Моравская миссия. Деятельность солунских братьев в 863–869 гг. Моравская миссия Константина и Мефодия

Константин Философ (в монашестве Кирилл) и его брат Мефодий были посланы византийским императором Михаилом и патриархом Фотием в ответ на просьбу моравского князя Ростислава о присылке миссионеров (862 или 863 г.), которые могли бы создать славянскую письменность. Византия направляет в Моравию Константина и Мефодия не позднее 864 года. Для этой миссии братья были избраны не случайно.

По сообщению житий, Константин еще до отъезда в Моравию составил азбуку для славянского языка и приступил к переводам на этом языке:

В Моравии Константин и Мефодий проработали более трех лет (40 месяцев). Эти годы прошли в подготовке славянских книжных людей и в изготовлении дальнейших славянских переводов с греческого. Константин быстро перевел "весь церковный чин" и обучал учеников

Эти 5 названий действительно и составляют "весь церковный чин" - утреня, часы, вечерня, повечерие и литургия.

Языковой основой созданного алфавита, естественно, был язык солунских славян. Вероятно, по сведениям, которые Константин мог получить от моравского посольства, язык солунских славян вполне мог быть доступен пониманию моравян.

По завершении своей моравской миссии братья отправляются в Рим.

Почему именно Кирилл и Мефодий были посланы в Моравию?

• Братья происходили из полугреческого – полуславянского города Солунь, и оба прекрасно знали славянский язык. Учитывая это, византийский император, по свидетельству жития Мефодия, сказал, обращаясь к братьям:

Вы ведь оба солуняне, а солуняне все говорят по-славянски

• Константин Философ очень рано проявил себя как очень последовательный защитник именно восточного христианства. После его блестящей победы в диспуте с иконоборцами император Михаил и патриарх Фотий начинают почти непрерывно направлять его как посланника Византии к соседним народам для убеждения их в превосходстве византийского христианства.

Пребывание Константина и Мефодия в Риме

По завершении своей моравской миссии Константин и Мефодий отправляются в Рим, бывший в то время одним из двух европейских из европейских христианских центров, для того чтобы посвятить в священники своих учеников и получить поддержку папы.

По дороге в Рим Константин и Мефодий останавливаются в Паннонии у князя Коцеля, где обучили 50 учеников славянской письменности. Затем они отправляются в Венецию, где у них были острые споры "треязычниками".

В принципе деятельность Константина и Мефодия в Моравии должна была встретить неприятие со стороны латинско-немецкого духовенства, крестившего мораван и насаждавших латинский язык в богослужении, так как по сути дела она была вмешательством в сферу влияния Римской церкви. Но в Риме папа Адриан II торжественно принял Константина и Мефодия. Большую роль при этом сыграли мощи св.Климента, найденные Константином в Херсонесе и привезенные в Рим. Андиран II посвятил Мефодия в священники, его учеников в пресвитеры и диаконы, велел производить в римских церквах в течение нескольких дней богослужение на славянском языке, в одной из римских церквей он совершил торжественную литургию над богослужебными книгами на славянском языке. Он составил послание к князьям Ростиславу и Коцелу, в котором подтвердил разрешение славянских книг и богослужения на славянском языке.

Около двух лет братья провели в Риме. Из Рима Константин не вернулся: в 869 году, приняв схиму и новое монашеское имя Кирилл, он скончался.

Мефодий вернулся сначала в Паннонию, затем - получив назначение – епископом в Моравию.

Византийские и болгарские книги на Руси. Явление «трансплантации».Прежде чем рассмотреть вопрос, какие произведения и жанры переводной литературы стали известны в Древней Руси в первые века после создания письменности, познакомимся подробней с характером деятельности древнерусских переводчиков.

Значительная часть книг, и в частности богослужебных, была привезена в X-XI вв. из Болгарии. Старославянский (древнеболгарский) и древнерусский языки настолько близки, что Русь смогла использовать уже готовый старославянский кириллический алфавит, созданный великими болгарскими просветителями Кириллом и Мефодием [1] в IX в., а болгарские книги, будучи формально «иноязычными», по существу, не требовали перевода; отдельные черты болгарского морфологического строя, как и часть лексики болгарского языка (так называемые старославянизмы) вошли в систему древнерусского литературного языка.

Одновременно осуществляются переводы непосредственно с греческого, при этом древнерусские переводчики не только сумели создать точные, адекватные оригиналу переводы, но и сохранить стиль и ритмику греческих оригиналов. Реже осуществлялись переводы с других языков [2].

Особенности взаимоотношений древнеславянских литератур между собой и их отношений с литературой Византии иногда рассматривались как процесс влияния одной литературы на другую. Древнерусская литература, более молодая сравнительно с литературой Болгарии и тем более — с литературой Византии, предстает при такой постановке вопроса пассивным объектом такого влияния. Правильнее говорить, однако, не о «влиянии», а о своеобразном процессе трансплантации («пересадке») литературы одной страны в другую — о переносе византийской литературы на русскую почву [3]. Дело в том, что до принятия христианства в Древней Руси не существовало литературы (искусство слова было представлено фольклором) и, следовательно, византийской литературе было не на что влиять. Поэтому, на первых порах после принятия христианства византийская литература — непосредственно или через болгарское посредство — была просто перенесена на Русь (трансплантирована). Такой перенос, однако, не был механическим: произведения не просто переводились или переписывались, они продолжали свою литературную историю на новой почве. Это значит, что создавались новые редакции произведений, их сюжет изменялся, первоначальный язык перевода русифицировался, на основе переводных произведений создавались новые компилятивные [4] памятники. Особенно это касалось произведений светского повествования и исторических; произведения богослужебные, сочинения «отцов церкви» или библейские книги в большей степени сохраняли свой канонический текст.

Поэтому деление древнерусской литературы на оригинальную и переводную может иметь значение лишь в том отношении, что мы указываем на происхождение памятника, а не на его место в литературе Древней Руси.

Явление трансплантации оказалось чрезвычайно прогрессивным: благодаря ему Русь в короткий срок получила литературу с разветвленной системой жанров, литературу, представленную многими десятками, а то и сотнями памятников. Уже через несколько десятилетий после начала этого процесса на Руси по образцу переводных памятников стали создаваться свои, оригинальные произведения — жития, торжественные и учительные слова, повести и т. д.

Литература-посредница. Для средневековых литератур характерна и еще одна специфическая особенность — существование литератур-посредниц, т. е. литератур, «книжный фонд» которых (иначе говоря — сумма входящих в них литературных памятников) оказывается в значительной своей части общим для разных национальных литератур. Для южных и восточных славян функцию такой литературы-посредницы выполняла древнеболгарская литература. Она включала как памятники древнехристианской литературы (переводы с греческого), так и памятники, созданные болгарскими авторами, в Моравии и Чехии, а в последующие века и памятники, созданные на Руси и в Сербии.

Литература-посредница объединяла книжность славянских народов (особенно Болгарии, Сербии и Руси) очень долго, почти что до начала нового времени, хотя, разумеется, все более и более возрастал удельный вес «своих» произведений в каждой из отдельно взятых национальных литератур [5].