Эффективное число вето

Вывод, который мы можем сделать, состоит в том, что характер политической системы определяется эффективным числом вето, которое зависит от количества независимых властных институтов и числа политиков с различными целями, которые контролируют данные институты. В зависимости от числа вето политические системы проявляют различную степень гибкости. Крайними проявлениями являются абсолютно гибкая система (которая, как правило, не способна следовать принятым правилам) и абсолютно консервативная (в которой правила игры изменить вообще невозможно). Все политические системы стараются избежать этих крайностей, но так или иначе склоняются либо в одну, либо в другую сторону.

Если учесть естественную разобщенность политических интересов и целей, в обществе должно быть много обособленных «политических игроков». Соответственно, плюрализм мнений, свобода слова и волеизъявления в сочетании с функциональным разделением властей естественным образом приводят к появлению чрезмерно высокого числа вето. С одной стороны, это усиливает конкуренцию на политическом «рынке» и снижает «давление» заинтересованных экономических субъектов. С другой стороны, плюрализм и свобода иногда ложатся мертвым грузом на экономику.

Проблема состоит в том, что подсчитать и зафиксировать оптимальное количество вето практически невозможно. Политики, как правило, обращают внимание исключительно на функциональное разделение властей, а право выбора и свобода волеизъявления считаются неприкосновенными.

Объединение политических сил снижает трансакционные издержки

Объединение политических сил (например, по линии партий) может снизить число независимых субъектов и принести существенный эффект. Построение политической партии по принципам иерархии способствует снижению трансакционных издержек, поскольку не требует столь сложных процедур улаживания разногласий и достижения консенсуса, как в случае с независимыми политиками.

Объединяясь в партию, группа политиков ограничивает самостоятельность своих членов и начинает выступать «единым фронтом». Число самостоятельных «игроков» и независимых позиций снижается, а законодательный процесс идет более интенсивно, так как большая часть разногласий и «трений» остаются «за пределами» властной машины. Кроме того, в данном случае снижается роль отдельных субъектов и связанное с этим количество «шлаков».

Подчинить частным интересам целое общественное движение крайне сложно. Соответственно, чем слабее партии, чем больше образуется фракций и независимых политиков, тем выше число вето, значительнее трансакционные издержки и тем более «частной» становится государственная политика.

Сильные и слабые политические системы

Принимая стимулы к объединению в качестве важнейшего критерия, исследователи выделяют два класса политических систем: «сильные и слабые». В первом образуются существенные мотивы для консолидации, во втором таковые отсутствуют. «Слабость» в данном случае является синонимом высокой фрагментации (многопартийности), которая влечет за собой рост числа вето и переход к «частной экономической политике».

Каким образом можно создать «сильную» политическую систему? Если отбросить идеологические меры воздействия (пропаганду), не вполне соответствующие представлениям о свободном обществе, то наш следующий вопрос будет состоять в том, существуют ли институциональные (по линии «правил игры») методы, которые позволяют создать стимулы для политической консолидации? Теория дает положительный ответ на данный вопрос. Учитывая, что наши субъекты рациональны и эгоистичны, а их «целевая функция»  это накопление политического капитала, мы можем сформулировать условие, которое необходимо для объединения политических сил. Коалиция становится выгодна только в том случае, когда в действующей системе выборов две политические группы, объединившись, могут получить больше мест в парламенте, чем по отдельности. Эта проблема аналогична той, которая рассматривается в институциональной теории фирмы. Здесь для вычисления максимального количества фирм, которые могут выжить в данной отрасли, используется критерий «эффект масштаба». Слияние компаний будет экономически выгодно до тех пор, пока возможно увеличить прибыль в результате экономии от масштаба.