Тестелец, Введение в общий синтаксис

Часть 2. Синтаксические теории

•интерес к типологической проблематике и к данным разнообразных, в том числе «экзотических», языков;

•резко отрицательное отношение к порождающей грамматике Н. Хомского.

Вэтой главе мы ограничиваемся рассмотрением одно­ го из самых продуктивных и многообещающих, на наш взгляд, ответвлений современного функционализма - функ­ циональной типологии. Ниже пойдет речь только об иссле­ дованиях в области синтаксиса, причем в основном о тех ра­ ботах, которые были мало или вовсе не затронуты в обзоре

А.А.Кибрика и В.А. Плунгяна [1997].

1. Объяснительная типология А.Е. Кибрика

Одним из первых российских лингвистов, осознавших необходимость перехода от моделирования языка к созда­ нию его объяснительной теории, стал А.Е. Кибрик. Его ра­ боты 1980-х годов по теории и типологии языка, обозначив­ шие решительный поворот к функционализму, собраны в книге [Кибрик 1992].

А.Е. Кибрик исходит из того, что «все элементы языко­ вой структуры адаптированы к их использованию в речи» [там же: 12], и структура языка в конечном счете обусловлена це­ лями и условиями его употребления. В компетенцию лингви­ стики входит «все, что имеет отношение к существованию и функционированию языка» [там же: 20]. «Как содержатель­ ные, так и формальные свойства синтаксиса в значительной степени предопределены семантическим уровнем» [там же: 21]. Область семантики понимается широко. К ней относятся:

•собственно семантика («ситуационный компонент»);

наибольшее значение для грамматики здесь имеют отношения между предикатом и его актантами, выра­ зимые в терминах семантических ролей;

•«упаковочный компонент» (коммуникативные значения);

•«дейктический компонент» (различия, связанные с го­ ворящим и слушающим, местом и временем акта ре­ чи и т. п.);

•Референциальные модальный, логический, эмоцио­ нальный и иллокутивный компоненты (они имеют сравнительно меньшее значение для грамматики, чем первые три).

694

Глава XV. Функциональная синтаксическая типология

Исторически исходное отношение между значением и формой мотивировано, хотя форма с течением времени мо­ жет терять семантическую мотивацию. Поэтому нормаль­ ным следует считать взаимно-однозначное соответствие ме­ жду грамматическими формами и выражаемыми ими значе­ ниями; все отклонения как в сторону омонимии, так и в сторону синонимии объясняются либо воздействием случай­ ных факторов, либо взаимодействием нескольких мотивиру­ ющих факторов, которые вступают друг с другом в противо­ речие, либо недостаточной изученностью языка (например, когда синонимическими считаются формы, в действитель­ ности различающиеся по семантике).

«На смену безраздельного господства КАК-типологии приходит объяснительная ПОЧЕМУ-типология, призванная ответить не только на вопросы о существовании, но и о при­ чинах существования/несуществования тех или иных явлений»[Кибрик 1992: 29].

При объяснении грамматических явлений наиболее перспективно искать факторы и причины, находящиеся вне грамматики. Например, давно замечено, что порядок распо­ ложения аффиксов в длинных словоформах агглютинатив­ ных языков, хотя и проявляет большое разнообразие по язы­ кам, все же не является полностью произвольным — одни порядки несравненно более часты, чем другие. А.Е. Кибрик показал, что наиболее обычен следующий порядок следова­ ния показателей глагольных категорий: «корень» + «вид» + «время» + «наклонение»; данный порядок соответствует ие­ рархии вложения типичных толкований этих категорий. На­ пример, толкование индикатива 'верно, что X' требует, что­ бы переменная X была заполнена значениями остальных трех типов показателей; толкование, например, настоящего времени валентно на видовое значение и т. д. Таким обра­ зом, формальная иерархия отображает иерархию семантиче­ скую [Кибрик 1980; 1992:31; Зайцева 1983]; впоследствии этот факт был независимо обнаружен и сходным образом объяснен Дж. Байби [Bybee 1985].

Всинтаксисе аналог этому явлению образует «метапринцип иконичности», который приобрел известность после того, как Дж. Хэйман [Haiman 1985] подверг изучению соотношение линейного порядка и различного рода смысловых иерархий.

Влинейной последовательности в первую очередь вы­ ражается то, что первым актуализируется в сознании гово-

695

Глава XV. Функциональная синтаксическая типология

К этому типу относится, например, русский и боль­ шинство индоевропейских языков: А и S выражаются номи­ нативом и согласуются с глаголом; Р выражается аккузати­ вом и с глаголом не согласуется.

Единственный актант непереходного глагола выража­ ется так же, как и пациенс при переходном, а агенс переход­ ного глагола — по-другому (например, особым эргативным падежом). Так устроена базовая конструкция предложения в кавказских языках, например в аварском. Воспроизведем пример (125) из главы VI:

То же противопоставление может выражаться не паде­ жами и не согласованием, как в аварском языке, а служеб­ ными словами, например эргативным предлогом е в языке

697

Часть 2. Синтаксические теории

самоа (полинезийская группа, австронезийская семья), ко­ торый маркирует подлежащее при переходном глаголе; под­ лежащее при непереходном глаголе и прямое дополнение немаркированы:

ПЕРФ идти APT мальчик 'Мальчик шел'.

Следующий реально наблюдаемый в языках, хотя и значительно менее распространенный тип конструкции предложения, - активный [Климов 1977]:

Агенс и пациенс различаются независимо от того, являются ли они актантами переходного или непереходного глаголов. Активная конструкция засвидетельствована в ряде индейских языков Америки, в бацбийском и табасаранском языках (восточнокавказская семья) и др. Приведем пример активной конструкции в лазском языке (картвельская семья, Турция и Грузия):

Схема (4) реализуется в лазском с помощью падежей: агенс получает активный (-к), а пациенс — инактивный (-Ø) падеж.

698

Глава XV. Функциональная синтаксическая типология

Конструкция трехчастного типа преобладает, по-видимо­ му, в генетически изолированном айнском языке (Япония, [Алпатов 1997: 135]) и в языке неперсе, относящемся к севе­ роамериканской семье пенути (АЛ. Кибрик, уста, сообщ.). Как будто приближается к контрастивному типу конструкция предложения в языке моту (австронезийская семья, Новая Гвинея [Comrie 1978: 334]):

Послелог па обычно оформляет подлежащее при непе­ реходном глаголе, а факультативный послелог ese — подле­ жащее при переходном глаголе; прямое дополнение остает­ ся немаркированным.

(8) Нейтральный тип:

Надежных случаев последовательно нейтрального типа, когда все актанты выражаются одинаково, не засвидетельст­ вовано; возможно, таковы язык лису (сино-тибетская семья) [Ли, Томпсон 1982 (1976)] или один из разговорных вариан­ тов индонезийского (Riau Indonesian; [Gil 1999]).

Остальные 10 логически возможных случаев вовсе не засвидетельствованы. А.Е. Кибрик выдвигает следующие объяснительные принципы, которые могут лежать в основе

699

Часть 2. Синтаксические теории

такого явного «перекоса» в доступной для наблюдения вы­

ний, которые могут быть легко восстановлены по контексту);

• принцип р а з л и ч и т е л ь н о с т и (различать значе­ ния, которые трудно восстановить косвенным путем, например, если у глагола два актанта, то без специ­ альных обозначений невозможно установить, какой из них какую роль выполняет).

Выясняется, что в языках наиболее распространены те типы конструкций, в которых оптимальным образом учиты­ ваются требования более чем одного принципа (аккузативный и эргативный тип различительны, потому что различа­ ют актанты двухместных глаголов, и экономичны, потому что ограничиваются минимальным противопоставлением двух форм, которые различают все 4 случая). Активная стра­ тегия максимально семантична и различительна, но недос­ таточно экономична - она проводит различия между един­ ственными актантами непереходных глаголов, которые мо­ гут быть различены по косвенным данным. Все же прочие стратегии не удовлетворяют, как минимум, двум принципам и поэтому либо вовсе не засвидетельствованы, либо крайне редки [Кибрик 1992: 186]

В последующих работах А.Е. Кибрика [1997; Kibrik 1997] уточняет­ ся представление о трех основных компонентах семантики (ситуацион­ ном, коммуникативном и дейктическом), взаимодействие которых опре­ деляет основное разнообразие наблюдаемых грамматических типов.

2. Теория порядка составляющих Дж. Хокинса

Теория порядка составляющих Дж. Хокинса, основан­ ная на принципах употребления (Performance theory of order and constituency) [Hawkins 1990; 1994] - одно из наиболее серьезных достижений функционального подхода к грамма­ тике. Хотя сам Хокинс скорее является умеренным форма­ листом (он разделяет ряд исходных положений ПГ и насто-

700

Глава XV. Функциональная синтаксическая типология

роженно относится к работам функционалистов в области порядка слов, полагая, что они придают чрезмерно большое значение прагматике), даже убежденный сторонник ПГ, один из инициаторов диалога между формалистами и функ­ ционалистами Ф. Ньюмейер был вынужден признать круп­ ный успех Хокинса достоянием теоретического функциона­ лизма [Newmeyer 1998]1.

2.1.Исходные предположения

Воснове теории Хокинса лежит гипотеза об устройст­ ве механизма синтаксического анализа речи. Вспомним, что по Хомскому этот механизм относится к «внешней» сфере языка («употреблению») и не взаимодействует со знанием языка; последнее — чисто интеллектуальная способность, в своей основе врожденная. В теории употребления было дав­ но установлено, что для носителей языка более приемлемы те предложения, которые с большей вероятностью могут быть произнесены, более легко понимаются, менее громозд­ ки и в меньшей степени нагружают оперативную память. В психолингвистике к настоящему времени накоплен боль­ шой материал по распознаванию синтаксических структур при восприятии звучащей или письменной речи и предложе­ но несколько убедительных моделей распознавания. Хокинс принимает за основу одну из наиболее авторитетных моделей, предложенных психолингвистами Дж. Фодор и Л. Фрэйзер.

Цель синтаксического анализа — перейти от речевой цепочки к синтаксической структуре (дереву составляющих). Это означает, что для каждой словоформы модель анализа должна указать ту синтаксическую категорию, к которой эта словоформа принадлежит сама и все те более крупные син­ таксические категории, в состав которых она входит. Хокинс обратил внимание на некоторые синтаксические категории, однозначно указывающие на то, каков непосредственно до­ минирующий над ними узел. Например, существительное или артикль указывают, что над ними непосредственно до-

1 «Из-за того, что Хокинс принимает многие термины и нотацию генератив­ ной лингвистики, его теория нашла мало последователей среди представи­ телей основного течения функционализма, но Ньюмейер правильно опре­ деляет ее как полностью функционалистическую» [Haspelmath 2000: 241].

701

Часть 2. Синтаксические теории

минирует ИГ2; глагол указывает на глагольную группу, под­ чинительный союз — на придаточное предложение. Такую ка­ тегорию, которая опознается не только сама, но и однозначно указывает на категорию непосредственно доминирующей со­ ставляющей, Хокинс называет однозначно идентифицирующей категорией (ОИК). Не все синтаксические категории являются однозначно идентифицирующими. Например, таковой не яв­ ляется ИГ: она может непосредственно доминироваться дру­ гой ИГ, глагольной группой, предложной группой и т. п.

Таким образом, ОИК позволяют определить сразу большой «кусок» синтаксической структуры. ОИК могут рассматриваться как недвусмысленные оперативные сигна­ лы (unambiguous signals on-line) о том, каковым должен быть доминирующий узел. С теми категориями, которые не явля­ ются ОИК, в процессе анализа происходит одно из двух: или а) адресат наугад устанавливает тип иерархической структу­ ры, в состав которой входит данная составляющая (напри­ мер, постулирует над ИГ предложную группу), а если дан­ ные последующего анализа опровергают это, вносит испра­ вления, или б) откладывает непроанализированную состав­ ляющую в особый отсек текущей памяти (look-ahead buffer), которая находится там до тех пор, пока в синтаксической структуре не обнаруживается для нее подходящее место.

ОИК включают два частично пересекающихся множе­ ства. Это служебные слова, о которых ведется поле­ мика по поводу того, вершины они или нет (например, ар­ тикль идентифицирует «над» собой ИГ, а вспомогательный глагол — кдаузу), либо это несомненные вершины (суще­ ствительное идентифицирует ИГ, вершиной которой являет­ ся; предлог идентифицирует возглавляемую им предложную группу и т. д.). Как мы видели в главах I и XII, вершина - тот элемент группы, который определяет ее свойства. Через посредство вершины происходит семантическая и граммати­ ческая связь группы с более крупной составляющей, в кото­ рую она входит. Естественно, вершина содержит в себе больше информации об этой более крупной составляющей, чем остальная часть словосочетания.

Скорость анализа некоторой структуры очевидным об­ разом зависит от линейного порядка слов и составляющих.

2Хокинс игнорирует двойные проекции вершин, которые предписывает X'- теория, и использует более простой способ изображения структуры фразо­ вых категорий.

702

Глава XV. Функциональная синтаксическая типология

Цель анализа узла X - установить, сколько непосредствен­ ных составляющих входит в X и какова их категориальная природа (т. е. какие категории составляющих непосредст­ венно доминируются Х-ом). Для того, чтобы установить сам факт наличия и категорию составляющей X, адресат должен «натолкнуться» на ОИК в составе этой составляющей. Если такая категория обнаруживается в начале X, то можно счи­ тать, что X идентифицируется быстро. Если она обнаружи­ вается в середине X, то анализ происходит медленнее; если ОИК располагается в конце (на правой периферии) состав­ ляющей X, то анализ затягивается максимально.

Анализ узла X не должен быть слишком растянут во времени. Если взять за единицу времени обработку каждого слова в линейной цепочке, анализ не должен начаться слиш­ ком рано. Например, информация об одной из непосредст­ венных составляющих X не должна быть получена задолго до того, как поступит информация о других непосредствен­ ных составляющих X. Соответственно анализ не должен за­ канчиваться слишком поздно — например, если проанализи­ рованы все непосредственные составляющие X, кроме од­ ной, информация об этой последней не должна поступить с большим опозданием, иначе X будет слишком долго оста­ ваться в «подвешенном» состоянии. Итак, слова, несущие информацию о непосредственных составляющих узла X, должны быть собраны на минимальном линейном отрезке.

Хокинс вводит понятие сферы идентификации составля­ ющих (СИС; Constituent recognition domain) для узла X. Так называется линейно упорядоченное множество слов, кото­ рое должно быть проанализировано для идентификации всех непосредственных составляющих X, начиная с того слова, которое позволяет идентифицировать первую непосредст­ венную составляющую X слева и кончая тем словом, кото­ рое позволяет идентифицировать последнюю непосредст­ венную составляющую X справа и включая все промежуточ­ ные слова.

2.2. «Лучшие» и «худшие» порядки

Рассмотрим английский пример со «сдвигом тяжелой ИГ» (Heavy NP shift). Допустим, глагольная группа состоит из глагола, ИГ прямого дополнения и предложной группы