Социальная культура средневековья.

Постепенно человек становится сословной личностью (в отличие от родовой личности античности). Главное для средневекового человека – выполнение человеком социальных ролей. Человек отождествлялся со своей профессией, а не занимался той или иной профессиональной деятельностью. Духовенство заботилось о душе человека, дворянство (рыцарство) занималось государственными делами народ – трудился.

Рыцарство. Социальная культура выступает прежде всего как политическое господство военного сословия – рыцарства, основанное на сочетании прав на землю с политической властью. Эту сферу культуры отличает иерархическая вертикаль, где социальные отношения строились на основе договоров, семейных связей, личной верности, преданности и покровительства. Рыцарство делилось на королевских воинов, частные войска феодалов и рыцарские христианские ордена.

Постепенно формируется этический кодекс рыцарства, основанный на идеале бескорыстного, преданного, мужественного и прекрасного воина. Он должен оберегать слабого, держать слово, быть бесстрашным, не давать себя в обиду, хранить достоинство. Рыцарь подтверждал этот идеал обетами бедности и послушания, супружеского целомудрия, личного совершенства, совершения подвига. Еще одной характерной чертой рыцарства была необходимость быть христианином. Но учитывая, что корни рыцарства находятся в германской героической традиции, то воинственным христианином. Начинает складываться система рыцарской символики: особый ритуал посвящения, особый покрой одежды, торжественный обычай вручать оружие.

В среде королевских рыцарей возникает придворная рыцарская культура с рыцарскими турнирами, особым придворным этикетом. Он предполагал:

- умение искусно беседовать с дамами,

- умение танцевать и одеваться,

- ездить верхом,

- фехтовать,

- плавать,

- охотиться,

- владеть копьем,

- играть в шашки,

- сочинять стихи в честь прекрасной дамы.

Рыцарь совершает подвиги во имя прекрасной дамы, они делают рыцаря достойным, и прославляют даму. Сводить любовь рыцаря к одному только наслаждению так же неуместно, как и служение вассала сюзерену – к выгоде и корысти. Любовь рыцаря к даме и его воинское служение осуществляются одинаково под знаком верности. Верность же не ищет награды, она может ее принять, а может и не принять.

Духовенство. Христианский идеал человека стал трансформироваться в образе духовенства. Интересной особенностью этого процесса было появление монашества, которое представляло собой переход от общинного ожидания царства Божия на Земле к достижению индивидуального спасения путем аскетического «сораспятия» Христа при жизни, совместной святой жизнедеятельности. Одним из первых орденов западной церкви является бенедиктианский (6 в.), Главной целью доминиканского ордена (12 в.) являлась борьба с еретиками. Монахи францисканского ордена (13 в.) стремились подражать нищенской жизни Христа не Земле.

Монашеское движение на Западе связывают с именем св. Бенедикта Нурсийского. Его деятельность приходится на начало 6 века. Она заключалась в основании монастырей на юге Италии, но более всего Бенедикт памятен созданием монашеского устава, который потом распространился по всей Европе. В центре этого устава стоит молитвенная жизнь и спасение души. Наряду с молитвами, физический труд был обязанностью монаха. Во многих монастырях на него уходило гораздо больше времени, чем на молитвы. Это и не удивительно, в Европе была повальная разруха. Монахов обеспечивать было некому. Но дело к этому не сводилось. Новая культура утверждала новую ценность, которой не знала Античность – ценность труда. Труд носил характер аскезы, был средством спасения души. За трудом не стояли не самоутверждение, ни самореализация. Если Господь говорил «В поте лица своего будете добывать хлеб свой», то труд можно понимать как обузу, как проклятие. Но на Западе очень рано проглядывает другая тенденция: труд включен в путь восхождения к Богу. Это конечно не относилось к рыцарскому сословию, но вот зарождающемуся бюргерскому сословию освящение труда очень пригодилось. Наряду с молитвой и постом, трудом, монах должен был читать Священное Писание. Чтение предполагает грамотность, монастырь неизбежно становился школой. Вскоре монастыри становятся еще и книгохранилищами, в них открываются скриптории.

Монастырь становится едва ли не единственной формой христианского общежития. До Константинова эдикта 313 года Церковь была не признана, и частично гонима. Каждый христианин, каждая община шла путем внешних испытаний. С 4 века, когда христиане очутились в принявшей христианство империи, развивается тяга к пустынножительству, а затем к монашескому общежитию. Монашество оказалось приемлемым и для Запада, и для Востока. Но на Западе монашество, уход из мира, совпал с культурной работой. Культура – явление мирское, совершенно не была нужна миру, он был слишком безграмотен, чтобы оценить ее.

Таким образом, первоначально, западный монастырь был путем культуры, а не только потусторонней святости еще и потому, что задачи, которые ставились перед человеком, были доступны обычному, слабому человеку. Рядовой монах мог достойно прожить в монастыре, по вполне умеренной и доступной каждому программе.

Очень терпим устав к наказаниям. Они были скрупулезным образом разработаны. Первое опоздание к столу – тайный выговор, повторное – публичным. Далее – лишение вина, далее отсаживание за отдельный стол. Более суровые наказания за нарушение обета целомудрия, послушания и смирения. Это были разные формы отлучения от трапезы, молитва, пост. Не раскаившиеся полностью изолировались, к ним приставлялись старшие братья. Он утешал грешника и приводил его к покаянию. Самое тяжелое – изгнание из обители.

Народная культура.

Крестьянская культура.

Самостоятельное и самобытное крестьянство было очень архаично. В крестьянах рыцари видели дикость и грубость, как римляне в германских племенах. Крестьяне давали для этого повод. Средневековая культура крестьян не просто архаична, а глубоко архаична. В ней уцелели такие древние пласты, которые преодолела даже Античность; в его культуре сполна присутствовал миф, ритуал, магия.

В своей ассимиляции и адаптации христианства к своему мировоззрению крестьяне действовали как дети, упрощая и огрубляя церковную жизнь. Это мировоззрение, глубоко языческое было очень устойчиво, во всяком случае, пережило Средневековье. Этому свидетельствуют специфические молитвы освящения овса и овощей, формулы заклятья сорняков. Далее идут такие вещи как исцеление скота при помощи масла из лампады перед иконой Св.Стефана. Особая статья – покровители святые скота. О свиньях заботился св. Антоний, св. Элигий о конях. Даже священники вынуждены были с этим мириться и совершать, несовместимые с идеями христианства обряды, например суды над животными. Приведенные примеры свидетельствуют о проникновении крестьянской культуры не только в церковную жизнь, но и в правовую.

Простые люди не знали и не хотели другой религии кроме христианства, в своем мировоззрении до неузнаваемости преобразили христианское вероучение.

ПРАЗДНИКИ. Очень трудно объяснимый феномен. Церковные праздники отмечались очень пышно и торжественно. Но помимо этих праздников Средневековье знало еще и языческие праздники. Церковь по мере сил старалась переиначить эти праздники, внести хоть что-то христианское. Но, в Позднее Средневековье получило широкое распространение так называемые народные праздники. Они тяготели к карнавалам, где отменялись всякого рода сословные условности. Основа этих праздников – смех, все практически подвергалось осмеянию.

Бюргерская культура Средневековья представлена не так ярко как рыцарская. Связано это с той недоминирующей ролью, которую играли первоначально города в Средние Века. В Средневековье центром были монастыри, епископские резиденции, позднее замки. Только с 13 века начинается расцвет городской жизни. Но не город делал культуру Средневековья, и не бюргерство. Им еще предстояло сыграть эту роль. Вначале город только отвоевывал свое право на существование у монастырей и замков. Все Средневековье буквально переполнено борьбой своих становящихся городов с сюзеренами и даже с церковью. Это была борьба за самоуправление, за судебный иммунитет и освобождение от податей, за то, чтобы горожанина не отождествляли с крестьянином и признали свободным человеком. Для бюргеров, вслед за рыцарями, крестьяне были существами низшего рода, презираемые и высмеиваемые. Средневековый город рано противопоставил открытость и разнообразность своей жизни монотонности и замкнутости сельской общины.

Средневековые города ассоциируются у нас с цехами и цеховым строем. Но цеховой строй получил свое распространение в 13 веке и то не повсеместно. Цеха – это объединение ремесленников по профессиям. Но в Средние Века четкую и последовательную классификацию профессий не знали. Они складывались случайно, как строились сами города. Цеха могли объединять различные профессии, если они были немногочисленны, по численности тоже различались.

3. РОЛЬ ЦЕРКВИ В СРЕДНЕВЕКОВОЙ КУЛЬТУРЕ.

Главной чертой духовной культуры средневековья является доминирование христианской религии. Это была очень тесная связь, причем настолько, что в массовом сознании Средневековье ассоциируется с христианством также, как Античность с язычеством. Это не значит, что Средневековье – это единственная христианская культура, бала христианская Античность и Новое Время. Но и благочестивое Средневековье знавало такие провалы в язычество, которые были невозможны даже для обмирщенной новоевропейской культуры.

Христианизация была трудным и медленным процессом. Этот процесс был актуален не только по отношению к новокрещенной пастве, но и по отношению к духовенству. От паствы требовалось немногое: крещение, причастие, исповедь, посещение храма, знание минимума христианского вероучения. С последним дело обстояло не очень благополучно, о чем говорят различные издания Церковью специальных постановлений об обязательном просвещении паствы, например, капитулярий Карла Великого

1. Переход от античного атлета, живущего земными радостями, в гармонии с миром, к аскету, устремленному к духовному единству с богом являет собой новый уровень духовного самосознания человека. В христианстве образцом выступает человек смиренный, духовный, страдающий, жаждущий искупления грехов, спасения с Божьей помощью.

2. Сущность нравственного идеала средневековой христианской идеологии можно представить единством Веры, Надежды и Любви. В этой триаде Вера выступает как особое состояние духа, как ведущая к Богу святая простота. Надежда олицетворяет идею спасения от греха с помощью Бога через загробное воздаяние, путь к которому – смирение. Любовь понимается как любовь к Богу, как связь, устремление к нему человека.

3. Христианство принесло в средневековую культуру традиционализм и ретроспективность. Новаторство считалось проявление гордыни, отступление от истины. Отсюда – анонимность произведений, ограничение свободы творчества, каноничность

4. Следующая черта – символичность и экзегичность, когда текст (Библия) дает повод для размышлений, толкований. Первый этап экзегезы – семантический анализ библейских текстов, второй – концептуальный, третий – спекулятивный, когда автор позволяет себе высказывать собственные мысли, маскируя их авторитетными суждениями.

5. Дидактизм. Деятели средневековой культуры – прежде всего проповедники, преподаватели богословия.

6. Для средневековой духовной культуры характерна также универсальность, энциклопедичность знания, когда главным достоинством мыслителя является эрудиция. Отсюда создание компиляций, «сумм» (яркий пример тому – «Сумма теологии» Фомы Аквинского).

7. Рефлексивность, психологическая самоуглубленность средневековой духовной культуры. Необходимо отметить роль исповеди в духовной жизни человека, очищения, искренности для его душевного спасения (например «исповедь» Августина).

8. Церковь стала важнейшим институтом культуры, выступая и как светская сила. Вся история средневековья – это история борьбы церкви и государства, их слияния, уподобление церкви государству и реализации ее божественных целей (пример этих целей – крестовые походы).

Кризис средневековой культуры.

Переход от Высокого к Позднему Средневековью имеет свои резко обозначенные границы. Конец одной и наступление другой эпохи связано с отношениями между светской и духовной властью, их противостоянию и столкновением. Конфликты между Папой и королями не прекращались на протяжении всего Высокого Средневековья. Чаще всего, исход борьбы был в сторону апостолитического престола, так что в 12 и в 13 веках папство стало доминирующей силой западного мира. Наверное, более других Пап продвинулся в своем «папацеризме» Иннокентий 3 (1198 -1216). Ему принесли вассальную присягу Италия, Швеция, Норвегия Дания, Португалия, Англия, Арагон и т.д. даже такие могущественные короли как французский и германский заметно уступали ему в могуществе и власти. Но, хотело того Папство или нет, оно приняло правила игры рыцарского сословия, стремясь стать верховным сюзереном всей Западной Европы. Последним Римским Папой, который со всей энергией и решительностью отстаивал примат папской власти над светской, был Бонифаций 8-й (13 в.). И особенно рьяно, но безуспешно, он боролся с французским королем Филиппом Красивым.

Пришедший к власти следующий Папа Климент 5-й, сменил свою постоянную резиденцию с Рима на Авиньон, неподалеку от французских границ. Случай странный и непонятный, во всяком случае, историки именуют его «авиньонским пленением». И хотя богатство и власть Католической Церкви в этот период возросла как никогда, она попала в определенную зависимость от французской короны.

Со смертью Бонифация 7-го, и особенно с началом «авиньонского пленения» начал набирать силу кризис папской власти и всей Католической Церкви. Кроме того, начинается кризис и рыцарской культуры.

Победа Филиппа Красивого над Папой была не совсем победой рыцарства. Филипп Красивый был монархом нового типа. Он ощущал себя не столько первым рыцарем страны, сколько королем Франции и французского народа. Боролся не только с Папой, но и с рыцарями, стремясь подчинить их государственным интересам. В своих действиях Филипп опирался на бюргерство, которое больше других согласно было отождествить себя со страной, а не с цехом.

ВЕДОВСТВО. Главным образом гонение на ведьм. Преследование ведьм и колдунов характерно для Позднего Средневековья и для последующих двух столетий. В период Высокого Средневековья гонения на ведьм, как правило , шло снизу, со стороны простого городов и деревень, и нередко выливались в спонтанные казни. Церковь суждало как суеверие веру в сверхъестественную силу ведьм и колдунов. На тех, кто себя выдает за таких , смотрели как на заблудших и нуждающихся в помощи и поддержке. До костров инквизиции было еще далеко. С наступлением Позднего Средневековья, побеждает точка зрения, что человек способен вступить в сговор с дьяволом. Возникают представления о сношениях с нечистой силой, шабашах, где совершается черная месса. В 14 веке круг замыкается, идущая снизу демономания, находит поддержку наверху. Ведовские процессы становятся обычным явлением.

СХЕМА ВЕДОВСТВА. «Испытание слезами». Кстати сам процесс казни осуществляла не церковь, а светская власть. И сжигали не случайно, Церковь не любила пролития крови.

ПРИЧИНЫ РАЗРАЗИВШЕЙСЯ ОХОТЫ НА ВЕДЬМ.

• влияние низовой культуры;

• трансформация средневековой религиозности;

• мир все больше уступает злу. Сжигать ведьму после ужасных пыток заставлял только страх перед ней. Сам дьявол от пыток не страдал, гоняться за ним с топором, все равно, что наносить удары по тени.

Представители дьявола были, как правило, из крестьянства, и мало могли сказать о ведовстве. Схему магии формулировала сама Католическая Церковь.

4. РАЗВИТИЕ НАУКИ

Что касается образования, то надо отметить, что его уровень падает уже в Позднюю Античность. Особенно в части философии и литературы. Но и это было неприемлемо и недоступно средневековому Западу. Взятое вне контекста наступившей эпохи, оно производит впечатление курьеза. Общий его тон и названия осталось то же, что и в Позднюю Античность. Но использовало только осколки античного образования.

По-прежнему образование состояло из «семи свободных искусств» первоначально изучались искусство тривиума (грамматика, риторика, диалектика), а затем квадриума (геометрия. Арифметика, музыка, астрономия). Все эти науки доходили из третих рук. Труды крупнейших античных ученых, как правило, были неизвестны. Популярны были труды позднейших авторов, которые лишь комментировали с чьих то слов эти труды. Самым популярным учебником семи свободных искусств был труд Марциала Капеллы. Оно называется «Бракосочетание Меркурия и Филологии» и содержит не связанные между собой фрагменты знаний. Входившая в геометрию география, казалось, должна была опираться на серьезные работы Плиния Старшего, Страбона, а учили географии по работам Юлиана Солина, а его текст содержит описания различных чудес и фантастических стран. Книга Юлиана Солина демонстрирует капитуляцию географии перед мифом.

Если бы не потребности Церкви в богослужении, античное образование совсем забыли бы.

Грамматика изучалась по учебнику римлянина Доната.

Риторика изучалась для делопроизводства.

Диалектика (логика) преподавалась по работам Боэция.

Арифметика считалась необходимой для правильнго вычисления церковных праздников.

Геометрия необходима была, чтобы строить храмы.

Было полностью потеряно понимание философских, научных и околонаучных работ античности. Большинство авторов было неизвестно. Среди них оказались Платон и Аристотель. Платона знали только по одному диалогу «Тимей», а Аристотеля по «Органону». Евклид, Архимед, Плотин, Прокл были забыты.

Новая варварская знать была безграмотной, и не видела для себя ничего зазорного. Насколько обязательным, начиная с 6 века стало крещение и принятие христианства, настолько же необязательным было образование.

Образование выступало как образование религиозное – в соборных, монастырских приходских

школах., где ученики читали и комментировали Библию., труды отцов церкви. Богословские предметы доминировали и в светских школах, а также в университетах, появившихся в 11 веке. Однако к 15 веку, когда в Европе насчитывалось уже 65 университетов, в них кроме богословия изучали право, медицину, искусство, а в дальнейшем – естественные науки. С течением времени в университетах складывалась своя специализация. Так, в Болонье обучались юристы; в Саломанке, Монпелье, Солерно – медики.

Наука. Становление буржуазных экономических отношений и связанная с ним растущая заземленность мировоззренческих интересов человека дают импульс развитию научных знаний. Средневековая наука выступает как осмысление авторитарных данных Библии. По мнению церковных идеологов греховным является всякое знание, если оно не имеет своей целью познание Бога. В схоластическом идеале средневековый разум направлен на понимание Божественного замысла. В так называемой науке открытия и не предполагались, так как истина была дана Богом в Библии, конкретизирована в трудах отцов церкви. Средневековая наука разделялась на низшую, основанную на познавательных способностях человека, и высшую – хранительницу Божественного откровения. Главным методом познания в этих условиях является постижение смысла Божественных символов. Мир в средневековье рассматривался как книга, написанная Богом, которую надо воспринять.

Второй важнейшей особенностью средневековой науки является ориентация не на причинно-следственные связи между вещами, а иерархические, когда идет поиск небесных прототипов земных вещей. Познание выступает как обнаружение связи между вещью и стоящей за ней высшей реальностью, а не между вещами самими по себе. Их отдельность понималась как символ целостности, божественности. Мир не нуждался в особом объяснении – он воспринимался непосредственно, логика и мистика не противоречили друг другу, логика служила мистическому восприятию «тайны Божией».

В средневековой науке не было представлений о самозаконности мира, не было почвы для идеи о законах природы, чисто вещные, не одухотворенные Богом связи не обладали авторитетом истины. Отсюда схоластическое , книжное изучение мира, комментирование трудов известных теологов, античных мудрецов в отрыве от жизни. В этих условиях ведущими науками были , естественно, богословие и схоластическая философия, а главным авторитетом \ после Бога \ являлся Аристотель, которого даже сравнивали с Христом в науке.

Но потребности хозяйствования побуждали изучать почву, металлы, наблюдать химические и физические опыты. Возрастала постепенно роль экспериментального отношения к миру. Развитие естественных наук стало выдвигать эксперимент на место авторитета. Противоречивость этой ситуации ярко проявилась в одной из ведущих наук средневековья – алхимии. Будучи неистовыми экспериментаторами, алхимики видели выход к новому знанию только через откровение в ходе мистерии как особое состояние сознания. Задача ученого - расколдовывание мира, поиск способностей видеть открытия, а собственно химические опыты являлись как бы реализацией, демонстрацией увиденного в мистическом озарении. Настоящий алхимик стремился получить не золото, а найти способ его получения.

Несмотря на такую идеологию научного поиска, в эпоху Средневековья в Европе были

изобретены часы, налажено производство бумаги, появились зеркала, очки, проводились медицинские опыты, вплоть до анатомических.