Тема 5. Освобождение от уголовной ответственности

§ 1. Институт освобождения от уголовной ответственности

Институт освобождения от уголовной ответственности сложился только в рамках советской уголовно-правовой теории, несмотря на то, что отдельные виды освобождения существовали в российском законодательстве со времен первых уголовно-правовых актов. Впервые в законодательстве институт освобождения от уголовной ответственности появился в Основах уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик 1958 г. (Научно-практический комментарий к Основам уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик /Авт. кол. :Н. Д. Дурманов, П. С. Ромашкин, Г. А. Кригер и др. ; Отв.ред. В. Д. Меньшагин, П.С.Ромашкин; Московский государственный университет им. М. В. Ломоносова. Юридический факультет. -М. :Госюриздат,1961. -204 с.), откуда он был инкорпорирован в уголовные кодексы республик, принятые в период с 1959 по 1961 гг.

Уголовный кодекс РФ 1996 г. весьма детально регламентирует вопросы, связанные с освобождением от уголовной ответственности, чему способствует закрепление за данным институтом отдельной главы кодекса (глава 11).¹

Уголовное законодательство в современных условиях интенсивно развивается, отражая изменения в социальной и правовой структуре общества. Как следствие, эволюционируют и нормы, регламентирующие вопросы освобождения от уголовной ответственности. Исчезли типичные для советского государства формы участия общественности в реализации уголовной политики - освобождение от уголовной ответственности с передачей дела в товарищеский суд (ст. 51 УК РСФСР)(Уголовный кодекс РСФСР от 27.10.60), освобождение от уголовной ответственности с передачей лица на поруки (ст.52 УК РСФСР) (Уголовный кодекс РСФСР от 27.10.60) и другие. Их место заняли обстоятельства, даже упоминание которых в законодательных актах советского периода невозможно себе представить (например, освобождение от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим (ст. 76 УК РФ)). Прогресс связан с тем, что институт освобождения от уголовной ответственности, характеризующий некарательные способы устранения вызванного совершением преступления социального конфликта (уголовно-правовой реституции), находится в авангарде реформируемого уголовного законодательства и большей частью представляет собой, так называемый, "частный сектор" в этой публичной отрасли права.

Несмотря на то, что институт освобождения от уголовной ответственности является достаточно традиционным для России, вопросы природы, оснований и условий освобождения остаются одними из наиболее дискуссионных в современной российской уголовно-правовой науке. В первую очередь, это связано с отсутствием среди ученых единства мнений относительно того, что представляет собой уголовная ответственность.

Поскольку основная полемика относительно природы уголовной ответственности развернулась в научной литературе лишь с 60-х годов прошлого века, теоретические баталии по вопросу природы и оснований освобождения от нее происходили в 70-е - 80-е годы. Понимание института освобождения от уголовной ответственности строится на концепции ретроспективной (негативной) юридической ответственности, разработанной в рамках общей теории права. Весьма популярным в теории права было и остается использование следующей формулы: юридическая ответственность - это мера государственного принуждения, основанная на юридическом и общественном осуждении поведения правонарушителя и выражающаяся в установлении для него определенных последствий в форме ограничений личного или имущественного порядка. (Иоффе О.С., Шаргородский М.Д. Вопросы теории права. - М., 1961. С.318)

Различные концепции юридической и уголовной ответственности вызывали к жизни органичное для них понимание освобождения от уголовной ответственности. Так, например, одним из первых родилось направление, представители которого (А.Б. Сахаров, А.А.Пионтковский, Л.В.Багрий-Шахматов и другие) отождествляли уголовную ответственность и санкцию уголовно-правовой нормы, содержание которой сводили к наказанию. Таким образом, согласно их позиции освобождение от наказания есть освобождение от уголовной ответственности. Эта и многие другие подобные теории позднее весьма аргументировано критиковались отечественными учеными (Бойцов А.И. Теоретические вопросы уголовной ответственности и освобождения от нее. Автореферат дисс… канд.юрид.наук. - Л., 1982).²

Современный уголовный закон четко разделил освобождение от уголовной ответственности и освобождение от наказания. Кроме того, ч. 1 ст.3 УК РФ устанавливает, что за совершенное общественно опасное деяние к лицу, наравне с наказанием, могут применяться и иные уголовно-правовые меры. Следовательно, наказание - лишь одно из проявлений уголовной ответственности, меньшее как понятие по своему объему. Более эффективно позволяет раскрыть содержательные характеристики института освобождения от уголовной ответственности определение, предложенное В.С.Прохоровым (Прохоров В.С. Преступление и ответственность. - Л., 1984). Он понимает уголовную ответственность как основанное на уголовно-правовых нормах осуждение государством общественно опасного виновного деяния и лица, его совершившего, выраженное в приговоре и сопряженное с наказанием или иными мерами уголовно-правового воздействия. <QUEST1< FONT>Таким образом, освобождение от уголовной ответственности следует понимать, как отказ от государственного осуждения преступника и его общественно-опасного деяния с сохранением общественного (социального) его осуждения.

Анализируя природу освобождения от уголовной ответственности, можно выстроить определенный алгоритм развития событий после совершения преступления. 1) В результате совершения преступления возникает охранительно уголовно-правовое отношение. 2) После установления в деянии виновного лица признаков состава преступления выявляется основание уголовной ответственности. 3) Судебным решением уголовная ответственность может реализовываться по одному из двух направлений в зависимости от формы: а) уголовная ответственность (без назначения наказания, с назначением наказания и последующим освобождением от отбывания наказания, с назначением и последующим исполнением наказания); б) освобождение от уголовной ответственности по нереабилитирующим основаниям (в этом случае возможно принятие соответствующего акта и на досудебных стадиях) с применением иной формы реализации ответственности (например, принудительных мер воспитательного воздействия - ст. 90 УК РФ) или без таковой.

Этимологический анализ термина "освобождение" предполагает, что ответственность потенциально существует на момент принятия решения об освобождении (наличествует ее основание), но не реализовывается и не замещается другой. Можно предположить, что в результате определенных событий после установления в действиях лица признаков состава преступления уголовная ответственность в отношении него так и остается нереализованной. При этом, существует отличие и от обстоятельств, исключающих уголовную ответственность, перечисленных в главе 8 УК РФ. Упомянутые обстоятельства делают деяние непреступным, поэтому вопрос об уголовной ответственности ставиться не может.

Необходимо определить, чего именно избегает лицо, освободившееся от уголовной ответственности. Очевидно, что освобождение от ответственности означает, что лицу не будет назначено наказание. Во-вторых, отсутствие наказания подразумевает и отсутствие судимости. Все эти характеристики роднят институт освобождения от уголовной ответственности с институтом освобождения от наказания. Однако существуют и значительные отличия. Наиболее существенным из них является то, что освобождение от уголовной ответственности исключает любые негативные правовые последствия для виновного. Отсутствие государственного осуждения, как присущий всем случаям освобождения от уголовной ответственности признак, состоит в том, что в отношении лица не выносится обвинительный приговор, а судебное разбирательство может вообще не состояться. Уголовно-процессуальный закон наделяет полномочиями по освобождению от уголовной ответственности не только суд, но и прокурора, а также следователя и дознавателя с согласия прокурора. Кроме того, лицо, освобожденное от уголовной ответственности, считается ранее не совершавшим преступления.

<QUEST2< FONT>В связи с изложенным, требует пояснения, почему, не предполагая никаких правовых последствий и изъятий в уголовно-правовом статусе лица, предусмотренные главой 11 УК РФ обстоятельства относятся к категории не реабилитирующих. Более того, прекращение уголовного дела по основаниям, предусмотренным корреспондирующими статьями УПК РФ (Глава 4 Уголовно-процессуального кодекса РФ), возможно исключительно при получении согласия подозреваемого или обвиняемого. Причина такого правового решения кроется в том, что государственное осуждение при освобождении от уголовной ответственности заменяется на общественное. От уголовной ответственности может быть освобождено лишь лицо, виновное в совершении преступления, невменяемые, малолетние и добросовестные лица, а также лица, совершившие малозначительные деяния, не могут освобождаться от уголовной ответственности. Освобождаясь от уголовной ответственности, лицо признает себя виновным, что должно подтверждаться и фактическими обстоятельствами дела. Таким образом, в глазах всего общества, это лицо будет рассматриваться как виновное, а его деяние считаться общественно-опасным. В сознании людей останется, что в силу определенных причин, государство лишь сочло нецелесообразным возложить на виновное лицо бремя уголовной ответственности.

Ключом к пониманию сущности института освобождения от уголовной ответственности является установление причин, по которым государство принимает упомянутое выше решение. Очевидно, что в определенной степени им движут гуманистические побуждения, однако, как видно из содержания норм, этот фактор не является определяющим. В основе решения об освобождении от уголовной ответственности лежат определенные юридические факты, возникшие после совершения преступления, но до момента освобождения.³ При этом, в определенном смысле институт освобождения от уголовной ответственности находится в противоречии с теоретическим уголовно-правовым принципом неотвратимости уголовной ответственности. Однако неотвратимость ответственности не означает обязательности карательных методов урегулирования криминального конфликта. Конфликт, возникший в обществе в результате совершения преступления, может быть погашен и в результате совершения определенных действий или наступления определенных событий. Следует отметить, что вред, причиненный преступлением, шире описанного в диспозиции статьи Особенной части Уголовного кодекса. В.С.Прохоровым была предложена исчерпывающая классификация этого вреда (Прохоров В.С. Преступление и ответственность. - Л., 1984 С. 62-63.).

Однако необходимо понимать, что полностью устранить вред, причиненный общественным отношениям, невозможно. Виновному по силам лишь предотвратить дальнейшее разрастание конфликта. Из всех видов вреда полностью ликвидированы могут быть только отдельные разновидности материального и физического вреда, а вред, причиненный общественным отношениям и морали, в полной мере, в принципе невосполним.

<QUEST3< FONT>Государство обязано всеми силами препятствовать дальнейшему распространению конфликта, учитывая, что в некоторых случаях использование мощи уголовной репрессии, способно только усугубить положение. Уголовное правоотношение содержит программы восстановления социальной справедливости и нарушенного правопорядка. При том, очевидно, что выбор конкретной программы зависит не только от позиции государства или преступника, но иногда и от внешних обстоятельств. Восстановление нарушенного правопорядка возможно не только применением принудительных мер уголовно-правового воздействия, но и вследствие активных действий преступника, разумеется, совершенных под угрозой принуждения (Кропачев Н.М. Уголовно-правовое регулирование. Механизм и система. - СПб. 1999. С. 237). Восстановление социальной справедливости некарательными методами - называют уголовно-правовой реституцией. Однако, использование реституции не всегда возможно, эффективно и целесообразно. Для освобождения от уголовной ответственности необходимо, чтобы в результате посткриминальных юридических событий и фактов уменьшалась общественная опасность виновного лица и нивелировалась обстановка, сложившаяся после совершения преступления.

Зарубежному уголовному праву давно известно понятие восстановительного правосудия. К примеру, Комитет министров Совета Европы принял целый ряд рекомендательных актов, касающихся проблем применения восстановительных процедур и их интегрировании в национальные системы уголовной юстиции. Наиболее значимыми среди них можно считать: Рекомендацию № R (99) 19 о посредничестве в уголовных делах, Рекомендацию № R (85) 11 о позиции жертвы в рамках уголовного права и процесса, Рекомендацию № R (87) 18, касающуюся упрощения уголовного правосудия, Рекомендацию № R (95) 12 о системе управления уголовного правосудия и Рекомендацию № R (98) 1 о семейном посредничестве. Национальное законодательство множества европейских стран также содержит различные схемы некарательного реагирования на совершенное преступление.⁴

В отличие от зарубежного опыта, в России механизм восстановительного правосудия лишь проходит этап своего зарождения.⁵ Для советской уголовно-правовой науки более органичной являлась концепция поощрительного метода регулирования. В 70-е - 90-е гг. сложились теории позитивного постпреступного поведения и поощрительного правоотношения.⁶ Содержание этой научной концепции образуют следующие постулаты: 1) после совершения преступления виновный может добровольно совершать ряд предусмотренных уголовно-правовой нормой социально одобряемых, свидетельствующих о существенном уменьшении его общественной опасности, действий, которые нуждаются в определенной уголовно-правовой оценке; 2) эти юридически значимые действия образуют "заслугу", которая предполагает обязательную "награду" со стороны государства; 3) объем "награды" напрямую зависит от характера "заслуги". С теоретической точки зрения, это означает, что в рамках охранительного (генерального) правоотношения может сложиться поощрительное (субсидиарное, секундарное) правоотношение, которое будет влиять на судьбу основного.

Таким образом, можно утверждать, что освобождающие от уголовной ответственности обстоятельства, предусмотренные статьями 75-78 УК РФ, а также целый ряд других норм Общей и Особенной части УК, регламентирующих вопросы освобождения от ответственности, являются проявлением поощрительного метода уголовно-правового регулирования. Однако поощряемое поведение по своей природе различно. Уголовное право поощряет два основных вида общественно-полезного поведения: а) добросовестное выполнение (перевыполнение) лицом юридических или общественных обязанностей, б) активное использование лицом своих субъективных прав в рамках дозволенного поведения (Коробеев А.И., Усс А.В., Голик Ю.В. Уголовно-правовая политика: тенденции и перспективы. - Красноярск, 1991. С. 189). В зависимости от того, какая модель поведения использовалась, разнится и роль государства. Кроме того, во втором случае, действия преступника направлены на непосредственное восстановление нарушенного правопорядка, что предполагает взаимодействие с тем, кому был причинен вред.

Примером вышесказанного может служить сравнение двух норм, предусмотренных ст.ст. 75 и 78 Уголовного кодекса РФ. Несмотря на то, что уголовно-правовые последствия позитивного постпреступного поведения в обоих случаях идентичны - лицо подлежит освобождению от уголовной ответственности, взаимоотношения преступника и государства складываются по-разному. В случае течения сроков давности привлечения к уголовной ответственности для лица, совершившего преступление, существует одна обязанность - не уклоняться от уголовного преследования, т.е. не затруднять работу правоохранительных органов и не увеличивать тем самым затраты государства. Этим фактом лицо подтверждает свое нейтральное отношение к общественному порядку. Однако если речь заходит о деятельном раскаянии, то для преступника существует законодательно закрепленное дозволение оказывать помощь государству, оптимизируя его затраты на правоохранительную деятельность посредством явки с повинной, способствования раскрытию преступления и возмещения ущерба.

Таким образом, если в первом случае, государству лишь необходимо оценить, имели ли место определенные юридические факты (было ли совершено преступление и какое, не уклонялось ли лицо, его совершившее, от преследования), то во втором, помимо оценки оснований и условий освобождения от уголовной ответственности, государство выступает в качестве активной стороны, сотрудничающей с преступником и побуждающей его совершать указанные действия. Одновременно в такие отношения вовлекается и пострадавшая от преступления сторона - потерпевший.⁷

Следовательно, из числа поощрительных (государство/преступник) отношений можно выделить специфическую группу трехсторонних (государство/преступник/потерпевший) отношений. Эти отношения можно назвать медиационными (от лат. medium - посредничество), поскольку государство в лице соответствующих правоохранительных органов выступает в виде движущей силы мирного устранения социальной деформации. Медиация - это специфический уголовно-правовой механизм урегулирования конфликта, возникшего в обществе, в результате совершения преступления, реализуемый в виде совокупности взаимонаправленных юридически значимых действий участников конфликта при активной посреднической роли государства. К институту медиации можно отнести два более мелких уголовно-правовых института - деятельное раскаяние и примирение с потерпевшим.

В период реформирования уголовного законодательства и переоценки роли и места уголовной репрессии в уголовной политике нашего государства, происходивших в конце 80-х и начале 90-х годов XX века, предпринимались попытки переосмыслить систему поощрительных мер и разработать новою концепцию, отражающую изменения в общественном строе государства. Примером таких теорий может служить созданная и разработанная Х.Д.Аликперовым идея компромисса в борьбе с преступностью (Аликперов Х.Д. Проблемы допустимости компромисса в борьбе с преступностью. Автореферат дисс. … доктора юрид. наук. - М., 1991.). Существенным недостатком этой, безусловно, оригинальной концепции является то, что ее сторонники полагают, что закрепление института компромисса в Уголовном кодексе 1996 г. стало возможным вследствие отказа государства от идеи бескомпромиссной борьбы с преступностью и принципа неотвратимости уголовной ответственности (Аликперов Х.Д., Зейналов М.А. Компромисс в борьбе с преступностью. - М., 1999. С. 5 и след). На наш взгляд, такой подход представляется неверным по целому ряду причин. Борьба с преступностью как социальным явлением не может не быть бескомпромиссной. Признавая тот факт, что преступность – явление неискоренимое в современном обществе, также необходимо понимать, что борьба с ней должна вестись постоянно и не допускать изъятий. Бескомпромиссность борьбы не означает отказа от применения поощрительных норм, формирующих институт компромисса. Выбор того или иного вида уголовно-правового реагирования обусловлен, в первую очередь, специфическими характеристиками личности преступника, а также обстоятельствами, характеризующими само преступление, а не теми или иными установками в обществе. Сам Х.Д.Аликперов, например, совершенно справедливо полагает, что «компромисс – оптимальный метод правового регулирования при ситуативно совершенных преступлениях" (Аликперов Х.Д., Зейналов М.А. Компромисс в борьбе с преступностью. М. 1999 г. С. 11). Таким образом, можно сказать, что компромисс является лишь одним из методов реализации основных задач уголовно-правовой политики.

Представляется, что компромисс, в силу своей природы, никак не может противоречить принципу неотвратимости уголовной ответственности (Кузнецова Н.Ф. Профилактическая функция уголовного закона.// Уголовное право. 1998. № 1. С. 11-20). Недаром, говоря о компромиссе, мы, прежде всего, подразумеваем освобождение от уголовной ответственности по тем или иным основаниям (ст. 75-78 УК РФ) или смягчение наказания (ст.61 УК РФ), также под компромиссом может пониматься и норма о добровольном отказе от преступления (ст. 32 УК РФ). Объединяющим все эти нормы признаком является либо потенциальная, либо реальная возможность применения уголовной ответственности или наказания. Компромисс предполагает взаимные уступки сторон, что, со стороны государства, подразумевает полный или частичный отказ от использования своей принудительной силы.

Как можно заметить, позитивное постпреступное поведение существенно изменяет развитие охранительного правоотношения. Возможность освобождения лица от уголовной ответственности - одно из наиболее благоприятных уголовно-правовых последствий. В основе освобождения от уголовной ответственности лежит соответствующая совокупность юридических фактов, т.е. фактический состав освобождения. Однако роль и значение фактов в фактическом составе освобождения от уголовной ответственности различны по своей природе. Одни из них обосновывают (основания), а другие - обусловливают (условия) освобождения.⁸ Ни при каких условиях основанием освобождения не может считаться мнение правоохранительных органов о совершенном деянии. Следует согласиться с точкой зрения А.С.Молодцова и Е.В.Благова, которые справедливо полагают, что «поскольку основание входит в фактический состав освобождения от уголовной ответственности и является юридическим фактом, то есть конкретным жизненным обстоятельством, постольку оно должно относиться к фактической стороне дела. Отсюда никакие оценочные суждения правоприменительных органов не могут выступать таким основанием. Возможность освобождения от уголовной ответственности существует объективно, независимо от решения соответствующего органа об этом. Последний вправе признать, или не признать наличие данной возможности» (Молодцов А.С., Благов Е.В. Понятие и основные направления уголовной политики и участие общественности в борьбе с преступностью. - Ярославль, 1987. С. 24).⁹ Кроме того, одного внутреннего переживания виновного лица явно недостаточно для признания его в качестве юридического основания, влекущего какие-либо уголовно-правовые последствия. Мысли, психические состояния и свойства человека, если они не выразились вовне в форме конкретных физических действий (бездействия), не являются объектом уголовно-правовой оценки (Сабитов Р. А. Посткриминальное поведение. - Томск, 1985. С. 22).

Уголовный кодекс РФ предусматривает возможность освобождения от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием (ст.75 УК РФ), примирением с потерпевшим (ст. 76 УК РФ) и истечением сроков давности (ст. 78 УК РФ). Освободить от уголовной ответственности можно и несовершеннолетнего с применением к нему принудительных мер воспитательного воздействия (ст.90 УК РФ), а также любое лицо совершившее преступление до принятия акта амнистии и подпадающее под его действие (ст.84 УК РФ). Однако данные нормы входят в систему других институтов уголовного права и будут проанализированы отдельно. Кроме того, в Особенной части УК РФ, в примечаниях к отдельным статьям, сформулированы специальные виды освобождения от ответственности в связи с деятельным раскаянием (например, примечания к ст.ст. 126, 205, 228 и др. УК РФ). ¹⁰