22. Э. Кондильяк об ощущении как единственном источнике опыта.

Этьен Бонно де Кондильяк (1715— 1780) явился не­посредственным французским истолкователем Локка. Отстаивал концепцию опытного происхождения со­знания. Указал на ограниченность эмпиризма Локка: объяснив из опыта происхождение содержания созна­ния, Локк не раскрыл происхождение самих психи­ческих процессов — действия рефлексии. Отвергая производимое Локком различение двух источников опыта и признавая только один — ощущение, Конди­льяк ставит целью своего известного произведения — «Трактата об ощущениях» (1754) — показать эмпири­ческое происхождение способностей, операций души. При этом он использовал следующий методический прием: вообразив статую, внутренне организованную подобно нам и обладающую духом, лишенным каких бы то ни было идей, не способную пользоваться ни одним из своих чувств, Кондильяк наделяет ее только обонянием и из него выводит все идеи и психические способности: внимание, память, сравнение, рассуж­дение, потребности, воображение, волю. Осознавая гипотетичность своих построений, Кондильяк был убежден в истинности получаемых выводов, которая подтверждается опытом. Схема рассуждений при этом такова. Статуя получает первое обонятельное ощуще­ние — ощущение запаха. По мере повторения возни­кает опыт, который дает начало памяти. Ощущения бывают неодинаковой силы. Сильное наличное ощу­щение приводит к сосредоточению на нем. Оно ста­новится вниманием, либо потому что оно одно имеет­ся налицо, либо потому что оно сильнее всех других ощущений. Следовательно, внимание есть ощущение¹. С появлением памяти возникают два ощущения — прошлое и наличное. Постепенно внимание по отно­шению к двум ощущениям дает сравнение. Результа­том сравнения является выяснение отношения между идеями — суждение. Значит, суждение есть видоиз­мененное ощущение. Сравнение двух суждений дает рассуждение.

Так Э. Кондильяк прослеживает образование по­знавательных деятельностей. Удовольствие и неудо­вольствие — это обязательные эмоциональные спутни­ки ощущений. Если статуя получает обонятельные ощущения, связанные только с неудовольствием, она будет полна неприятным запахом, но у нее не будет стремления освободиться от него. Это стремление воз­никает лишь после того, как она будет знать другие — приятные — ощущения. Из их сравнения возникает потребность: это внутренняя неудовлетворенность ста­туи, стремление получить удовольствие и избежать неудовольствия. Природа потребностей вторична, они — результат познания. На основе потребностей возникает воображение как стремление восстановить образ, отвечающий потребности. Потребность вместе с активным стремлением создают в статуе желание или волю.

Таким образом, все деятельности души суть изме­ненные ощущения, их превращения. И все они явля­ются результатом только обоняния. Несмотря на пол­ное одиночество статуи, в ней возникают человечес­кие чувства и мысли. Здесь Кондильяк полностью игнорирует социальную обусловленность сознания. Характерная для XVIII в. робинзонада выступает в своем гипертрофированном виде.

Обладание другими ощущениями — вкусом, слухом, зрением, которыми Кондильяк наделяет затем статую, не меняет ее душевной жизни. Коренным образом ее изменяет чувство сопротивления от соприкосновения, т. е. осязание. С осязанием ощущения, которые преж­де переживались как собственные внутренние состо­яния, начинают проецироваться на внешний предмет и превращаться в качества этого предмета. Таким об­разом, переход от своих ощущений к выводу о суще­ствовании других тел осуществляется не с помощью рассуждения, а посредством одного лишь ощущения. Ощущение твердости есть как бы мост, переброшен­ный между душой и внешними объектами. Представ­ления об углах, расстоянии и других пространственных характеристиках мира человек получает в опыте осязания. Опыт же дает знания о временных отношениях. Так, опираясь на осязание, Кондильяк обосновы­вает существование объективной реальности: только

через осязание мы знаем, что есть вещи, отличные от нас самих. Этому же служит складывающийся в опыте вывод о зависимости существования статуи от внешних вещей. Развиваемая Кондильяком теория восприятия имеет сходство с теорией Беркли и разделялась всей эмпирической психологией.

В трактовке мыслительных процессов — суждения, умозаключения — Кондильяк, как и другие философы-материалисты, стоял на позициях материалистическо­го сенсуализма, по существу, не отличая ощущения от мышления. Мышление, по Кондильяку, не только ос­новывается на ощущении, но «суждение, размышле­ние, желание, страсть и т. п. представляют собой не что иное, как само ощущение в различных его превра­щениях» *.

Такова эмпирическая теория Кондильяка, сущ­ность которой хорошо передает название одного из па­раграфов его книги «Трактат об ощущениях»; человек есть не что иное, как то, что он приобрел.

В трудах Кондильяка много отдельных тонких за­мечаний, которые касаются важных психологических проблем. Так, рассуждая о способе существования в сознании идей, о месте их «хранения», Кондильяк от­мечает: «...идеи, как и ощущения, представляют собой состояния души. Они существуют постольку, посколь­ку модифицируют ее; они перестают существовать, как только перестают ее модифицировать... Где же они находятся? Нигде.»². Эти мысли Кондильяка перекли­каются с современными спорами о природе психичес­кого в связи с проблемой идеального и близки той точке зрения, согласно которой психическое отражение есть идеальное явление объектов субъекту и только в этом явлении существует.

Кондильяк замечает, что многое из того, что про­исходит в нас, ускользает от самонаблюдения. Вооб­ще «мы представляем себе искаженно то, что проис­ходит в нас»³.