3.10.4. Вопрос о смене аналитика

Обсуждение таких проблем, как реакция переноса, вызывающая затруднения или ошибки в технике, видимо, должно вести к вопросу о том, когда показана смена

– 421 –

аналитика. Этот вопрос и сложен, и деликатен, он редко отмечается в литературе, но, тем не менее, часто об­суждается приватно среди аналитиков. Поскольку труд­ности в развитии и поддерживании реакций переноса являются наиболее частой причиной для смены анали­тика, по меньшей мере, короткий обзор этого вопроса будет уместен в данный момент. Более полное изучение мы отложим до того момента, как рассмотрим такие темы, как способность к анализу, выбор аналитика и проблемы контрпереноса.

Аналитики неохотно признают тот факт, что они мо­гут оказаться не способными успешно анализировать всех пациентов, поддающихся анализу. Отчасти это, возможно, след фантазий всемогущества, это может быть и следствием того мнения, что пол и темперамент аналитика не оказывают влияния на реакции переноса пациента. Действительно, традиционное определение пе­реноса подчеркивает тот факт, что явления переноса происходят в пациенте. Однако с увеличением знаний о психологии Эго стала более ясной важность аналити­ческой ситуации в облегчении развития переноса. Лич­ные качества и умение аналитика являются живыми, неотъемлемыми частями аналитической ситуации и ока­зывают влияние на течение реакций переноса. Иначе говоря: хотя и верно, что явления переноса являются, в сущности, перемещениями из прошлого пациента, тем не менее, аналитик при этом не является чистым бланком и совершенно пассивным участником терапевтического процесса. Личностные черты и способности аналитика будут влиять на порядок и интенсивность реакций пере­носа пациента, облегчая или затрудняя работу с ними.

Поразительно, что, хотя большинство аналитиков вроде бы и соглашаются, что им легче работать с одни­ми случаями, чем с другими, они не соотносят это раз­личие с вопросом о показаниях в смене аналитика. Ан­кета Гловера по этому вопросу показывает наличие значительных расхождений во мнениях по этому во­просу (1955, часть II). По отношению к кандидатам в практикующие аналитики ситуация иная. Согласно ус­тавным нормам по тренингу кандидатов в Американ­ской Психоаналитической Ассоциации каждому канди­дату предоставляется возможность работать со вторым тренирующим аналитиком, если первый обсуждающий

– 422 –

аналитик не добивается успеха. Возможно, аналитики с большим опытом отдают себе более полный отчет в своих ограничениях.

Существует несколько показаний для рассмотрения вопроса о замене аналитика. Прежде всего, должно быть подтверждено, что пациента можно анализировать; в противном случае, может быть, лучше сменить терапию, а не терапевта. Если реакции переноса в течение зна­чительного времени неадекватно отвечают на интерпре­тацию, т. е. если мы сталкиваемся с реакциями пере­носа, вызывающими затруднения при работе с ними, или если важным реакциям переноса не удается раз­виться, тогда нам следует рассматривать вопрос о за­мене аналитика. Нелегко определить, что считать «зна­чительным» отрезком времени (см. анкету Гловера, с. 328—330). Чисто субъективно я стараюсь не прояв­лять нетерпения со своей стороны, но, вместе с тем, я не хотел бы без необходимости продолжать длительную непродуктивную борьбу из-за своего упрямства или гор­дости. Вообще я полагаю, что смена аналитика требу­ется, когда со стороны аналитика повторяются ошибки или когда какая-то единичная ошибка создает необрати­мую ситуацию. Эти различные показания часто неотде­лимы друг от друга, т. е. ошибки в технике вызывают реакции переноса, с трудом поддающиеся воздействию, или делают пациента не поддающимся анализу данным аналитиком и т. д.

Мой собственный клинический опыт научил меня сле­дующим правилам, связанным с вопросом перемены ана­литика. После четырех лет лечения я рассматриваю каждый мой случай с точки зрения целесообразности смены аналитика. В моем обычае рассматривать вопрос о смене аналитика, если к этому времени я не вижу признаков окончания анализа. Пациентам, которые воз­вращаются за повторным анализом, лучше идти к дру­гому аналитику, если это возможно, то к аналитику, который отличается от их первого полом или личными качествами.

Для пациентов, которые потеряли родителя в ран­нем (возрасте) детстве, пол аналитика может быть ре­шающим фактором. Такие пациенты нуждаются в рабо­те с аналитиком того же пола, что и ушедший родитель, В противном случае пациенты будут вынуждены чрез-

– 423 –

вычайно широко использовать дополнительные фигуры, вне анализа, которые будут являться дополнительными фигурами переноса. Устойчивая интерпретация этого феномена может изменить направление этой реакции пе­реноса в направлении аналитика. Но это не всегда так, особенно, когда существует значительное несоответствие между личностями аналитика и оригинальных объек­тов, которые являются источником чувств переноса. На­пример, многие из моих пациентов испытывают затруд­нения при реагировании на меня как на ненавистную фигуру матери, но большинство из них, в конечном счете, может сделать это. Те же пациенты, однако, кото­рые потеряли отца, никогда не смогут реагировать на меня как на ненавистную мать, но смогут анализировать это с другими фигурами вне анализа. Обратной сторо­ной медали является ситуация, которая возникает, когда существует слишком большое сходство между личност­ными чертами аналитика и оригинального источника переноса. Это приводит к трудно поддающемуся воздей­ствию и неанализируемым реакциям переноса и также требует замены аналитика. Грета Бибринг (1935) и Гринакре (1959) останавливаются на этом вопросе.