8.2. Психопатология синдрома страха

На практике мы встречаемся с весьма различными анксиозными пациентами, причем в некоторых случаях преобладают психо­патологические, в других же — психомоторные и вегетативные симптомы.

1. Психопатологические симптомы: мучительное витальное чувство стеснения;

ощущение собственной беспомощности перед какой-то не­определенной угрозой; внутреннее беспокойство и напряженность.

2. Психомоторные симптомы: *_t . феномены мимической экспрессии;

психомоторная ажитация вплоть до раптуса или психомотор-,„ ная заторможенность вплоть до ступора.

*$. Вегетативные симптомы:

^w расширение зрачков, учащение дыхания, бессонница;

побледнение лица, сухость во рту, снижение либидо и потен­ции;

199

эпизоды повышенного потоотделения, понос, подъем кровяно­го давления;

тахикардия, снижение аппетита, повышение уровня сахара в крови.

Психопатологические симптомы трудно описать, больные часто испытывают трудности в их вербализации. По Schulte (1961), наиболее характерными являются мучительное чувство стеснен­ности и чувство собственной беспомощности перед какой-то неопределенной угрозой.

В области психомоторики мы можем, кроме мимических фе­номенов, наблюдать две возможности выражения страха. С одной стороны, это психомоторная ажитация, которая может нарастать вплоть до раптуса, с другой — психомоторная заторможенность, выступающая в своем крайнем выражении как ступор. Оба эти поведенческие феномены находят параллели в исследованиях по­ведения у животных. Животное, подвергающееся нападению, имеет следующие способы реагирования:

1. Бегство.

2. Агрессия, если бегство невозможно.

3. Рефлекс «притвориться мертвым». > '•':■■ >

В нарастающей вплоть до раптуса ажитированной форме реакции у человека можно усмотреть аналогию с агрессивной защитой, в усиливающейся до ступора психомоторной заторможенно­сти — аналогию с рефлексом «притвориться мертвым». Наконец, особое значение имеют вегетативные симптомы, которые иногда могут быть весьма характерными, если психопатологические симптомы отсутствуют, или больной их не в состоянии верба­лизовать. В таких случаях по аналогии с «ларвированной деп­рессией» можно говорить о «ларвированном страхе».

8.3. Генез синдрома страха

Если отрешиться от различия между целенаправленным ужасом и свободно плавающим страхом, проводимым в психиатрии Jaspers (1965) вслед за Kierkegaard (I960), то относительно генеза могут быть дифференцированы следующие формы ужаса или страха.

1. Реальный страх имеет свое происхождение в актуальных угро­зах окружающего мира, например, страх, возникающий, когда нам приходится идти вечером по незнакомой неосвещенной улице в порту. Это — действие сигнала, которое должно за­щищать от опасностей, и лечить этот сигнальный страх нет особого смысла.

2. Витальный страх имеет соматическое происхождение и также имеет сигнальную функцию, как, например, в случае свежего инфаркта миокарда, когда больной опасается движений и требует врачебной помощи. Было бы бессмысленно лечить этот сигнальный страх вместо лежащего в его основе забо­левания. Лишь тогда, когда сигнальная функция выполнена, и больной находится на отделении интенсивной терапии, страх теряет свою сигнальную функцию и может оказывать скорее отрицательное воздействие на процесс лечения и вы­здоровления; лишь тогда возникают показания к его терапии.

3. Страх совести возникает всегда, когда мы склонны нарушить заповеди, соблюдать которые мы научились, следуя образцо­вым жизненным примерам, но также и вследствие запретов. Хотя современные педагоги неоднозначно относятся к этим страхам совести, следует признать, что именно страх совести привел к тем вариантам сублимации, которые составляют основу нашей западной, но также и других культур.

4. Невротическую тревогу тяжело отделить от страха совести, но она относится уже однозначно к области патологии, даже если возникает на основе ранних конфликтов детства. Она возникает из реальных конфликтов, которые вместо разре­шения вытесняются; вытесненные конфликты становятся комплексами и могут вести к тревоге. Невротическая тревога доступна лечению, причем, в первую очередь, здесь следует думать о психотерапевтических методах.

5. Психотическая тревога возникает, прежде всего, при эндоген­ных депрессиях, шизофрении и органических психозах; она, разумеется, является показанием для лечения, в котором ре­шающую роль играет психофармакотерапия.

6. Экзистенциальный страх обязан своим обозначением, собст­венно, экзистенциальной философии и философски ориен­тированной психотерапии (логотерапия и дазайнсанализ). Ставшее в последнее время известным определение страха более всего соответствует понятию страха Kierkegaard: общий

¹

201

страх не совладать с этим существованием. На психологиче­ском языке это — страх перед самореализацией: Piemann j (1961), объединяя психоаналитические и философские аспек- i ты, называет 4 основные формы страха: '■

- страх перед самоотдачей, переживаемый как потеря Я, и зависимость;

- страх перед становлением, переживаемый как незащищен­ность и изоляция;

- страх перед изменениями, переживаемый как нестабильность и неуверенность;

- страх перед нуждой, переживаемый как окончательность и рабство.