гос. экзамен / Orlova_2012 / материалы / Doclad_Gorod_sred_klass

неясными социальными перспективами. Оказавшись в рядах СК, они имеют право оце-

нивать пройденный путь как значительный.

Посмотрим теперь на ситуацию со специалистами.

Рисунок 55

Должностной статус в 2001 г. лиц, входивших в 2006 г. в состав среднего класса как специалисты, в %.

Как видим, за истекшие пять лет большинство специалистов, входящих ныне в СК, либо удержало, либо укрепило свои позиции. Закрытость от значительных привхо-

дящих потоков мобильности свойственна не только специалистам, входящим в СК, но и всем специалистам как самостоятельному элементу социальной структуры. В пери-

ферических слоях СК прежние позиции сохранили 69% специалистов, в других массо-

вых слоях – также 69%. Как на периферии, так и в других массовых слоях группа спе-

циалистов обновлялась в основном благодаря притоку выпускников высших учебных заведений – в одном случае на 19%, в другом – на 21%.

Как и служащие, специалисты ставят себя сегодня на более высокую ступень социальной лестницы, чем пять лет назад. Если в пятилетней ретроспективе позиция специалиста, полагают они, не доходила даже до срединной точки шкалы (4,53 балла),

то в настоящее время она превзошла эту точку и стала равной 5,12. 68% специалистов,

входящих в СК, полагают, что за прошедшие пять лет их социальный статус вырос. В

периферийных слоях ощущения от прошедших пяти лет менее позитивные: здесь по-

вышение статуса отметили 54%. В других массовых слоях доля отметивших повыше-

ние и того меньше – 38%.

Можно констатировать, что социальное самочувствие группы специалистов имело тенденцию к улучшению, и что это улучшение не связано с притоком в группу выходцев из других социальных слоев. Логично предположить, что превалирование позитивных настроений в среде специалистов имеет объяснение в факте изменения ста-

131

туса группы в целом. Косвенным образом это предположение подтверждается оценка-

ми самих специалистов: 46% отметили повышения стандартов жизни (среди тех, кто отметил повышение социального статуса – 50%); 15% отметили улучшение жилищных условий, 25% получили повышение по службе, 30% повысили уровень образования или квалификации, причем, в группе отметивших повышение статуса таковых оказалось

40%, а в группе тех, кто считает, что ничего не выиграл – 9%. Повышение уровня ква-

лификации выглядит как один из главных факторов, влияющих на оценку социального статуса.

В периферийных слоях позитивная динамика социального статуса связывается специалистами с двумя факторами – повышением по службе (42%) и ростом жизненно-

го уровня (57%). В прочих массовых слоях повышение самооценки группы – это, преж-

де всего, отклик на достижения материального плана – улучшение жилищных условий

(32%).

Рисунок 56

Должностной статус в 2001г. лиц, входивших в 2006 г. в состав среднего класса как представители низшего звена управления, в %.

Что касается руководителей низшего звена, то они оказались одной из наиболее нестабильных групп в составе СК. Только треть в ней – это люди, которые работали на подобных должностях пять лет назад (см. рис. 56). Ключевой причиной, вызвавшей столь существенные ее изменения, стал экономический кризис 1990-х. Базовый эшелон управления оказался наиболее уязвимой частью наемных работников, занятых на приватизированных предприятиях. В ситуации, когда многие предприятия либо остановились, либо функционировали в неполную силу, многим мастерам, бригадирам пришлось менять специальность, уходить в работающие отрасли – торговлю или сферу обслуживания. Как только промышленный сектор вышел из кризиса и вошел в фазу ро-

132

ста, он сразу почувствовал острую нехватку кадров в базовом звене управленческой иерархии. Как видно из результатов исследования, решать проблему приходилось тремя способами – повышением заработной платы для тех, кто остался, выдвижением на руководящие позиции рабочих высокой и средней квалификации и привлечением на руководящие должности выпускников высших и средних учебных заведений. Незначительную часть вакансий соглашались заполнять специалисты. Около 5% группы составили те, кто пять лет назад занимался частным предпринимательством.

Для группы управленцев низового уровня – «смотрителей производства», как их еще иногда называют – характерно признание того факта, что за последние пять лет их социальный статус заметно вырос. Свой статус пятилетней давности, определяемый с помощью десятиступенчатой шкалы, они оценили на 3,76 балла, нынешний – на 5,88. «Смотрители», принадлежащие к периферийной группе, также констатируют повышение статуса, но – и это примечательный факт – определяют свой прошлый статус более высоко (4,67), а свой нынешний – более низко (5,29). В прочих массовых слоях оценки статуса также свидетельствуют о социальном продвижении, но масштабы его значительно скромнее: 3,00 – пять лет назад и 3,67 – в настоящее время. Рост статуса «смотрители», входящие в СК, связывают со следующими жизненными обстоятельствами: повышение стандартов жизни (79%), улучшение жилищных условий (43%), повышением по службе (50%), покупка дорогостоящих вещей (43%). В периферийной группе изменения статуса увязывались, прежде всего, с улучшением материального положения (60%) и повышением по службе (40%).

Мобильность руководителей высшего и среднего звена, входящих в СК, может быть охарактеризована как противоречивая. Только 53% тех, принадлежал к этой группе пять лет назад, сохранили прежние позиции, 26% мигрировали в группу специалистов, 8% ушли в группу руководителей более низкого уровня (см. рис. 57).

Рисунок 57

Должностной статус в 2001г. лиц, входивших в 2006 г. в состав среднего класса как руководители высшего и среднего звена, в %

133

При том, что эта группа пережила ощутимые потери, она в настоящее время на 85% состоит из тех, кто и пять лет назад занимал ту же или аналогичную должность. На первый взгляд, подобный вывод кажется парадоксальным. Подъем экономики должен, казалось бы, создавать все больше вакансий на верхних этажах управления, способствовать увеличению численности квалифицированных руководителей. В реальности же оказывается, что группа живет в режиме сужения социальной базы, почти полностью воспроизводит себя, сбрасывает часть тех, кто ранее к ней принадлежал, в более низкие социальные слои. Масштаб исследования ограничен и не позволяет изучить эту тенденцию более подробно. Можно лишь выдвигать предположения и пытаться находить для них подтверждение в данных государственной статистики. Уменьшение числа руководителей может рассматриваться как результат укрупнения форм хозяйственной деятельности. Крупных компаний, холдингов, объединений в российской экономике становится больше, предприятий малого и среднего бизнеса – меньше. Многие из предприятий, существовавших в 1990-е годы, не выдержали конкуренции с возрождающимися крупными компаниями или зарубежными производителями, наводнившими российский рынок готовой продукцией. Руководители малого и среднего бизнеса не обладали ресурсами, достаточными для оказания сопротивления нарастающему бюрократическому давлению. Часть руководителей малого бизнеса предпочли отказаться от самостоятельности в пользу стабильности, которую давала занятость на менее высоких должностях в больших компаниях.

Руководители, как и другие группы, входящие в состав СК, отметили, что за последние пять лет их социальный статус вырос. В пятилетней ретроспективе менеджеры оценили свой статус как равный 4,32 на десятиступенчатой шкале, сегодня эта оценка выросла до 5,85 баллов. Достойной для себя руководители считают восьмую ступень социальной иерархии.

В группе предпринимателей наблюдается ситуация, имеющая немало общего с положением в рядах специалистов и руководителей.

Рисунок 58

Должностной статус в 2001 г. лиц, входивших в 2006 г. в состав среднего класса как предприниматели, в %

70,0

134

Как видно на рисунке 58, нынешняя генерация предпринимателей на 70 % со-

стоит из тех, кто находился в данной нише пять лет назад. Самостоятельность, которую предприниматели сумели сохранить в течение последних пяти лет, была для них в прошлом и является сейчас основой для высокой самооценки. Определяя свое место в общественной иерархии пятилетней давности, предприниматели выбрали позицию, бо-

лее высокую, чем любая другая социальная группа – 4,76. Свой сегодняшний статус они оценивают на 5,86, выше, чем служащие, специалисты или руководители среднего звена. Подобная оценка подкрепляется достижениями последних пяти лет: 71% повы-

сили уровень своего благосостояния, 33% улучшили жилищные условия, 43% открыли еще одно предприятие, позволившее расширить масштабы деятельности. Достижения,

которые констатируют предприниматели, редко включают в себя, впрочем, более вы-

сокий уровень квалификации или образования (10%).

Важные аспекты мобильности СК раскрываются в отраслевой мобильности. Для того, чтобы данные отраслевого распределения не рассыпались на мелкие фрагменты,

мы обобщили их в три сферы – сферу материального производства, включающую в се-

бя промышленность и сельское хозяйство, сферу нематериального производства, охва-

тывающую производство услуг и духовное производство (производство информации и культурных образцов, включая науку, образование, средства массовой информации,

рекламу) и сферу управления. В настоящее время структура СК в разрезе упомянутых сфер выглядит следующим образом: 23% заняты в сфере материального производства,

61% – в сфере духовного производства и производства услуг и 16% – в сфере управле-

ния. Для сравнения – прочие массовые слои на 52% состоят из тех, кто занят в сфере материального производства, на 42% – из работников нематериальной сферы и на 3% –

из занятых в сфере управления. Факт принадлежности большинства к сфере нематери-

ального производства подтверждает тенденцию нарастающей закрытости профессио-

нальных групп. Необходимо подчеркнуть, что в современном обществе стратегия за-

крытия социальной группы реализуется, как правило, неявным, непрозрачным образом.

Вряд ли найдется властный институт, готовый открыто заявить о том, что значитель-

ная, если не большая часть населения лишена возможности присоединиться к благопо-

лучному слою населения. Ограничения, если они существуют, чаще всего принимают форму квалификационных требований, налагаемых на тех, кто стремится преодолеть барьер между группами, форму определенных лингвистических или культурных кодов,

с помощью которых претенденты подразделяются на «своих», приемлемых для группы,

и «чужих», обреченных остаться вне ее, административных и рыночных препятствий. К

135

последним относится, к примеру, необходимость регистрироваться в больших городах,

где сконцентрированы предприятия сферы нематериального производства, а также вы-

сокая, запретительная стоимость жилья в больших городах РФ, ограничивающая при-

ток в них выходцев из малых городов России.

Таблица 45

Сферы занятости в 2001 г. тех, кто в 2006 г. входил в сферы занятости среднего класса, в %

Большая часть тех, кто сегодня занят в сфере управления, работали в той же от-

расли и пять лет назад. Наиболее активно пополняли данную группу те, кто пять лет назад принадлежал к группе неработающих, то есть выпускники высших учебных заве-

дений. Сфера материального производства оказалась даже более устойчивой, чем сфера управления: семь из десяти работали в ней и пять лет назад. В этой сфере также наблю-

дается приток молодых специалистов, выпускников высших учебных заведений. Если учесть тот факт, что сфера нематериального производства почти в четыре раза больше,

чем сфера управления, то становится ясно, что именно в эти отрасли направлялся са-

мый значительный приток молодежи. Для сравнения – в сфере материального произ-

водства доля выходцев из группы неработающих меньше, чем в других. Рассматривая эту цифру, следует принять во внимание относительный вес этой сферы в структуре занятости СК, равный четверти от всей совокупности.

Симптоматично, что названные сферы нечасто пересекаются в потоках мобиль-

ности. Люди, занятые в сфере материального производства, как правило, продолжают работать в ней даже несмотря на серьезные подвижки в экономике и обществе. Анало-

гичным образом, сфера нематериального производства, развивающаяся динамичнее всех остальных, редко сообщается посредством мобильности со сферой материального производства. Несколько более открытой для соседних групп выглядит сфера управле-

ния, однако и здесь момент преемственности социальных позиций сильнее, чем момент обновления. Косвенным образом полученные данные подтверждают уже упоминавши-

еся тенденции – тенденцию нарастающей закрытости социальных групп и связанную с

136

ней тенденцию профессионализации, ограничивающую доступ к той или иной сфере деятельности жесткими требованиями.

Подводя итоги сказанному, целесообразно остановиться на следующих важных характеристиках, свойственных мобильности СК. Во-первых, необходимо отметить его неоднородность в том, что касается внутренней структуры и, соответственно, источни-

ков, из которых он черпает пополнение. Наиболее часто каналы мобильности связыва-

ют друг с другом специалистов и руководителей. Обе группы устанавливают правила,

блокирующие вхождение в группу в обход существующих институтов – таких, к при-

меру, как система высшего образования. Следует ожидать, что по мере улучшения дел в экономике степень закрытости этой части СК будет увеличиваться.

Немалую степень закрытости демонстрирует и группа предпринимателей. Сте-

пень ее закрытости нарастает по мере того, как в российской экономике изменяются правила игры и в результате слияний и поглощений на первый план выходят крупные компании, стремящиеся к монопольному положению на рынке. Ни в одной из отраслей этот процесс не заметен так, как в торговле, где малые предприятия магазины вынуж-

дены закрываться под давлением крупных сетевых структур, обладающих не только мощной инфраструктурой, но и более высоким потенциалом договороспособности в отношениях с властями. Следует обратить внимание на тенденцию восходящей мо-

бильности, формируемую дефицитом рабочей силы в производящих отраслях экономи-

ки. Выбитое кризисом 1990-х среднее звено управления восстанавливается за счет ко-

оптации кадрового пополнения в СК. Аналогичная тенденция наблюдается и в отноше-

нии рабочих специальностей. Многие российские предприятия испытывают дефицит квалифицированных рабочих кадров и пытаются «заполнить лакуну» за счет высоких заработных плат, социального пакета для наемных работников. Логично предположить,

что в обозримой перспективе структура СК будет меняться за счет притока в него вы-

сококвалифицированных, высокооплачиваемых рабочих.

Существенные изменения претерпевает и соотношение в рядах СК «старой» и «новой» его компоненты. «Старый» СК, несмотря на популярность идеи самостоятель-

ного труда, становится все малочисленнее. Новый, напротив, усиливается и увеличива-

ется. Подобная ситуация налагает значительные ограничения на масштаб и направле-

ние потоков мобильности: стандартным для общества и, прежде всего, молодого поко-

ления становится биографический план, ориентированный на упорядоченную мобиль-

ность в рамках бюрократических иерархий. Наиболее мощным фактором формирова-

ния СК является динамичное развитие сферы нематериального производства и, прежде всего, сферы услуг. Отчасти это – результат развития рынков, характерного для боль-

137

шинства стран, переходящих на рыночные рельсы, отчасти – симптом слабости произ-

водящего потенциала страны, пережившего тяжелый кризис в начале-середине 1990х

годов прошлого столетия.

Наконец, результаты исследования свидетельствуют о том, что вхождение в СК неизменно приводит к повышению социальной самооценки. Причины, обусловившие подобный рост, могут быть в разных группах разными: специалисты могут гордиться более высоким уровнем квалификации, руководители низшего звена – улучшением ма-

териального положения, руководители более высокого уровня – достижениями карье-

ры. Общим для всех становится осознание тех возможностей, которые предоставляет экономический рост в рыночной экономике.

12. Запрос среднего класса к государственной социально-экономической политике

Формирование и, тем более, последующее воспроизводство СК требует как от общества, так и от государства создание для этого определенных предпосылок. Иными словами, общество и государство должны сформировать определенную инфраструкту-

ру его развития, а также создать условия для реализации им своих интересов. Экономи-

ка должна обеспечивать среднему классу соответствующие (по характеру труда и уров-

ню доходов) рабочие места.

Создана ли сегодня инфраструктура для самостоятельной реализации средним классом своих интересов? Насколько устойчив городской российский СК и что сдер-

живает сегодня его развитие? Каков, в этих условиях, его запрос к государственной со-

циально-экономической политике?

Отвечая на эти вопросы, надо прежде всего напомнить, что в разделе 4 уже го-

ворилось о том, что российский СК постепенно «сворачивает» активность по наращи-

ванию своего человеческого капитала, находившуюся еще 5-10 лет назад на достаточно высоком уровне. Но почему его представители не стремятся к приобретению новых навыков и знаний, к повышению своей квалификации? Ответ прост – они не ощущают потребности в этом, в условиях, когда рынок не предъявляет спрос на специалистов более высокой квалификации, или не готов адекватно оценивать высокий уровень ква-

лификации персонала. Не случайно 80% представителей СК заявляют о том, что их ква-

лификация соответствует занимаемой должности (см. рис. 59), а 14% считают, что их квалификация выше, чем это необходимо на их должностной позиции. В таких услови-

ях не удивительно отсутствие желания у большинства представителей этой социальной группы повышать свою квалификацию – для них это бессмысленные инвестиции.

138

Рисунок 59

Как представители различных социальных слоев оценивают соответствие своей квалификации занимаемой должности, в %

Такая ситуация сложилась отнюдь не по причине высочайшей квалификации представителей СК – рассмотренные ранее аспекты его человеческого капитала говорят скорее об обратном. Современная российская экономика по сути своей настолько не-

эффективна, что для нее является достаточной и его нынешняя довольно скромная ква-

лификация. Подтверждают эту мысль, как ни странно, те, кто говорит, что их квалифи-

кация ниже той, которая требуется для работы – таковых всего 5%, но на вновь создан-

ных частных предприятиях – наиболее эффективной и конкурентоспособной части рос-

сийской экономики, где еще ощущается дефицит высококвалифицированной рабочей силы – это каждый десятый представитель СК.

О том же свидетельствует и влияние «наращивания» новым средним классом своего человеческого капитала на его профессиональную и должностную мобильность.

В числе основных его форм–постоянное профессиональное совершенствование в рам-

ках ранее полученной специальности, которое осуществляется посредством повышения квалификации (28%), приобретения навыков работы на ПК (33%), отслеживания нови-

нок в методах и технологиях (36%). При этом эффективность формального повышения квалификации в плане карьерного роста и улучшения материального благосостояния не слишком высока. Так, до повышения квалификации более половины представителей нового СК работали в качестве специалистов с высшим образованием. Повышение ква-

лификации в рамках той же специальности позволило некоторым из них получить по-

вышение, но, как правило, не более чем до руководителя среднего уровня. Сегодня чет-

139

верть представителей нового СК, которые за последние три года прошли переподготов-

ку по старой специальности, работают в образовании.

Лучше обстоят дела с влиянием на должностную мобильность переквалифика-

ции, что, несомненно, связано с идущим еще процессом структурной перестройки эко-

номики. Переподготовка (по их прошлому статус – преимущественно служащих) по новой специальности значимо отразилась на их переходе на должности руководителей,

а также специалистов в области финансов, кредита, страхового дела.

Однако в целом переквалификация, хотя и свойственна части нового СК, по сути не является главной стратегией при воспроизводстве человеческого капитала.

Так, согласно данным исследования, порядка 70% нового СК работают по специально-

сти, которую приобрели еще во время учебы (примерно то же можно сказать о перифе-

рии российского СК).

Очень важно при этом, что общий властный ресурс СК, его возможность влиять на ситуацию у себя на работе, в последние года сокращается. Если еще в 2003-м году

23% представителей СК способны были, по их самооценке, повлиять на принятие ре-

шений в масштабах всего предприятия, то по результатам данного исследования это были уже лишь 16% (см. рис. 60 и 61).

Рисунок 60

Степень влияния различных слоев работающего городского населения на принятие решений на предприятиях, сотрудниками которых они являются,

2006 г., в %

140