4. Политический смысл конвергенции

Конвергенция привела не только к заметным переменам в медиа-технологии, медиа-содержании и на медиа-рынках. Едва ли не самым значительным последствием ее стало изменившееся отношение политиков к происходящим трансформациям. Первой реакцией политиков на процесс конвергенции было появление новых законов, направленных на либерализацию телекоммуникационных рынков и стимулирование конкуренции. Ослабление прежнего монополизма на телекоммуникационных рынках должно было позволить небольшим компаниям вступить на рынок, понизить тарифы, приблизить весь спектр современных информационных и коммуникационных услуг к потребителю.

Оставаясь отчасти риторическим словом, конвергенция оказалась в центре политики ведущих развитых стран мира, в первую очередь, США и стран – членов Европейского Союза. Закон о телекоммуникациях (США, 1996) и Зеленая книга о конвергенции, одобренная ЕС в декабре 1997 года, – самые известные политические документы, призванные стимулировать прогресс конвергенции на политическом уровне. Оба документа исходят из того, что старые принципы регулирования электронных СМИ вынуждены считаться с проблемой ограниченности частот. Конвергенция снимает эту проблему, потому новая информационно-коммуникационная среда не будет более нуждаться в распределении частот. Синергия каналов и содержания, когда сам медиум становится содержанием, приходит в противоречие с традиционным законодательным режимом, основанном на ограничениях для операторов сетей – телевизионных или радио. Свободный доступ к современным коммуникационным системам становится целью новой политики государств. При этом число «действующих лиц» на медиа-сцене в результате конвергенции значительно вырастает – это и операторы сетей, и провайдеры доступа, и производители содержания, и пользователи, чья активная роль определяет их особое положение.

5. Доступ как основа новой политики

Доступ – вот важнейший акцент сегодняшней политики. Конвергенция рынков, сопровождающаяся усилением монополизма, лишает множество мелких компаний возможности успешно действовать на современном медиа-рынке. Отставание от технологического прогресса становится серьезным препятствием для доступа отдельных стран и целых регионов мира при их интеграции в глобальную информационно-коммуникационную инфраструктуру. Доступ конкретных людей к конвергирующимся медиа осложняется или их материальным положением, или очевидной технической неграмотностью. На практике конвергенция медиа сегодня требует денег и навыков – от обычных людей, и значительных ресурсов и политической воли – от государств и политических союзов.

Общеизвестен факт совпадения процессов технологической конвергенции средств коммуникации и экономической конвергенции рынков. Телекоммуникационные операторы входят на кабельный рынок, издательства сливаются с видеокомпаниями, производители программного обеспечения проявляют интерес к телесетям. Создающиеся в результате подобной многоуровневой конвергенции мультимедиаконцерны оказываются вовлеченными как в традиционные индустрии СМИ – прессу, вещание, так и в телекоммуникационный бизнес. И хотя в реальной жизни различия между конкретными технологиями (телефонией и телевидением), по всей видимости, сохранятся еще в течение определенного времени, совершенно очевидна необходимость выработки новой единой коммуникационной политики.

Современная политика либерализации телекоммуникационного рынка в ЕС предусматривает четкие разделения между инфраструктурой (передача данных и подключение) и содержанием, а также услугами, предлагаемыми посредством этой инфраструктуры. Так, Зеленая книга по конвергенции (1997 год) устанавливает различие между транспортировкой (что в традиционных СМИ является распространением), предоставлением услуг и содержанием [6]. В трех перечисленных звеньях «цепочки» основной акцент делается на содержание. Однако в условиях конвергенции технологий реальные гарантии разнообразного содержания возможны только при условии создания благоприятных условий всем «актерам», действующим на конвергирующихся коммуникационном и медиа-рынках. И операторы сетей, и провайдеры доступа, и производители содержательных продуктов, услуг – все многочисленные действующие лица нуждаются в свободном и равном доступе к (теле) коммуникационным системам [7].

Конвергенция технологий, приводящая к существенному «перераспределению ролей» в традиционных СМИ, изменяет роль аудитории. Из пассивной и безликой массы, которая терпеливо потребляет предлагаемое ей содержание, она преобразуется в довольно конкретные группы, информационные потребности и коммуникационные привычки которой могут быть определены весьма точно. Но кроме этого аудитория конвергирующихся СМИ приобретает еще одну ключевую особенность. Интерактивность новых медиа предоставляет традиционному потребителю СМИ безграничные возможности выбора содержания. Но одновременно с этим пользователь он-лайновых медиа становится отчасти редактором, отчасти даже создателем новых содержательных продуктов. В его лице объединяются и потребитель и производитель, интегрируются различные роли и функции, прежде разделенные. Конкретный пользователь превращается в один из факторов, на который в действительности и направляется процесс конвергенции.

Доступ пользователей к новым медиа превращается в комплексную проблему эпохи конвергенции, и преодолеть ее может только сотрудничество крупнейших «игроков» телекоммуникационного рынка. Государство и частный бизнес при активном и непосредственном участии самих пользователей должны выработать как социально-экономические, так и образовательные гарантии доступа аудитории к новым технологиям, сетям, Интернету [8].

Прогнозы, предрекавшие смерть газете в конкуренции с кино, радио, ТВ, не сбываются и в эпоху Интернета. Сегодняшние причины более сложны, чем раньше. Процесс конвергенции СМИ, открывающий многие новые и действительно неизвестные прежде горизонты, имеет столько же, если не больше негативных последствий. Без политической воли национального государства, без инновационности и энергичности частного бизнеса, без высокого уровня активности аудитории конвергенция может остаться только возможностью, предсказанной футурологами на рубеже столетий.