1,5-10

определенности в групповые нормы. Лидер в этой теории определяется как, прежде всего, инициатор взаимодействия.

Например, теория «усиления ожиданий» Р. Стогдилла основана на простом утверждении. У членов группы, считал он, в процессе взаимодействия усиливаются ожидания того, что каждый из них будет продолжать действовать соответствующим образом. Роль индивида определяется взаимными ожиданиями, экспектациями, и, если его действия совпадают с ожиданиями группы, ему будет разрешено к ней присоединиться, т. е. его допустят («примут») в группу. Лидерский потенциал человека зависит от его способности инициировать нужные взаимодействия и ожидания.

Согласно теории «целевого поведения» (path-goal theory) M. Эванса, степень проявления внимания лидером определяет осознание последователями будущего поощрения, а степень инициирования структуры лидером определяет осознание подчиненными того, какое именно поведение будет поощрено. Близкая к ней «мотивационная теория» (Р. Хау, Б. Басе) понимала лидерство как попытку изменения поведения членов группы через изменение их мотивации. Ф. Фидлер считал, что «лидерское поведение» зависит от требований конкретной ситуации. Например, «ориентированный на работу» лидер будет эффективным в крайних ситуациях (слишком легкая или слишком тяжелая работа). Лидер же, ориентированный «на взаимоотношения», обычно эффективен при решении «умеренных», как бы «промежуточных» проблем.

«Гуманистические» теории лидерства. Группа теорий лидерства,

получивших название «гуманистические», во главу угла ставила развитие эффективной организации. По мнению представителей этого подхода, человек по самой своей природе — «существо мотивированное», а организация по своей природе всегда структурирована и контролируема. Главной функцией лидерства является модификация организации с целью обеспечения свободы индивидов для реализации их мотивационного потенциала и удовлетворения своих нужд — однако, при одновременном достижении целей организации.

Д. Мак-Грегор разработал две теории организующего лидерства. Первая, так называемая теория X, основана на предположении, что индивиды обычно пассивны, противостоят нуждам организации и, следовательно, их необходимо направлять и «мотивировать». Вторая, теория Y, основана на предположении, что люди уже обладают мотивацией и стремятся к ответственности, поэтому необходимо так их организовывать и направлять, чтобы они одновременно реализовывали и свои цели, и цели организации. Две эти теории отражали, по сути, два этапа развития организации.

С. Аргирис также указывал на наличие конфликта между организацией и индивидом. По его мнению, природа организации предполагает структурирование ролей ее членов и контроль над исполнением ими своих обязательств. В природе человека заложено стремление к самореализации через проявление инициативы и ответственности. Значит, эффективное

11

лидерство должно принимать это во внимание и опираться, прежде всего, на эти качества.

Р. Ликерт считал, что лидерство — процесс относительный, и лидер должен принимать во внимание ожидания, ценности, межличностные навыки подчиненных. Лидер должен дать подчиненным понять, что организационный процесс направлен на их пользу, так как обеспечивает им свободу для ответственного и инициативного принятия решений.

Врамках данной теории Р. Блайк и Дж. Моутон сумели изобразить лидерство графически: по оси абсцисс — забота об индивидах, по оси ординат — забота о результате. Чем выше значения этих координат, тем больше развиты отношения доверия и уважения в организации.

Вцелом же, отметив условную «гуманистичность» данных теорий, сделаем вывод: это был все-таки шаг вперед по сравнению с предшественниками. Гуманистический подход опирается на углубленный анализ личностнопсихологических корней феномена лидерства.

Теории обмена. Представители данной теории (Дж. Хоманс, Дж. Марч, X.

Саймон, X. Келли и др.) исходят из того, что общественные отношения представляют собой форму особого обмена, в ходе которого члены группы вносят определенный не только реальный, производительный, но и сугубо психологический вклад, за что получают некий психологический «доход». Взаимодействие продолжается до тех пор, пока все участники находят такой обмен взаимовыгодным. Т. Джакобс сформулировал свой вариант теории обмена следующим образом: группа предоставляет лидеру статус и уважение в обмен на его необычные способности к достижению цели. Процесс обмена сложно организован, он включает многочисленные системы «кредитования» и сложные «выплаты».

Данная группа теорий, будучи суперрационалистичной, отражает, безусловно, лишь одну из сторон феномена лидерства. Однако ее влияние на современную политическую психологию значительно. Обобщенно говоря, вся история изучения феномена лидерства привела к тому, что воцарились два суперподхода: рационалистический и гуманистический.

Мотивационные теории лидерства. Согласно В. Стоуну, мотив — это своеобразная выученная «навязчивая идея», основанная на внутренней потребности компетентно обращаться с окружающей средой. Независимо от первоначальной потребности (власть, престиж, самовыражение), мотивация зависит от осознаваемых человеком возможностей. Естественно, слишком сильная мотивация может исказить восприятие. Например, слишком сильно мотивированный кандидат, объективно имеющий мало шансов на успех, может слепо верить в свою победу на выборах. Однако, чаще всего, индивид выставляет свою кандидатуру, когда он осознает, что у него есть вероятность победить, достаточно навыков и серьезная поддержка. Как заметил Д. Шлезингер, «амбиции часто развиваются в специфической ситуации как ответная реакция на возможности, открывающиеся политику». «Теория

12

амбиций» предполагает рациональную оценку ситуации. Дж. Штерн предложил следующую формулу мотивации:

мотивация = f (мотив х ожидание х стимул).

Это означает, что амбиции кандидата представляют собой функцию от трех переменных. Во-первых, от его личных мотивов (власть, успех, уважение). Во-вторых, от его ожиданий относительно занятия должности. В-третьих, от «ценности приза». Ожидания индивида определяются его отношением к политической системе, будущими возможностями как политика, оценкой собственных способностей и вероятной поддержкой. Другими словами, три вещи — будущий престиж, власть и зарплата — определяют амбиции политика.

Мотивация, по Дж. Аткинсону, подразделяется на два типа: мотивация успеха (МУ) — и мотивация избежания неудачи (МН). На языке формул можно записать:

МУ = f (МУхОУхСУ), МН = f (МНхОНхСН).

То есть уровень удовлетворения в случае успеха и степень унижения в случае поражения зависят от субъективных ожиданий индивида относительно возможных последствий как того, так и другого. В случае, если в мотивационной модели индивида МН превышает МУ, индивид выбирает либо ситуацию со стопроцентным успехом, либо очень рискованные предприятия (для легкого оправдания своего провала). Если МН равна МУ, то результативная мотивация равна нулю, она практически отсутствует. И наконец, чем больше МУ по сравнению с МН, тем выше субъективная вероятность успеха, так как относительная сила мотивации влияет на эту вероятность и смещает ее вверх. Беспокойство относительно провала тем сильнее, чем меньше возможность успеха приближается к границе 50/50.

Итак, для лидерства важен мотив плюс возможность его реализации, так как мотив без такой возможности равен движению без направления. Известный сторонник гуманистической психологии А. Маслоу в своей теории иерархических потребностей утверждал, что корни лидерства возникают в процессе трансформации человеческих желаний (мотивы, исходящие из чувств) в потребности, социальные стремления, коллективные ожидания и политические требования, т. е. в мотивы, зависящие от среды. В иерархии потребностей на низшем уровне находятся физиологические потребности, на среднем — обеспечение безопасности, на высшем уровне — аффективные потребности. Фрустрация низших потребностей увеличивает мотивацию для их удовлетворения. Задача лидера — предотвращение фрустрации, апатии, неврозов и других форм «общественных расстройств» через трансформацию потребностей граждан в социально-продуктивном направлении. Лидеры как бы конвертируют надежды и стремления в санкционированные ожидания. Цепочка контролируемого лидером состояния ведомых такова:

желания и потребности=>надежды и ожидания=>требования=>политические действия.

13

Что касается самого лидера, то А. Маслоу различал у него два типа властных потребностей:

1)потребность в силе, достижениях, автономности и свободе;

2)потребность в доминировании, репутации, престиже, успехе, статусе и т. д. Большинство исследователей придерживаются мнения, что основным властным мотивом является стремление удовлетворить одну потребность — в доминировании. Д. Берне считает, что главный элемент политических амбиций — потребность в уважении (одновременно, в высокой самооценке и высокой оценке других). Все «великие люди» демонстрировали наличие этой потребности. Наглядным примером является лидер с ущербной самооценкой (В. Вильсон, по 3. Фрейду). По мнению Д. Бернса, стремление к уважению — это не патология, а лишь повышенная потребность в самоактуализации. Самоактуализаторы — это и есть потенциальные лидеры.

Так выглядят семь основных подходов к проблеме лидерства, составивших первоначальный фундамент ее научного изучения. Только по мере формирования этой опоры возможным оказался следующий шаг: попытка создания типологий лидерства и выделения типов лидеров.

носителя - «естественного человека» - и в силу чего, зависимая от его индивидуальных особенностей как природного существа.

Сущность власти обусловливается преимущественно особенностями человеческой природы, т.е. присущим человеку от природы, естественным стремлением к доминированию, превосходству и связанными с ними привилегиями.

Современные натуралистические интерпретации природы власти рассматривают

•потребность во власти

•стремление к власти,

атакже связанную с этим жажду подчинения и возвышения одних индивидуумов над другими неотъемлемым свойством человеческой природы, присущим субъектам политико-властных отношений.

В политику, как правило, идут люди, имеющие соответствующие природные склонности, индивидуальные особенности психики, задатки доминирования,

стремления к принуждению и подчинению,

апотому рассматривающие власть как способ или средство самоутверждения и реализации преимущественно собственных интересов.

14

Индивидуальный аспект природы власти играет существенную роль особенно в тех обществах, где существует кризис власти, где власть «продается и покупается», и где отсутствуют такие социальные ограничители, как закон, мораль, традиция.

Выводы:

Во-первых, власть понимается как свойство человеческой природы; Во-вторых, естественная человеческая страсть к власти и славе

интерпретируется как главный закон, объясняющий социально-политический процесс;

В-третьих, исторический опыт, современные антропологические и психологические исследования позволяют утверждать, что стремление человека к доминированию и к власти по-прежнему остается одним из основных механизмов ее самовоспроизводства.

2. Поведенческий (бихевиористский) подход (Ч. Мерриам, Г. Лассуэлл,

Дж. Кетлин и др.).

Стремление к власти как свойство человеческой психики и сознания, становится определяющей формой политической активности человека, исходным пунктом и конечной целью его политического существования.

В рамках данного направления рассматриваются три концепции власти:

•«силовая модель власти»;

•«рыночная модель власти»;

•«игровая модель власти».

Они в полной мере востребованы и практикой современных демократических обществ.

Суть «силовой модели власти»:

•во-первых, методологическая установка на власть как преимущественно господствующую политическую волю, реализуемую исключительно посредством принуждения и силы;

•во-вторых, акцентируется природная и естественная для человеческого поведения доминанта силы и насилия в политиковластных отношениях, истоками которых выступают зачастую низменные, эгоистические, бессознательные, иррациональные мотивы;

•в-третьих, оправданием такой модели власти выступает незыблемость высшего авторитета в политике и его абсолютное доминирование, как средства закрепления достигнутого успеха.

Суть «рыночной модели власти»:

•форма рациональной организации человеческих устремлений к власти, которая должна быть освобождена от разрушающих ее «патологических крайностей и извращений»;

•договорной аспект отношений, из которых следуют особые отношения обмена потенциалами власти по образцу товарно-денежных отношений;

15

• политическая арена становится рынком власти, т.е. сферой, в которой собственность превращается во власть.

Власть обретает потребительную стоимость - она покупается и продается, испытывая на себе действие рыночных законов:

•спроса и предложения;

•стремления к выгоде;

•конкуренции и т.д.

Возможны как "честные", так и "нечестные" правила игры:

•нарушение законов;

•пренебрежение моралью;

•грубое воздействие силой;

•подкуп должностных лиц;

•демагогия, шантаж и пр. На рынке власти

•заключаются сделки,

•производится обмен ресурсами и потенциалом власти,

•идет торговля голосами представительных учреждений (лоббирование),

•осуществляется раздел сфер влияния,

•идет жесткая конкуренция за наиболее выгодные условия политического влияния, за точки приложения силы и обладание рычагами государственного контроля и управления политическими процессами.

В итоге политический процесс представляется аналогом рынка, где право голоса становится эквивалентом денег, которые можно обменивать на то, что необходимо избирателю.

Это рынок, где различные политические силы и партии получают доступ к распределению сырья на этом "рынке", делают свои ставки, согласовывая свои экономические интересы и цели с возможностями правительства, финансами, бюджетом, налогами.

С другой стороны, рынок – это прежде всего механизм, которым определяется общественная ценность любого товара, в том числе и такого специфического, как власть.

При этом устанавливается правило, согласно которому сильная государственная власть в рыночных условиях не должна злоупотреблять насилием, а должна использовать, преимущественно, разнообразные способы воздействия на граждан путем поиска их доверия и поддержки.

По условиям рынка властные полномочия, государственные должности

ит.п. должны быть в свободном обращении, они должны обмениваться и приобретаться, т.е. иметь свою "цену", а следовательно, быть доступными для тех, кто стремится умножить свой капитал, используя соответствующий политический статус, должность и связанные с ними привилегии.

Суть «игровой модели власти»:

16

призвана подчеркнуть влияние индивидуальных различий между участниками политического процесса на работу механизмов распределения и перераспределения власти.

На политическом рынке субъекты власти различаются не только по «запасам» власти и интенсивностью волевого импульса к власти, но и по своим стратегиям поведения:

•способностям достигать целей,

•выбирать методы и способы достижения успеха,

•идти на риск и т.д.

Происходит интерпретация политического рынка власти как всеобщего «пространства игры», где успех или проигрыш напрямую зависит от субъективных качеств играющих.

Таким образом, поведенческий (бихевиористкий) подход к исследованию власти, так же как и натуралистическая школа, уходит от изучения объективных оснований природы власти как социального явления, выделяя в особую сферу научного анализа причины, преимущественно коренящиеся в естественной сущности человека.

3.Ролевая теория власти.

Акцентируется внимание на правомерности разделения общества на

управляющих и управляемых, властвующих и подчиненных.

Главная идея состоит в том, что властные отношения рассматриваются как специфический вид человеческой деятельности, предполагающий выполнение определенных ролей в обществе

теми или иными социальными группами, особыми сословиями, кастами, профессиями, классами или отдельными индивидами.

Выполнение этих ролей обычно предполагает либо особое социальное положение (статус), знания или образование, либо связано с реальным авторитетом отдельных личностей, стоящих на вершине общественной пирамиды в силу чего они способны влиять, контролировать или управлять делами государства и общества.

Исторически, главной формой политического взаимоотношения между членами общества была зависимость.

Начальствующие и подчиненные здесь – две необходимые стороны властных отношений.

"Присвоение чужой воли" и односторонняя зависимость становятся сутью отношений политического господства.

Эта суть, возникшая из определенной общественной потребности, находит свое выражение и в природе современной власти.

Дальнейшее распределение экономических и политических статусов и ролей в человеческом обществе, основанном на социально-экономическом

вероятность конфликта и сопротивления между ее полюсами и нередко прибегающей к репрессивно-карательным санкциям.

4. Реляционисткий подход.

1)“Объективирует” субъект власти;

2)объясняет его через отношения с другими участниками политиковластных отношений;

3)дает возможность понять власть как межличностное субъектно-

объектное отношение, которое позволяет одним индивидам (субъектам власти) оказывать свое определяющее воздействие, направлять или изменять поведение других (объект влияния).

Главное достоинство такого подхода - стремление акцентировать значение конкретных принципов, методов, способов властного принуждения или влияния.

• Концепция "подчинения и сопротивления" ( Д. Картрайт, Дж.

Френч, Б. Рейвен).

Развивая идею «сильной» власти, рассматривает власть как право и способность субъекта к принуждению и подавлению сопротивления объекта.

•Концепция легитимного господства (М.Вебер)

Власть – это демонстрация чужой доминирующей воли, способной заставить другого подчиниться вопреки его собственной воли. Основания подчинения такой власти могут быть различными.

Вопрос о мотивации подчинения власти – это вопрос о методах стимулирования политической активности людей, как участников политического процесса, и наряду с этим, это вопрос о психологической адаптации политических агентов друг к другу и к непривычным для них условиям политической деятельности.

• Концепция "обмена ресурсами" (П. Блау, Д. Хиксон, К.

Хайнингс).

Рассматривает возможность влияния как реализацию потребностей потенциального объекта власти в необходимых ему ресурсах, которыми располагает потенциальный субъект власти.

Это значит, что власть проистекает из отношения неравенства взаимодействующих лиц, поскольку "взаимосвязь и взаимное влияние равных сил указывают на отсутствие власти«.

Данная концепция заключает в себе идею «распределения», «обмена» и «потребления» власти.

Реальная власть принадлежит тому, кто имеет возможность влияния, потому что обладает необходимыми другими ресурсами.

•Концепция "раздела зон влияния" (Д. Ронг и др.).

Рассматривает реальные отношения власти как неравные (асимметричные), но, тем не менее, взаимно уравновешивающие и дополняющие друг друга путем фактического распределения зон влияния, когда один контролирует поведение другого, преимущественно, в одних сферах, а другой может делать это в каких-либо других сферах.

18

Понятие "власть интегральная" используется ими для обозначения власти централизованной, забирающей всю инициативу на себя, тогда как понятие "власть интеркурсивная" обозначает баланс отношений власти и разделение сфер влияния между сторонами.

• Концепция "применения ресурсов" или способов воздействия (М. Роджерса и Э. Этциони).

В процессе политической деятельности субъекты власти используют "инструментальные" ресурсы, то есть необходимые в условиях политического производства средства умножения силы и влияния.

Эти ресурсы власти можно подразделить на:

1)"утилитарные" (материальное вознаграждение, используемое как средство подчинения в обмен на какие-либо иные материальные блага или вознаграждение);

2)"принудительные", когда подчинение достигается методами устрашения, угрозой наказания и т.п.;

3)"нормативные", которые используются путем изменения через механизм нормотворчества, но не путем изменения самой объективной ситуации.

Во всех вышеназванных теоретических подходах, представленных в

свое время различными концепциями, показаны наиболее характерные и часто встречающиеся интерпретации природы и сущности власти, основанные

не на объективной логике самого политического процесса, а преимущественно на его субъективной составляющей.

Поэтому основное внимание в них уделяется человеческому (личному) фактору политико-властной деятельности, свойствам и личным качествам субъектов власти.

3.2. Коммуникативный подход в исследовании политической власти

Современная информационная революция в мире диктует новую информационную парадигму в изучении политических явлений.

Под влиянием информационных технологий меняются

•политические институты,

•политические отношения,

•формы политического воздействия на общество и общественное сознание,

•способы постижения политических реалий.

По причине этих изменений управление информационными потоками и информационными технологиями становится главным рычагом политической власти, а искусное управление политической информацией определяет успех будущего политического развития.

Политическая власть интерпретируется как особая разновидность социального взаимодействия политических субъектов, а также как

19

специфическая форма социальной коммуникациимежду субъектами и объектами политической деятельности по поводу

•получения,

•хранения,

•воспроизводства,

•трансформации политической информации с целью выработки адекватных или неадекватных политическим

ценностям общества решений.

В рамках коммуникативного подхода выделяются следующие концепции.

1.Онтологическая концепция Ханны Арендт.

По ее мнению, понимание коммуникативности социальной реальности

иее политической сферы возможно лишь в рамках онтологического подхода, поскольку только такой подход в состоянии затронуть основополагающие, сущностные стороны и аспекты мира политической власти.

Мир политики - это не мир насилия, т.к. насилие разрушает подлинный

мир.

Политика - это действие на основе убеждения.

Действуя свободно, индивиды образуют свой специфический мир, т.е. политическую сферу общества, в которой индивид обретает свое собственное бытие.

Всякое действие подлинно свободно, поскольку протекает между людьми без связи с вещами, которые обладают властью над людьми.

Именно это положение рассматривается как основополагающее условие конструирования политической сферы общества.

По мнению Х.Арендт, люди, как свободные и равные участники, творят власть совместно, сообща, именно благодаря своим коммуникативным действиям, способностью к пониманию и взаимодействию.

Власть возникает тогда, когда у индивидов возникает потребность объединиться, жить и действовать в единении и согласии.

Т.е. институт власти соответствует человеческой способности действовать совместно, сообща и в согласии.

«Свободные действия" и “способность действовать в общении” не могут быть совместимы с насилием, и следовательно, с традиционным пониманием власти.

В то же время, Х.Арендт считала, что власть частично должна обусловливаться авторитарностью и без нее не может существовать.

Политическая власть существует и функционирует в обществе только до того момента, когда граждане поддерживают ее, живут и взаимодействуют между собой, обществом и государством в согласии.

Коммуникативная парадигма власти, востребованная современным информационным обществом, выдвигает требование совместимости силы и права, при этом предполагается, что сила и право не идентичны друг другу.

20