Выделение попутного газа из тонны нефти

У российской нефтехимии существует проблема с сырьем. В годы советской власти роль "фундамента" отрасли с разным успехом выполняли пищевой спирт, известь и кокс, древесина и синтетический этиловый спирт. Начиная с 60-х годов главным нефтехимическим сырьем становится прямогонный бензин (одна из фракций первичной перегонки нефти, из него на НПЗ получают автомобильное топливо), по этой причине почти все современные предприятия нефтехимии привязаны к нефтеперерабатывающим заводам (см. слайд 7). Кризис отрасли в 90-е годы во многом был обусловлен именно неспособностью переработчиков оплачивать поставки прямогонного бензина по рыночным ценам. Но прямогонный бензин далеко не лучшее нефтехимическое сырье. Выход целевых продуктов при его использовании ниже, чем при использовании продуктов переработки попутного нефтяного и природного газа, а они, к слову, дешевле бензина. В странах Западной Европы, Японии и в Китае почти вся нефтехимия работает на прямогонном бензине - но там другого сырья просто нет, к тому же современное оборудование существенно повышает выход целевых продуктов.

В России же, как и в других нефтегазодобывающих странах, есть большой сырьевой ресурс - попутный нефтяной газ и этан (содержится в природном газе и газовом конденсате). Как правило, это сырье не целевой, а побочный продукт добычи углеводородов, то есть извлекается вместе с нефтью (попутный газ) и природным газом (этан и газовый конденсат). Знакомые всем по документальным хроникам огненные факелы на нефтяных месторождениях - не что иное, как "утилизация" ценного сырья и доказательство, что в стране нет развитой нефтехимии.

Попутный газ, газовый конденсат и извлекаемый из природного газа этан - вот главное стратегическое преимущество российской нефтехимии. Это стратегическое преимущество мы тем не менее никак не можем обратить в конкурентное.

Получить доступ к "резервному" сырью уже непросто. Дело в том, что сырьем для нефтехимии является не сам попутный газ и конденсат, а так называемая широкая фракция легких углеводородов (ШФЛУ). ШФЛУ извлекают из попутного газа на газоперерабатывающих заводах (ГПЗ). Сейчас ключевые объекты газопереработки находятся под контролем "Газпрома" и "Сибура". На первый взгляд это кажется странным - ведь все российские ГПЗ технологически привязаны к нефтяникам, поскольку занимаются переработкой попутного нефтяного газа и газоконденсата с нефтяных месторождений. Просто в советское время все они были частью Министерства газовой промышленности, и именно "Газпрому" было сподручнее приватизировать крупнейшие ГПЗ "под себя". На Западе крупные нефтехимические корпорации "нижних" переделов, как правило, дочерние подразделения нефтяных компаний, российским же нефтяникам нефтехимия была не нужна, соответственно, не нужны были и ГПЗ. Поэтому попутный газ, ценный продукт для нефтехимии, они просто сжигали. Новых собственников советской нефтянки поначалу это несильно огорчало - штрафы за сжигание газа были низкими, а все силы компаний уходили на максимизацию экспортных поставок сырой нефти.

Теперь, когда ключевые объекты газопереработки сконцентрированы в руках фактически одного игрока (точнее, связки "Газпром"-"Сибур"), маловероятно, что появятся новые мощные нефтехимические холдинги. А лидеры ныне горят желанием максимально использовать газовое сырье для собственных нужд. Другие нефтехимические компании, желающие перейти с дорогого прямогонного бензина на дешевый попутный газ, оставшись без газового сырья, могут потерять позиции почти на всех товарных рынках нефтехимической продукции. Таким образом, любой компании, которая хочет создавать новое производство в России, придется найти поставщика сырья и договориться с местными властями.

Сырье газпромовско-сибуровские ГПЗ получают с нефтяных месторождений. То затухает, то разгорается снова конфликт между "Сибуром" и нефтяниками из-за закупочных цен на попутный газ. Эту проблему решить можно - заключив долгосрочные договоры или же создав совместные предприятия. Нефтяников пока мало устраивают цены, предлагаемые "Сибуром", и они готовы скорее сжигать газ, чем продавать его. Отсутствие компромисса пагубно сказывается на развитии газосборных сетей на нефтяных месторождениях. Тем временем попутного газа в сибирской нефти с каждым годом добывается все меньше.