Игра по‑крупному

Играть, так уж играть по‑крупному. Решено было нанести удары одновременно в нескольких направлениях.

Прежде всего, надо было превратить Толкачёва в канал продвижения противнику внешне заманчивых, но по сути дезориентирующих или тупиковых идей. Таким образом мы сумели бы замкнуть исследования американцев на «негодный объект», заставив их распылить материальные ресурсы и научный потенциал.

Планируя использовать Сфиэ в своих целях, КГБ СССР исходил из того, что тот, много лет безупречно обслуживавший своих заокеанских хозяев, пользуется их безусловным доверием и настолько приучил их к употреблению изысканных явств – сверхценных сведений, – что они, не задумываясь, проглотят и другие, но уже приготовленные на комитетских кухнях. Почему бы и нет? Ведь глотают же больные вместо наркотических таблеток пилюли‑пустышки. Главное – чтобы пациент доверял эскулапу!

И началось.

Толкачёв, оставаясь «официантом», стал ещё и мальчиком, подающим мячи на поле, где шёл решающий матч на звание чемпиона между двумя командами: КГБ СССР, с одной стороны, ЦРУ и военно‑промышленный комплекс США – с другой.

* * *

В ходе изучения абонентских карточек секретной библиотеки НИИ радиопромышленности контрразведчики установили, что, начиная с 1981 года, Толкачев неизменно проявлял повышенный интерес к технологии создания нашими специалистами бомбардировщика‑невидимки. Именно в то же время американцы начали активно разрабатывать свой вариант летательного аппарата, который невозможно засечь радарами. Американский «Стелс» был полным аналогом нашего «Невидимки». Мы значительно опережали США в этом направлении, поэтому услуги Сфиэ, подрядного поставщика сверхсекретных сведений, относящихся к нашему проекту, явились бы для противника подарком судьбы.

Хотите секретов самолёта‑невидимки? Их есть у нас!

В течение последующих десяти месяцев Толкачев исправно снабжал своих заокеанских заказчиков сведениями, состряпанными по рецепту КГБ на специальных «кухнях» – в секретных лабораториях филиалов ВНИИ радиопромышленности. На американских учёных и техников, работавших над проектом «Стелс», вдруг обрушился водопад информации.

«Водокачка», «артезианская скважина» – вот лишь некоторые из кличек, которыми наградили церэушники Толкачёва, имея в виду обилие получаемых от него материалов, относящихся к новому летательному аппарату. Американским экспертам потребовался не один год, чтобы сделать заключение, что калейдоскоп данных, полученных ЦРУ от своего агента, – всего лишь искусительные миражи, уводящие от магистрального пути…

В итоге нам с помощью Сфиэ удалось помешать завершению работ над «Стелсом» в намеченные американцами сроки и вынудить военно‑промышленный комплекс США пойти на неоправданно высокие затраты.

Другими словами, мы «высадили» противника из денег. Да раскошелится похититель невесты!

Но самое главное состояло в том, что благодаря усилиям наших контрразведчиков американский вариант нашего «Невидимки» представлял для нас угрозу, не большую, чем дирижабль. В этом американские генералы смогли убедиться уже во время первых полётных испытаний «Стелса».

Обескураживающее открытие: «Стелс» являлся невидимкой только для американской национальной системы ПВО!

Да это же самолёт‑самоубийца, а не чудо XXI века – русские собьют его при первом же вылете! Это же груда металлолома по баснословной цене (в первоначальном варианте «Стелс» весил 180 тонн, на его создание было затрачено около (!) $ 30 млрд) И это – только на единственный экземпляр!

Как случилось, что «Стелс» оказался мёртворожденным дитятей? Объяснения просты. Не в силах заставить американцев вообще отказаться от идеи создания летательного аппарата, который не берут радары, мы постарались, чтобы он был заведомо уязвим для наших средств ПВО. Для этого Толкачёву в секретной библиотеке подсовывалась специально разработанная техническая документация. Остальное доделывал «человеческий фактор».

Доложенческий пыл – он интернационален и не имеет идеологической окраски. Стараясь как можно быстрее отчитаться о завершении строительства чудо‑самолёта, инженеры корпорации НОРТРОП, главного подрядчика‑изготовителя, зачастую бездумно, механически копировали ту самую технологию, которую им поставлял Сфиэ, даже не подозревая, что своими же руками загоняют в боевые ангары ВВС Соединённых Штатов троянского коня.

На корректировку данных, попавших в лаборатории корпорации НОРТРОП стараниями Комитета госбезопасности СССР, американцы затратили в общей сложности около восьми лет. Впервые «Стелс» был применен лишь в 1991 году в ходе боевых действий против Ирака, во время проведения операции «Буря в пустыне».

…Американцы любят шутить, что джентльмен – это человек, который, увидев, как рядом стоящая женщина уронила чашку, толкает на пол и её, чтобы ей легче было поднять осколки. Похоже, в случае с созданием американцами самолёта‑невидимки КГБ по отношению к ЦРУ поступил в духе этой шутки, по‑джентльменски…