Шнарх

Русский перевод © 2013 Олег Матвеев olegmatv@gmail.com Все права сохранены

В тех браках, где партнеры избегают конфликтов, стараясь любой ценой удерживать низкий уровень тревожности, нет ничего «неправильного»; однако оплачивается это часто как раз неспособностью справляться с жизненными катастрофами. До тех пор, пока оба партнера согласны никогда не меняться и не расти, и требования внешних обстоятельств остаются низкими, они могут обладать тем, что им представляется «хорошим» или «счастливым» браком. Но, как я вскоре продемонстрирую, если один из партнеров начнет дифференцироваться, они оба переживут интенсивную тревожность, к проработке которой они плохо готовы. Вероятно, они будут рассматривать (и создавать) свой последующий развод как полнейшую катастрофу.

Когда цикл роста связан с конфликтом интересов, хорошо дифференцированные пары не начинают общаться друг с другом как терапевты, пытающиеся предоставлять эмпатию и выполнять упражнения по слушанию. Они защищают свою точку зрения – но используют юмор и позитивные качества для рассеивания враждебных ноток и сокращения вероятности провоцирования защитных реакций. Они со смехом проживают напряженные времена, а когда юмор неуместен, то находят другие способы облегчить ситуацию, во избежание эскалации. Существует достаточно много слов заботы и мотивации для сохранения брака и поддержания осмысленной дискуссии о конфликтах, без избегания их серьезности. В конфронтации, которая может быть воспринята как критика личности, используется более нейтральный подход.

Именно в этом месте плохо дифференцированные пары сильно страдают, увеличивая вероятность развода. Их взаимодействия более хрупки, потому что они не умеют сглаживать острые углы в конфронтации с помощью юмора. Их трудности с большей вероятностью начинают превращаться в поля сражений за личные интересы, и они легко начинают циклиться на своих личных пунктиках. У них не так много совместных достижений, из которых можно было бы черпать ресурс, они не предоставляют друг другу положительных чувств, а когда делают это – то исключительно из намерения задобрить друг друга. Эмоционально слитые пары с большим трудом входят в цикл роста для решения своих проблем, и делают это с исключительно великой неохотой. Они не утешают себя и определенно отказываются утешать своего партнера: у них просто нет ресурсов для утешения, и они обычно винят своего супруга в этом неприятном обстоятельстве.

Теперь мы можем понять, что происходит в различных отношениях, когда один партнер хочет войти в цикл роста, а другой нет: хорошо дифференцированные пары проще справляются с такой ситуацией. Оба партнера с большей готовностью входят в цикл роста и более способны индивидуально защищаться. Пары ведут свои отношения в неизвестность с помощью личного самоконфронтирования – или его отсутствия. Риск выхода в цикл роста принимается в одностороннем порядке, даже если оба партнера делают это одновременно. У эмоционально слитых пар намного больше трудностей с этим процессом. Если представить себе эмоциональных сиамских близнецов, то можно легко визуализировать, как один толкает и тянет другого, заставляя его идти рядом – в этом случае независимые действия невозможны в буквальном смысле.

Русский перевод © 2013 Олег Матвеев olegmatv@gmail.com Все права сохранены

книги, с тем чтобы вы могли увидеть, на что похоже прохождение через горнило с высокими уровнями интенсивности. Но это не означает, что вам нужно рассчитывать именно на это.

Умеренно дифференцированные пары не нуждаются в том, чтобы их прижало к стенке и вывернуло наизнанку, прежде чем начинать что-то делать. Они с большей готовностью прорабатывают свои дилеммы. Они с большей готовностью самоконфронтируют и самоутешаются, позволяя своей лучшей части брать управление на себя. Плохо дифференцированные люди не делают этого до тех пор, пока не осознают, что их партнер не собирается поддаваться или помогать избегать самоконфронтирования. Для того, чтобы заставить их конфронтировать себя, требуется растущая дифференциация партнера. И единственным их вариантом реагирования на это являются дальнейшие попытки подчинить партнера себе (подорвать его рост, заточив его во внутреннем круге) и отчуждаться от отношений – ну, или тоже начать держаться за себя и расти.

Что вы за пара?

Иллюстрациями различий в количестве конфликтов и давления, требуемых для запуска фундаментальных изменений в партнерах и их браке, послужат три пары, которые обращались ко мне за терапией. У первой пары заявленной проблемой было наблюдаемое отсутствие сексуального желания у мужа. Хотя Бад и заявлял, что ему нравится заниматься сексом с Клэр, делали они это только раз в месяц, и только по ее инициативе. Бад подтверждал дистресс и отчаяние Клэр, но упорно настаивал на том, что ему нравится заниматься сексом с ней. Попав под давление в терапии, он не сумел объяснить свой отказ инициировать секс и очевидное принятие такой частоты секса. Поначалу Бад думал, что я сомневаюсь в искренности его желания секса, но когда я поощрил его продолжать придерживаться своего восприятия и просто исследовать глубже – именно тогда у него началось самоконфронтирование.

Бад был всерьез шокирован, когда вскрылся его пассивно-агрессивный паттерн отчуждения от Клэр. Он никогда не наблюдал этой части себя – но он дал подтверждение, столкнувшись с ней. Он впал в недоумение, его картина себя разбилась на части, Бад оказался в состоянии мощного внутреннего конфликта с самим собой. Он осознал, что не замечал собственную пассивную агрессивность точно так же, как он не видел ее в своих родителях и дедах. Он начал наблюдать ее и в повседневных событиях – например, в несправедливости того, как он отказывался выгуливать собаку, когда она царапала дверь, а потом наказывал ее за то, что она писала на ковер. Вскоре после этого он извинился перед Клэр и стал часто инициировать страстный секс. Впечатленная целостностью своего мужа, Клэр дала подтверждение собственному сексуальному отчуждению. Они продолжили развивать свой секс и близость в таких направлениях, которым сопротивлялись множество предшествующих лет.

В этом случае, горнило Бада возникло из его готовности конфронтировать себя, что привело к аналогичному росту и у его супруги. Это тот прототип, который мы

Русский перевод © 2013 Олег Матвеев olegmatv@gmail.com Все права сохранены

обсуждали в предшествующей главе. Самоконфронтирование, поддержанное положительным откликом со стороны партнера, характерно для умеренно дифференцированных пар. Та наша часть, которая всегда осознает истину, принимает удар и продолжает идти вперед.

Иногда, однако, для создания достаточного давления для изменений даже умеренно дифференцированным парам приходится реально работать друг с другом и демонстрировать резкие позиции. Марж и Фред, наш второй кейс, делали мощные скачки в терапии. Они освободились от своей привычки постоянно ссориться и пережили страстное обновление своего брака. Но одна область все еще оставалась неразрешенной: Марж постоянно просила Фреда разыгрывать с ней сексуальные фантазии, но он никак не мог настроиться на это. Ее любимая фантазия включала в себя появление Фреда в блестящих плавках, похищающего ее и увозящего в тайное место для того, чтобы заняться там диким и страстным сексом. (Марж нравилось наряжаться для секса, и частенько она, к восхищению Фреда, это делала).

Марж и Фред ушли с терапии, наполненные надеждами и добрыми намерениями. Их отношения кардинально улучшились во многих отношениях, но этого костюмированного похищения так и не случилось. Они занимались сексом чаще и с большим разнообразием, но ничего похожего на подобный уровень эротичности или фалличности Фред не проявлял. Он подтвердил неисполнение запроса Марж и признался, что он не заставлял себя прорабатывать эти свои подавленные моменты.

В конце концов, Марж решила, что она больше не желает ничего ждать. Вместо того, чтобы ворчать на Фреда, она сама вышла на передовую линию конфликта, заявив: «Я собираюсь сыграть свою часть. Будешь ты играть свою или нет – это твое дело. Я не собираюсь и дальше ждать и надеяться. Можешь согласиться или отказаться. Мне же нужно сделать то, что я хочу сделать, и посмотреть, что случится. Я поехала в бар. Было бы лучше, если бы ты там оказался. Иначе я не гарантирую, с кем я вернусь домой». Последнее утверждение Марж было произнесено с соблазнительной улыбкой, а не представляло собой враждебную угрозу. Фред, конечно, ни при каком раскладе не поверил бы в то, что Марж реально планирует заняться сексом с кем-то другим в эту ночь, но он четко уловил, что секс между ними неизбежно станет другим – к лучшему или к худшему исходу событий. Марж не ворчала на него – вся суть этого поступка сводилась к тому, что она отказывается это делать в принципе. Фред был вынужден принять решение: делать это или не делать.

За их столиком в баре, Фред в шутку указал на салфетку, лежавшую на его коленях. Когда Марж взглянула туда, он приподнял ее краешек, показывая свою расстегнутую ширинку. Оттуда сверкнули блестки. Потом он завязал ей глаза и отвез ее в красивый отель, который специализировался на «номерах с фантазиями». Когда Фред вел ее с завязанными глазами по фойе отеля, несколько посетителей, стоявших там, зааплодировали. Марж провела ночь на «Гавайях», на кровати в тени пальмовых ветвей, рядом с горячей ванной с водопадом.

Русский перевод © 2013 Олег Матвеев olegmatv@gmail.com Все права сохранены

Марж была восхищена этим своим переживанием с Фредом – во многом потому, что она была рада своему поступку: она вошла в цикл роста в одиночестве, опасаясь, что Фред откажется последовать за ней. Она отправилась за своими желаниями, подвергая себя риску того, что он может не появиться. Фред же осознал, что Марж в этот момент была серьезна, и что шутки закончились. Когда она решилась и взялась за себя, Фред тоже взялся за себя.

В нашем первом кейсе, когда партнер с низким желанием начал самоконфронтирование, партнер с высоким желанием с готовностью сделал то же самое. В случае с Фредом и Марж партнер с низким желанием сделал движение вперед тогда, когда самоконфронтированием занялся супруг с высоким желанием. У Клэр была необходимость конфронтировать с Бадом, но оттенок враждебности в этом был перекрыт их положительным эмоциональным потоком, а также перевешен самоконфронтированием и долей юмора. Им для изменений не требовался тот уровень давления и тревожности, без которого бы ничего не произошло у нашей третьей пары.

Наша третья пара, Джо и Фэй, никогда даже и не думала о себе, что они слиты эмоционально – хотя в реальности являлись классическим примером эмоциональных сиамских близнецов. Заявленной проблемой в их случае было отсутствие сексуального желания у Фэй и излишне навязчивая ревнивость Джо. В этом браке Джо играл роль манипулятивного, контролирующего и подозрительного супруга. Он частенько «задумывался» по поводу того, куда Фэй отправляется во время ее многочисленных бизнес-командировок. Фэй играла роль сверхчувствительной и «слабой» супруги. Она отказывалась заниматься сексом с Джо, потому что ощущала давление и постоянно требовала от него повторных «гарантий» того, что он не уйдет из этого брака.

Как обсуждалось в предшествующей главе, эмоционально слитым парам трудно проявить точную картину того, что происходит. Реальная проблема состояла не в манипулятивности Джо и не в сверхчувствительности Фэй. Она была в её неуверенности и манипулятивности. Оба при этом проявляли бесчувственность по поводу страданий друг друга.

Поведение Джо, по его же признанию, было манипулятивным, и хотя ему не особенно нравился этот ярлык, ему очень нравилось выглядеть хитрым и властным. Если быть более точным, Джо был жутко не уверен в себе. Он вырос в семье, где ложь, кражи и обман были обычным делом. Все эти переживания он, переварив, сделал ресурсом для своей роли агрессивного бизнесмена. Ярлык манипулятора маскировал его неуверенность и льстил его нарциссизму.

Фэй же была родом из семьи, где никто не мог противоречить отцу. Любое противоречие воспринималось как нападение – и это было недопустимо. Ложное обозначение несогласия как неуважения позволяло ее отцу в зародыше убивать все вызовы его суждениям, а заодно и все попытки других развиваться. И хотя в последующей жизни Фэй выглядела слишком хрупкой для того, чтобы справляться с несогласием, в реальности любое противостояние ею просто тотально подавлялось. Любой, кто с ней не соглашался, немедленно обвинялся в обесценивании ее чувств. Внешне проявляя слабость, она размахивала этим своим

Русский перевод © 2013 Олег Матвеев olegmatv@gmail.com Все права сохранены

обвинением в обесценивании, как дубиной, вынуждая окружающих отказываться от личного мнения и личных предпочтений, из страха «навредить ей». Фэй исхитрилась сделать так, что даже ее предыдущие терапевты страшились с ней не соглашаться – обвиняя их в том, что они о ней не заботятся и изображая приступы «полного распада».

Каждый раз, когда у Джо возникало желание секса, Фэй ощущала давление. Она заставляла его вообще отказаться от каких-либо ожиданий, что является довольно обычным паттерном во многих ситуациях с отличающимися уровнями желания. В варианте Фэй, однако, ее отрицание имело еще одну личную особенность: это был ее способ уничтожения оппозиции, повторявший поведение ее отца в семье. Я указал на это Фэй, подчеркивая, что это – характернейшая особенность эмоционально слитых семей и пар. Модель эмоциональных сиамских близнецов помогла ей увидеть в своем браке процесс, который выходил за рамки ее переживаний или переживаний Джо.

Это осознание стало для нее причиной сделать паузу – но она довольно быстро вышла из нее с новым заявлением – о том, что вся суть ситуации сводилась к её ощущениям давления со стороны ревности и требований секса со стороны Джо. Она попыталась использовать недостатки Джо для маскировки недостатков своих собственных. Она продолжала попытки сохранить фокус на его чертах. В этот момент я переключил фокус на Джо, потому что это было в интересах их обоих.

Я спросил Джо, почему он соглашался с такой ситуацией, и все равно хотел иметь секс с человеком, который не желал заниматься с ним сексом. Этот вопрос заставил его конфронтировать собственную глубинную неуверенность и отсутствие самоценности. Он не мог поверить в то, что кто-то может реально хотеть его, особенно если этот кто-то – «хороший человек», обладающий моральными ценностями и целостностью, которых так не хватало в его детской семье. Он был поражен осознанием того, что эти его тайные и подлые способы проверок собственной жены на самом деле сильно роняли его в собственных глазах, усиливали его предожидания того, что Фэй посчитает его отвратительным человеком, и стимулировали его собственную ревность. Он питал отвращение к идее о том, что он копирует поведение своих родителей. Джо глубоко вошел в это свое личное горнило, после чего его ревнивые выходки прекратились. И все подпорки в его браке после этого обрушились.

Фэй, вместо того, чтобы обрадоваться изменениям в поведении Джо, ощутила возросшее давление в плане качества секса – от которого зависела судьба брака. Она лоб в лоб столкнулась с дилеммой выбора, которой избегал ее отец, насильственным образом заставляя своих родственников отказываться от своих предпочтений: в конце концов, Фэй хотела получить и себя, и свой брак, но сохранение и того и другого требовало дифференциации и прохождения через горнило – чего она делать не желала.

Фэй возмущалась тем, что Джо не намерен оставаться с ней, будучи несчастным

– и что она, вследствие этого, как бы обязана заниматься с ним сексом. Для Фэй это было равнозначно «продаже своих интересов» и «шантажу с его стороны»; она отказывалась давать подтверждение желанию секса у своего мужа и его

Русский перевод © 2013 Олег Матвеев olegmatv@gmail.com Все права сохранены

Интенсивность давления, требующегося для достижения критической массы, зависит от уровня дифференциации партнеров. Хорошо дифференцированным людям для набора критической массы достаточно одного неприятного осознания о том, что изменения некоего плана поведения будет намного полезнее для их же собственных интересов. (Это может быть осознание того, что ваш партнер сегодня вечером не заинтересован в сексе, как вы надеялись, или что ваш ребенок не собирается учиться на ту профессию, которую вы ему рекомендовали, или даже вообще никуда не будет поступать). Менее дифференцированным людям требуется большее давление: для привлечения их внимания, для выбивания их из цикла комфорта и запуска их на внешнюю орбиту требуется мощный взрыв.

Существует множество причин, по которым плохо дифференцированным отношениям для достижения критической массы требуются высокие уровни давления и тревожности. Первая – эмоционально слитые партнеры обладают высокой переносимостью в отношении боли и низкой переносимостью в отношении тревожности и новизны. Другая причина – когда один партнер начинает самоконфронтироваться и входит в цикл роста, последствия этих пугающих изменений не всегда становятся немедленно ясными для другого партнера, который продолжает оставаться погруженным в старый паттерн. Он может ошибочно предполагать, (а) что самоконфронтирование его жены является косвенным признанием того, что она была неправа, (б) что его роль в отношениях сводится к гашению напряжения, которое, как ему кажется, она создает подтверждениями своих недостатков (т.к. она обычно так и делала), и (в) что она уже сдавалась раньше, и это наверняка всё несерьезно, потому что она и в этот раз поступит так же. Для того чтобы «окопавшийся» партнер осознал, что все эти пункты неверны, требуется дальнейшее развитие ситуации. По ходу процесса давление в отношениях увеличивает свою интенсивность до совершенно непривычных уровней.

Достижение критической массы требует исполнения довольно изящного балета, но в тех ощущениях, которые вследствие этого возникают, ничего изящного нет и в помине. Когда вы налетаете на критическую массу в первый раз, это ощущается как столкновение с бетонной стеной.

Тупик и критическая масса – это всем знакомые переживания. Даже то, что мы оба – я и Руфь – являемся сексуальными и семейными терапевтами, не помогло нам избежать многочисленных столкновений с критической массой в наших отношениях. Мы справляемся с ней более эффективно, не расстраиваемся по поводу неё сверх разумной меры и используем ее для зарядки наших отношений. И критическая масса случается теперь с куда меньшей интенсивностью.

Понятие о критической массе может принести огромную пользу. Участники наших ретритов для пар и мои клиенты по психотерапии с воодушевлением осознают, что их брак следует довольно предсказуемым паттернам конфликта и роста. Те, кто уже достигал критической массы, но не имел названия для этого состояния и понимания, что это такое, с облегчением осознают, что она не является доказательством их личных недостатков или низкого качества отношений. Довольно распространена ситуация, когда люди расстраиваются и даже стыдятся того, что позволили своим отношениям «так сильно ухудшиться». Переключаясь на

Русский перевод © 2013 Олег Матвеев olegmatv@gmail.com Все права сохранены

самоподтверждаемую близость и разрушая тупик – не зная о том, что они делают именно это – они ощущают себя виноватыми в том, что потенциально этим могли бы разрушить свой брак.

Большинство пар в тот или иной момент достигают критической массы, знают они об этом или нет. Когда пары осознают, что проходят через естественный процесс выращивания человека в браке, они перестают ощущать себя дефективными и начинают проявлять большее уважение к себе и своим отношениям. Это помогает им проходить через последующие эпизоды возникновения критической массы с большей легкостью и продуктивностью. То, что многие пары принимают как симптомы плохих отношений, в действительности является потенциальными признаками хороших. Мы много раз в этой книге видели то, что здоровые отношения бывают какими угодно – но не гладкими. Если что и стоит считать заблуждением, так это ожидание, что хороший брак должен быть наполнен безмятежностью.

Наше движение вперед начинается тогда, когда дискомфорт в настоящем времени перевешивает страх роста. Для того, чтобы превозмочь избегание изменений, требуется очень многое. Многие люди обнаруживают, что способность двигаться вперед через тупик у них появляется только тогда, когда они начинают чувствовать, что на кону стоит их целостность – их самость.

Признаки критической массы

Критическая масса по разному ощущается людьми с разными уровнями дифференциации. На низшем уровнем дифференциации высока вероятность того, что вы будете воспринимать ее как угрозу. Но даже плохо дифференцированные супруги по-разному переживают критическую массу, в зависимости от того, как они с ней обращаются: если вы готовы войти в цикл роста (как Джо), то вы будете ощущать неустроенность и неуверенность, но собранность. Вы будете нервничать, но вас не будет подавлять ваша тревожность. Вы проявите решительность и готовность удерживать свою позицию, но при этом не будете воинственны и негибки (кроме, разве что, начальных этапов). Если (подобно Фэй) вы избегаете самоконфронтирования и своей дилеммы выбора, то обычно вы впадаете в отчаяние и возбуждение, пока наконец не освоитесь с этим и не «примете удар». В этот момент вы начинаете испытывать ощущения более близкие к тому, что переживал Джо.

Когда к моменту прибытия критической массы оба партнера держатся за себя, враждебность заметно понижается. Часто это приводит к удивлению, замешательству и растерянности по поводу того, что делать дальше. Вот несколько полезных советов для распознания момента возникновения критической массы и управления собой в этот момент:

● Один партнер ощущает, что другой меняется... дифференцируется. Многим из нас критическая масса знакома в ощущениях – даже если мы никогда не давали ей такого названия – это то, чего мы постоянно пытаемся избежать. Один из

Русский перевод © 2013 Олег Матвеев olegmatv@gmail.com Все права сохранены

партнеров может переключаться на самоподтверждаемую близость, отказываясь принимать состояние своего брака исключительно как свой личный провал, и теряя нужду или желание получать подтверждение от другого.

●Партнеры успокаиваются. Если вы вообразили себе, что люди «пугаются» критической массы, то будете удивлены тем фактом, что обычно происходит совсем не это. Когда давление в браке достигает критической массы, люди успокаиваются, потому что начинают осознавать, что сейчас играют со своим собственным будущим. (В одной из пар муж с раннего детства страдал сильно выраженным заиканием. Ко всеобщему изумлению, это его заикание полностью прекратилось, когда они с его женой достигли критической массы во время одной из сессий). Те, кто при этом взрывается или разваливается на куски, могут делать это ради того, чтобы не допустить погружения в ситуацию – их реакции на самом деле являются защитой против критической массы. Это те люди, которых мы обсуждали в предыдущей главе – они не могут или не желают терпеть тревожность или дискомфорт роста. Часто они устраивают скандальные разводы – потому что они все еще находятся в эмоциональном слиянии со своим супругом.

●Тон становится спокойным. Каменное молчание зашедших в тупик эмоциональных сиамских близнецов замещается спокойным, здравым, задумчивым и уважительным тоном. Изменения в тоне отражают лежащие в его основании сдвиги в дифференциации. И это не просто вопрос прекращения криков друг на друга – хотя люди и на самом деле перестают орать. Некоторые пары в первый раз ошибочно воспринимают критическую массу как «холодную войну»; это часть того ложного восприятия происходящего как «обычного расклада дел», о котором я уже упоминал раньше. Когда один из партнеров уже не может вовлечь другого в продолжительный спор – и молчание становится скорее многозначительным, чем каменным или пустым – оба супруга внезапно осознают, что «что-то на самом деле происходит!»

●Прекращаются постоянные метания в стиле «кто за кем бегает». При возникновении критической массы прекращается эта игра в «преследователя / убегающего» между партнерами. Преследователь перестает использовать критику

иворчание как способы привлечения внимания убегающего партнера и поддерживания собственной позиции. Убегающий прекращает отстраняться и обороняться, потому что это работает только для тех случаев, когда другой партнер нападает или осаждает. Достижение критической массы останавливает драматизации и эрозию в отношениях. Часто «преследующий» партнер, который до этого выглядел сильно зависимым, вдруг начинает действовать автономно, а «убегающий», который казался таким независимым, становится очень эмоционален.

●Проявляется полная картина. Растущее давление внутри брачной системы собирает все кусочки пазла на столе. Личные особенности и ограничения каждого партнера прорисовываются и раскрывают фундамент того, что проявлялось на поверхности. «Ветреный» партнер может в реальности оказаться весьма серьезным и разумным, но опасающимся задействовать собственную энергию и брать на себя новую ответственность, ожидания и соперничать в чем-то со своим партнером. Высоко «успешный» партнер может раскрыть, что он движим страхами,