Слайд №17. 7. Работа с источниками
Каждый исследователь, приступая к работе с источниками, сталкивается с рядом проблем, в том числе с такими: как подбирать источники, как анализировать и обобщать источники для получения достоверных и точных выводов, каким методическим предложениям о подборе и изучении источников отдавать предпочтение перед всеми другими? И пожалуй, главное. Прежде всего, необходимо изучать документы и на этой основе делать выводы без использования каких-либо идеологических клише. «Этот урок, который я усвоил, — признавался видный американист, действительный член РАН А.А. Фурсенко, — спасал меня оттого, чтобы подстраивать факты под определенные схемы»15.
Поиск и обнаружение источников информации часто относят к наиболее затратным операциям, поглощающим огромное количество ресурсов и сил. Говорят, что на эту задачу специалист тратит чуть ли не 70% своего времени. Однако труд не пропадает даром, так как эффективность аналитического продукта прямо зависит от полноты и достоверности его информационной базы. Одновременно исследователь обязан помнить, что не состояние источников определяет выбор темы, а, наоборот, намеченная тема или задание определяет тактику и стратегию поиска необходимых источников информации.
Слайд №18. Аналитик, определившись в теме исследования, должен предварительно установить, имеются ли в наличии соответствующие источники, каков их объем и, следовательно, каковы сроки предстоящей работы. Подобная «разведка» дает возможность сориентироваться в литературе по вопросу и выявить наличие печатных изданий нужных документов. Важно не попасть в неловкую ситуацию. «Иногда, — свидетельствовал филолог А.В. Лавров, — можно обнаружить интересную информацию в совершенно забытом печатном источнике, и наоборот, не раз случалось, что люди находили в архивах и обнародовали материалы, а потом оказывалось, что это уже давно введено в читательский оборот»16.
Предварительное изучение документальных материалов и специальной литературы необходимо с двух точек зрения: во-первых, оно, как правило, знакомит исследователя с ранее использованными источниками, а во-вторых, помогает ему уяснить проблематику. Только при этих условиях аналитик в состоянии дать себе отчет, какие проблемы уже поставлены, разрешены и не требуют пересмотра, какие были поставлены и разрешены, но не соответствуют современному уровню и, наконец, какие выпали из поля зрения предшественников.
Слайд №19. Важно в подобных случаях, советовал посол и видный китаевед О.Б. Рахманин, внимательно изучить собранные документы, анализ специалистов, прежде чем выносить окончательный вердикт. «А для этого, — продолжал он, — требуется накопление всех фактов и документов — «удобных» и «неудобных». Исторический материал, в частности, на базе тех или иных архивов — это очень тонкая ткань, которая может разорваться при столкновении с желанием втиснуть текст того или иного документа в предвзятую схему или субъективные представления. Еще хуже — при желании скоропалительно выплеснуть в печать какую-нибудь клюковку»17.
Опытные источниковеды полагают нецелесообразным начинать работу над текстом задания раньше, чем завершен сбор материалов. Иными словами, прежде, чем подобраны и систематизированы все источники, раньше, чем в сознании исследователя созрело ясное и всестороннее представление о работе в целом. Однако отсюда не следует, что аналитик должен воздерживаться от письменного закрепления общих выводов по мере изучения наиболее важных источников. «Накапливая факты, — резюмировал И.А. Латышев, — анализируя их и составляя общее представление о том или ином явлении в жизни Японии, я излагал затем свое видение на бумаге в виде статей и книг...»18.
Слайд №20. В общем, предварительные наброски и эскизы являются прекрасным вспомогательным материалом при выработке концепции и составлении исследовательского проекта. Казалось бы, с первого взгляда рутинные операции по их подготовке и то могут приносить осязаемые плоды. Так, если верить дипломату С.М. Меньшикову, даже простое переписывание данных являлось для него работой скорее творческой, так как он тут же их анализировал, раскладывая по логическим полочкам и ячейкам.
Для того чтобы собранные источники послужили надежной основой исследования, необходимо первоначально подвергнуть их критической обработке. Аналитик обязан проверить подлинность и достоверность собранных материалов, установить хронологические и топографические характеристики, извлечь из них необходимые сведения, соответствующие поставленным задачам и исследуемой проблематике. С этой целью полезно сопоставление одного источника информации с другими. «Во всех случаях, — признавался академик Н.М. Дружинин, — я должен был сопоставлять изучаемый источник с другими материалами, взвешивать условия происхождения документов, анализировать мотивы составителей и стараться отделить историческую правду от намеренной лжи, замаскированных умолчаний и неосознанных ошибок»19.
Слайд №21. Короче говоря, исходным пунктом критического анализа материала должно быть выяснение вопросов, при каких обстоятельствах появился на свет анализируемый документ, кто его автор и насколько ему можно доверять, в каких целях возник данный источник. Тем более что в век высоких технологий скрыть практически ничего нельзя, зато все можно исказить. Именно так случилось с Саддамом Хусейном, который усилиями западных средств массовой информации превратился из регионального диктатора в воплощение мирового зла, сражаться с которым не только не возбранялось, но и просто являлось насущной необходимостью.
Текст может нести несколько смыслов. Однако главная опасность, несомненно, в нахождении скрытого смысла там, где его нет и в помине. Отсюда необходимо тщательное изучение и внешних сторон документа, и его внутреннего содержания и контекста. В указанном ключе полезно припомнить лаконичный тезис И.В. Сталина из статьи «О диалектическом и историческом материализме». «Все, — отчеканил в ней генсек, — зависит от условий, места и времени»20.
Слайд №22. А если попробовать сформулировать универсальное правило, которым следует всегда руководствоваться при манипуляциях с данными, то оно, вероятно, будет таким: с документами надо работать тщательно и аккуратно. Каждая разновидность источников информации требует своих специфических подходов. Когда мы критически анализируем правительственные или дипломатические документы, чрезвычайно важно подвергнуть анализу их подготовку, выяснить мотивы, руководившие их составителями, отделить субъективно окрашенную мотивировку от юридического содержания и практического значения.
Такой подход, безусловно, должен приносить пользу в практической деятельности, а его игнорирование, в свою очередь, чревато серьезными дипломатическими промахами. Опять же за примерами далеко ходить не надо. Достаточно напомнить, что румынской дипломатии удалось вставить пассаж об осуждении последствий Пакта Молотова — Риббентропа в базовые договоры, подписанные с Украиной и Россией. Тогда в Киеве и Москве проигнорировали предупреждения специалистов об опасности недооценки словесной эквилибристики. Между тем это оказалось ни чем иным как созданием предпосылок для постановки проблемы.
Слайд №23. И правда, ныне позиция Румынии изменилась. Теперь уже она повела речь не об осуждении, а о необходимости ликвидировать последствия Пакта. Если кому не понятно, разъяснялось 30 июня 2009 г. в «Независимой газете», под ликвидацией последствий в Бухаресте понимали, прежде всего, ликвидацию государственности Республики Молдовы и присоединение к румынскому государству Северной Буковины и Южной Бессарабии, которые с 1918 по 1940 г. входили в его состав, а сегодня являются частью Украины.
Иногда источники издаются небрежно и с неточностями. Так, существует несколько вариантов фултоновской речи У. Черчилля в 1946 г. Исследователю Н.В. Злобину удалось насчитать более пятидесяти разного рода отличий в этих публикациях. Большинство из них носит редакционный характер или связано с разницей устной и письменной речи. Однако есть несколько дополнений, которые оратор внес в последний момент.
Многие газеты мира напечатали выступление. Тем не менее Вест-минестерский колледж опубликовал речь отдельной брошюрой после внесения У. Черчиллем поправок. Именно этот текст считается классическим. Вывод напрашивается сам: если аналитик засомневался в точности публикации, не доверяет издателю документа, а сам источник имеет в его глазах принципиальное значение в исследовании, то самая тщательная проверка является обязательной.
Слайд №24. Когда речь идет о проекте по специальной теме, аналитик должен сам ознакомиться с важнейшими источниками, строить свои выводы и рекомендации, даже совпадающие с мнением предшественников, на первичном материале. «Изучение зарубежных стран, — предупреждал выдающийся российский географ и страновед И.А. Витвер, — требует особых усилий для того, чтобы не сбиться на легковесные компиляции. Тот, кто пишет на основании только готовых работ, почти неизбежно в чем-нибудь окажется в плену готовых точек зрения. Чтобы этого не было, необходима самостоятельная обработка первоисточников»21.
По заключению авторитетных источниковедов, суждения тех, кто считает, что нет нужды корпеть над оригиналом документа, просто не выдерживают критики, так как непосредственное созерцание документа, постепенное вчитывание и вдумывание в его содержание обогащает аналитика лучшим познанием эпохи и изучаемого явления. Достаточно в подтверждение сослаться на опыт генерала В.Г. Павлова, который в свое время являлся начальником англо-американского отделения в информационном управлении внешней разведки. «Читая протоколы заседания британского кабинета, — признавался он, — я не просто вчитывался в слова и содержание высказываний премьера и его министров, а воображал, что сам слушал их, как бы присутствовал на заседании. Ведь я невольно приобщался к сильным мира сего и, более того, мог позволить себе критическое отношение к их мыслям и оценкам с тем, чтобы свои критические замечания изложить в сопроводительной записке для нашего правительства»22.
Слайд №25. Публицистика и прочие плоды журналистской деятельности, если они становятся объектом изучения, требуют особого внимания к таким моментам, как социально-политическая позиция автора, его симпатии и антипатии, степень его добросовестности в изложении фактов. Французский геополитик и аналитик Ф. Тюаль в качестве первого и главного закона реалистического анализа требовал исключать те объяснения событий, которые дает широкая пресса. То что это не имеет никакого отношения к реальности, — аксиома любого уважающего себя аналитика. Если верить экспертам, то примерно 95% всех информационных сообщений делаются с целью оказать определенное воздействие. И тут не последнюю роль играют интересы. «Именно они, — утверждала германский журналист Г. Кроне-Шмальц (Д-р Габриэле Кроне-Шмальц), — осознанные или нет — определяют степень объективности информации».
Многое из публикуемого материала может основываться на слухах, нередко встречается намеренная ложь. Говорят, что в Принстоне есть человек, защитивший диссертацию по целиком выдуманным источникам. Случается и другое: несмотря на субъективно безупречные мотивы авторов, приводимые ими факты оказываются недостоверными. Такие явления особенно часто повторяются в мемуарной литературе. Здесь нередки ошибки памяти и неточность сообщенных сведений, а иногда и намеренное преувеличение или принижение событий и лиц. Все это требует от исследователя самой пристальной проверки.
Слайд №26. Порою раскрыть или уточнить факт можно при помощи не только прямых, но и косвенных показаний. «Моссад» для этого в своей зарубежной агентурной сети постоянно стремится развивать агентуру предупреждения, т.е. завербованных лиц, занимающих скромные должности и способных сообщить лишь второстепенную, косвенную информацию, на основе которой потом легко определить направления сбора основной информации.
Насколько важными могут оказаться даже самые незначительные сведения, живописал израильский разведчик В. Островский в книге «Моссад: путем обмана». Однажды агент сообщил, что в лагерь палестинцев в Ливане прибыла партия хорошей говядины. Моссадовцы знали, что ОПП планирует атаку, но не имели понятия, где именно. Мясо все прояснило. Оно было закуплено для праздничного обеда. Исходя из этого израильские командос на штурмовых лодках нанесли превентивный удар и перестреляли террористов.
Отдельный штрих, мимолетнее замечание, тот или иной оттенок мысли могут явиться толчком к более полному и глубокому исследованию явления. Бывают случаи, когда «сказки», которые тоталитарные режимы рассказывают собственным народам, свидетельствуют о появлении у них слабых мест и возникновении новых опасностей. Так, поток официальных речей, воспевающий триумф советского строя, вновь усилившийся в 1970-е гг., скрывал тревожный дефект зрения. В Москве, особенно после успеха на Хельсинском совещании по безопасности и сотрудничеству в Европе, переоценивали кризис западных держав, прежде всего США. И очевидно, недооценивали кризис, развивавшийся в рядах собственных союзников и внутри самой советской системы.
Слайд №27. Вместе с тем сбор отдельно взятых незначительных сведений позволяет зачастую получить практические прогнозы и достоверные выводы для принятия тактических и стратегических решений. Председатель КГБ СССР В.А. Крючков отмечал в связи с этим, что отправной точкой подчас служили какой-то отдельный сигнал или даже просто предчувствие, возникающее при скрупулезном анализе огромного потока информации. Для того чтобы добраться до истины, приходилось осторожно разматывать весь клубок до конца.
Однажды источник информации за рубежом обронил случайную фразу, которая в сочетании с другой информацией явилась ключом к важной разгадке. «Последовал, — продолжал В.А. Крючков, — целенаправленный поиск, всесторонний анализ, проверка возникших версий, оперативные игры, в результате чего был разоблачен опасный агент, длительное время работавший на зарубежную разведку. Но прежде чем это случилось, прошло более десяти лет»23.
Слайд №28. Аналитику следует помнить: одно словечко там, одно словечко здесь начинают складываться в стройную мозаику, хотя люди, посвященные в какие-либо секреты, могут и не подозревать, что разгласили что-то важное. Видный советский историк Б.А. Романов замечал, что мимоходом брошенная в источнике мысль, образ, аналогия, скажут больше, чем обстоятельное повествование, и неожиданно для самого автора осветят то, чего он вовсе не имел в виду. Отсюда чрезвычайное значение предается умению фиксировать внимание на «мелочах», «несущественных деталях», «случайных фактах». Ибо несмотря подчас на обилие источников, в них нередко отсутствуют сведения о главном, они укрыты пеленой умолчания и завесой секретности.
Изучая тот или другой источник, мы воспринимаем его в свете других материалов и предшествующих исследований. Но это восприятие может меняться с движением мысли и появлением новых, ранее неизвестных источников. Однако настоящий аналитик должен быть свободен от той ошибки, которая в старой логике называлась «idola fori», т.е. не находиться во власти предрассудков, заключающихся в традиционном уважении к какому-либо понятию. Слайд №29. Он не должен искусственно подбирать факты и делать произвольные выводы, руководствуясь посторонними, даже самыми лучшими, соображениями. Если эксперт выдает белое за черное, навязывает предвзятые выводы, не обоснованные подручными материалами, он содействует не раскрытию, а затемнению научной истины.
Министр иностранных дел Российской империи А.М. Горчаков, к примеру, не боялся делать из своего анализа той или иной ситуации глубокие, далеко идущие выводы. Неизменно оставаясь правоверным монархистом, он, в частности, предупреждал, работая в итальянских государствах: «Если вслед за новой интервенцией не последует улучшения благосостояния жителей Италии, если не будет проведено подлинное, а не фиктивное упразднение злоупотреблений, довлеющих над этой страной, монархический принцип потеряет доверие простых людей всех стран; если это доверие будет хоть раз поколеблено, зло, задуманное с помощью силы, вновь появится и станет еще более интенсивным»24.
Слайд №30. Однако в мировой политике часто можно столкнуться с фактами прямо противоположного содержания. Так, администрация Дж. Буша упорно делала вид, что не замечает информации и заявлений экспертов, опровергающих утверждения о нахождении Ирака на пороге овладения ядерным оружием. Она искала предлоги для вторжения, подталкивала ЦРУ и спецслужбы к соответствующему истолкованию поступавших сведений. Вице-президент Р. Чейни наносил неоднократные визиты в ЦРУ, акцентируя внимание на иракской угрозе, что побудило сотрудников спецслужб размышлять, не следует ли им приспособить к этому свои выкладки.
Более того, перед голосованием в Конгрессе относительно вступления в войну против Ирака национальная разведывательная оценка была подготовлена так, чтобы убрать все сомнения. Остается добавить, что один из вдохновителей иракской кампании П. Вулфовиц как-то в интервью оплошал и проговорился, что ликвидация оружия массового уничтожения у Саддама стала больше «бюрократическим основанием» для вступления в войну, ибо это был резон, с которым могли согласиться все.
Слайд №31. Привлечение необходимых источников определяется продуманной и ясно сформулированной проблематикой задания. «Долгосрочная цель, — писал 36. Бжезинский, — выполняет роль маяка. Она помогает определению не только желаемого результата, она освещает и наилучший путь к решению задачи»25. Известно, что распределение информационных данных подчиняется так называемому правилу Парето, т.е. 80% информации содержится в 20% источников.
Основным выводом из правила В. Парето является реальная возможность экономии времени и собственных ресурсов. Последнее вполне достижимо, но при правильном выборе целевых установок и соблюдении ряда несложных технологических приемов. Одним из них является следование главному постулату эффекта «20/80», который утверждает, что не всегда экономически оправдано стремиться к 100% результату в какой-либо области деятельности. В большинстве случаев вполне достаточно воспользоваться теми значимыми 20%, ответственными за удачное приложение усилий, ресурсов, коммуникаций и финансов, чтобы обрести 80% закономерного результата. Вполне уместной характеристикой правила будет аналогия с полотнами великих мастеров, которые не вырисовывали всех деталей, одними едва заметными штрихами выхватывали суть и интересные подробности окружающей реальности, делали ее легко узнаваемой26.