, анатомии и физиологии, смотря по тому, занимаются ли они цар­ством животных или царством растений, строением животных и раститель­ных организмов или происходящими в них процессами, отправлениями их органов. И в области этих наук потребовалось точно также установить об­щее учение об органической жизни, которое развилось в целую науку – биологию. На современную биологию мы имеем право смотреть, как на фи­лософию всех отдельных наук, изучающих отдельные стороны органиче­ской жизни на земле: значение совершенно такой же обобщающей и объе­диняющей философии принадлежит и социологии.

Задача социологии. При научном исследовании того или другого предмета мы можем ставить себе задачи двоякого рода, смотря по тому, будет ли у нас стоять на первом плане та или другая практическая цель или же будет нами руководить чисто теоретический интерес к данному предмету. На этом основано разделение наук на прикладные и чистые, и нужно заметить, что на первых порах каждая из существующих наук имела преимущественно прикладной, практический характер. Первоначально по­литические науки должны были служить главным образом руководством для правителей и государствен­ных людей. О чисто практическом харак­тере изучения права в ранние его периоды и говорить нечего. Самое на­звание политической экономии, т.е. государственного домостроитель­ства, указывает на то, что первоначальной целью этой науки было вовсе не про­стое теоретическое исследование народного хозяйства. Нельзя, однако, от­рицать того, что в деле возни­кновения и развития наук играла роль и чистая любознатель­ность, отвлеченное, так сказать, желание знать и понимать ок­ружающую нас действительность, которое впоследствии должно было по­лучить лишний стимул, когда было осознано, что чисто теоретическое изу­чение независимо от непосред­ственного удовлетворения нашего ума отра­жается полезным образом и на практической нашей деятельности, по­скольку практика всегда предполагает известную теорию и без хорошей теории не может быть хорошей практики. В областях знания, ранее других достигших известной степени совершенства, уже давным-давно признали не­обходимость строгого разграничения между теоретическими вопросами и практическими задачами, между науками чистыми и прикладными, между науками в более тесном смысле слова и соответствующими им искусства­ми. В области политических, юридических и экономических знаний смеше­ние того и другого, конечно, не могло способ­ствовать правильной поста­новке научно-теоретических вопро­сов. В высшей степени важно, что, по мысли своего основа­теля, социология должна была быть именно чистой наукой об обществе. Конт в этом отношении хотел стать на исключи­тельно теоретическую точку зрения, признав, что приложением социологи­ческих знаний к практической жизни должна зани­маться другая научная дисциплина, которую он называл по­литикой. Подобно тому как ранее уже создавались общие теории государства, права и народного хозяйства, социология должна была быть общей теорией общества, т.е. исследованием тех законов, коими управляются явления общественной жизни.

Метод социологии. С тех пор, как в человеческом уме возникла потребность в объяснении окружающей нас действи­тельности, ум челове­ческий стал создавать разные теории для объяснения совершающихся во­круг нас явлений. Во всех областях знания самые ранние теории от­личаются полным отсутствием научности. Первой причиной этого было то, что мысль человека искала объяснения занимавших ее явлений за пре­делами мира, доступного опыту и наблюдению; второй же причиной – то, что мысль находила возможным отвечать на поставленные себе вопросы, совсем не прибегая к опыту и наблюдению, а также и не исследуя тех данных, которые могли бы ей доставить опыт и наблюдение. В первом отношении предметом теории становились не сами явления, а наши о них представления или общие о них понятия, которые принимались со­вершенно ошибочно за какие-то сверхчувственные сущности, а во втором – изучение тех отношений, в которых могут находиться логически между со­бою эти понятия, и той связи, в какой можно их себе представить, засту­пало место исследования реальных отношений, существующих между дей­ствительными явлениями, и той связи, в какой нам их пред­ставляет дей­ствительность. Уже до «Политики» Аристотеля существовала общая теория государства его учителя – Платона. Но теория Платона была метафизическая, так как по его философии объяснения действительных предметов нужно было искать за пределами чувственного мира в особом мире Идей. Аристотель именно потому и может считаться одним из ро­доначальников науки об обществе, что строил свою теорию на основании систематических наблюдений над государствен­ной жизнью современных ему народов. И Монтескье в этом отношении стоял равным образом на чисто научной почве, тогда как его младший современник, Руссо, создал совершенно рационалистическую, идеологическую теорию государства (за что, заметим кстати, и получил у Конта нелестное название софиста). Изгнанные из области естествознания метафизика и идеология продолжали еще весьма долго царить в науках гуманитарных и социальных. Зарождение социологии стоит в самой тесной связи с мыслью о том, что общество должно быть изучаемо совершенно так же, как естественные науки изучают явления природы. Именно естествознание ограничило себя одним миром явлений, не задаваясь разрешением вопроса о лежащей в их основе сверхчувственной сущности. Мир же явлений оно изучает путем опыта и наблюдения. До появления мысли о необходимости создать общественную науку по типу наук естественных между обществоведением и естествознанием существовала непроходимая пропасть, и, например, научное понятие закона как выражения постоянного отношения между двумя явлениями получало весьма странное применение в общественных науках. Говорили, что и общественная жизнь управляется законами, но под законами разумели или требо­вания нравственного долга, или юридические нормы, или какие-либо другие принципы такого же характера. Уже в «Духе законов» Монтескье можно обнаружить своего рода предчув­ствие закономерности общественных явлений, но едва Мон­тескье начинает рассуждать о законах вообще, как мысль его путается. Мысль о закономерности общественных явлений характеризует и французскую школу экономистов XVIII в., так называемых физиократов, но и они, признавая существование некоторого «естественного порядка», представляли его себе таким образом, как будто его законы постоянно нарушаются людьми, т.е. у них и мысли не было о непреложности ес­тественных законов, управляющих общественными явлениями. Только в начале XIX в. особенно в зарождавшейся тогда научной лингвистике и в исторической школе права стало признаваться в принципе, что развитие языка и права, подобно развитию растительных и животных организмов, совершается с известной закономерностью. Крушение рационалистических теорий XVIII в. поставило тогда вопрос о необходимости общей реформы в учении об обществе, и в то время как одни искали основ для этого в богословии, возвращаясь к средневековому миросозерцанию, другие обратились за прин­ципами этой реформы к естественным наукам. Одним из первых, ставших на эту точку зрения, был Сен-Симон, сам изучавший естественные науки, а в числе приверженцев Сен-Симона находился Огюст Конт, равным образом воспитавший свой ум на изучении положительных наук. По мысли Сен-Симона и Конта необходимо было создать положительную науку об обществе, которую Копт первоначально называл «социальной физикой» – название, характерно передающее основную мысль Конта. То же самое название «социальной физики» дал своему труду «О развитии человеческих способностей» и родоначальник новейшей статистики Кетле – математик, физик и астроном, применивший свои математи­ческие знания к изучению количественных отношений обще­ства и открывший в них существование закономерности. Таким образом, социология явилась результатом стремления заменить в изучении общества прежний метафизический метод методом научным, образцы которого представляли собою более разви­тые отрасли естествознания.

Философия истории и социология. К основанию социологии приводило не только развитие общественных наук, но и внесение в историю философского начала. Политика, юрис­пруденция и политическая экономия брали общество, как неизменное бытие, весьма мало пользуясь или совсем не пользуясь историческим изучением государства, права и на­родного хозяйства: историческая школа права возникла лишь в начале XIX в., исторические направления в политической экономии – лишь в середине столетия. Если сближение истории с названными общественными науками произошло в такое позднее время, то еще в XVIII в. история сблизилась с философией. Общее направление мысли того времени за­ставляло и передовых историков задаваться вопросом о законах в применении к исторической жизни человечества. Идея о том, что политические перемены происходят в известном порядке, не была, впрочем, совсем новой, – в древности ее высказывая Полибий, в новое время Боден, – но впервые представление о некоторой идеальной истории, лежащей якобы в основе всякой действительной истории, было высказано в «Новой науке» итальянского мыслителя Вико в начале XVIII в. Осо­бенно же важно было стремление нескольких писателей второй половины столетия уловить закономерность в общем ходе истории, который начал тогда рассматриваться как постепен­ное совершенствование человеческого рода. Эта идея могла получать различное применение, и еще в XIX в. весьма крупные писатели вносили в такое философское изображение истории богословские и метафизические соображения. Однако уже в XVIII в. думали построить такую философию истории на чисто научной основе. В числе своих предшественников Конт называет и Кондорсе, автора знаменитого «Наброска исторической картины успехов человеческого ума», написан­ного в самом конце прошлого столетия. Кондорсе принадлежал к самому младшему поколению «философов» XVIII в. и воспитал свой ум на изучении положительных наук, преимущественно математики: это обстоятельство не могло не отразиться на общем взгляде Кондорсе; по своему желанию научно понять историю человечества он был несомненным предшественником Конта. Впоследствии Конт разделил свою социологию на статику и динамику. Образцом статики были старые научные дисциплины, бравшие общество, так сказать, в неподвижном состоянии, так как и политика, и юриспруденция, и поли­тическая экономия имели своим предметом общество как нечто раз навсегда данное, а не постоянно развивающееся. Философия истории, как между прочим понимал ее и Кондорсе, имела дело с процессом общественного развития: из нее-то Конт и заимствовал свою идею социальной динамики. Если мысль о закономерности общественных явлений при изучении общества как всегда самому себе равного предмета порождала представление об естественном порядке, лежащем в основе общественного бытия, то представление о законо­мерности общественных изменений порождено было именно философией истории. Последняя мало-помалу выработала идею развития, которой суждено было занять такое важное место во всем научно-философском миросозерцании XIX в. В то самое время, как на точку зрения развития становятся отдель­ные науки, изучающие разные стороны культурной и соци­альной жизни человечества (особенно язык и право), также и социология как общая теория общества берет последнее не в качестве предмета, всегда самому себе равного, а в качестве чего-то постоянно развивающегося. На первых же порах воз­никающая наука ставит вопрос не только о законах общес­твенного строения, но и о законах общественного развития.

Ближайшие условия возникновения социологии. В числе лиц, оказавших известное влияние на социологические воззрения Конта, следует назвать прежде всего Сен-Симона, с которым Конт находился в весьма близких отношениях в течение шести лет (1818–1824) раннего периода своей жизни. В позднейших идеях Сен-Симона и в идеях Конта мы находим очень много общего, и как бы ни велика была доля участия Конта в выработке общественных взглядов Сен-Симона в последние годы его жизни, не подлежит никакому сомнению, что весьма многое в социологических взглядах основателя позитивной философии объясняется влиянием на него со стороны назван­ного родоначальника социализма XIX в. Сен-Симон отличался крайней подвижностью ума и постоянно был занят гранди­озными проектами весьма разнообразного свойства. В первые годы XIX столетия он мечтал о реорганизации всей области научного знания и в этих целях сам изучал разные естествен­ные науки под руководством профессоров политехнической и медицинской школ в Париже. В каком направлении предпо­лагалась эта реформа знания, можно видеть из двух мемуаров Сен-Симона, написанных в 1810 году. Один из них был посвящен «науке о человеке», и в нем проводилась мысль о постепенном совершенствовании человечества. Другой трактат имел предметом закон всеобщего тяготения, к которому Сен-Симон находил возможным свести все другие естественные законы. В те годы, на которые приходится сближение Конта с Сен-Симоном, последний занимался уже вопросом о реор­ганизации общества и вырабатывал для этого дела теорети­ческие основания. В 1822 году под несомненным влиянием Сен-Симона Конт издает «План научных трудов, необходимых для преобразования общества». Здесь отмечалось то, что Европа переживает кризис: происходило постепенно крушение старых верований и учреждений, и нарождалось новое общество, которое должно было прийти на смену старому, – Конт указывал на то, что выяснение форм нового общества прежде всего требует чисто теоретической разработки общественных вопросов.

Стремление создать новую общественную философию, характеризующее умственные усилия Сен-Симона и Конта, было одним из симптомов общего недовольства общественной философией XVIII в. после того практического испытания, какому она подверглась во время революции. Одних революция напугала, других разочаровала. Ее ужасы и ее неуспех при­писывались ее принципам, т.е. идеям рационалистической философии XVIII в. Но в то время, как одни противополагали метафизичности этой философии старые религиозные верова­ния и богословские воззрения, другие искали выхода в научном исследовании реальных явлений. И Сен-Симон, и Конт, занимавшиеся преимущественно точными науками, станови­лись на точку зрения научной реакции против политической метафизики XVIII в., но на обоих сказалось и влияние со­временного им возрождения мистических идей против рассу­дочности XVIII в.: и Сен-Симон, и Конт создавали новые религии. В своей оппозиции против политической метафизики XVIII в. Конт пользовался отчасти и аргументами чисто ре­акционной школы. И для него, как для реакционеров, фи­лософия XVIII в. представлялась силой чисто критической, отрицательной, разрушительной, и потому требовалось нечто органическое, положительное, созидательное. Одной из задач, которые Конт поставил своей положительной философии, было вывести человечество из состояния умственной анархии, и хотя средством для этого должно было служить научное знание, однако идеалом Конта было возвращение к тому господству духовного авторитета в обществе, какое наблюдается в средневековом католицизме. В этом отношении на Конта заметно влияние тех реакционных идей, которые нашли наиболее рельефное выражение у Жозефа де Местра. Общий взгляд Конта на средневековый католицизм был ему как бы прямо подсказан знаменитой книгой этого писателя «О папе».

Реакция против политической метафизики XVIII в. Реакция против политической метафизики XVIII в. отразилась на Конте и в другом отношении. Рационалистическая философия про­шлого столетия видела в обществе и отдельных сторонах общественного бытия продукты сознательного творчества че­ловека, своего рода произведения искусства. Самым ярким выразителем такого взгляда в XVIII веке был Руссо, к которому Конт и отнесся весьма неблагосклонно, а Руссо именно и объяснял происхождение языка изобретением, происхождение государства – договором. В религии и праве в XVIII в. видели также нечто, сознательно придуманное людьми – жрецами и законодателями. Великая французская революция 1789 г. до­лжна была как раз перестроить общество и государство по идеям тогдашней философии. Реакционные писатели отвергли точку зрения XVIII в., как опасную в политическом отноше­нии, отвергли взгляд на искусственное происхождение госу­дарства, признав этот взгляд революционным, и направили все свои усилия на опровержение политической метафизики Руссо. Воспитавшись, однако, под влиянием того же рационализма, они не могли всецело стать на теологическую точку зрения и должны были искать объяснения общественных явлений не в одной воле Божьей. Общий вывод, к которому они приходят, тот, что общественные явления не суть дела рук человеческих, а чисто естественные явления, возникающие и развивающиеся подобно организмам. Нельзя утверждать, чтобы такой взгляд был обязан своим происхождением исключительно политичес­кой реакции против французской революции: в эту эпоху стали, например, смотреть и на язык, как на явление, воз­никающее совершенно непреднамеренно и развивающееся чисто органически. Но, с другой стороны, несомненно и то, что политическая реакция помогла перемене взглядов в области юриспруденции и политики. Как раз в это время знаменитый прусский юрист и государственный деятель Савиньи, отличав­шийся сильным консерватизмом в политике и протестовавший против стремления немцев создать общегерманский кодекс права по образцу французского, основал так называемую ис­торическую школу юриспруденции, рассматривавшую право как естественный продукт народного духа, возникающий и развивающийся, подобно языку, совершенно органически. Еще ранее та же самая идея была применена французскими ре­акционными писателями к учению о государстве. В данном случае особенно любопытны заявления Жозефа де Местра, идущие вразрез с политической метафизикой Руссо: государ­ственные тела родятся, развиваются и умирают буквально, как живые тела; будучи произведением природы, т.е. Бога, общес­тво так же возникает и развивается, как и растение; всякая конституция есть творение, а творение вообще превышает человеческие силы. В социологии Конта эти новые взгляды на общество нашли также свое отражение. Основатель пози­тивной философии разделяет отрицательное отношение реак­ционной школы к политической метафизике XVIII в. и видит в обществе не произведение искусства, а естественное явление, склоняясь при этом к той мысли, что общество следует понимать по аналогии с организмом. Признание за обществом органической природы естественно приводило к идее законо­мерности общественного развития, а это последнее должно было устранить из нового взгляда мысль о каком бы то ни было произволе человека, способном прерывать закономерную преемственность социальных явлений. Объявляя себя после­дователем Кондорсэ, Конт в то же самое время выступал до известной степени учеником Жозефа де Местра.

ИСТОЧНИК

Социология в России XIX – начала ХХ веков. История социологии. Социологическое образование. Тексты. Вып. 1 / [под ред. В.И. Добренькова]. – М.: Международный Университет Бизнеса и Управления, 1997. – С. 8–17.

КОНТРОЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ

1. Почему политическая наука не может претендовать на значение общего учения об обществе?

2. Что дает начало новой общественной науке?

3. Кого Н.И. Кареев считает предшественниками в деле создания социологии?

4. В чем, по Н.И. Карееву, состоят предмет и задача социологии?

5. Какие основные методы социологии выделяет Н.И. Кареев?

6. Какова роль философского начала в основании социологии?

7. Назовите условия и причины появления социологии.