Представление сознания в виде стаи рыб

В псилоцибиновом трипе, если закрыть глаза, то можно увидеть очень сложные картины, которые даёт наше воображение. И они гораздо сложнее, чем в обычном состоянии. Кроме картинок, могут также начать складываться сложные концепции. Все эти вещи настолько сложные, что их трудно запомнить. И приходится во время видений проводить работу, чтобы что-нибудь осталось.

Судя по всему, видения в воображении можно получать и с маленькой дозировкой псилоцибина. Только для этого нужно больше спокойствия и трип может очень легко прерваться. Текст далее – это то, что пришло ко мне во время такого трипа.

Наше сознание можно представлять как огромную стаю рыб. Рыбы собираются в формы, образуя картины, которые мы видим. Также они способны собираться в мысли, в наблюдателя, в личность.

Эта модель хорошо объясняет повышение и понижение интеллектуальных способностей. При усилении связи между рыбами (буду называть элементы сознания рыбами для удобства, хотя рыб я никаких не видел), они становятся одинаковыми, однородными. В однородном сознании ничего интересного происходить не может. Чтобы в сознании происходили сложные процессы, оно должно быть разнородным. Поэтому для усиления интеллекта нужно ослабление связи между стаей рыб. Если связи усилены, то сознание становится инертным, ему тяжело создавать новые формы (старые не разрушаются), ему тяжело разнообразие.

Из стаи рыб формируется эго. Конечно, эго значительно проще устроено, чем вся стая рыб. Чтобы сформировать эго, нужно огромной части стаи стать однородной. Обычные взаимоотношения людей происходят на уровне эго, и они крайне примитивны по сравнению с жизнью стаи. Человек-наблюдатель может жить как в стае, так и на уровне эго. Если он живёт в стае, то видит, как формируется эго. Если он живёт на уровне эго, то совершенно не видит устройство стаи. Жизнь на уровне эго крайне примитивна и в некотором смысле является заблуждением. Такая жизнь кажется единственной и самой главной, что и является заблуждением. На самом деле, эго и жизнь вокруг него строится из очень простых форм (миллионы "рыб" становятся одним простым целым).

Сама стая рыб обладает достаточно сложной культурой, гораздо сложнее, чем культура человека. В культуре человека практически невозможно воспроизвести то, что может воспроизводиться в стае. Наблюдатель, если переходит с уровня стаи на уровень эго (в обычную реальность) не может вынести никаких знаний. Чтобы знания стаи перешли на уровень эго, нужно это знание перевести на язык эго, составить некоторый видимый эквивалент. Произвольный выплеск знания на уровень эго опасен для него. Эго может взбунтоваться, сойти с ума. Но такие выплески всё же происходят. Мы таким образом получаем необычные творения, вызывающие резонанс в обществе.

Также по принципу стаи формируется общественное сознание. Общественное сознание более примитивное, чем сознание отдельного человека. Общественные нормы – часть этого сознания. Как мы можем наблюдать общественное сознание? Рассмотрим пример. Многие люди любят секс. Они могут общаться друг с другом о сексе, заниматься сексом. И это они считают хорошим. Но, если такое обсуждение выходит на общественный уровень, то возникает негативная реакция. То есть, все люди в данном обществе могут быть за секс, но если они вместе, то почему-то выступают против. На самом деле, против выступают не конкретные люди, а общественное сознание. Поэтому, существует множество тем, которые нельзя выплёскивать на общественный уровень. Общаясь с глазу на глаз, мы делаем то, что невидимо общественному сознанию.

В общественном сознании также работает закон упрощения, если усиливаются связи между людьми. Авторитарные общества достаточно примитивны. Те же общества, где больше развит индивидуализм, приобретают очень сложные формы.

Приём психоделиков ослабляет связи в стае рыб. У рыб увеличивается индивидуализм, и вся стая начинает складываться в сложные формы. Наблюдатель может видеть очень сложные картины, в том числе фрактальные. Отличительной чертой этих картин является то, что в обычном мире мы не можем увидеть ничего, обладающего аналогичной сложностью. Эти картины оказываются значительно более сложными, чем обычная реальность. Обычная реальность кажется достаточно однородной по сравнению с психоделическими видениями. В принципе, наше сознание способно полностью построить окружающую действительность, причём даже в более высоком качестве разрешения картинки. Переход от психоделической к обычной действительности можно писать следующим образом. Допустим, мы видим психоделическую действительность через экран с огромным числом пикселов. Теперь пусть пикселы объединятся в группы по тысяче, и каждая группа станет одним пикселом. Вот теперь мы получаем обычную действительность. При этом, отдельные пикселы были подвижны, а большие группы пикселов неповоротливы, медленно меняются.

Стая рыб может самоуправляться, а может создать эго, которое будет управлять стаей. Все указания эго приводят к усилению её однородности. Если сама стая будет самоуправляться, то она может создать сложную картину, структура которой будет прослеживаться от микроуровня до макроуровня. Если же управляет эго, то оно создаёт огромные однородности, которыми и управляет. То же самое и в обществе. Если общество самоуправляется, то оно начинает формировать структуру с маленького масштаба, и доходит до крупного. Если же управляется из единого центра, то центр создаёт огромные армии одинаковых людей, которыми и управляет.

Любое действие эго, напряжение, эмоция и т.п. создаёт однородности в сознании, а значит, упрощает его. Чтобы повысить интеллект, сложность своего сознания, нужно ослабить связи между элементами стаи. Это можно сделать с помощью психоделиков, или с помощью медитаций, или с помощью и того и другого. С помощью медитаций делать это очень трудно. Но медитацию можно упростить, если принять небольшую дозу психоделика. Небольшой дозы психоделика недостаточно для его действия, но зато эффекта от медитации можно добиться гораздо проще.

Чтобы возник психоделический эффект с помощью медитации, следует разжигать огонь изменений в сознании. Нельзя напрягаться, испытывать сильных ощущений от органов чувств. Нужно спокойствие. Надо наблюдать за картинами, которые возникают в сознании. Надо позволять, чтобы эти картины произвольно сменяли друг друга. Можно в этот "огонь" подкидывать дров – вспоминать различные образы и наблюдать, как они искажаются, разрушаются. Образ, когда связи в стае ослабевают, начинает расплываться. Чем больше будет изменений в сознании, тем больше будет индивидуализма в стае. Особенно хорошо, когда в сознании возникают картины со сложной структурой. (Честно говоря, повторить такое мне не удалось. Скорее всего, акцент работы надо ставить на половинчатом засыпании.)

Искусственно создавать сложные структуры с помощью эго невозможно. Действия эго усиливают однородность. Поэтому получается, что до определённого уровня можно создать сложную структуру, но, когда картина становится чересчур сложной, она начинает затираться. Поэтому с помощью эго далеко не продвинешься. Здесь нужно использовать ещё что-то...

Как ни странно, но сложная работа сознания требует меньше энергии, чем простая. Чтобы сделать элементы в стае однородными, нужно затратить много энергии. Когда же энергия связи ослабевает, возникают сложные явления. Я хочу сказать, что это не правильно думать, что для творчества нужно много энергии. Наоборот, быть тупым – это самое энергозатратное мероприятие. Кроме того, огромные энергетические затраты создают неприятные ощущения вроде бессмысленности, скуки, депрессии. Когда связи ослабевают, возникает лёгкость. То есть, обдумывать сложные вещи легче, чем простые. Но это смотря чем вы думаете: если вы думаете своим эго, то мыслить сложные вещи трудно; если же вы думаете непосредственно с помощью "демократичной" стаи, то мышление происходит крайне легко и не затратно.

Этой моделью объясняется то явление, что человек в больном состоянии начинает видеть сложные видения. Вполне возможно, что сложные явления происходят и в момент смерти. Связи между элементами стаи ослабевают и она становится демократичной. В сознании начинают возникать сложные картины, откровения и т.п.

Если человека заставлять делать то, чего он не хочет, мучить его, то его сознание упрощается, становится однородным. Потому что всеми процессами начинает заправлять эго. То же самое происходит, если человек страдает по каким-то причинам. Возможно, он голоден, находится в опасности, в депрессии и т.п. Поэтому в тяжёлые периоды жизни цивилизации культура упрощается. Чтобы творить, надо не слишком много беспокоиться о внешних проблемах.

Когда связи в стае ослаблены, любые формы можно распылять. Можно также распылять эго, наблюдателя. То есть, вы наблюдаете за тем, что происходит и распыляете себя. Соответственно, на момент распыления наблюдателя не существует и вы ничего не можете наблюдать. Но потом наблюдатель, как правило, восстанавливается. Это происходит само по себе. Может сформироваться множество наблюдателей, но главным будет один самый большой. Остальные не будут услышаны.

Макроскопические формы, возникающие в сознании, можно называть импринтами (в терминологии Тимоти Лири). Даже безвыходное положение, невроз, эмоция, депрессия могут быть импринтами. Импринт можно мгновенно распылить при слабых связях в стае. Но он может возникать опять, потому что стая приучена собирать этот импринт. Вполне возможно, что стаю можно учить собирать новые импринты. И учить этому надо во время психоделического сеанса, когда стая подвижна. Различные психологические теории – это теории систем импринтов. Можно изучать закономерности жизни этих импринтов, а можно просто их разрушать и строить новые.