УЧЕБНКИ / мельник

законодательных актов современных государств, в которых определяются права и свободы их граждан.

В международной практике общепринятой является классификация прав и свобод человека на личные (гражданские), политические, социальные, экономические и культурные.

Ê личным, èëè гражданским, правам обычно относят: право человека на жизнь, свободу, личную неприкосновенность; право на равную защиту законом, равную защиту от любого вида дискриминации; право на свободное перемещение и любое место жительства в пределах каждого государства; право на неприкосновенность жилища, тайну переписки и телефонных разговоров и др. К политическим правам и свободам принято относить: избирательное право; свободу союзов и ассоциаций, демонстраций и собраний, свободу слова, выражения мнений; свободу мысли, совести и религий; право на участие в управлении своей страной непосредственно или через свободно избранных представителей и др. Группу социальных è экономических прав составляют: владение имуществом как единоличное, так и совместно с другими; право на труд, свободный выбор работы, обоснованность мотива увольнения, защиту от безработицы; право на забастовку, объединение в профсоюзы, заключение коллективных договоров, участие в управлении предприятием; право на социальное обеспечение, жилище, медицинское обслуживание и др. В число культурных прав входят: право на образование; свободное участие в культурной жизни общества, наслаждение искусством; участие в деятельности, способствующей науч- ному прогрессу, и пользование его благами и др.

Права человека неразрывно связаны с его обязанностями, о чем специально подчеркивается во Всеобщей декларации прав человека: «Каждый человек имеет обязанности перед обществом, в котором только и возможно свободное и полноценное развитие его личности». Но «при осуществлении своих прав и свобод, – говорится там же, – каждый человек должен подвергаться только таким ограничениям, какие установлены законом и исключительно с целью обеспечения должного признания и уважения прав и свобод других и удовлетворения справедливых требований морали, общественного порядка и общего благосостояния в демократиче- ском обществе» [64. С. 5]. К основным обязанностям граждан относятся: соблюдение законов, уважение прав и свобод других лиц, уплата налогов, подчинение предписаниям полиции (милиции), сохранение природы (окружающей среды), памятников культуры и др.

240

Для эффективного участия в политической деятельности максимального числа граждан важно обладание всем комплексом прав и свобод человека, а не только отдельными из них. Для того чтобы права человека стали реальностью, необходимы социальные предпосылки и гарантии (экономиче- ские, политические, юридические и духовно-нравственные) их реализации. Наиболее общими из предпосылок принято считать плюрализм форм собственности и демократическое общественное устройство. Наряду с этим в стране должны действовать институты и нормы международно-правовой системы защиты прав человека. Речь идет прежде всего о присоединении страны к Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод, а также об обеспечении ее соблюдения. Важное значение в этой системе имеют независимые от государства СМИ – печать, радио, телевидение.

Практическая реализация прав человека характеризует уровень демократизма, прогрессивности и гуманизма как отдельных стран, так и всего человечества. Соблюдение прав личности выступает важнейшим критерием внутренней и международной политики, ее человеческого измерения. В конечном счете уважение прав личности способствует повышению ее социальной, в том числе политической, активности, укреплению стабильности общественной жизни, создает благоприятную атмосферу для разносторонних человеческих контактов и сотрудничества.

Таковы исходные теоретические положения, относящиеся к проблеме личности как субъекта политических отношений. Их уяснение позволяет перейти к рассмотрению таких связанных с политической субъектностью личности феноменов, как политическая элита и политическое лидерство.

11.2. Политическая элита

Возникновение поня- Данная тема рассматривается не во тия «элита» всех учебниках по политологии как зарубежных, так и отечественных. При- чина тому – непрекращающиеся с момента появления клас-

сических теорий элиты дискуссии о сущности данного социального феномена, его месте и роли в политической жизни общества. Одни авторы видят в элите особый социальный субъект, реального или потенциального носителя политиче- ской власти, другие же, не отрицая самого понятия элиты,

241

ставят под сомнение основополагающие утверждения теорий элиты. Данная глава учебника имеет своей целью познакомить читателей с существом соответствующей проблематики и имеющимися подходами к ее трактовке.

Еще в период Античности самой политической жизнью перед мыслителями был поставлен вопрос: кто реально управляет или, точнее, должен управлять жизнедеятельностью государственно организованного сообщества людей – немногие, т.е. узкая группа лиц, или многие, т.е. в пределе вся масса полноправных членов сообщества. Сразу же стали появляться трактаты, в которых одни мыслители обосновывали положительный ответ на первую часть данного вопроса и отрицательный на вторую его часть; а другие – противоположные ответы на обе части вопроса. Так было положено начало формированию в обществоведении, в политической науке в частности, двух групп фактически противостоящих друг другу теорий – теорий элиты è теорий демократии. Правда, в ХХ в. появились также теоретические концепции, в которых предпринимаются попытки совмещения этих двух в сущности своей противоположных подходов к организации политической жизни. С основными теориями демократии читатели учебника познакомились ранее. Теперь обратимся к существующим подходам к объяснению места и роли элиты в жизнедеятельности общества.

Начнем с выяснения генезиса самого слова «элита». Термин «элита» происходит от французского elite – лучший, отборный, избранный. Начиная с ХVII в. он употреблялся в торговле применительно к товарам наивысшего качества; затем им стали обозначать лучшие, отборные семена, растения или животные, полученные в результате селекции и предназначенные для дальнейшего размножения или разведения; наконец, он был использован и для выделения в социальной иерархии «избранных людей», прежде всего высшей знати. Как свидетельствует Оксфордский словарь 1823 г., в это время термин «элита» уже применялся к высшим социальным группам в системе иерархизированного общества. Однако в обществоведении он практически не использовался до конца ХIХ – начала ХХ в., а в США – вплоть до 1930-х гг. В широкий научный оборот термин «элита» вошел после появления работ итальянского исследователя Вильфредо Парето. В настоящее время, несмотря на возражения ряда специалистов – как марксистов, так и немарксистов – он занял прочное положение в общественно-политической лексике.

242

Современное значение понятия «элита» сформировалось как результат выделения в структуре любого общества парных, взаимосвязанных и соподчиненных групп людей – меньшинства и большинства, или элиты и массы. При этом постулируется, что парное соотношение присуще как отдельным сферам общественной жизни – экономике, культуре, науке и др., так и обществу в целом. Критерием деления людей на элиту и массу выступает сила их влияния на ход общественных процессов. Элитой принято считать группу людей, степень влияния которых на общественную жизнь значительно превосходит влияние остальной массы. В современном его понимании термином «элита» принято обозна- чать высшую в социальной иерархии группу людей, которая осуществляет функции управления, другие виды интеллектуальной деятельности и при этом пользуется влиянием, богатством и привилегиями. Исследователи элит стремятся включить в эту категорию людей, имеющих в своем социальном положении много общего, хотя и обозначаемых обычно различными терминами: лидеры, аристократия, старейшины, магнаты, вожди, полководцы, предводители, влиятельные лица, олигархи, звезды и др.

В политической науке используются производные от термина «элита» понятия – политическая элита, властвующая элита, правящая элита, а также такие синонимичные или близкие им понятия, как правящая группа, правящие круги, истеблишмент, номенклатура и др. Каждый из них служит для обозначения небольшой по численности привилегированной группы людей, обладающих необходимыми для активной политической деятельности качествами и имеющих возможность в той или иной мере, прямо или косвенно влиять на принятие и реализацию решений, связанных с использованием государственной власти. Здесь под прямым влиянием понимается непосредственное участие того или иного лица в принятии окончательного решения; косвенное влияние оказывают на человека, принимающего или участвующего в принятии окончательного решения, те лица, которые не имеют прямого доступа к инструментам власти. Политическую науку интересуют вопросы о месте элиты в социальной структуре и о ее роли в жизнедеятельности общества. Ответ на эти вопросы и пытаются дать различные концепции элиты.

Следует отметить, что сама по себе постановка проблемы, касающейся особой роли отдельных людей или групп людей,

243

в жизнедеятельности общества не является заслугой современной политической науки. Идеи, согласно которым общество должно делиться на высшие и низшие слои, на аристократию и простой люд, появились еще в глубокой древности. Свое последовательное выражение они получили в творчестве Конфуция (идея «благородного мужа», сочетающего черты правителя и учителя), Платона (идея правящего сословия, состоящего из философов-профессионалов), Макиавелли (идея правителя, сочетающего в себе качества «льва», т.е. силу, и качества «лисицы», т.е. хитрость), Т. Карлейля (противопоставление «героев» и «толпы»), Ф. Ницше (акцентация идеала «сверхчеловека»). Однако до уровня целостных концепций, претендующих на научность, эти представления были развиты только в конце ХIХ – начале ХХ в. Классические теории элиты связаны прежде всего с именами Г. Моски, В. Парето и Р. Михельса. В последующем разработкой теории элит занимались такие мыслители, как Х. Ортега-и-Гассет, А. Тойнби, Г.Д. Лассуэлл, Ч.Р. Миллс, Й. Шумпетер, А. Этциони и многие другие.

Классические теории Свою политическую концепцию италь- элиты янский правовед и политолог Гаэтано Моска изложил в 1885 г. в работе «Основы политической науки», которая впоследствии полу-

чила название «Правящий класс». Моска еще не использовал термин «элита», вместо этого он употреблял понятия «правящий класс» и «политический класс». Однако именно ему принадлежит приоритет в формулировании самого принципа политического элитизма, согласно которому у власти всегда находилось и будет находиться меньшинство членов сообщества, которое В. Парето было названо элитой. Вот как Моска сам об этом пишет: «Среди неизменных явлений и тенденций, проявляющихся во всех политических организмах, одно становится очевидно даже при самом поверхностном взгляде. Во всех обществах, начиная со слаборазвитых или с трудом достигших основ цивилизации вплоть до наиболее развитых и могущественных, существуют два класса людей – класс правящих и класс управляемых. Первый, всегда менее многочисленный, выполняет все полити- ческие функции, монополизирует власть и наслаждается теми преимуществами, которые дает власть, в то время как второй, более многочисленный класс, управляется и контролируется первым в форме, которая в настоящее время более

244

или менее законна, более или менее произвольна и насильственна и обеспечивает первому классу, по крайней мере внешне, материальные средства существования и все необходимое для жизнедеятельности политического организма» [53. С. 559].

Принадлежность к правящему классу, согласно Моска, определяется тем, что отдельные индивиды обладают свойствами, реальными или кажущимися, которые почитаются

âсовременном им обществе и которые обеспечивают им материальное, интеллектуальное и даже моральное превосходство. К таким свойствам он относит прежде всего военную доблесть, материальное богатство, происхождение, врожденное превосходство личностных качеств. На основе многочисленных примеров он показывает, что каждое из этих свойств людей открывает их обладателям доступ к институтам власти, а значит и к новым привилегиям.

Моска полагал также, что к власти периодически приходят правящие классы, основанные на разных принципах своей организации. Если в обществе созревают новые мощные политические силы, но при этом правящий класс практиче- ски не обновляется, то неизбежно начинается процесс вытеснения новым меньшинством выродившегося правящего класса. Таким образом, Моска предвосхитил концепцию циркуляции элит, сформулированную другим его соотечественником – В. Парето. Совпадение указанной идеи Моска с идеей Парето явилось поводом для дискуссий между двумя уче- ными о приоритете их концепций. Первый обвинял второго

âплагиате. Однако, как считают современные исследователи, речь в данном случае должна идти не о плагиате, а о совпадении выводов, к которым пришли ученые независимо друг от друга, что в истории науки время от времени случается.

Примерно в то же время другой итальянский ученый – экономист, социолог и политолог – В. Парето в работе «Трактат по общей социологии» разрабатывает свою политическую концепцию, которую принято называть теорией циркуляции элит. Он был первым, кто активно стал использовать термин «элита», и именно ему принадлежит принятое в современной политологии определение этого понятия.

Также как и Моска, Парето исходил из того, что во все времена обществом правило и должно править меньшинство – элита. Однако базовыми в его теории являются не только понятие элиты, но и понятия правящей элиты, контрэлиты, народа. Элита, считает Парето, – это «высший класс»,

245

класс тех, кто имеет наиболее высокие индексы в своей сфере деятельности и, следовательно, наделен наибольшим лич- ным потенциалом для занятий в сфере управления обществом, если речь идет о политике. При этом подразумевается, что граница, отделяющая элиту от остального населения, не является и не может являться точной. Саму элиту Парето подразделяет на две части: 1) правящую элиту; 2) неуправляющую элиту, или контрэлиту. Правящую элиту составляют те, кто прямо или косвенно играет заметную роль в управлении обществом, контрэлиту – люди, обладающие характерными для элиты качествами, но не имеющие доступа к руководству из-за своего социального статуса и различного рода барьеров, существующих на пути к управленческой деятельности. Народ или, по выражению Парето, «низший класс» исполняет преимущественно пассивную, а не активную роль в общественных делах, но является источником пополнения как элиты, так и контрэлиты [53. С. 510, 511].

Важным аспектом теоретического построения Парето является положение о гетерогенности, неоднородности общества, что и является, по его мнению, объективной предпосылкой круговорота элит. Развитие общества, согласно Парето, происходит посредством периодической смены, или циркуляции, двух главных типов элит: ориентированных на хитрость и обман, которых он вслед за Макиавелли называл «лисами», и ориентированных на силу и порядок – «львы». Эти два типа элит являются вроде двух крыльев или двух полушарий единого целого. Они соответствуют двум принципиальным стратегиям осуществления власти – через взаимодействие и компромиссы или с опорой на насилие. Данные стратегии, или типы управления, сменяют друг друга по мере ослабления соответствующего потенциала их носителей. Если правящая элита не принимает мер против деградации (у «лис» в виде радикализации и коррупции, у «львов» – усиления консерватизма) путем привлечения новых членов из низших социальных страт, сохраняющих необходимые качества, то может произойти революция, обновляющая правящую элиту. В сфере политики, считает Парето, действуют сильные правители («львы») и хитрые администраторы («лисы»). В начале цикла правят «львы», отсюда – войны, а в правящей элите в целом доминируют настроения лояльности власти, патриотизма, приверженности к порядку и т.д. В условиях стабильности и спокойствия «лисы» постепенно входят в правящую элиту, подрывая господство

246

«львов» и лишая их власти. Начинается вторая фаза цикла: «лисы» заняты внутренней политикой, перераспределением ресурсов в ущерб «силовикам», а в правящей элите доминируют материальные ценности. В результате постепенного истощения потенциала «лис» в конечном итоге происходит консервативный заговор «львов», удаляющих «лис» от власти силой. Цикл начинается заново.

Крупный вклад в развитие теорий элиты внес немецкоитальянский социолог Роберто Михельс. Он исследовал социальные механизмы, порождающие феномен элиты. В этом процессе, считает Михельс, особое значение принадлежит организаторским способностям определенных людей, а также организационным структурам общества, усиливающим элитарность и отделение управляющего слоя от основной части общества. Он приходит к выводу, что сама организация общественной жизни требует элитарности и закономерно воспроизводит ее: «Большинство человечества, – писал он, – никогда, видимо, не будет способно к самоуправлению. Даже в том случае, если когда-либо недовольным массам удастся лишить господствующий класс его власти, то … в среде самих масс с необходимостью появится новое организованное меньшинство, которое возьмет на себя функции господствующего класса» [53. С. 648, 649].

Главной заслугой этого ученого является сформулированный им «железный закон олигархизации» или, точнее, «железный закон олигархических тенденций». Согласно Михельсу, в каждом обществе действует тенденция, в соответствии с которой неотделимое от прогресса цивилизации развитие крупных организаций неизбежно ведет к олигархизации управления обществом и формированию элиты, поскольку руководство такими организациями не может осуществляться всеми их членами. Эффективность их деятельности требует функциональной специализации и рационализации, что сопровождается выделением руководящего ядра и аппарата, которые постепенно, но неизбежно выходят из-под контроля рядовых членов, отрываются от них и подчиняют политику собственным интересам руководства. «Неизменный социальный закон, – утверждает Михельс, – состоит в том, что в любом органе сообщества, возникшем под влиянием разделения труда, возникает по мере его консолидации собственный интерес сам по себе и для себя. Но существование собственного интереса в общем союзе включает в себя существование трений и противоположность интересов по отношению

247

к общему интересу» [53. С. 651]. В конечном счете господствующее меньшинство превращается в замкнутую олигархическую группу, стремящуюся сделать свое привилегированное положение наследственным, укрепляя и защищая его всеми возможными способами. Данную тенденцию Михельс называл «железным законом». Из его действия он делал пессимистические выводы относительно возможностей демократии, которую он отождествлял с непосредственным уча- стием масс в управлении.

Современные элитист- Свое дальнейшее развитие теории эли- ские теории ты получили во второй половине ХХ в.

Прежде всего необходимо отметить возросшее разнообразие подходов современных ученых к пониманию феномена элиты. Одни из них продолжили трактовку элиты как правящего класса, другие акцентировали внимание на делении общества на две неравные части – элиту и массу, третьи предприняли попытку совместить принципы элитизма и демократизма в организации общественной жизни.

Начатую еще Г. Моска интерпретацию феномена элиты как сплоченной и закрытой группы, стремящейся осуществлять власть только в своих собственных интересах, продолжил американский исследователь Ч. Миллс. Новое в его теории состоит в отходе от защиты элитизма как принципа организации жизнедеятельности общества. Главный элитообразующий признак, считает Миллс, – это обладание командными позициями, руководящими должностями в общественных институтах. Он ввел понятие «властвующая элита», которая «состоит из людей, занимающих такие позиции, которые дают им возможности возвыситься над средой обыкновенных людей и принимать решения, имеющие крупные последствия … Это обусловлено тем, что они командуют важнейшими иерархическими институтами и организациями современного общества… Они занимают в социальной системе стратегические командные пункты, в которых сосредото- чены действенные средства, обеспечивающие власть, богатство и известность, которыми они пользуются» [51. С. 24]. Миллс рассматривает элиту как систему, так сказать, специализированных элит: в США, например, он выделяет три такие элиты – промышленную, политическую и военнобюрократическую. Властвующая элита решает все важнейшие вопросы американского общества, нейтрализуя массы путем обмана, лести и мощной индустрии развлечений. Вла-

248

ствующая элита подвержена коррупции, что Миллс объясняет отсутствием организованной общественности, перед которой элита отвечала бы за свои решения. Принципы демократии и элитизма, по Миллсу, противоречат друг другу, и это противоречие может быть разрешено через расширение участия масс в политике. Данную трактовку элиты развивают и другие исследователи.

Другая исследовательская линия состоит, напротив, в защите элитизма как принципа организации общества, в обосновании необходимости деления общества на две неравные части – элиту и массу. Она связана с именами испанского философа Х. Ортега-и-Гассет, английского историка А. Тойнби, американского социолога и политолога А. Этциони и др. Проиллюстрируем данный подход на примере творчества Х. Ортега-и-Гассет.

Свои идеи Ортега-и-Гассет изложил в широко известной работе с характерным названием «Восстание масс». Под «восстанием масс» он понимает «неправомерное» вторжение широких слоев населения в сферу политики, что вызывает у философа сильную тревогу. Это беспокойство вытекает из его понимания сути общественного организма: «Общество, – утверждает Ортега-и-Гассет, – всегда было подвижным единством меньшинства и массы. Меньшинство – это совокупность лиц, выделенных особыми качествами; масса – не выделенных ничем» [56. С. 17]. Причем меньшинство, считает мыслитель, составляют те, кто требует от себя многого и сам на себя взваливает тяготы и обязательства; большинство – это те, кто не требует ничего и предпочитает плыть по тече- нию, не силясь перерасти себя. Политика, которая по своей природе требует творческой активности, может быть под силу людям, обладающим особыми достоинствами, т.е. меньшинству, или элите. Масса, которая не обладает необходимыми способностями, призвана повиноваться элите. Поэтому, считает Ортега-и-Гассет, «восстание масс» против своей собственной судьбы неминуемо ведет к политическим потрясениям, следствием которых является установление тоталитаризма. Согласно Ортеге, подлинное общество – это аристократическое общество с четким делением на элиту и массу.

Несомненной новизной отличается концепция конкурентного элитизма, называемая также концепцией демократического элитизма. Ее создатели, как уже отмечалось, предприняли небезуспешную попытку объединить, казалось бы, несовместимые в организации политической жизни принци-

249