Особенности расследодвания преступлений / Prestuplenia_protiv_chelovechnosti_i_advokatura
.rtfb) при любом предварительном допросе на суде подсудимый имеет право давать любые объяснения по обстоятельствам выдвинутых против него обвинений;
c) предварительный допрос подсудимого и судебное заседание будут вестись или переводиться на язык, который подсудимый понимает;
d) подсудимый имеет право защищаться на суде лично или при помощи защитника;
e) подсудимый имеет право лично или через защитника представлять на суде доказательства в свою защиту и подвергать перекрестному допросу любого свидетеля, вызванного обвинением".
Согласно статье 17 Устава Трибунал имеет право:
"a) вызывать свидетелей на суд, требовать их присутствия и показаний и задавать им вопросы;
b) допрашивать подсудимого;
с) требовать предъявления документов и других материалов, используемых как доказательства;
d) приводить к присяге свидетелей;
е) назначать должностных лиц для выполнения указанных Трибуналом задач, включая собирание доказательств по полномочию Трибунала".
Вопрос о приглашении адвокатов был включен в повестку первого заседания МВТ, состоявшегося 9 октября 1945 г. Чтобы обеспечить подсудимым возможность выбора адвокатов, Трибунал запросил от оккупационных властей сведения о всех проживающих в их зонах лицах этой профессии. При этом возник ряд трудностей: одни юристы, названные подсудимыми, сами были соучастниками преступлений нацистского режима, другие отказались представлять на суде главных военных преступников; местонахождение третьих установить не удалось. Тем не менее к 10 ноября 1945 г. все подсудимые, кроме Бормана, имели защитников, выбранных ими самими или назначенных Трибуналом, с правом замены в ходе процесса по желанию подсудимого.
В ходе суда 27 защитников пользовались услугами 54 ассистентов-юристов и 67 секретарей, среди которых были и родственники подсудимых: сын Папена, зять Риббентропа и т.п. В составе защиты оказалось много видных адвокатов фашистской Германии: Р. Дикс (защитник Шахта), О. Штамер (защитник г. Геринга), Ф. Экснер (защитник А. Иодля, профессор уголовного права), О. Кранцбюллер, более десяти лет являвшийся судьей в военно-морском флоте Германии (защитник Деница) и др.
Трибунал принял все меры для обеспечения благоприятных условий работы защитников. Им выплачивался гонорар в 4 тыс. марок за одного подзащитного и 2 тыс. за следующего; генеральный секретарь МВТ предоставил адвокатам жилье, средства транспорта, питание. Защите были выделены "документальная" комната и центр информации, в котором сосредоточивались все материалы обвинения, переведенные на немецкий язык, а также книги, газеты и другие издания. Открывая процесс, председатель МВТ судья лорд Джеффери Лоренс заявил: "Трибунал весьма удовлетворен мерами, предпринятыми главными обвинителями для того, чтобы защита получила доступ к многочисленным документам, на которых основывается обвинение, с целью предоставить обвиняемым полную возможность справедливой защиты" *(15).
Обеспечивая право подсудимых на защиту, Трибунал допросил вдвое больше свидетелей, чем обвинение. Секретариат МВТ сделал все возможное для получения документов, которые собирались предъявить адвокаты, и для поиска и доставки в суд свидетелей. Если на предъявление доказательств обвинения в ходе процесса было затрачено 74 дня, то защита заняла 133 дня.
А.М. Ларин подчеркивал обеспечение Трибуналом демократических принципов уголовного судопроизводства: гласности, права на защиту, состязательности. МВТ следовал началу благоприятствования защите *(16).
Выступления защитников подсудимых. Действуя в условиях благоприятствования защите, усилия адвокатов по причинам, от них не зависящим, порой приводили к противоположным результатам. Так, по ходатайству адвоката К. Кауффмана, защитника Кальтенбруннера, был допрошен Гесс (однофамилец подсудимого) - начальник лагеря Освенцим с мая 1940 г. по 1 декабря 1943 г. Отвечая на перекрестном допросе представителю обвинения США, Гесс показал, что в указанный период в лагере по крайней мере 2 млн 500 тыс. жертв было отравлено в газовых камерах и сожжено, и не менее 500 тыс. чел. погибли от голода и болезней. Между тем многие были направлены в Освенцим по приказу Кальтенбруннера. Гесс показал и об отчете, который он привез Кальтенбруннеру в Берлин *(17).
В неловкое положение попал и адвокат А. Тома, защитник Розенберга, когда принял участие в перекрестном допросе свидетеля Бах-Залевского, бывшего начальника СС и полиции Центральной армейской группировки на Восточном фронте, а затем начальник соединений по борьбе с партизанами при штабе Гиммлера. Тома привел суждение эсэсовского генерала Оллендорфа о том, что массовое уничтожение гражданского населения на оккупированных землях якобы не соответствует национал-социалистической идеологии. Адвокат рассчитывал, что свидетель подтвердит это суждение. Однако Бах-Залевский ответил: "Ну, у меня другое мнение по этому поводу. Если десятилетиями проповедуют, что славяне являются низшей расой, что евреи вообще не являются людьми - неминуем именно такой результат... *(18)" Ответ, очевидно, был не в пользу Розенберга, "главного теоретика" расизма *(19).
Но известно не только о неудачах адвокатов. И в связи с их участием в Нюрнбергском процессе необходимо исследовать отношение немецких адвокатов к своему профессиональному долгу, выяснить ряд других важных вопросов. Чтобы ответить на них, придется обратиться к текстам защитительных речей *(20).
Первым выступал адвокат О. Штамер, защитник подсудимого Г. Геринга.
Адвокат рассмотрел вопрос о действии нормы во времени, об обратной силе закона. Штамер решительно возражал против применения Устава МВТ в той части, где им создаются новые формы права, угрожающие наказанием за действия, которые в период их совершения не считались преступными (с. 22, 25). Штамер напомнил, что главный обвинитель от Великобритании назвал издание законов, имеющих обратную силу, одной из самых оскорбительных доктрин национал-социалистического правосудия. В связи с этим основной вопрос состоит в том, должен ли Трибунал наказывать за действия, которые не составляли преступления в момент их совершения (с. 26).
Рассмотрел адвокат и проблему разделения властей. Он напомнил принцип, согласно которому властям необходимо уравновешивать чаши весов и, таким образом, контролировать друг друга. Указывалось, что принцип разделения властей является характерным признаком, сутью правового государства. Согласно принципу разделения властей судья не должен соглашаться с исправлением ошибок политического деятеля и прибегать к наказанию на основании закона, изданного после совершения преступления. Укрепление идеи права, отметил адвокат, нельзя достичь, начав с ее нарушения (с. 25).
Адвокатом были рассмотрены вопросы повторного ареста и аналогии (с. 24).
Штамер, разумеется, не в состоянии оправдать Геринга и другую фашистскую нечисть, и это хорошо. Но ряд положений, высказанных им, вряд ли следует игнорировать.
Представляет интерес и выступление К. Кауффмана, защитника Кальтенбруннера.
Адвокат отметил: право может создаваться лишь в том случае, если суд обладает внутренней свободой и независимостью, подчиненными только совести и Богу. На моей родине, сказал адвокат, была забыта эта священная заповедь, и, прежде всего, она была забыта в высших политических кругах нации. Гитлер превратил право в продажную девку, которую он использовал в своих целях. Ненависть и страх перед исполнительной властью достигли при нем кульминации (с. 122-132).
Как известно, должное нельзя произвольно выдавать за сущее. Однако, защищая Франка, адвокат А. Зейдль заявил Трибуналу, что Франк занимался юридическими вопросами, был президентом Академии германского права и председателем палаты международного права, являлся руководителем ассоциации национал-социалистических блюстителей права. Гитлер, сказал Зейдль, был предубежден против всяких блюстителей права. И свою жизненную задачу Франк видел в том, чтобы в Германии была осуществлена идея правового государства и прежде всего обеспечена независимость судей. Поэтому Франк якобы боролся за проведение принципа законности (с. 148-150).
Несмотря на эти дифирамбы, Трибунал обоснованно признал Франка виновным в совершении тягчайших преступлений. Не способствовал ли адвокат выводам МВТ?
Иным было выступление Р. Дикса, защитника Шахта.
9 июля 1946 г. Трибунал выслушал выступление защитника Кальтенбруннера, а 15 июля 1946 г. - защитника Шахта.
Дикс начал с сопоставления Шахта и Кальтенбруннера. Адвокат имел право сказать Трибуналу: Шахт вплоть до мая 1945 г. находился в заключении в различных концлагерях главного управления имперской безопасности. О зверствах в концлагерях этого управления, руководимых Кальтенбруннером, заговорили бы камни (с. 124). Это на редкость гротескная картина, отметил Дикс: главный тюремщик и его узник сидят на одной скамье подсудимых (с. 195).
Как известно, 4 февраля 1919 г. ленинский ЦК РКП(б) поручил "партийным и советским органам печати дать в ряде статей точное понятие о ревтрибуналах как органах революционной расправы, в отличие от суда как такового" *(21). Нюрнбергский Трибунал не создавался "в отличие от суда". Поэтому МВТ согласился с ходатайством адвоката и, признав Шахта невиновным, вынес приговор о его оправдании (с. 195, 203) *(22).
Был оправдан не только Шахт, но также фон Папен и Фриче.
Адвокат Э. Кубушек представил ряд доводов, подтверждающих невиновность его подзащитного фон Папена (с. 251-259). Трибунал согласился с этим, подробно мотивировав оправдательный приговор. В 1947 г. Папен был осужден за военные преступления германским судом по денацификации и приговорен к восьми годам заключения в трудовом лагере, а в 1949 г. его освободили (с. 705-707, 786).
Ганс Фриче служил в имперском министерстве народного просвещения и пропаганды. Его адвокат Г. Фриц обвинения, предъявленные Фриче, оспаривал (с. 286, 287).
Согласно оправдательному приговору деятельность Фриче "не подходит под определение общего плана для ведения агрессивной войны". Положение и должность Фриче не были столь значительными для вывода о его участии в организации или разработке планов пропагандистских кампаний. Трибунал не считает, что пропагандистские заявления Фриче были направлены к тому, чтобы побудить немецкий народ к совершению зверств над побежденными народами, и поэтому Фриче не является участником тех преступлений, в которых он обвиняется (с. 715-718).
Гесса МВТ приговорил не к смертной казни, а к пожизненному заключению. С этим и некоторыми другими решениями не согласился член МВТ от СССР генерал-майор юстиции И.Т. Никитченко, что выражено в его особом мнении (с. 722-740).
МВТ рассматривал проблемы ответственности 22 подсудимых. Их адвокаты занимали разную позицию, и задача защиты была трудной. Германский народ относился к процессу по-разному. Одни относились к защите скептически, поскольку считали защиту подсудимых поблажкой тем, кого они рассматривали как военных преступников, и думали, что адвокаты хотят увести подсудимых от справедливой кары. Другие считали этот процесс зрелищем, на котором защитники выступают в роли статистов, чтобы придать процессу видимость правосудия. В глазах этих немцев адвокаты виновны в покровительстве врагу.
Говоря об этом, адвокат О. Нельте отметил: у нас нет повода оправдываться, так как адвокаты, будучи верными своему профессиональному долгу, участием в процессе выполняли задачу, значение которой не нуждается в оправдании (с. 99).
Сторона защиты создавала весьма щекотливые ситуации. Так, в защитительной речи А. Зейдля, адвоката подсудимого Гесса, рассматривались события 1939 г. Адвокат говорил, что 10 марта 1939 г. на XVIII съезде ВКП(б) Сталин выступил с речью, в которой упомянул, что советское правительство считает возможным улучшить отношения с Германией.
Подобным образом 31 мая 1939 г. высказался и народный комиссар иностранных дел Молотов в своей речи в Верховном Совете СССР. Зейдль подробно изложил события, вытекающие из разделения сфер интересов по тайному сговору Сталина и Гитлера. Это имело тенденцию перерасти во всеобщую мировую войну, причинившую неимоверное горе всему человечеству. И когда в мае 1945 г. война закончилась, в результате Европа была превращена в руины (с. 54-56).
Небезразлично и мнение защитника Риббентропа. Его адвокат М. Хорн сообщил: у всех немецких командующих, принимавших участие в первых операциях похода на Россию, создалось впечатление, будто немецкие войска застали русских в самый разгар их сосредоточения для ведения наступательных операций.
Это доказывают найденные карты с обозначением пространства по немецкую сторону от русско-германской границы. Разве можно, спрашивает Хорн, предположить, что такое поведение СССР находится в соответствии с пактом о ненападении (с. 90)?
Н.С. Лебедева справедливо отмечает: Нюрнбергский процесс был гласным в самом широком смысле этого слова. В ходе его состоялось 403 открытых судебных заседания. Радио, кино, печать дали возможность миллионам людей во всем мире следить за ходом процесса. Для представителей прессы была выделена большая часть мест в зале суда - 250 из 350.
Отвергая доводы защиты, Трибунал сослался на статью 8 Устава и указал: "Тот факт, что подсудимый действовал по распоряжению правительства или приказу начальника, не освобождает его от ответственности, но может рассматриваться как довод для смягчения наказания, если Трибунал признает, что этого требуют интересы правосудия". Как и многое другое, вопрос об ответственности за исполнение преступного приказа сохраняет актуальность.
Учредители МВТ не использовали создаваемые защитой щекотливые ситуации, чтобы представить политику правительств союзных держав в неблагоприятном свете. Так было, когда поднимались вопросы мюнхенской эпопеи, советско-германского пакта, Катынского дела и др. Но тем не менее полностью избежать их обсуждения на процессе не удалось *(23).
Приговор МВТ и Устав, на основании которого он был организован и действовал, имеет неоценимое значение для международного права. Генеральная Ассамблея ООН 11 декабря 1946 г. подтвердила принципы международного права, признанные Уставом Трибунала и нашедшие выражение в его приговоре как общепризнанные нормы международного права *(24).
Подтверждение принципов Нюрнберга как общепризнанных норм международного права имеет значение не только для сохранения памяти о злодеяниях немецких фашистов. Ответственность за преступления против человечности и проявления фашизма - проблема не только прошлого. Дело в том, что преступления против человечности и фашизм и ныне дают о себе знать, в том числе на территории современной России.
Единодушное осуждение фашизма и милитаризма Нюрнбергским Трибуналом, утверждение им принципа личной ответственности за преступления против человечности и другие деяния *(25) должны и сейчас иметь большое значение.
Советский Союз являлся одним из инициаторов принятия в 1968 г. Генеральной Ассамблеей ООН Конвенции о неприменимости сроков давности к военным преступлениям и преступлениям против человечности *(26).
В соответствии с Конституцией РФ общепризнанные принципы и нормы международного права являются составной частью правовой системы Российской Федерации (статья 15). В Российской Федерации - сказано в статье 17 Конституции - признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией.
Принципы и нормы международного права отражены в процессуальном законодательстве России и других отечественных актах. Так, в УПК РФ говорится, что общепризнанные принципы и нормы международного права - составная часть законодательства Российской Федерации, регулирующего уголовное судопроизводство (часть 3 статьи 3).
В постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 10 октября 2003 г. N 5 о применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров России подтверждена ее приверженность основополагающему принципу международного права - принципу добросовестного выполнения международных обязательств.
Под общепризнанными принципами международного права следует понимать основополагающие императивные нормы международного права, принимаемые и признаваемые международным сообществом государств в целом, отклонение от которых недопустимо.
Под общепризнанной нормой международного права следует понимать правило проведения, принимаемое и признаваемое международным сообществом государств в целом в качестве юридически обязательного.
Содержание указанных принципов и норм международного права может раскрываться, в частности, в документах Организации Объединенных Наций и ее специализированных учреждений (пункт 1).
При осуществлении правосудия суды должны иметь в виду, что по смыслу части 4 статьи 15 Конституции РФ, статей 369, 379, части 5 статьи 415 УПКРФ, статей 330, 362-364 ГПК РФ неправильное применение судом общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации может являться основанием к отмене или изменению судебного акта. Неправильное применение нормы международного права может иметь место в случаях, когда судом не была применена норма международного права, подлежащая применению, или, напротив, суд применил норму международного права, которая не подлежала применению, либо когда судом было дано неправильное толкование нормы международного права (пункт 9) *(27).
Для вывода об уголовной ответственности за преступления против человечества у МВТ были веские правовые и фактические основания.
В обвинительной речи в Нюрнберге представитель обвинения от Франции Ф. де Ментон подчеркнул, что МВТ выделил важнейшую черту преступлений против человечества: вся мощь государства была поставлена на службу преступной политике.
В связи с этой обвинительной речью С. Куртуа отметил, что "юрисдикция трибунала распространялась лишь на преступления, совершенные во время Второй мировой войны. Необходимо было охватить юридически и ситуации, не относящиеся ко времени этой войны. Новый французский Уголовный кодекс, принятый 23 июля 1992 г., так определяет преступления против человечности: "Депортации, обращение в рабство и систематическая практика казней без суда и следствия, похищения людей, пытки и прочие акты негуманного обращения по политическим, философским, расовым или религиозным мотивам согласно заранее выработанному плану, осуществляемому против какой-либо группы гражданского населения"" *(28).
Норма Уголовного кодекса Франции 1992 г. не вызывает сомнений. Но очень важно и то, что Генеральная Ассамблея ООН подтвердила 11 декабря 1946 г. принципы международного права, признанные Уставом МВТ, что эти принципы нашли выражения в его приговоре. Преступления против человечности несовместимы с принципами и нормами международного права. Отношение Российской Федерации к общепризнанным принципам и нормам международного права не должно оставаться на бумаге. Об ответственности за преступления против человечности, на мой взгляд, необходимо указать в законодательстве России.
Понятие "преступления против человечности" включает в себя ряд точно обозначенных преступлений. Весьма характерным из них является геноцид. В Конвенции ООН от 9 декабря 1948 г. понятию геноцид" дано определение. Геноцид не всегда бывает того типа, какой обрушили нацисты на евреев и цыган. Геноцид не всегда связан с национальной принадлежностью, его жертвами оказываются и социальные группы *(29).
На показательных московских процессах прокурор Вышинский, защищая марксистско-ленинскую политику, говорил, что подсудимые "лгуны и шуты, ничтожные пигмеи, взъярившиеся на слона, - вот что представляет собой эта компания!" *(30) На тех процессах противник, уподобленный животному, превращался сначала в преследуемую дичь, потом в того, "по ком виселица плачет", т.е. в кандидаты на уничтожение. Но первооткрывателем Сталин не был: первое слово было сказано Лениным, который, захватив власть, назвал своих врагов "вредными насекомыми", "вшами", "скорпионами" и "кровососами".
Во время фальсифицированного процесса так называемой Промпартии Лига прав человека опубликовала гневный протест, подписанный, в частности, Альбертом Эйнштейном и Томасом Манном. Горький ответил им открытым письмом: "Считаю эту казнь совершенно законной. Вполне естественно, когда рабоче-крестьянская власть давит своих врагов, как клопов" *(31).
В 1932 г. глашатай сталинщины Горький писал: "Классовая ненависть должна культивироваться путем органического отторжения врага как низшего существа. Я глубоко убежден, что враг - существо низшего порядка, дегенерат как в физическом, так и в моральном отношении" *(32).
В 1933 г. Горький способствовал созданию в СССР Института экспериментальной медицины. При этом он считал невозможным ограничиваться опытами на собаках, кроликах, морских свинках. "Необходимо экспериментировать над самим человеком, необходимо изучать на нем самом: Для этого потребуются сотни человеческих единиц. Это будет настоящая служба человечеству - несомненно, гораздо более важная и полезная, чем истребление десятков миллионов здоровых людей ради комфортабельной жизни одного жалкого класса, выродившегося физически и морально, хищников и паразитов". Так сошлись воедино, пишет Стефан Куртуа, самые негативные стороны социально исторической и биологической научности, возводимой в абсолют.
Этот "биологический уклон" помогает лучше понять, в чем состоят преступления коммунизма против человечности и почему марксистско-ленинская идеология могла терпеть и даже оправдывать такие преступления.
Согласно Ленину буржуазия как класс должна исчезнуть, т.е. людей, составляющих этот класс, надлежит ликвидировать. Это облегчает преступления: доносчики, следователи, палачи не доносят, не преследуют, не убивают живых людей, а уничтожают вредную для всеобщего счастья абстракцию. Таким образом, преступления против человечности являются порождением идеологии, которая низводит человека и человечество на более низкий, биологический уровень.
Ленин и его последователи исключили из рода человеческого капиталистов, контрреволюционеров и прочих, превратив их во врагов народа, что напрямую ведет к преступлениям против человечности. Даже после разоблаченного на ХХ съезде КПСС террора сам принцип террора остался на вооружении и сохранил свою эффективность. Жертвы террора так никогда и не избавились от памяти о нем, для палачей же он оставался источником вдохновения *(33).
После ХХ съезда КПСС прославление чекизма не только продолжалось, но и шло по нарастающей.
В честь 50-й годовщины ЧК выпустили почтовую марку.
В 1958 г. Институт марксизма-ленинизма при ЦК КПСС издал сборник документов "Из истории Всероссийской чрезвычайной комиссии 1917-1921 гг." В 1987 г. там же издали сборник документов (1917-1922 гг.) "В.И.Ленин и ВЧК".
Как известно, 12 ноября 1982 г. к верховной власти в стране пришел первый главный чекист - Юрий Андропов. Сейчас у власти второй главный чекист - Владимир Путин. Оба с холодной головой, горячим сердцем, сильными руками и обещанием погрузить население в царство стабильности. Отмечая 20-летие прихода к власти первого, обозреватель "Известий" отметил: "Чтобы понять, насколько нам не нужен второй Андропов у власти, возможно достаточно вспомнить, каким был Андропов первый. Этот человек, писавший стихи и складно говоривший по-русски (удивительная редкость для членов ЦК и Политбюро партии рабочих и крестьян), 15 лет проработал председателем КГБ - самой талантливой карательной организации мира. Именно при нем в Советском Союзе были окончательно уничтожены диссиденты - остались только "досиденты, отсиденты и сиденты". Именно при нем карательная психиатрия стала полноценным и постоянным методом "извлечения" сомневающихся в правоте советской власти: Главная "фишка" чекиста на троне - облавы на людей, стоящих в бесконечных очередях за продуктами в рабочее время. Умный и тонкий коммунистический вождь, поэт и палач твердо знал: в рабочее время наши люди должны работать: Андропов пришел к власти, потому что надо было охранять разваливающееся государство. У Путина принципиально другая задача - что-нибудь построить. А то и охранять нечего" *(34).
На вопрос "Известий" о влиянии спецслужб на жизнь людей председатель российского общества "Мемориал" С.А. Ковалев ответил: "Я отсидел в свое время десять лет, так что с прошлым все ясно. Что касается настоящего, судите сами: наш Президент - подполковник КГБ, министр обороны - генерал-лейтенант, из семи наместников - генералы того же ведомства. Так что спецслужбы влияют сейчас на всю страну и на меня, разумеется, тоже. Все разговоры о их реформировании - пустое сотрясение воздуха. Там продолжают служить те же люди, которые нас сажали. Давайте будем честны сами с собой. Как я могу считать, что КГБ у власти - положительный для страны факт? Многие говорят: какая разница, где служит человек. Представляете мировую реакцию, если вдруг канцлером ФРГ стал бы эсэсовец в прошлом? А у нас человек, который обращает на это внимание, считается злобным ретроградом" *(35).
Следует отметить и книгу, опубликованную музеем и общественным центром имени Андрея Сахарова "Школьные уроки по теме "История политических репрессий и сопротивления несвободе в СССР". Прав Ю.В. Самодуров: "До сих пор нет настоящей оценки тем преступлениям против человечности, которые осуществлялись от имени государственной власти в СССР. Пока власть не в состоянии дать этому оценку: Если бы была в состоянии, наверное, постеснялась бы объявить себя правопреемником того государства, как постеснялась это сделать новая демократическая Германия" (с. 430, 431). Разоблачение мифологических представлений о РСФСР и СССР как средоточии социальной справедливости крайне важно.
В книге "Школьные уроки..." помещен ряд выступлений. В одном из них ведущий научный сотрудник ВЦИОМа ("Левада-центр") Б.В. Дубин подчеркнул, что речь идет "об усиливающихся в нашей стране (именно сейчас!) стремлениях к тому, чтобы встроить большую официальную "патриотически-державную" картину истории, соответственно, перекроив в очередной раз прошлое - ближайшее и далекое. А прошлое постоянно "донимает" и "допекает". Именно об этом известные слова "Россия - страна с непредсказуемым прошлым". Исследования подтверждают, что состоялось примирение с советским прошлым. Резко обесценилось такое явление, как перестройка, снизилось значение таких событий, как советские репрессии.
В 2003 г. в общественном мнении о периоде Горбачева и Ельцина произошел недвусмысленный процесс возвращения исторической значимости фигуры Сталина. Причем прежде всего - позитивной значимости.
За 1990-е гг. печать почти целиком потеряла общественное доверие. Доминирует телевизор, который рассказывает россиянам, о чем им сегодня думать, как и что надо оценивать и т.д.