Яковец Учебник

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ История цивилизаций

Н. С. Хрущевым русскоязычного Крыма в состав Украинской ССР. В середине прошлого столетия это считалось формальным актом, а после распада СССР вызвало острые противоречия между Украиной и Россией.

Численность крымских татар на полуострове быстро растет, но они по-прежнему составляют меньшинство населения Крыма. Так, в 1991 г. на территории Крыма проживало 1600 тыс. русских, 600 тыс. украинцев и только 200 тыс. представителей иных национальностей, в том числе татар [75. — С. 276]. Однако созданные

вначале 90-х годов национальные движения и организации требуют признать татарский язык одним из государственных в автономной республике, предоставить места в парламенте и правительстве Украины. Их конечная цель — провозглашение Крыма автономной татарской республикой. Татарские национальные движения активно поддерживают Турция и другие мусульманские страны.

Понятно, что эти устремления не могут не вызвать сопротивление русско-украинского населения. Но и между этими нациями существуют противоречия, подогреваемые настойчивым желанием правящих кругов Украины произвести «украинизацию» Крыма, придать статус государственного только украинскому языку (хотя

в1991 г. 90% крымчан назвали родным именно русский язык). Интересы русскоязычного населения поддерживает Россия, но у нее пока нет четкой политики в этом вопросе. Не решены до конца проблема Севастополя, вопрос разграничения пограничной линии в Керченском проливе. Российско-украинские противоречия в этом регионе периодически обостряются, как это имело место в 2004 г. из-за косы Тузла в Керченском проливе. Зачастую Причерноморье пытаются использовать как козырную карту при решении других межгосударственных проблем, например топливно-энергетических. Хотя речь идет, казалось бы, о противоречиях внутри евразийской цивилизации, на деле за ними стоят интересы мусульманской, западноевропейской и восточноевропейской цивилизаций. Усиливается вмешательство в эти процессы США. Особую остроту эти проблемы приобретают в связи с курсом нынешнего руководства Украины на интеграцию в Европейский союз и НАТО.

Следовательно, в Крыму завязывается новый узел межцивилизационных противоречий. При негативном сценарии конфликт будет неизбежным, при позитивном — его удастся предотвратить путем взаимного учета интересов. Одним из направлений такого партнерства может стать развитие цивилизационного туризма

Глава 13. Цивилизационная динамика на севере Евразии

иформирование международных туристических центров в Крыму, Восточном Причерноморье и Приазовье, а также развитие энергетического сотрудничества России, Украины и Турции.

Другой узел внутри- и межцивилизационных противоречий — Приднестровье. Создание Приднестровской Республики, где большинство населения составляют русские, обострило противоречия между Молдавией, Украиной и Россией. Повышенный интерес к проблеме проявляют западноевропейская и восточноевропейская (особенно Румыния) цивилизации, а также США. При негативном сценарии здесь может возобновиться вооруженный конфликт, при позитивном — будет найден устойчивый компромисс.

Третий узел противоречий — Северный Кавказ и Восточное Причерноморье, где уже второе десятилетие развиваются конфликты на стыке православной и мусульманской частей евразийской цивилизации. Речь идет как о Чечне, Ингушетии

иДагестане, так и об Абхазии и Карабахе — зоне пересечения мусульманского Азербайджана и христианской Армении. В этих конфликтах завязаны интересы как мусульманских стран, так

иРоссии, а также США. При неблагоприятном сценарии эти конфликты, то обостряясь, то угасая, способны продолжаться практически бесконечно; при благоприятном — в течение ближайших одного-двух десятилетий может быть найдена новая формула взаимодействия, учитывающая цивилизационные особенности конфликтующих сторон и создающая условия для их партнерства.

Итак, перед нами два основных сценария, два пути развития цивилизационных взаимодействий в Причерноморье: превращение региона либо в кровоточащую рану межцивилизационных конфликтов, либо в пространство диалога, сотрудничества и партнерства культур. Выбор должны сделать не только проживающие здесь народы, но и вовлеченные во взаимодействие локальные цивилизации Европы и Северной Америки.

Итоговая схема исторических этапов (волн) взаимодействия цивилизаций в Северном Причерноморье приведена в табл. 13.5.

13.3. Динамика евразийской цивилизации в индустриальную эпоху

В заключение рассмотрим более детально взлеты и падения евразийской цивилизации в индустриальную эпоху.

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ История цивилизаций

Таблица 13.5.

Схема исторических этапов взаимодействия цивилизаций и народов в Северном Причерноморье

Завершающий этап имперского и советского периодов истории этой цивилизации можно характеризовать как запоздалый (по сравнению с эпицентром динамики мировых цивилизаций) период становления и развития индустриальной мировой цивилизации.

Хронологически индустриальная цивилизация в России охватывает период с 60-х годов XIX в. до конца XX в., то есть около полутора веков. В рамках этого исторического цикла можно выделить несколько крупных этапов:

Глава 13. Цивилизационная динамика на севере Евразии

1861—1914 гг. — время промышленного переворота, утверждения капитализма и подъема науки, культуры и образования, первых признаков общенационального кризиса (поражение в Русскояпонской войне, революция 1905 г.);

1915—1964 гг. — фаза цивилизационного кризиса и его преодоления в рамках социалистического варианта развития ценой крайнего напряжения сил. СССР победил в Великой Отечественной войне, создал мощный военно-индустриальный комплекс; евразийская цивилизация стала одним из мировых лидеров;

1965—2005 гг. — завершающая стадия индустриальной цивилизации, безуспешные попытки с помощью реформ трансформировать социалистическое общество; очередной цивилизационный кризис, распад СССР и евразийской цивилизации; мучительный поиск новых путей.

Как и все человечество, Россия на рубеже третьего тысячелетия оказалась в переходном периоде от второго исторического суперцикла, включающего триаду средневековой, раннеиндустриальной и индустриальной мировых цивилизаций, к третьему суперциклу, в котором пока прорисовываются очертания лишь первого звена следующей триады — постиндустриальной цивилизации.

Исследуем более детально узловые тенденции каждого этапа новейшей истории евразийской цивилизации и ее исторического ядра — России.

Период промышленного переворота и утверждения капитализма разбивается на пять среднесрочных циклов, которые во многом совпадали с ритмом мировых экономических циклов.

1861—1871 гг. — выход из общенационального кризиса, проведение серии реформ (крестьянской, земской, судебной, образовательной, городской, военной). Они охватили все стороны жизни общества и позволили преобразовать его, избежав крупных революционных потрясений. Хотя эти реформы, особенно крестьянская, во многом носили половинчатый, компромиссный характер, но с их помощью удалось избежать разрушительного социального взрыва и модернизировать страну.

1872—1882 гг. — начало ускоренной индустриализации, подъем уровня жизни, науки и образования. Добыча угля за десятилетие увеличилась в 3,5 раза, нефти — в 32,8 раза, выплавка стали — в 27 раз, выпуск продукции машиностроения — на 62%, протяженность железных дорог — на 62%. Капитализм уверенно утверждался как господствующий экономический уклад, наблюдался подъем культуры, науки, образования.

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ История цивилизаций

нец XIX — начало XX в.) обнаружила бесперспективность капиталистического строя, поставила проблему выбора дальнейших путей развития. Наиболее подходящим из них многим представлялся социализм — бескризисное, планомерно регулируемое общество, где распределение богатств происходит более равномерно.

В-третьих, популярности революционных идей в России способствовали многовековые общинные традиции, имевшие немало общего с социалистическим идеалом. Кроме того, большинство населения составляли неимущие и малоимущие слои, доведенные до крайнего состояния затяжным глубоким кризисом, нищетой и бесправием. Отсутствовал сколько-нибудь значительный слой собственников-предпринимателей, способных возглавить движение к демократически-правовому государству.

Однако в итоге эксперимента выяснилось, что всех этих предпосылок недостаточно для построения жизнеспособного, устойчивого социалистического общества, реализации коммунистических идеалов. Оказалось, что они имеют серьезные изъяны: подавляют индивидуальную инициативу; основаны на принципах перераспределения, а не созидания; ослабляют экономические стимулы к изобретательному, напряженному труду, к инновациям и предпринимательству. Базирующееся на таких идеалах общество не способно превзойти рыночно-буржуазную экономику по эффективности производства, техническому уровню и качеству продукции. Господство уравнительности и агрессивной посредственности, опирающееся на репрессивный государственный аппарат и партийную монополию, ведет к ослаблению роли личности как таковой, ее творческих начал, к формированию равенства в бесправии перед произволом.

Но в этом опыте было и немало позитивного. Ряд завоеваний социальной политики, впервые осуществленных в СССР, получили признание и широкое распространение в мире — не только в странах, вступивших вслед за Россией на путь социализма, но и во многих развитых странах (социально-рыночное хозяйство в ФРГ, шведская модель социализма, социальное партнерство на японских предприятиях и т. п.).

2. Второй полувековой цикл в корне изменил экономику страны. Национализация промышленности, банков, транспорта, строительства, внешней торговли привела к ликвидации частнокапиталистического уклада. Война и разруха подорвали экономику. В 1920 г. объем промышленного производства составил всего 22% от уровня 1913 г., валовой продукции сельского хозяйства — 67%.

Глава 13. Цивилизационная динамика на севере Евразии

Лишь в 1925 г. удалось превзойти довоенный уровень сельскохозяйственного производства и в 1927 г. — промышленного. Была сделана попытка на основе плана ГОЭЛРО и пятилетних планов подстегнуть развитие экономики на базе передовых технологий, что дало результат: в 1928 г. уровень 1913 г. в промышленности был превзойден на 32%, в сельском хозяйстве — на 24%. Этому способствовала прежде всего новая экономическая политика (НЭП), восстановление частного сектора и рыночной экономики при снятии ограничений, тормозивших экономический рост в царской России и в годы военного коммунизма. Кстати, основные принципы нэпа были позднее использованы в Китае и во Вьетнаме и дали поразительные результаты.

Однако в 1929—1933 гг. экономика СССР вступила в полосу кризиса, главной причиной которого стала политика насильственной коллективизации, физического уничтожения или высылки в Сибирь наиболее эффективной, трудоспособной, ориентированной на рынок части зажиточных и средних крестьян. В результате валовая продукция сельского хозяйства в 1933 г. против 1928 г. сократилась на 23% (в том числе животноводства — на 52%), что привело к падению уровня производства в пищевой и легкой промышленности. И хотя с помощью инфляции (в 1940 г. уровень розничных цен в 6,4 раза превысил уровень 1928 г.), манипуляций со статистикой и перераспределения ресурсов в тяжелую промышленность удалось кризис скрыть, он вызвал гибель нескольких миллионов человек во время голода 1932—1933 гг. Лишь с 1934 г. начался недолгий подъем.

Признаки очередного застоя появились в предвоенные годы, главным образом под влиянием массовых репрессий, уничтожения самой квалифицированной и активной части работников. Война 1941—1945 гг. нанесла тяжелый урон экономике страны. Но уже в первые послевоенные годы довоенный уровень был превзойден: в 1950 г. валовой объем общественного продукта и произведенного национального дохода были выше уровня 1940 г. в 1,6 раза, продукции промышленности — в 1,7 раза, восстановлен уровень сельскохозяйственного производства. Однако это стоимостные показатели, во многом приукрашавшие реальное положение дел. В натуральном выражении они были скромнее.

Наибольших успехов СССР добился на последнем этапе второго цикла. Высокими темпами развивалась экономика, страна обеспечила себе паритет в военно-технической области с США, стала центром мировой системы социализма, охватившей четверть территории и треть населения планеты, привлекла на свою сторону

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ История цивилизаций

часть освободившихся от колониального владычества стран, избравших некапиталистический путь развития. Социалистические идеалы получили всеобщее признание, частично их реализовали некоторые западные страны (Швеция, ФРГ). Советский Союз объявил о построении развитого социалистического общества и переходе (в течение двух-трех десятилетий) к высшей его фазе — коммунизму.

Однако экономика России развивалась однобоко, с перекосом

всторону тяжелой и оборонной промышленности и слабым развитием отраслей, работающих непосредственно на потребности населения. Индустриальное могущество достигалось в основном за счет сравнительно низкого жизненного уровня людей, жесткой централизации хозяйственных решений, господства бюрократизированной государственной собственности.

3.Была создана уникальная модель социально-политичес- ких отношений, отвечавшая потребностям тоталитарного государства. Социальная структура была упрощена до предела, общество четко подразделялось на рабочий класс, колхозное крестьянство и трудовую интеллигенцию. Кроме того, сформировалась партийно-государственная элита, по существу новый правящий класс, распоряжавшийся не только собственностью, но и свободой остальных граждан. Подобная структура общества

втой или иной форме воспроизводилась и в других социалистических странах. Лишь на последнем этапе этого цикла, с 1953 г., были предприняты шаги к преодолению тоталитарного характера государства, реабилитации репрессированных, расширению политических свобод. Однако эти меры были половинчатыми и не могли изменить сущности социально-политического строя.

Идеология социализма провозглашала равенство и свободу личности, приоритет духовной сферы, но и эта сфера стала жертвой казарменно-бюрократического строя. Наибольшим гонениям подверглись интеллектуалы. И хотя революционный взрыв 1920-х годов дал небывалый всплеск творческого поиска, стал причиной взлета культуры, но вскоре на нее надели жесткую идеологически-репрессивную смирительную рубашку. Всякие попытки самостоятельного мышления, расходившегося с идеологическими догмами, особенно в науке, немедленно пресекались, смельчаков отправляли в лагеря или уничтожали. Несколькими волнами протекал процесс деинтеллектуализации общества. Сначала было уничтожение и изгнание части интеллигенции

вгоды Гражданской войны, принудительная депортация ученых и деятелей культуры за рубеж. Затем началась серия политичес-

Глава 13. Цивилизационная динамика на севере Евразии

ких процессов, проводившихся методично, по заранее обдуманному плану; на общество обрушились репрессии. Третья волна прокатилась во время войны и послевоенных репрессий; четвертую волну ознаменовала миграция недовольных в 1960-х и последующих годах. Конечно, свободную мысль не упрячешь за решетку; ученые нужны были, чтобы развивать военные технологии, престижные научные направления, представлять советскую науку за рубежом. Поэтому дозированное свободомыслие допускалось, но под очень жестким контролем.

Пророчески звучит мысль Н. А. Бердяева, высказанная на заре строительства социализма: «Можно заранее с уверенностью сказать, что не удадутся и те основные идеи и задачи, которыми живет наша эпоха, не удастся никогда социализм, который пробуют осуществить и который, вероятно, будет играть большую роль в том периоде истории, в который ныне мы вступаем. Социализм в опыте осуществления своего будет совсем не тем, к чему социалисты стремятся. Он вскроет новые внутренние противоречия человеческой жизни, которые сделают невозможным осуществление тех задач, которые выставило социалистическое движение. Он никогда не осуществит того освобождения человеческого труда, которого Маркс хотел достигнуть связыванием труда, никогда не приведет человека к богатству, не осуществит равенства, а создаст лишь новую вражду между людьми, новую разобщенность и новые неслыханные формы гнета» [13. — С. 171]. Тем не менее духовная жизнь в стране развивалась. Мировое признание получили достижения в области естествознания и технических наук (особенно связанные с военно-про- мышленным комплексом), образования, культуры. Ослабление идеологического прессинга в послесталинский период дало бурный взлет творческой активности общества. «Оттепель» оказалась недолгой, партийный контроль был восстановлен, но он уже не мог остановить процессов, подтачивавших духовные основы тоталитарного строя.

Попытки реформации и замена социализма капитализмом — основное содержание третьего долгосрочного цикла индустриальной цивилизации в России, который начался с 1965 г. и закончится, вероятно, в 2010 г. В рамках этого крупного этапа можно выделить пять среднесрочных циклов.

1965—1974 гг. — неудачные попытки реформировать социализм, придав ему некоторые черты рыночной экономики, но сохранив основы партийно-государственного монополизма, что в ко-

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ История цивилизаций

нечном счете привело к застою, накоплению предпосылок для цивилизационного кризиса.

1975—1985 гг. — период стагнации, усиления консервативных тенденций, милитаризации страны, потеря ряда геополитических позиций в результате вторжения в Афганистан.

1985—1998 гг. — попытки радикальной трансформации общества с помощью перестройки, политических и рыночных реформ, которые неожиданно для их инициаторов привели к распаду СССР, дезинтеграции евразийской цивилизации, глубочайшему затяжному кризису, краху партийно-государственного монополизма и планового регулирования экономики, глубочайшему экономическому кризису, взрыву социальных и национальных конфликтов, утверждению в стране стихийно-рыночного олигархического капитализма.

1999—2010 гг. — мучительный выход из кризиса, оживление экономики, постепенная кристаллизация новых идеалов будущего общества, смена поколений правящей и деловой элиты, вызревание предпосылок постиндустриальной цивилизации, поиск нового места России в геоцивилизационном пространстве.

Какие тенденции наметились на новом витке исторической спирали, каковы его основные итоги?

1. Серьезные испытания в условиях мирного развития прошла социалистическая модель развития общества, противостоявшая капиталистической на последней фазе индустриальной мировой цивилизации. Эти испытания на первых порах, казалось, шли успешно. Однако в глубине зрели семена будущего крушения социалистического общества в его государственно-бюрократическом варианте. Попытки реформировать социализм применительно к новым требованиям жизни, предпринятые А. Н. Косыгиным, Ю. В. Андроповым, а затем М. С. Горбачевым, не принесли желаемого результата. И дело здесь не в неудачах или ошибках тех или иных лидеров, а в самой сути использовавшейся модели социализма, в ее внутренних пороках, неспособности разрешить коренные противоречия индустриальной эпохи в интересах человека.

Это не означает, что весь пройденный за семь десятилетий путь чрезвычайных усилий и неимоверных страданий был трагической ошибкой, цепью неудач. Многое из того, что открыто и выстрадано страной, вошло в копилку мирового опыта, в исторический генотип человечества, стало достоянием ряда государств мира. Но это не отменяет главного вывода: модель государственно-бюрократиче- ского социализма, сформированная в СССР и перенятая некоторыми странами, исторически бесперспективна. Этот урок поучителен

Глава 13. Цивилизационная динамика на севере Евразии

для всего человечества, поможет ему выбрать более надежный путь в будущее. Однако модель рыночного социализма, отражающая основные принципы российского нэпа, с успехом используется в Китае и Вьетнаме, которые стали форпостами социализма

вXXI в. Это означает, что идеалы социализма рано списывать со счетов и что капитализм вряд ли восторжествовал окончательно. Будущее, вероятно, за интегральным обществом, суть которого выражена в трудах П. Сорокина [181. —184].

2.Не выдержал испытаний социально-политический строй, ориентировавшийся на уничтожение классовых и национальных различий, на перерастание диктатуры пролетариата в общенародное государство и дальнейшее его отмирание. Такой строй, прошедший ценой огромных потерь через суровые испытания

вгоды Великой Отечественной войны, оказался не в состоянии эффективно решать назревшие задачи мирной, эволюционной трансформации общества. «Нерушимое морально-политическое единство общества», казавшееся непререкаемым завоеванием социализма, оказалось в конечном счете мифом.

Стирание граней между рабочим классом, колхозным крестьянством и трудовой интеллигенцией, между городом и деревней, между людьми умственного и физического труда, между нациями и национальностями отвечало тенденциям стандартизирующей

индустриальной цивилизации, но противоречило движению к дифференциации и стратификации общества, осознанию собственных национальных и социальных интересов различными группами людей. Упорное игнорирование этих различий в итоге спровоцировало социальный взрыв и распад СССР, многочисленные межнациональные конфликты, резкое социальное расслоение.

Стержнем социально-политического строя, сложившегося

вСССР, была однопартийная система. КПСС обладала всей полнотой политической, экономической и идеологической власти

встране. Такая монополия, опиравшаяся на всемогущество партийного аппарата и жесткую дисциплину миллионов рядовых членов партии, не могла не привести к ее загниванию. Неоднократные попытки реформировать партию путем восстановления практики регулярного проведения съездов, принятия новых программ, обновления и обучения кадров не могли дать надежных результатов. Могущественный партаппарат сопротивлялся радикальным нововведениям, изгонял творчески мыслящих работников, всеми силами охранял свою монополию на власть и господствовавшие идеологические догмы. Партия оказалась не в состоянии возглавить

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ История цивилизаций

5.Неоспоримыми казались достижения страны в духовной сфере — в области науки, образования, культуры. При значительной поддержке государства советская наука (особенно фундаментальная) заняла лидирующее место в мире по ряду позиций; однако при этом приоритет отдавался военно-техническим исследованиям. Увеличение числа ученых сопровождалось ухудшением их качественного состава и уровня обеспечения, общественные науки были насквозь идеологизированы и развивались в отрыве от мировых теорий. Образование, особенно высшее, находилось на высоком уровне, но число дипломированных специалистов нередко превышало потребность в них, а качество их подготовки постепенно снижалось. Развитие культуры тормозил идеологический диктат. Много внимания и средств уделялось развитию кино, телевидения, библиотечного дела, книгопечатанию, но их содержание находилось под строгим партийным контролем. В результате интеллектуальная сфера утратила доверие общества, налицо был упадок нравственности. Хотя религиозные верования уже не преследовались так жестоко, как раньше, но свободы вероисповедания не было. Стало очевидным, что социализм не привел к расцвету духовной сферы, что жесткий идеологический контроль тормозит ее развитие.

Глубокий кризис поразил эту сферу с начала 90-х годов. Стремительно сокращались ассигнования на развитие науки, образования, культуры, масштабный характер приобрела утечка умов

италантов. Несмотря на возрождение роли религии, процесс крушения нравственных начал не прекращается. Однако постепенно зреют предпосылки для нового подъема духовной активности, как это не раз бывало в России в критических ситуациях. Некоторые признаки этого проявились в начале XXI в., но они слабо поддерживаются государством, средствами массовой информации. Кризис духовной сферы еще не преодолен. Есть надежда на то, что это сможет сделать новое поколение, которому перейдет решающая роль в развитии государства и общества с 2010 г.

6.Военно-политическое могущество СССР на мировой арене, двухполюсное мироустройство сохранялись до конца 80-х годов, но затем исчерпали себя. С помощью такого института, как Совет экономической взаимопомощи (СЭВ), влияние СССР

распространилось на Юго-Восточную Азию (Вьетнам, Северная Корея) и американский континент (Куба). К СССР тяготел ряд развивающихся стран Африки и Азии, получавших от него значительную военную и экономическую помощь. Советский Союз играл видную роль в деятельности ООН, в создании Организации евро-

Глава 13. Цивилизационная динамика на севере Евразии

пейской безопасности и сотрудничества, добился военно-техничес- кого паритета с США. Неоспоримы заслуги СССР в прекращении гонки вооружений, производства оружия массового уничтожения и ликвидации наиболее смертоносных его видов.

Однако мировая империя, возглавляемая СССР, оказалась непрочной. Народы многих стран сопротивлялись навязанному им строю (достаточно вспомнить события в ГДР, Венгрии, Чехословакии, Польше). Военный паритет с США и поддержка союзников достигались за счет перенапряжения экономики. По мере того как слабело экономическое могущество СССР, империя начала давать трещины, прежде всего в Восточной Европе, и рухнула в начале 90-х годов. В общем потоке разоружения и разрушительного экономического кризиса практически была демонтирована основная часть оборонно-промышленного комплекса, утрачена значительная часть оборонного потенциала. Мир перестал быть двухполюсным.

Кконцу последнего цикла индустриального развития стала очевидной бесперспективность избранного варианта развития. Россия вступила в богатый тяжелыми потрясениями переходный период

кпостиндустриальной цивилизации, причем начала этот путь с рывка назад, к стихийно-рыночному капитализму XIX в., к со- циально-экономической поляризации. Лишь к концу периода начали преодолеваться некоторые последствия этого движения вспять.

Кначалу следующего сверхдолгосрочного исторического цикла — постиндустриальной мировой цивилизации — страна подошла с крайне неблагоприятными стартовыми позициями, после одной из самых тяжелых и разрушительных за всю ее историю цивилизационных катастроф. Возможные сценарии развития России в XXI в. и ее положения в геоцивилизационном пространстве рассматриваются ниже, в главе 16 тома II настоящей книги.

Подводя итоги исторического пути локальной восточнославянской (российской, евразийской) цивилизации более чем за тысячелетний период, можно сделать вывод, что ее самобытность состоит не только в сочетании признаков Востока, Юга и Запада, в уникальной системе ценностей, но и в том, что, в общем синхронизируясь с общеисторическим ритмом, то отставая, то догоняя авангардные страны, Россия порой брала на себя тяжкую миссию поиска и экспериментального освоения новых путей исторического прогресса (концепция «третьего Рима», прорыв Петра I, духовное лидерство в XIX в., социалистический эксперимент). За подобные порывы приходилось платить дорогой ценой, но это ненадолго остужало миссионерские устремления активной части нации.