§ 3. Модель 2:

От меня ждут инициации данного коммуникативного акта

При обсуждении данной посылки тоже следует иметь в виду социальные конвенции (А¹), с одной сторо­ны, и специфику речевой ситуации (Б¹) — с другой.

35

(А¹)

Здесь предполагаются случаи, когда от некоего лица — в силу того, что оно занимает довольно высокую позицию в социальной иерархии,— в первую очередь ожидается инициация коммуникативного акта, разумеется, прежде всего (и, хотелось бы сказать, исключительно) в услови­ях конвенциональной речевой ситуации.

Так, когда корабль идет ко дну, естественнее ожи­дать указаний, как действовать команде, от капитана, чем от юнги. Или если необходимо представлять какую-то фирму на международной встрече, то нормально ожидать, что функцию представительства выполнит не­кто, входящий в состав администрации фирмы, а не, ска­жем, секретарша — пусть и директорская.

Стало быть, речь в данном случае не идет о том, что кто-то берет на себя соответствующую речевую иници­ативу — инициатива эта изначально, по законам органи­зации социальной иерархии, принадлежит ему/Она, так сказать, является его неотъемлемым правом и поэтому просто не обсуждается. Другое дело, оправдает ли дан­ное лицо свой высокий социальный статус в условиях конкретного коммуникативного акта: этот вопрос будет решаться уже по окончании речевого взаимодействия. На старте же обращение наиболее вероятного кан­дидата на инициацию коммуникативного акта к своему «праву голоса» не нуждается ни в каких дополнитель­ных и даже эксплицитных мотивировках со стороны ад­ресанта.

Кстати, даже в наиболее социально обусловленных речевых ситуациях злоупотреблять своим «правом голо­са» все же, наверное, едва ли следует. Так, выступая перед аудиторией, состав которой неизвестен (или до­статочно широк), прагматически грамотный лектор (конвенциональный инициатор!) обязан предположить в ней наличие специалистов, лучше разбирающихся в от­дельных аспектах обсуждаемой им проблематики, по­этому отнюдь не лишним для инициатора коммуника­тивного акта будет точное обозначение того, какое

36

место в его изысканиях занимает данная проблематика (прагматическое клише в настоящий момент я не готов отвечать за такие аспекты проблемы, как...). Это один из прагматически грамотных способов нейтрализации возможной агрессивности специалистов и превращения их из потенциальных противников в реальных союзни­ков. Кроме того, прагматически грамотный лектор, ко­нечно, воздержится и от «жесткой модальности» в соб­ственных формулировках.

(Б')

Всегда ли достаточно конвенционального капитала для инициации процесса общения? На данный вопрос можно было бы смело отвечать утвердительно, если бы законами речевого взаимодействия управляли только социальные позиции участников коммуникативного ак­та. Но, как мы уже видели при анализе первой посылки, иногда гораздо важнее оказывается не то, что диктуется социальными параметрами личности, а то, к чему скло­няет эту личность соответствующая речевая ситуация. То есть: решение, кому принадлежит право инициации коммуникативного акта, часто принимается «с учетом момента». Именно «момент» и определяет нередко, от кого в условиях данной речевой ситуации следует ожи­дать инициации коммуникативного акта.

Подобные случаи требуют от участников коммуни­кации навыков достаточно быстрой и безошибочной ориентации в параметрах речевой ситуации. Осознание ситуации как «принадлежащей» или «не принадлежа­щей» мне есть прежде всего признак коммуникативной компетенции коммуниканта, а также показатель его коммуникативного опыта, включающего среди прочих коммуникативных ролей еще и роль стихийного речево­го лидера.

Эта роль во многом базируется на уже имеющемся к данному моменту авторитете (в том числе и речевом ав­торитете) личности, а потому не может быть рассмотрев на как простая производная ситуации. Стихийный рече-

37

вой лидер обычно не нуждается в том, чтобы в экстре­мальных условиях обозначать свое право на инициацию коммуникативного акта, и особенно тогда, когда такая инициация от него ожидается.