Раздел 2. Культура России Нового времени

Лекция 15. Русская интеллигенция

сии культуры и саморефлексии, и самих форм духовной куль­туры, рефлектируемых умом, — как о духовном образова­нии, воплощающем в себе самоценный смысл действительнос­ти, соотнесенный в самосознании с самим собой. Подобная интеллектуальная семантика экстраполировалась на представ­ления о соответствующем сословии {классе или страте) рос­сийского общества, специализирующемся на духовном про­изводстве, познавательной деятельности и самосознании (осо­бенно последнем).

Не подлежит никакому сомнению, что история русской куль­туры неразрывно связана с историей русской интеллигенции. Интеллигенция выступала одновременно и носителем, и твор­цом, и теоретиком, и критиком культуры, — фактически явля­лась ее сосредоточием, воплощением и смыслом. Драматичес­кая, часто трагическая судьба русской интеллигенции была не просто составной частью истории русской культуры, но как бы концентрировала в себе ее собственную судьбу, также весьма драматичную (самоданность смысла). Внутренние противоречия русской интеллигенции (включая пресловутую проблему «вины» и «беды», поднимавшуюся то А.И. Герценом в романе «Кто ви­новат?» и его эссеистике того же времени, то Н.Г. Чернышевс­ким в «Русском человеке наrender-vous» и романе «Что делать?», то В.И. Лениным в «Памяти Герцена» и др. статьях), очень ос­ложнявшие ее внутреннюю жизнь, самосознание и самореа­лизацию в деятельности, в культурном творчестве, лежали в ос­новании ее собственного саморазвития и развития всей культу­ры России. Исторический опыт русской культуры откладывался в самосознании и деятельности интеллигенции, порождая соот­ветствующие противоречия и конфликты.

Своеобразие русской интеллигенции как феномена нацио­нальной русской культуры, не имеющего буквальных аналогов среди «интеллектуалов» Западной Европы, людей, занимающихся по преимуществу умственным трудом, представителей «средне­го класса», «белых воротничков» и т.д., являющееся сегодня об­щепризнанным (как известно, во всех словарях мира слово «ин­теллигенция» в близком нам смысле употребляется с пометкой: «рус.» — как специфическое образование русской истории, на­циональной общественной жизни). В этом отношении феномен русской интеллигенции совпадает с национальным менталите­том русской культуры и оказывается в такой же мере источни-

246

t"~

ком, причиной ее становления и развития, в какой и результа­том, плодом истории культуры России.

Универсальность того смысла, какой заключает в себе рус­ская интеллигенция, объясняет многообразие притязаний на представительство интеллигенции в российском обществе со стороны разных классов и сословий: дворянство и духовенство, крестьянство (в том числе даже крепостное) и городское ме­щанство, разночинцы и чиновники, буржуазия и рабочий класс, советская парттосноменклатура и диссиденты, техническая (ИГР) и гуманитарная интеллигенция, научная и «творческая», члены официальных творческих союзов и андеграунд. Принадлежность к интеллигенции в разные культурно-исторические эпохи была престижна по-своему, но исключительно в духовном и нравствен­ном смысле: ни социально-политических, ни экономических, ни властных привилегий причастность к интеллигенции никогда не давала, однако продолжала являться стимулом для пополнения рядов интеллигенции даже тогда, когда наименование интел­лигенции было равносильно политической неблагонадежности или оппозиционности властям, а ее материальное положение было по сравнению с другими социальными группами просто плачевным.

Долгое время считалось, что слова «интеллигенция», «интел­лигент» и «интеллигентный» ввел в повседневный обиход рус­ского языка и отечественной журналистики прозаик, критик и публицист П.Д. Боборыкин (1866), который сам объявил себя «крестным отцом» этих слов (в статьях 1904 и 1909 гг.). Писа­тель, использовавший еще в 1875 г. слово «интеллигенция» в философском значении: «разумное постижение действительно­сти», в то же время определял интеллигенцию (в социальном значении) как «самый образованный, культурный и передовой слой общества», или как «высший образованный слой обще­ства». Однако подобный смысл понятия интеллигенции выявля­ется сегодня в различных, и гораздо более ранних источниках. С.О. Шмидт недавно доказал, что слово «интеллигенция» впер­вые употребил почти в современном его значении В.А. Жуковс­кий в 1836 г. (в контексте: «лучшее петербургское дворянство», представляющее «всю русскую европейскую интеллигенцию»). При этом не исключается влияние на мировоззрение и речь Жу­ковского, а также людей его круга А.И. Тургенева, тесно об­щавшегося и состоявшего в переписке с Шеллингом (последний

247