Глава 3. Соотношение самозащиты и самоуправства.

В целях правильного определения содержания самозащиты гражданских прав немаловажное значение имеет квалификация самостоятельных действий не только с позиции гражданского права, но и с точки зрения уголовного и административного права. Схожесть объективной стороны самоуправства и действий, направленных на самостоятельную защиту гражданских прав, очевидна. Прежде всего, она заключается в том, что лицо осуществляет свои действия самостоятельно, в обоих случаях руководствуясь своим внутренним убеждением. Ни в том, ни в другом случае лицо не преследует корыстных целей. И, хотя отличительным признаком самоуправства является оспаривание самоуправных действий гражданином или организацией, указанный признак вполне может сопутствовать и самозащите нарушенных прав. Самостоятельная защита нарушаемых гражданских прав, даже самая оправданная с точки зрения морали, легко перейдет в самоуправство при условии, что нарушителю будет нанесен существенный ущерб, который может носить и неимущественный характер. В случае возникновения конкуренции гражданского и уголовного права, самозащита может оказаться не в состоянии выполнить своё основное предназначение – выступить механизмом, позволяющим управомоченному лицу наиболее оперативно и ненаказуемо защитить свои права самостоятельно. Так, Верховный Суд признал самоуправством самовольное изъятие чужого имущества с целью принудить потерпевшего к возврату долга (Бюллетень Верховного Суда РФ, 1997, №11). Поэтому, представляется, что при возбуждении уголовных дел по ст.330 УК РФ необходимо в первую очередь выяснить с осуществлением какого именно права (действительного или предполагаемого) связаны самовольные действия подозреваемого, оспариваемые гражданином или организацией.

Так, например, гражданка обратилась в прокуратуру с жалобой на якобы самоуправные действия, выразившиеся в принудительном выселении её из квартиры. При проверке оказалось, что имелось вступившее в законную силу решение суда по гражданскому делу о выселении заявительницы из квартиры, которое она не спешила исполнить. Тогда ответчик в отсутствии истицы вынес её вещи в безопасное место. При этом какого-либо имущественного ущерба причинено не было. Действия ответчика в данном случае были признаны правомерными и соответствующими требованиям ст.14 ГК РФ.

Разграничение самоуправства и самозащиты проводится в зависимости от соблюдения или несоблюдения условий правомерности самозащиты. Самозащита, пределы которой превышены, представляет собой самоуправство. Также самоуправными являются действия кредитора, который в порядке самозащиты избирает способ защиты права, который может быть применен только судом (например, взыскание неустойки).

Как для самоуправства, так и для самозащиты характерно наличие нарушенного восстанавливаемого права, однако, если путем самозащиты можно восстанавливать только действительное право, то применительно к самоуправству законодатель не исключает возможности восстановления таким образом и предполагаемого права, то есть права, в наличии которого виновный добросовестно заблуждался.¹⁸ Объединяет данные институты также и то, что как в случае самозащиты, так и при самоуправстве лицо не обращается за помощью в государственные органы, а восстанавливает нарушенные права самостоятельно. Самозащита возможна как до того, как право было нарушено (пресечение действий), так и после нарушения права (восстановление положения), самоуправство же всегда осуществляется при наличии уже нарушенного права. Кроме того, необходимо отметить, что самоуправство совершается путем фактических действий, самозащита может осуществляться и юридическими действиями (расторжение договора в одностороннем порядке).

Ещё более прозрачны границы между самозащитой гражданских прав и самоуправством в административном праве. Если обязательным признаком самоуправства в уголовном праве является существенный вред, то в административном праве подобный признак отсутствует. Правонарушитель, самоуправно защищающий свои права, в рассматриваемой ситуации может обладать и, как правило, обладает правом на законных основаниях. Таким образом, любое лицо, самостоятельно отстаивающее свои гражданские права, подвергается риску совершить административное правонарушение.

Заключение

Таким образом, подводя итоги работы, следует отметить, что самозащита предполагает совершение управомоченным лицом односторонних юридических или фактических действий в целях защиты гражданских прав. Самозащита обладает рядом присущих ей черт. Во-первых, самозащита осуществляется лицом, право которого нарушено, без обращения в юрисдикционные органы. Кроме того, она осуществляется силами самого потерпевшего, что не исключает товарищеской взаимопомощи. Во-вторых, самозащита возможна, когда нарушение гражданского права уже произошло и продолжается, либо налицо реальная угроза такого нарушения. И, в-третьих, самозащита должна быть правомерной. Для признания самозащиты правомерной необходимо, чтобы при её осуществлении были соблюдены следующие условия: субъектом самостоятельно защищается своё действительное, а не предполагаемое право; используемые способы самозащиты соразмерны нарушению, то есть вред, причиненный реализацией права на самозащиту, не должен явно не соответствовать реальному или возможному вреду, причиненному нарушителю; способы самозащиты не выходят за пределы действий, необходимых для пресечения нарушения. Необходимо также отметить, что для реализации конкретного способа самозащиты необходимо, чтобы такая возможность была предусмотрена законом, иным правовым актом или договором. Так, самостоятельная защита прав, вытекающих из договорных отношений, может выражаться в удержании кредитором вещи до исполнения обязательства должником. Самозащита прав во внедоговорных отношениях может осуществляться посредством совершения действий в состоянии необходимой обороны или крайней необходимости. Вместе с тем, в научной сфере существуют споры о том, является ли самозащита формой или способом защиты гражданских прав. Проблематичным также остается вопрос разграничения самозащиты и самоуправства. В заключение следует сказать, что применяемые управомоченным лицом меры самозащиты могут быть обжалованы в суде или ином компетентном органе, что является гарантией прав и законных интересов субъектов гражданского оборота и позволяет оградить их от возможного злоупотребления правом на самозащиту.