Шнарх

Русский перевод © 2013 Олег Матвеев olegmatv@gmail.com Все права сохранены

Глава 12

Держаться за самого себя: Руководство по выживанию в горниле

Если бы только мы могли организовать свою жизнь в соответствии с тем принципом, который утверждает, что мы всегда должны держаться наиболее трудного пути, то тогда то, что сейчас кажется нам совершенно чуждым, стало бы тем, чему мы больше всего доверяли бы и что мы считали бы самым надежным.

—Райнер Мария Рильке123

Однажды ко мне на сессию терапии пришла пара и принесла мне подарок. Это был оформленный в рамку комикс из известной серии «Hägar the Horrible». В нем Хёгар и его друг с трудом взбираются на вершину горы, чтобы задать Великому Гуру вопрос о том, в чем секрет истинного счастья. И Гуру сообщает им, что путь к счастью лежит через бескорыстие, воздержание, бедность и обет безбрачия. Реакция Хёгара на это: «А тут нет кого-нибудь еще, с кем я мог бы поговорить?»

Этот простой комикс несет в себе множество смыслов. На поверхности все ясно: каждый из нас, сталкиваясь с проблемами, пытается найти обходной путь. Пары вовсе не бегут на терапию при первых же признаках неприятностей. Исследования дают оценку, что часто для обращения за помощью требуется от пяти до семи лет. Как заключенные, мы внимательно изучаем каждый квадратный сантиметр своей камеры, пытаясь отыскать выход из нее, избегая открытой двери, которая с легкостью вывела бы нас из нашего тупика. Впав в отчаяние по поводу того, что дороги к спасению может и не быть, мы в конце концов идем к терапевту. В этот момент мы можем сомневаться в своих способностях – но мы никогда не сомневаемся, что у терапевтов всегда найдутся хитрые фокусы, чтобы обмануть наши проблемы и уладить ситуацию, не касаясь их.

Мало кто из нас приходит на терапию для того, чтобы изменить себя – обычно мы стараемся отыскать способы изменить свою ситуацию или своего супруга, а сами хотим остаться такими же, какими были. Мы пытаемся найти простые приемы, техники и формулировки, которые покажут нам, как надо общаться и проявлять сострадание (читайте: простые способы чувствовать себя понятым и получать сочувствие). Скрытое послание в любой терапевтической технике – «Делай это правильно, и твоя проблема растворится». Но техники не могут растворить

123 J. L. Mood (Ed.) (1975). Rainer Maria Rilke on Love and Other Difficulties. Norton.

Русский перевод © 2013 Олег Матвеев olegmatv@gmail.com Все права сохранены

межличностные проблемы – с этим могут справиться только изменения в нас самих.

Я не заявляю, что вы обязаны стремиться к изменениям. Никто этого не хочет. Меняться – это трудно. Многие хотят повзрослеть (получить конечный результат), но мало кто хочет сильно напрягаться ради этого (проходить через сам процесс). Но система брака, похоже, сконструирована таким образом, что это в ней учтено: никакого обходного пути для выхода из брачного тупика не существует – вы уже пробовали идти по нему, и это не помогло; но есть путь, который лежит через это.

Есть еще один смысл в комиксе про Хёгара Ужасного: наша склонность искать ответы у других людей. В контексте терапии Великим Гуру становится терапевт. Подарок моих клиентов символизировал более глубокие истины, которые они узнали в нашей с ними терапии. Совет Гуру Хёгару Ужасному по поводу счастья был таков: для его достижения требуется самообладание и самоконтроль. Путешествие, совершенное Хёгаром для того, чтобы задать вопрос о счастье этому Гуру, содержит в себе и искомый им ответ, и процесс, которого он хотел избежать: развитие самообладания, необходимого для того, чтобы добраться до вершины горы, переносить все трудности, преодолевать опасности, самоутешаться и при необходимости отдыхать и продолжать при этом двигаться вперед и вверх. Именно этому научились мои клиенты: тому, что «путешествие к вершине горы», встроенное в их собственный брак, и было путем к их счастью, к способности любить в условиях реальной жизни.

Держаться за самого себя

Прохождение через тупик в браке очень похоже на поход к вершине горы: если вы чувствуете, что можете управлять собой, вместо того, чтобы пытаться управлять погодой и физическими особенностями местности, то вы можете расслабиться и продолжать поход. Когда вы напрягаетесь и ощущаете отсутствие управления, восхождение становится намного труднее. Полезно при этом помнить, что в реальности вы никогда не сможете овладеть горой – но в процессе восхождения вы можете научиться владеть собой. Гора не изменится; меняться будете вы. И помните о том, что вам придется взобраться на несколько гор, прежде чем вы обретете уверенность в себе – и вы не сможете сидеть внизу и ждать, пока у вас не возникнут уверенность и спокойствие, прежде чем идти на первое восхождение.

Мои клиенты и участники семинаров используют одно указание, которое подытоживает этот процесс развития самообладания и самоконтроля: «Держись за себя!» Они используют его как мантру, для того чтобы центрироваться и рефокусироваться в тех случаях, когда какие-то события или взаимодействия начинают угрожать им поглощением.

«Держись за себя» – это простая идея со множеством смыслов. Самообладание и самоконтроль связаны с узнаванием себя, конфронтированием себя и переключением на самоподтверждаемую близость и заботой о себе (самоутешением). Освоение навыка держаться за себя побуждает к личному

Русский перевод © 2013 Олег Матвеев olegmatv@gmail.com Все права сохранены

развитию и продвижению брака, и фундаментально меняет взаимодействия между вами и вашим партнером. Держаться за самого себя – это быстрый способ объяснить суть дифференциации. Она связана с несколькими практиками и процессами:

Поддержание ясного ощущения себя по мере роста близости с партнером,

приобретающим все большую важность для вас; знание собственных ценностей и убеждений, отказ от защиты ложного или неточного образа себя.

Поддержание ощущения нетождественности со своими тревогами,

ограничениями и недостатками – с тем, чтобы они не управляли вами и не парализовали вас.

Готовность заниматься самоконфронтированием, необходимым для личного роста. Это включает в себя противостояние своим страхам – принятие ударов по поводу себя, своей родительской семьи, своего брака и своей жизни; конфронтирование собственного эгоизма, ненависти, манипуляций другими, садизма, утаиваний и самоунижения; и сопротивление собственным попыткам сбежать от самого себя.

Подтверждение собственных проекций и искажений и признание собственной неправоты – независимо от того, сделает ли то же самое ваш партнер.

Перенесение боли, возникающей в связи с ростом; самомобилизация ради такого роста, который вы цените и к которому вы стремитесь; при необходимости – утешение своих страданий, без избыточного саможаления; поддержка, а не ругань в свой адрес.

Держаться за самого себя – поддерживать отношения с собой – нелегко. Однако польза для вас лично и для брака – неизмерима. Способность держаться за самого себя позволяет выходить из негативных взаимодействий и строить свое поведение так, чтобы это приводило к позитивным взаимодействиям. Она позволяет сломить привычный стиль общения – заезженные темы, паттерны, интенсивность и тон. Вместо того, чтобы соответствовать чувствам и эмоциональному тону своего партнера, находясь с ним в безвыходных хронических разборках, неприятных переживаниях или вспышках темперамента, вы можете, держась за себя, освободиться от этой формы эмоционального тупика, которая называется «негативный аффективный взаимообмен»124.

Держаться за самого себя означает не опускаться вместе со своим партнером, когда он впадает в депрессию, тоску и безнадежность. Это часто рассматривается как отсутствие заботы или эмпатии. («Если бы ты понимал меня, и если бы тебе не было все равно, то тебе было бы так же плохо, как и мне!») Если вы умеете не впадать в расстройство каждый раз, когда ваш партнер в отчаянии, то это стабилизирует ваши отношения. Плохо дифференцированные люди могут сдерживать свою реактивность только посредством равнодушия. Способность держаться за себя открывает дорогу глубокой связи с чувствами партнера, без разрыва контакта или какой-либо реактивности.

124 J. M. Gottman (1994). What Predicts Divorce: The Relationship between Marital Process and Marital Outcomes. Lawrence Erlbaum.

Русский перевод © 2013 Олег Матвеев olegmatv@gmail.com Все права сохранены

Имея уверенное самообладание, вы можете позволить себе поддаваться влиянию своего супруга (и прочих людей) – при этом одновременно оставаясь неуязвимым перед требованиями подчиниться, если это противоречит вашему здравому смыслу или чувствам. Обладание цельным, но проницаемым «я» позволяет учитывать интересы других людей; вы можете предоставить реальности своего супруга пространство, не теряя при этом пространства своего собственного. Во время споров вы можете проявлять интерес к его позиции, вместо попыток опровергать ее.

Держась за самого себя, вы получаете возможность истинной взаимности. Способствовать достижению целей своего партнера, в ущерб своим собственным, означает следовать своим самым глубинным ценностям, отказываясь от немедленного личного удовлетворения. И этот «ущерб» своим собственным целям происходит не от потери себя; это часть дилемм выбора, присущих браку: часто вам приходится жертвовать своими собственными прерогативами ради продвижения интересов своего партнера. Это само по себе может быть очень благодарным занятием – но вам приходится учиться самоутешению по поводу возникающего внутреннего напряжения и потерь.

Держаться за самого себя – это ключевой ингредиент близости и секса. Близость связана с самоконфронтированием и самораскрытием в присутствии своего партнера. Когда вы не держитесь за себя, от этого всегда страдает близость. Жизненно важно уметь держаться за себя, если вы хотите больше сексуальной страсти, новизны и желания в своем браке.

Одна конкретная разновидность «держания за себя», «самоконфронтирование», настолько фундаментальна для проработки брачного тупика и настолько радикально меняет паттерны в браке, что мы сейчас исследуем его поглубже.

Самоконтроль позволяет прекратить контролировать своего супруга

Ваш брак – это сложная система, воздвигнутая вокруг самообладания. Эмоционально преданные отношения работают намного лучше, когда каждый партнер контролирует, конфронтирует, утешает и мобилизует себя – и именно к этому вас будет толкать динамика ваших отношений. Для этого нужно заниматься продвижением своей дифференциации через проработку задач развития, которые стоят перед вами.

Когда вы умеете контролировать себя, вам не требуется так сильно контролировать своего партнера. Овладение собой посредством брачных дилемм выбора и взаимного влияния создает более стабильные и приятные отношения. Избегание овладения собой создаст у вас и у вашего супруга ощущение брака как тюремного заключения. Эмоциональные сиамские близнецы похожи на заключенных, скованных вместе одними кандалами, постоянно раздражающих друг друга, нуждающихся в контроле над своим партнером, для того чтобы была

Русский перевод © 2013 Олег Матвеев olegmatv@gmail.com Все права сохранены

возможность двигаться. Самообладание же, наоборот, становится основой сотрудничества. Даже хорошо дифференцированные взрослые сталкиваются с присущим браку взаимовлиянием – разница заключается в том, как они на него реагируют. И даже хорошо дифференцированные пары не всегда реагируют идеально.

Мы с Руфью совершили множество походов в горы, как метафорических, так и реальных. Я видел в себе Хёгара Ужасного так много раз, что вряд ли я смогу их сосчитать. По ходу нашего брака у нас обоих было куда больше возможностей практиковать самоконфронтирование и самоутешение, расширять свои рамки, стремиться к своим идеалам и двигаться вперед вопреки сомнениям, сопротивлениям и трудностям, чем нам хотелось бы. На этом пути мы узнали, что конфронтирование себя (а не друг друга) скрывает в себе множество выгод.

Мы с Руфью – увлеченные туристы, и мы прорабатывали наши брачные проблемы во множестве походов в горы (и сидя на противоположных концах байдарки). Мой интерес к походам в дикие места заметно больше её интереса, и он возник раньше; я занимался этим задолго до нашей встречи. Руфь приняла это, и теперь это наше общее увлечение. Поскольку мои ноги длиннее, я часто иду впереди нее, временами останавливаясь для отдыха, общения, а также ради обеспечения безопасности. Мы считаем это «дифференцированным» способом хождения в походы. Иногда мы просто идем, каждый со своей естественной скоростью, наслаждаясь тишиной и свободным интересом и вниманием. Я обычно разведываю хорошие места для привалов, помогаю Руфи с ее рюкзаком, когда она добирается до места, и предлагаю ей подкрепиться заранее подготовленными припасами, поскольку у меня уже было время передохнуть. Иногда мы шагаем вместе, преодолевая какое-нибудь трудное место. В общем и целом это повышает качество удовольствия от совместно и раздельно проведенного времени.

Мои физические размеры делают такие походы по дикой природе более легкими

– для меня. Когда Руфь сильно старается не отставать, я даю ей большую фору: я не подгоняю ее и ценю ее усилия. Но эта фора не означает, что мои ожидания в отношении нее преуменьшены. Я все равно ожидаю, что она будет заботиться о себе, нести собственный груз и функционировать в соответствии со своими возможностями. Когда я вижу, что она действительно старается, я расслабляюсь. Я готов поддержать ее предложения и уважаю ее потребности. У меня нет ощущения, что я волоку ее в гору или заставляю ее идти туда. Я быстро помогаю ей, если вдруг у нее случается судорога или обнаруживается мозоль, и предоставляю ей время для того, чтобы она могла восстановиться. Я знаю, что мы доберемся до места нашего назначения с такой скоростью и удовольствием, какие только возможны, если я позволю ей двигаться в ее собственном темпе. Если я начинаю контролировать ее продвижение, Руфь проявляет не лучшие показатели. Она начинает нервничать и ощущать давление и контроль с моей стороны.

Вам начинает казаться, что все эти слова о Руфи написаны слегка высокомерно? Вероятно, это потому, что здесь все написано с моей точки зрения – и я очень легко впадаю в это заблуждение, когда начинаю фокусироваться на собственном всемогуществе. То, чего я не сказал – и о чем я иногда забываю – что всё это происходит потому, что Руфь готова принять мой темп, что она тактично относится

Русский перевод © 2013 Олег Матвеев olegmatv@gmail.com Все права сохранены

к нашим различиям, и что она изначально соглашается отправиться со мной чертте куда. Она не является «пассивным» или «более слабым» партнером, как это могло бы показаться из моего описания. Мне очень легко потерять осознание того, что я скрыто считаю свой собственный темп «правильным» – и когда это со мной происходит, это на шаг приближает нас к обоюдному несчастью. Когда я конфронтирую собственный эгоцентризм, я становлюсь менее самовлюбленным и более тактичным.

В общем, похожая ситуация возникает в любом браке. Система в целом работает иначе – более эффективно – когда партнеры заставляют себя прорабатывать собственные проблемы, связанные с их тупиковой ситуацией. Я проявляю тактичность, если Руфь говорит, что сейчас у нее для чего-то действительно неподходящее время. Некоторые поступки, типа трудных восхождений в гору, реально становятся опрометчивыми, если склонять к ним того, кто к ним не готов. Когда я во время похода с заботой и интересом спрашиваю Руфь: «Ты действительно готова к этому? С утра ты не очень хорошо себя чувствовала. Может быть, сегодня пойдем более легким маршрутом?», – она с большей вероятностью ответит: «Нет. Я слегка устала. Но я готова идти. Нам обоим будет приятно, что мы это сделали».

И так происходит каждый раз, пока я вижу, что Руфи приходится трудновато сразу после того, как принято решение. Быть тактичными друг к другу несложно, когда вы верите в то, что ваш партнер хочет идти с вами в гору, независимо от того, что это за гора – ваш брак или реальная снежная вершина. Я намного терпимее отношусь к физическим ограничениям Руфи (с моей точки зрения), когда я вижу, что она старается с ними что-то сделать. И наоборот, она намного терпимее относится к грубым выходкам с моей стороны, когда она видит, что я конфронтирую себя по поводу того, что произошло.

Частично именно в этом и состоял наш урок – что отношения складываются хорошо, когда оба партнера самоконфронтируются и продвигаются вперед. Частично это также демонстрирует то, насколько легко взять и провозгласить свою позицию центром вселенной, вокруг которого должна вращаться жизнь вашего супруга. Важно помнить и то, и другое.

Когда вы не считаете, что ваш партнер изо всех сил самоконфронтируется и самоуправляется – особенно когда он это делает – восхождение в гору (и ваш брак) становится совсем другим. Я заметно теряю тактичность, когда начинаю чувствовать, что мне приходится единолично продвигать весь этот процесс. В таких случаях, как мне известно, в моем голосе начинают звучать обвиняющие или сердитые ноты. Когда Руфь наконец доходит до места привала, я говорю о том, как долго мне пришлось ее ждать, и в этом нет никакого юмора. Я жалуюсь, что она медленно движется, особенно если она останавливалась отдохнуть до того, как догнала меня. (После этого я начинаю увеличивать расстояние между привалами, для того чтобы «компенсировать» потерянное время). Я начинаю вести себя высокомерно и обесценивать то, насколько далеко удалось продвинуться ей. Я опасаюсь, что комплименты и тактичность будут поощрять ее медленное движение. Я веду себя так, словно она будет идти быстрее, если узнает, что я несчастлив. Я говорю о важности того, что мы должны делать привалы в

Русский перевод © 2013 Олег Матвеев olegmatv@gmail.com Все права сохранены

соответствии с планами и намерениями, вместо того, чтобы просто наслаждаться моментом – или ее компанией. Я ухожу вперед, когда Руфь останавливается, чтобы перевести дыхание; она отдыхает в одиночестве и в расстройстве. Руфь начинает сильнее сопротивляться и соглашается на мои условия не без ворчания (что для меня становится доказательством моих подозрений). Мое поведение заставляет Руфь отказываться от того отдыха, который ей нужен. И тогда мы перестаем быть товарищами по команде; я превращаюсь в погонщика, а Руфь – во вьючное животное.

Хорошая новость для нас заключается в том, что это бывает нечасто – с возрастом я все же стал вести себя лучше. Если бы это происходило постоянно, Руфь не доходила бы вместе со мной до конечных точек маршрутов. Плохая новость состоит в том, что такое всё ещё бывает. Отчасти это так потому, что повышение дифференциации не сделало меня совершенным (хотя это и не оправдание). Отчасти это происходит потому, что самомобилизация (или ее отсутствие) – самоконфронтирование и самоутешение – не может не воздействовать на эмоционально связанные отношения. Эта часть системы существует независимо от конкретных существующих проблем.

В такой момент (когда он возникает) у меня появляется собственная дилемма выбора: Я могу либо отказаться от мною же придуманного расписания – которое превратилось в обязательство, – успокоиться, расслабиться и наслаждаться походом. Или я могу продолжать удерживать эту идеализированную фантазию у себя в голове – и поторапливать Руфь или идти медленнее и потерять все удовольствие. Мне совершенно ясно, какой вариант был бы для меня желательным: я хочу, чтобы Руфь шла быстрее, энергичнее, и чтобы мы могли соблюдать моё расписание так, чтобы мы «оба» были счастливы. (Я знаю, что я был бы счастлив – если бы Руфь просто сделала это со счастливым лицом и соответствовала моим планам. Это мое представление об «обоюдном счастье» в этой идеализации). К несчастью, этот вариант мне недоступен в тот момент, когда я его так хочу – и это меня разочаровывает. (Точнее, я разочаровываю сам себя). Но «принятие своей собственной формы» (дифференциация) связано с признанием того, что ваш план – это не более чем просто ваш план, и он больше ничей.

Когда я контролирую сам себя, я расслабляюсь, и мы приятно проводим время. Когда я теряю самообладание и не могу утешить себя, я мщу за свои разочарования нам обоим, и ухудшаю то, что есть. Множество раз мы в походе сталкивались с дилеммой выбора: отказаться быть вместе, когда не получалось достичь согласия, или помириться, или каким-то образом адаптироваться и поддерживать позитивный частый контакт. Идти по отдельности в состоянии ссоры совершенно отличается от отдельного хождения при наличии позитивной связи. Туризм, как и секс, всегда обладает определенным «тоном».

В походе и дома в большинстве случаев Руфь и я взаимодействуем в состоянии взаимной доброжелательности (терапевты называют это «замещение позитивным аффектом»): мы позволяем друг другу испытывать сомнения, когда что-то неясно или неопределенно. В нашей памяти хранится достаточно много случаев позитивных взаимодействий, и это дает силы прорываться через потенциально трудные ситуации и превращать их в позитивные переживания. Этот опыт

Русский перевод © 2013 Олег Матвеев olegmatv@gmail.com Все права сохранены

порождает в нас больший интерес и способность к проработке тех вопросов, которые стали бы негативными, если бы мы в них увязли. Но эта взаимность возникла не вследствие обоюдного поглаживания – она развилась по ходу приключений, трудностей и конфликтов, которые выстроили взаимное уважение и восхищение. Мы засвидетельствовали друг у друга готовность к самоконфронтированию, стремление стараться изо всех сил и желание действовать целостно. Но не всегда – и мы дорого платим за те случаи, когда этого не происходит.

Вэтот раз вы – партнер

свысоким или с низким желанием?

Оба аспекта «держания за самого себя» – самоконфронтирование и самоутешение

– фундаментальным образом меняют основу отношений и паттерны взаимодействия. Когда эти аспекты отсутствуют у одного партнера и присутствуют у другого – или вам так кажется – эффект является весьма драматичным. Например, когда вы видите, что ваш партнер пытается закрывать глаза на проблемы тупика, или требует гарантий и обещаний перед тем, как предпринимать какие-либо шаги, или на каждом шагу начинает жаловаться, то вероятность проявления вами терпения и понимания сильно снижается. Начинает казаться, что разговор о его страхах на самом деле является скрытым выражением намерения «не хочу меняться и не собираюсь этого делать».

Практически по любому семейному вопросу есть партнер с высоким желанием и

снизким желанием – и эти позиции часто меняются в зависимости от конкретных тем, с которыми сталкиваются женатые пары. В моем браке, например, я являюсь партнером с высоким желанием, когда вопрос касается секса – но я был партнером

снизким желанием, когда дошло до рождения ребенка. Влияние самомобилизации (или ее отсутствия) на ваш брак зависит от того, являетесь ли вы партнером с высоким желанием или низким желанием: когда я покупал белье для Руфи, у этого был один смысл. Когда она оказывалась в постели в чем-то, что она покупала самостоятельно, в этом был другой смысл. Различие в смыслах для каждого из нас меняло природу секса и ту связь, которая возникала между нами. Тон и паттерн наших взаимодействий отличались фундаментально, как и то влияние, которое мы оказывали друг на друга. Случалось, что я говорил что-то позитивное о будущих детях, в противоположность тому, что делала Руфь.

Кто планирует каникулы? Кто кладет детей спать пораньше? Кто закрывает дверь спальни? Кто занимается поисками нового автомобиля или дома, который мы покупаем? Эффект любого действия зависит от того, кто его совершил: партнер с высоким желанием или партнер с низким желанием. Вопрос тут не в самом поведении, а в смысле этого поведения в контексте позиций партнеров в браке.

Являетесь ли вы партнером с высоким желанием или партнером с низким желанием, по конкретному вопросу? Неважно, касается ли этот вопрос секса, близости, траты денег, посещения родственников супруга или наказания детей в

Русский перевод © 2013 Олег Матвеев olegmatv@gmail.com Все права сохранены

случае необходимости. Если вы – партнер с низким желанием, ваши конфронтирование и самомобилизация приводят к утихомириванию вашей брачной системы. Если вы – партнер с высоким желанием, ваша самомобилизация подогревает события, когда ваш супруг отказывается делать то же самое. Именно по этой причине партнер с высоким желанием часто прекращает самомобилизироваться, и на поверхность выходит тирания наименьшего общего знаменателя. (Как вариант, партнер с высоким желанием пытается пинками вынудить партнера с низким желанием мобилизироваться в том же самом направлении). Если партнер с высоким желанием настаивает на своем, а партнер с низким желанием остается неактивным, в конце концов обоим супругам приходится конфронтировать дилемму выбора: отказаться от своих целей и ценностей или, возможно, отказаться от своего супруга.

Это может произойти в ситуации, когда партнер с низким желанием принимает решение, что ему на самом деле не нужно то, что делает супруг (например, больше секса, больше дисциплины в отношении детей или рождение ребенка). Бывает и иначе, когда партнер с низким желанием сопротивляется решению в каком-то тупиковом вопросе – отказываясь самоконфронтироваться и самоутешаться и ожидая, что партнер с высоким желанием «притормозит».

Парадокс в том, что как только вы перестаете ожидать, что ваш партнер будет мириться с вашими ограничениями, он как раз становится более готовым к этому, что и создает динамическое побуждение к росту. Когда партнеры не готовы конфронтировать себя, они начинают конфронтировать друг друга, пытаясь контролировать своего партнера с целью избавиться от ощущения давления со стороны системы брака. (Мы видели это в прошлой главе, когда Одри ощущала давление заниматься сексом просто потому, что Петер не хотел отказываться от своего права на это). Партнеры, которые держатся за самих себя, не страдают от такой нужды в контроле друг над другом; они могут взаимодействовать с влиянием своего партнера без появления ощущения поглощения.

Влияние самоутешения на развитие взаимности похоже на влияние самоконфронтирования. Перекладывание ноши контроля над собственной тревожностью на свои отношения делает их жесткими и негибкими. Готовность и способность партнеров самоутешаться влияет на то, как они воздействуют друг на друга и как они пытаются друг друга контролировать. Когда вы являетесь партнером с низким желанием и проявляете готовность к самоутешению, ваш партнер также с большей вероятностью будет терпимым и готовым вас утешать. Самоутешение со стороны партнера с высоким желанием также успокаивает систему. Как в случае с Петером, партнер с высоким желанием должен успокоить свой страх по поводу того, что самоутешение – это попытка избежать признания стремления партнера не «подниматься к вершине» – по крайней мере, по этому конкретному вопросу. (Мы подробнее поговорим о самоутешении после того, как обсудим конфронтирование вашего личного горнила в вашем брачном тупике).

Русский перевод © 2013 Олег Матвеев olegmatv@gmail.com Все права сохранены

Держаться за самого себя не означает быть враждебным

Держаться за самого себя – это не то же самое, что проявлять антагонистический настрой к своему партнеру. Враждебность на самом деле несовместима с самоподтверждением. Результатом самоконфронтирования в ситуациях «конфликтов интересов» обычно является прямо противоположное явление; это сокращает антагонизм и манипуляции. Держась за самого себя, вы на самом деле способствуете доброжелательности, хотя для вашего партнера это выглядит совсем иначе, когда он «срывается». Мне это знакомо по личному опыту.

Двенадцать лет назад, на одном из особенно трудных переходов во время долгого горного восхождения, Руфь не появилась, когда я остановился подождать ее. Время шло, и я начал беспокоиться, но, с другой стороны, мне не очень хотелось отступать с позиции, достигнутой с таким трудом. Еще одна дилемма выбора. В конце концов я обнаружил Руфь на расстоянии нескольких миль, она сидела на тропе; и она сильно обрадовалась, увидев меня. Я среагировал со злостью, ощутив смесь облегчения и разочарования, поскольку с ней не случилось ничего из того, что я себе уже навоображал.

Руфь просто сбилась с тропы в одном из не очень четко помеченных мест, и ей пришлось возвращаться, и теперь она была не уверена, куда идти дальше, а заблудиться еще раз и тем самым поставить под удар весь наш поход ей совсем не хотелось. Она приняла решение действовать осторожно: просто села там, где, как ей было известно, я ее точно найду, как только отправлюсь на поиски. В том, как Руфь держалась за себя, не было ничего враждебного. Это был не просто здравый смысл (которого часто не хватает туристам-новичкам); это было связано с ее дифференциацией – она могла бы поддаться своим тревогам и кинуться вдоль тропы в поисках меня. Она (как и я) была напугана тем, что в этом районе находились охотники (с которыми мы перед этим столкнулись и обратили внимание, что они сильно выпивают). Она также волновалась о том, что я волнуюсь за нее. (Задним умом мы оба поняли, что этот отрезок нам надо было идти вместе).

Однако мне не удалось сдержать свое разочарование. Я был изможден, я замерз, я был голоден, и я «сорвался». Мои физические и эмоциональные ресурсы были на исходе; и я просто не смог утешиться. Я смутно припоминаю, что Руфь пыталась проявлять сдержанность и ответственность. Но все мои силы пошли на то, чтобы попеременно волноваться за нее и обесценивать ее характер – я накручивал себя, вместо того, чтобы утешать. Я обвинял ее в том, что она слишком расслабилась, что она легко сдается перед лицом трудностей, что она поддалась своей тревожности, что она ждала, пока я приду к ней, свалив на меня всю работу. Этакий аллигатор в туристических ботинках! Именно на таком уровне я функционировал – социально и в плане мозга – в этот момент восхождения на гору.

Руфь не сделала ничего неправильного. Затем она смогла держаться за себя во второй раз, в тот же день: она не стала обороняться от моих тирад, и это позволило мне взять себя в руки. Это не было похоже на мой обычный стиль общения с Руфью, а этот неприятный инцидент помог мне научиться реже впадать в такое состояние. Я конфронтировал паттерн, который обнаружил в себе, и который мне жутко не