Пример из практики

Тушинский районный суд г. Москвы 8 апреля 2008 г. на основании ч. 3 ст. 30, п. "б" ч. 2 ст. 199 УК РФ приговорил гражданина К., занимающего должность руководителя общества с ограниченной ответственностью (нефтегазовой компании), к уплате штрафа в размере 100 000 руб.

Данное ООО привлекло внимание проверяющих тем, что в III квартале 2007 г. подало налоговую декларацию по НДС, в которой был обозначен вычет в сумме почти 2,5 млрд. руб. Размер вычета вызвал подозрение сотрудников налоговой инспекции, так как организация была зарегистрирована буквально накануне подачи декларации. Инспекторы назначили камеральную проверку и запросили документы у компании. Представленные договор и счет-фактура свидетельствовали о том, что вычет по НДС образовался от сделки по покупке в июне 2007 г. 100 кг порошковой меди изотопного состава за сумму, превышающую 16,3 млрд. руб. Как позже разъяснил эксперт, реальная стоимость товара не превышала 1,5 тыс. руб. и не имела никакого применения в нефтегазовой промышленности.

После того как руководитель ООО перестал являться по запросам налоговых инспекторов, они обратились в столичное Управление по налоговым преступлениям с просьбой помочь им провести проверку компании.

Спустя шесть дней после беседы руководителя ООО с сотрудниками органов внутренних дел организация представила в налоговую инспекцию уточненную налоговую декларацию, в которой уже не было заявлено столь значительной суммы вычета по НДС. Несмотря на это, было возбуждено уголовное дело по факту покушения на неуплату налогов с организации на том основании, что преступление не было доведено до конца по независящим от воли самого обвиняемого обстоятельствам (ст. 30 УК РФ).

Следствие прошло достаточно быстро. Руководитель фирмы-продавца сообщил, что на самом деле указанная сделка не была заключена. Сам обвиняемый полностью признал свою вину и отметил, что такой вычет по НДС был нужен его компании, чтобы "избежать уплаты НДС в будущем от ведения своей финансово-хозяйственной деятельности".

Суд принял во внимание возраст обвиняемого (63 года) и тот факт, что неуплату налога ему не удалось довести до конца. В результате было назначено минимальное наказание.

Прежде всего сразу следует сказать, что данный приговор не имеет и не может иметь прецедентного значения, поскольку применение уголовного закона в России по аналогии не допускается.

В определенной мере о прецедентном характере можно говорить лишь применительно к судебным решениям Верховного Суда РФ (постановлениям Пленума, Президиума, определениям, постановлениям Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ, постановлениям судей Верховного Суда РФ).

Также преждевременно говорить о появлении устойчивой практики привлечения к уголовной ответственности за покушение на уклонение от уплаты налогов тех лиц, которые пусть хоть и с явным опозданием, но все же уплатили налоги.

Что касается рассмотренного приговора суда, по нему остается слишком много вопросов.

При рассмотрении данного уголовного дела следовало проверить только один факт: был ли налог уплачен в срок или нет.

Если организация налог уплатила в срок, то все предыдущие действия ее руководителя, согласно п. 14 Постановления N 64, не образуют уголовно наказуемого деяния.

Если же организация не только представила ложные сведения, но и вовремя не перечислила сумму налога в бюджет, то в действиях ее руководителя налицо оконченный состав преступления.

В тексте приговора суда эти данные отсутствуют.

Особенностью рассматриваемого дела является тот факт, что действия обвиняемого изначально были квалифицированы органами предварительного расследования как покушение, что автоматически лишило суд возможности осудить его за совершение оконченного преступления.

Уголовная политика в сфере борьбы

с налоговыми преступлениями

Законодатель, с одной стороны, весьма снисходительно относится к лицам, несвоевременно уплатившим налоги, налогоплательщику, как правило, предоставляется возможность уплатить налог без каких-либо последствий для налогоплательщика и по истечении срока, указанного в законе.

С другой стороны, он ввел уголовную ответственность за несвоевременную уплату налога.

Наличие этого противоречия применительно к уголовному судопроизводству также весьма либерально разрешено в вышеуказанном Постановлении Пленума Верховного Суда РФ: не уплатил налог в срок - оконченное преступление, представил в налоговый орган подложные документы, но успел уплатить - нет преступления.

По общему правилу налогоплательщик обязан самостоятельно исполнить обязанность по уплате налога, если иное не предусмотрено законодательством о налогах и сборах (ч. 1 ст. 45 НК РФ, в ред. Федерального закона от 27 июля 2006 г. N 137-ФЗ).

В исключительных случаях, прямо предусмотренных НК РФ, налоговые органы направляют ему налоговое уведомление и (или) требование об уплате налога и сбора (п. 9 ч. 1 ст. 32 НК РФ, в ред. Федерального закона от 27 июля 2006 г. N 137-ФЗ). Если в течение двух месяцев со дня истечения срока исполнения такого требования об уплате налога (сбора) налогоплательщик (плательщик сбора) полностью не погасил указанную в данном требовании недоимку, размеры которой позволяют предполагать факт совершения нарушения законодательства о налогах и сборах, содержащего признаки преступления, налоговые органы обязаны в течение 10 дней со дня выявления указанных обстоятельств направить материалы в органы внутренних дел для решения вопроса о возбуждении уголовного дела (ч. 3 ст. 32 НК РФ).

Закрепление в НК РФ правила, предусматривающего предоставление налогоплательщику двухмесячного срока на погашение задолженности по налогам, да и к тому же после соответствующего напоминания налогового органы - очередная либерализация законодательства.

Естественно, что общие рекомендации, содержащиеся в абз. 3 п. 3 и п. 14 вышеуказанного Постановления Пленума Верховного Суда РФ, вступают в определенное противоречие с новым законом, поскольку они выработаны до внесения анализируемых здесь поправок.

Очевидно, что появление новой редакции нормы в определенных случаях полностью меняет подход законодателя к ответственности лиц, совершивших налоговые преступления.

В любом случае в соответствии со ст. 198 - 199 УК РФ уголовная ответственность наступает в случае неуплаты налога, однако момент привлечения к уголовной ответственности налогоплательщика должен быть отложен на два месяца, начиная с момента его реального уведомления. Поводом к привлечению налогоплательщика к уголовной ответственности в этом случае будет неуплата налога через два месяца после соответствующего напоминания.

Нормы УК РФ такой практике не препятствуют.

В то же время возникает следующий вопрос. Как определить срок окончания преступления, если налоговое преступление выявлено не налоговым органом, обязанным побудить налогоплательщика уплатить налог, а органом предварительного расследования? Должен ли последний сначала поставить вопрос о необходимости уплаты налога? Думается, что нет, поскольку это не его функция. Более того, если органы предварительного расследования будут настаивать на уплате налога, то тогда лиц, приговоренных за совершение налоговых преступлений, не будет: кто же откажется выполнить требования требование следователя, предъявляющего обвинение.

Очевидно, что демократизация налогового законодательства породит новую судебную практику, которая может стать предметом обсуждения на Пленуме Верховного Суда РФ и тогда вышеуказанное Постановление Пленума Верховного Суда РФ будет пересмотрено.

Вопрос автору: как на практике может выглядеть приготовление к неуплате налогов, которое является явным до истечения срока уплаты налогов? Я не смог этого придумать. Как мне кажется, проблема в следующем.

Не совсем понятно, почему логика Постановления N 64 распространяется только на покушение, но не распространяется на приготовление к совершению преступления? Если я правильно понял логику, после того как истек срок уплаты налога, ни о каких стадиях речи больше не идет - преступление считается завершенным. Но тогда до истечения срока уплаты налога тоже нельзя говорить ни о каких стадиях - ни о приготовлении, ни о покушении, ведь у налогоплательщика остается возможность успеть заплатить налог в самый последний день. Налоговый орган или орган внутренних дел обнаруживает факты сговора, приискания и т.п. Но что он может сделать в такой ситуации? Возбудить уголовное дело до того, как истек срок уплаты налога? (У киллера, вскинувшего снайперскую винтовку, тоже есть возможность не стрелять, однако если его задержат до выстрела, его действия квалифицируют как приготовление к убийству. Здесь главное, что преступление виновный не довел до конца по причине, от его воли не зависящей.)

В приговоре указано, что уточненная декларация была представлена уже после истечения срока уплаты налога. Предположим, что налог все же был перечислен в бюджет, хотя и с опозданием - в декабре 2007 г.

Если я правильно понял идею автора, то в такой ситуации преступление все равно следовало признать завершенным - ведь в положенный срок (октябрь 2007 г.) налог не был уплачен.

Но, как я понимаю, особенность ситуации заключалась именно в том, что налоговая инспекция не успела закончить камеральную проверку декларации, вынести соответствующее решение и передать материалы в органы внутренних дел в порядке, предусмотренном п. 3 ст. 32 НК РФ.

То есть возникает вопрос о применении уголовной ответственности в ситуации, когда физическое лицо перечисляет в бюджет налог с опозданием, но до получения от налоговой инспекции соответствующего требования об уплате налога.

Именно об этом говорится в тех абзацах статьи, которые идут ниже.

Нельзя ли внести в них изменения и изложить их более подробно? Не просто сказать, что "уголовная ответственность наступает в случае неуплаты налога, однако момент привлечения к уголовной ответственности налогоплательщика должен быть отложен на два месяца. Поводом к привлечению налогоплательщика к уголовной ответственности будет неуплата налога через два месяца после соответствующего напоминания", но показать возможную связь этого вывода с рассматриваемым делом. Возможна ли уголовная ответственность в случае уплаты налога до получения соответствующего требования?

То есть проблема выглядит так: октябрь - пропущен срок уплаты налога. Начата проверка. Декабрь - налог все же уплачен. С одной стороны, срок уплаты налога пропущен. С другой - требование об уплате налога еще не получено. Каковы последствия?

Да, эти изменения в НК РФ меняют логику Постановления N 64, но как именно меняют? Хочется описать это в статье подробно.

Может быть, появление рассматриваемого приговора можно объяснить как раз попыткой найти выход из создавшейся ситуации?