К ГОСам, 2015 / XIX век / Некрасов / Некрасов-журналист, издатель, редактор

В первом объявлении «Об издании „Отечественных записок" в 1868 году» по новой программе новые сотрудники не назывались, однако обширный список авторов закрытого «Современника» (Марко Вовчок, Г.З. Елисеев, А.Н. Островский, Ф.М. Решетников, М.Е. Салтыков-Щедрин, В.А. Слепцов, П.И. Якушкин и др.) и их произведений (в том числе «новые сатиры», трагикомедия «Мед­вежья охота» и поэма «Кому на Руси жить хорошо» самого Не­красова) - все это давало подписчикам ясное понятие о второй «перемене квартиры» «Отечественных записок». Подпись официального редактора Краевского, выставлявшаяся на задней обложке каждого номера обновленных «Отечественных записок», давала в первые годы повод некоторым журналам для намеков на «альянс» бывших журнальных врагов, но ясно и ярко выраженная демокра­тическая позиция журнала, сразу занявшего место закрытого «Со­временника», в самый короткий срок обеспечила «Отечественным запискам» авторитет и популярность наиболее передового журна­ла новой эпохи.

Трагическая гибель Д.И. Писарева летом 1868 г. оборвала его деятельность в новом журнале Некрасова, но ему на смену при­шла новая плеяда критиков и публицистов (В.А. Зайцев, П.Л. Лав­ров, Н.К. Михайловский, А.М. Скабичевский и др.), владевших ума­ми передовой части русского общества. В беллетристическом отделе «Отечественных записок» безраздельно властвовали Салтыков-Щед­рин, Островский и сам Некрасов, опубликовавший на страницах сво­его журнала помимо большого количества лирических стихотворе­ний крупнейшие эпические произведения: цикл «декабристских» поэм «Дедушка» и «Русские женщины», «Современники», «Кому на Руси жить хорошо» и предсмертный цикл «Последние песни». Именно эти произведения Некрасова были использованы идеологами народничества для пропаганды и популяризации своих идей в крестьян­ской массе. Второй ряд беллетристов «Отечественных записок» составляли лучшие представители дворянства и разночинцы: М.А. Ав­деев, П.Д. Боборыкин, Д.К. Гире, А.И. Левитов, С.В. Максимов, Марко Вовчок (М.А. Вилинская-Маркович), Д.Д. Минаев, Ф.М. Ре­шетников, В.А. Слепцов, Г.И. Успенский и др. Эпизодически Некра­сову удавалось привлечь к участию в «Отечественных записках» и таких корифеев российской словесности, как Ф.М. Достоевский (роман «Подросток», 1875) и Л.Н. Толстой (статья «О народном образо­вании», 1874).

В короткое время Некрасову удалось сформировать редакцион­ный коллектив (Салтыков, Елисеев, Н.С. Курочкин, Н.К. Михайлов­ский), отличавшийся высокой слаженностью и согласием. В новых «Отечественных записках» мирно сосуществовали литераторы, вер­ные традициям «Современника» 60-х годов (Салтыков-Щедрин, Слеп­цов, Зайцев и др.), и идеологи нарождавшегося народничества (Лав­ров, Михайловский, Скабичевский и др.), примиряющим и объединяющим авторитетом между которыми стоял сам Некрасов. Прежде чем полностью доверить составление и редакцию журналь­ных отделов своим помощникам, лишь иногда затем давая указания тактического характера, Некрасов в первый год издания «Отечествен­ных записок» последовательно возрождал современниковские стиль и традиции коллективной журнальной работы. Особенно тщательно составлялись и коллективно обсуждались первые номера журнала 1868 г. Добившись, чтобы в журнале, по словам Елисеева, «все гово­рили в одно» и «били в одну цель», Некрасов затем «ограничивался выбором подходящих сотрудников и предоставлял делу идти, как оно могло идти, не подражая тем малоопытным и неискусным кучерам, которые без толку дергают лошадей и мешают им идти спокойно и ровно».

В 1871 г. критик враждебной «Отечественным запискам» «Зари» с неприязнью констатировал: «В „Отечественных записках" вселился дух умершего „Современника". Известно, что дух этого покойника отличался удивительной цельностью; книжки „Современника" были замечательны единством своего состава, полнотой внутренней гар­монии. Качество это присуще и „Отечественным запискам"».

Строго следуя избранному литературно-общественному направ­лению (сочетание традиций «Современника» 60-х годов с новыми идеями революционного народничества), Некрасов был чрезвы­чайно внимателен к общественной позиции сотрудников «Отече­ственных записок». Незадолго до своей кончины, отвечая на во­прос Ф.М. Достоевского о причине отказа печатать в своем журнале произведения Д.В. Аверкиева, Некрасов говорил: «Что же думать о человеке, который, сколько он там лет пишет, только и делал, что кричал и говорил против нас и того направления, которому мы служим?» Этому принципу Некрасов не изменял и в гораз­до более сложных случаях. Высоко ценя поэтический дар Я.П. По­лонского, с которым был дружен еще с 1840-х годов, Некрасов неоднократно отказывался печатать его произведения в «Отечественных записках» из-за участия Полонского в одиозной «Лите­ратурной библиотеке» Ю.М. Богушевича. Когда чрезвычайно «полезный» для журнала крупный чиновник цензурного ведом­ства Ф.М. Толстой в обмен на его неофициальные «услуги» по­требовал напечатать в «Отечественных записках» светский роман его родственника, Некрасов категорически отказался, предложив автору и его опекуну удовлетвориться «гонораром» или деньгами на издание романа отдельной книгой.

Замечательное единство материалов «Отечественных записок» и верность журнала курсу «Современника» замечала, разумеется, и цензура. В целях предупреждения и смягчения цензурных репрессий уже на основании нового закона о печати Некрасов добился неофи­циального сохранения за журналом предварительной цензуры, щед­ро оплачивая «услуги» видных чиновников цензурного ведомства Ф.П. Еленева, В.М. Лазаревского, Ф.М. Толстого. Формы этой «оп­латы» (в редакции журнала это называлось охотничьим термином «прикармливать зверя») были самые разные: безвозвратные ссуды, повышенные гонорары за публикации в журнале, богатые обеды в квартире Некрасова или в ресторане, оплата расходов по совместной охоте и т. д.

Разумеется, все эти меры не могли вывести журнал Некрасова из-под цензурного контроля. Летом 1872 г. «за резкое порица­ние недавно изданных законов о народном просвещении» (в ста­тье Н.А. Демерта «Наша общественная жизнь») и за освещение знаменитого Нечаевского дела «Отечественные записки» получи­ли первое предостережение. Полная «катастрофа», по выражению Некрасова, постигла майскую книжку его журнала в 1874 г., когда весь тираж (8220 экземпляров) этого номера был запрещен к вы­пуску и уничтожен за «предосудительное содержание» и «небла­гонамеренные мысли» в статьях Г.И. Успенского, Салтыкова-Щед­рина и Н.К. Михайловского.

Тем не менее современники Некрасова и современные исследова­тели его литературно-общественной деятельности единодушно при­знавали, что созданная им система «щитов и громоотводов» была в высшей степени эффективной и явилась его важнейшей заслугой в истории русской журналистики и цензуры. После кончины Некрасо­ва Салтыков-Щедрин еще семь лет успешно продолжал его дело, твор­чески используя богатейший опыт крупнейшего журналиста и изда­теля той эпохи («Отечественные записки» были окончательно закрыты в 1884 г.).

Издательская деятельность Некрасова далеко выходит за пределы собственно журнальной. Книги, изданные Некрасовым на его сред­ства или по его инициативе, могут составить целую библиотеку оте­чественной, западноевропейской и американской литератур. Прекра­тив издание альманахов (в 1850-е годы, с отменой запрета на новые журналы, отпала потребность на издания такого типа, и альманах, в России фактически выродился), Некрасов продолжил компактное издание произведений писателей, группировавшихся вокруг его жур­нала, в виде литературных сборников. Во второй половине 1850-х го­дов он издал девять выпусков литературно-художественного сборни­ка «Для легкого чтения» - дайджест из лучших произведений, печатавшихся в «Современнике» и других изданиях.

Не забыта была и идея основания книжной лавки для издания и распространения произведений лучших русских писателей. В начале 1864 г. при Главной конторе «Современника» (Невский пр., 27) был открыт книжный магазин, в котором продавались не только «Совре­менник» и его издания-спутники, но и сочинения сотрудников некра­совского журнала. С запрещением «Современника» Некрасову при­шлось ликвидировать и книжный магазин, однако весной 1867 г. он на правах «половинщика» вступил в дело книжного магазина С. В. Звонарева, издательские планы которого были полностью подчинены Некрасову.

Как завещание Некрасова братьям-журналистам звучат его слова, сказанные еще в середине 1850-х годов: «Учите нас быть лучшими, чем мы есть; укореняйте в нас уважение к доброму и прекрасному, не потворствуйте вторгающейся в общество апатии к явлениям со­мнительным или и вовсе презренным, но обнажайте и преследуйте подобные явления во имя правды, совести и человеческого достоин­ства; растолковывайте нам наши обязанности, человеческие и граж­данские, - мы еще так смутно их понимаем, распространяйте в боль­шинстве массу здравых, дельных и благородных понятий - и вам будет прощен недостаток таланта».

В течение тридцати лет Некрасов стоял во главе русской журнали­стики, будучи редактором лучших журналов XIX в., которые после­довательно в высоко художественной и публицистической форме раз­вивали в общественном сознании идеи свободы личности, равенства и социальной справедливости. За эти годы Некрасов выпустил в свет 360 томов этих изданий, а их читательская аудитория составила около 18 млн человек. Некрасовские журналы оказали могучее влияние на несколько поколений русской интеллигенции и не утратили своего литературно-общественного значения на протяжении всего XX сто­летия.