Тестелец, Введение в общий синтаксис

Глава XIII. Последние варианты порождающей грамматики

НИХ}'.ИГ die Gaste 'гостей' одновременно связывает анафор einander 'друг другу' и паразитический пробел в инфинитив­ ном обороте ohne PRO e anzuschauen, букв, «без взглянуть» в значении 'без того, чтобы взглянуть на них' - дополнение, управляемое глаголом anschauen 'взглянуть', выражено про­ белом. Это противоречие было названо «парадокс Вебельхута» — одна и та же позиция проявляет себя одновременно как актантная, и как неактантная. Впоследствии обнаружи­ лось, что совмещение признаков «актантного» и «неактантного» передвижений — обычное явление в языках со свобод­ ным порядком слов [Corver, Riemsdijk (eds.) 1994; Beerman et al. (eds.) 1997].

В рамках ПГ было предложено несколько подходов к проблеме свободного порядка слов в русском языке [King 1995; Bailyn 1995; Кондрашова 1997; Фаулер 1997 (1987); Sekerina 1997]. Особого внимания заслуживает работа гер­ манских славистов У. Юнгханса и Г. Цыбатов [Junghanns, Zybatow 1997]. С одной стороны, предлагаемое ими решение традиционно для ПГ, поскольку исходит из постулата, что изменение порядка слов соответствует изменению в структу­ ре составляющих. Вопреки обычному предположению ми­ нималистской теории, авторы не считают, что наблюдаемый порядок составляющих в русском языке вызван открытыми передвижениями, проверяющими сильные морфологические признаки. У. Юнгханс и Г. Цыбатов предлагают считать, что все морфологические признаки составляющих в русском языке слабые, т. е. в принципе любая составляющая может оставаться в своей исходной (= базовой) позиции. Если со­ ставляющая остается in situ, то ее слабые морфологические признаки проверяются поздно, т. е. на уровне ЛФ. Откры­ тое передвижение предусматривает более раннюю проверку тех же признаков (еще до уровня ЛФ). В русском языке пе­ редвижения составляющих мотивированы не морфологиче­ скими признаками, а требованиями, которые предъявляет информационная структура, т. е. отражение в языке обстоя­ тельств ситуации речи.

645

Часть 2. Синтаксические теории

Информационная структура включает два компонента: «структуру ремы и фона» (Focus-Background Structure), которая отражает степень важности передаваемой информации, и «стру­ ктуру темы и комментария» (Topic-Comment Structure), которая определяет исходный пункт сообщения, то, о чем в нем гово­ рится. Границы, отделяющие рему от фюна и тему от коммен­ тария, могут не совпадать, что можно видеть на примере (57):

(57) КОНТЕКСТ: Какое у тебя прекрасное кольцо. Кто тебе его подарил?

ТЕМА КОММЕНТАРИИ

I I

ФОН РЕМА Определенные синтаксические позиции ассоциированы

с определенными коммуникативными статусами, т. е. различ­ ные типы темы и фокуса выражаются не только фонологиче­ ски, но и синтаксически. Например, в тетических предложе­ ниях (см. главу IX п. 2) отсутствует тема, и вся информация, содержащаяся в предложении, является одинаково важной, т. е. рема совпадает со всем предложением (случай «максималь­ ной ремы»). Это означает, что признак ремы характеризует всю клаузу, или составляющую вида IP (или SpecAgrSP, если при­ нять минималистский способ «расщепления» признака I).

Структура глагольной группы в русском языке обусло­ влена свойствами ее актантов. Подлежащее при непереход­ ных глаголах действия (58) и при переходных глаголах (59) порождается не в SpecIP, а в SpecVP, откуда может передви­ гаться в SpecIP. Эта идея (VP-internal subject hypothesis) бы­ ла высказана в [Koopman, Sportiche 1991] и с тех пор полу­ чила широкое распространение в ПГ:

(58)VP

646

Глава XIII. Последние варианты порождающей грамматики

При некоторых непереходных глаголах их актант в им. п. чаще выступает в позиции после глагола [Ковтунова 1976; Крылова, Хавронина 1976; Шведова (ред.) 1980]: Умер Иван Иванович] Наступает весна; Строится дом; Останови­ лась машина и т. п. Можно заметить, что так ведут себя гла­ голы, обозначающие процессы и состояния. Таким образом, порядок слов отражает противопоставление двух классов не­ переходных глаголов — агентивных и пациентных (о других различиях в свойствах их подлежащих см. главу VI п. 2). В ПГ непереходные глаголы, при которых подлежащие не от­ личаются или незначительно отличаются по своим свойствам от подлежащих при переходных глаголах, называются неэргативными (unergative). Считается, что деривация подлежащих при неэргативных глаголах такая же, как деривация подлежа­ щих при переходных глаголах. Подлежащие при непереход­ ных глаголах, которые по части свойств совпадают с прямы­ ми дополнениями, называются неаккузативными (unaccusative); предполагается, что подлежащие при неаккузативных глаголах порождаются в позиции прямого дополнения, а затем могут передвигаться в позицию подлежащего (SpecIP).

Сходство подлежащих непереходных пациентных глаголов по ряду свойств с прямыми дополнениями, а подлежащих непереходных агентив­ ных глаголов - с подлежащими при переходных глаголах в той или иной мере наблюдается в большинстве языков (анализ этого явления на матери­ але русского языка см. в главе VI). В некоторых языках - например, во многих америндских, в лазском (картвельская семья), в табасаранском (восточнокавказская семья) и других различие агенса и пациенса определяет конструкцию предложения, т. е. выбор падежа или согласование актантов с глаголом; в таком случае наблюдается «активная конструкция предложе­ ния» [Климов 1977]. В синтаксических теориях, которые постулируют не­ сколько уровней деривации, естественно возникает предположение, что пациентное подлежащее при непереходном глаголе на начальном, более семантичном, уровне деривации занимает позицию прямого дополнения, отсюда и схожесть их свойств. Эта идея была впервые высказана в рамках реляционной грамматики Д. Перлмуттером [Perlmutter 1978], который и предложил при этом малоудачные термины unergative и unaccusative. В ре­ ляционной грамматике по этой теме наиболее важны работы [Harris A. 1981; Rosen 1984]. Впоследствии идея Перлмуттера была воспринята пред­ ставителями ПГ [Burzio 1981; Belletti 1988; Levin, Rappaport Hovav 1995] и обоснована на русском материале в [Pesetsky 1982].

Неаккузативные глаголы, как и переходные, обладают комплементом (прямым дополнением), но не в вин. п., а в им. п.:

647

Часть 2. Синтаксические теории

Таким образом, наиболее частый, немаркированный порядок слов с одно- и двухактантными глаголами непо­ средственно отражает иерархическую структуру воз­ главляемых ими глагольных групп, а отступления от этого порядка вызваны передвижениями, мотивированными ин­ формационной структурой, о которых речь пойдет ниже.

Руководствуясь постулатом последовательного бинар­ ного ветвления, Юнгханс и Цыбатов предполагают для трехактантных глаголов анализ в духе ларсоновского VP-shell, однако, в отличие от Р. Ларсона, не рассматривают ИГ в дат. п. как сестру глагольного узла — в этом нет необходимости, так как в русском языке отсутствует «дативное передвиже­ ние». ИГ в дат. п. занимает позицию спецификатора вло­ женной VP, а комплементом переходного глагола остается ИГ в вин. п. Глагол передвигается в пустую позицию верши­ ны vP, и в результате наблюдается нейтральный, немаркиро­ ванный порядок слов при трехактантных глаголах. «Как пра­ вило, при нейтральном порядке слов конечную позицию за­ нимает падежная словоформа, обнаруживающая большую степень семантической связи с глаголом» [Шведова (ред.) 1980: 207].

Нейтральный порядок наблюдается, как и в (58—60), в исходной (базовой) структуре, т. е. в такой, где не произош-

648

Глава XIII. Последние варианты порождающей грамматики

ло никаких передвижений, вызываемых информационным компонентом. Как можно убедиться в том, что в предложе­ нии (61) или (62) Одна женщина подарила мальчику яблоко

обе ИГ-дополнения — мальчику и яблоко остаются внутри глагольной группы? Юнгханс и Цыбатов предполагают, что признак ремы характеризует составляющие, т. е. может при­ писываться глагольной группе в целом. В таком случае маль­ чику и яблоко оказываются ремой (случай предикативной ре­ мы, см. главу IX п. 2). При том же порядке слов рема может характеризовать только ИГ прямого дополнения яблоко (слу­ чай узкой ремы, см. там же). В соответствии с принципом «экспансии ремы» (см. там же), акцентное выделение на прямом дополнении может означать как то, что оно являет­ ся ремой, так и то, что ремой является вся составляющая, в которую оно входит - VP. Поэтому предложение (62) мож­ но понять двояко: 1) как содержащее предикативную рему

[VР подарила мальчику яблоко], и тогда ИГ мальчику — неоп­ ределенная; 2) как содержащее узкую рему [NP яблоко]; в та­ ком случае ИГ мальчику, скорее всего, определенная. Пос­ кольку ИГ яблоко входит в состав глагольной группы, в си­ лу экспансии ремы ее акцентное выделение может означать также и то, что вся глагольная группа принадлежит реме.

Рассмотрим теперь предложение (63) Одна женщина подарила яблоко мальчику. В нем не наблюдается той же дву­ значности, что и в (62). В (63) при нормальном акцентном выделении ИГ мальчику эта ИГ является узкой ремой, а ИГ яблоко может быть только определенной ('gave the apple to a boy', но не 'gave an apple to a boy'). Таким образом, в (63) ИГ мальчику и ИГ яблоко не могут вместе образовать единую ре­ му: «экспансии» с последней ИГ на предпоследнюю, в отли­ чие от (62), не происходит. Следовательно, эти ИГ не входят обе в глагольную группу: одна из них покинула ее, и струк­ турных оснований для экспансии ремы на всю VP нет, вследствие чего и двузначности, подобной (62), не наблюда­ ется.

Русский язык, таким образом, допускает сохранение всех актантов в их базовых позициях. Актанты глагола и сам глагол выдвигаются из VP только если это мотивировано их информационным (в нашей терминологии коммуникатив­ ным) статусом. При этом допускается передвижение и лю­ бого актанта (64—66; 68), и глагола-сказуемого (67) в пози­ цию темы — SpecAgrsP или (для глагола) AgrsP. При этом ак-

649

Часть 2. Синтаксические теории

танты покидают свои исходные позиции в глагольной груп­ пе, что можно увидеть по тому, что они «обходят» обстоя­ тельства образа действия (64), которые всегда выступают как адъюнкты VP (см. главу II 4.2.2); сами обстоятельства, если они не выражены вопросительными местоимениями или со­ юзными словами, никуда передвигаться не могут): (64) Иванi

[VP нежно [vР ti целует Машу]]; (65) Машаi [VP внимательно

[VP ti читает книгу] (переходный глагол); (66) Иванi умер ti (неаккузативный глагол); (67) Пелиi птицы ti (неэргативный глагол); (68) Газетуi Иван купил ti после обеда (тематизация дополнения).

Рема (focus) приписывается как синтаксический при­ знак [F] к любой составляющей синтаксического дерева и фонетически реализуется как акцент на последнем слове со­ ставляющей. Поэтому рематическая неоднозначность возни­ кает при соответствии порядка элементов в клаузе порядку составляющих в глагольной группе:

Предложение (69) может выступать в качестве ответа на три вопроса: Кого Антон целует! (а), Что Антон делает!

(б) и В чем дело! (в).

Как быть со случаями, когда подлежащее является узкой ремой и при нейтральном расположении акцентированного слова находится в конечной позиции, например, Машу целует Антон, Роман «Война и мир» написал Лев Толстой! Чтобы объ­ яснить такой порядок слов, Юнгханс и Цыбатов предполага­ ют, что подлежащее, получившее признак [F], может быть пе­ редвинуто в позицию правого адъюнкта глагольной группы: (70) [vр [[F][NP Инна] [у купила платье]] -> [ур [vр ti [v' Купи­ ла платье]] [F]-[NP Инна][i] (здесь признак ремы [F] соединен дефисом с ИГ подлежащего, к которой он приписывается).

650

Глава XIII. Последние варианты порождающей грамматики

5. Теория оптимальности

Принцип выбора из нескольких возможных дериваций, применяемый в «минималистской программе», получил своеобразную разработку у группы исследователей, которые попытались перенести в синтаксис методологию «теории оп­ тимальности» (Optimality theory), выдвинутой первоначально в фонологии [Prince, Smolenky 1993]. В эту группу входят в основном очень авторитетные синтаксисты, создавшие себе имя задолго до возникновения «оптимального» проекта: [Grimshaw 1997; Pesetsky 1997; 1998; Anderson 2000; Bresnan 2000].

Основная идея теории оптимальности заключается в том, что принципы строения языка и в том числе синтакси­ ческие ограничения следует рассматривать не как абсолют­ ные (= жесткие), а как относительные (= мягкие). Абсолют­ ный принцип формулируется следующим образом: «Если предложение нарушает ограничение С, оно неграмматично». Относительный принцип построен по другой схеме: «То, что предложение нарушает ограничение С, может быть, и пло­ хо, но все-таки лучше, чем нарушение ограничения В, а на­ рушение ограничения В лучше, чем нарушение ограничения А». Нарушение одного ограничения может не влиять на грамматичность, если другие варианты того же предложения нарушают более важные ограничения. Итак, ограничения, во-первых, могут нарушаться, а во-вторых, они образуют не­ которую иерархию, от наиболее до наименее важных.

Выбор между вариантами на основе иерархии принци­ пов осуществляет особый компонент грамматики, который действует позже трансформационного компонента и называ­ ется оценивающим устройством (Evaluator). Во всех языках представлено одно и то же множество ограничений, но их иерархический порядок по языкам различается. Из несколь­ ких парадигматических вариантов предложения5 (они назы­ ваются кандидатами) грамматичны только оптимальные ва­ рианты. Оптимальным вариантом называется такой, в кото­ ром не нарушается высшее по рангу ограничение.

Таким образом, теория оптимальности отвергает идею абсолютной ненарушимости принципов, которая лежит в

5Особый вопрос заключается в том, каким образом отбирается множество кан­ дидатов, поступающих на вход оценивающего устройства, т. е. каким образом устанавливаются границы рассматриваемой синтаксической парадигмы.

651

Часть 2. Синтаксические теории

основе «главного течения» ПГ. Статус языковой единицы О (например, предложения) по отношению к некоторому мно­ жеству принципов теории грамматики {Р} определяется пу­ тем выяснения того, в каком отношении находятся с {Р} другие языковые единицы, похожие на О и образующие с ним одну парадигму (множество кандидатов). Из всех кан­ дидатов грамматичным признается тот, который не противо­ речит высшему по рангу принципу в {Р}.

В качестве иллюстрации рассмотрим в упрощенном ви­ де применение оценивающего устройства к структуре отно­ сительных придаточных с релятивизованными дополнения­ ми, предложенное в [Pesetsky 1997; 1998]. Д. Песецкий пред­ положил, что всякое придаточное относительное включает подчинительный союз (комплементайзер) и союзное слово, однако обычно по крайней мере одна из этих двух единиц опускается, например, исходная структура (71) а. Книга, ко­ торая что была на полке после опущения союза выглядит как

б. Книга, которая была на полке, а после опущения союзно­ го слова — как в. Книга, что была на полке. Опущение сою­ за или союзного слова в разных языках происходит в зави­ симости от одного и того же множества универсальных принципов, однако иерархия этих принципов может быть различной.

(72) Принцип левого края (Left Edge, LE):

первым словом, которое произносится в СР (придаточ­ ном предложении), является комплементайзер (подчини­ тельный союз).

Принцип левого края объясняет, например, почему во французском языке некоторые виды придаточных с релятиви­ зованными дополнениями могут начинаться с союза que 'что' (73в), но не с относительного местоимения qui 'который':

(73) а. *1Ъотте qui queje connais букв, «человек, которого что

язнаю»; б. *1Ъотте guije connais 'человек, которого я знаю';

в.Vhomme queje connais букв, «человек, что я знаю». (Тради­ ционно союз que 'что' в конструкциях типа (73в) считается особой разновидностью относительного местоимения, пред­ назначенного для релятивизации дополнений.)

(74) Принцип восстановимости (Recoverability, R): невосстановимая синтаксическая единица должна про­

износиться.

Восстановимой является такая единица, значение кото­ рой можно определить по имеющемуся антецеденту. Напри-

652

Глава XIII. Последние варианты порождающей грамматики

мер, в конструкции девушка, что сидит справа относительная группа, выраженная союзным словом которая, восстановима по своему антецеденту девушка, а в конструкции *девушка, что я говорю предложная относительная группа невосстано­ вима по антецеденту {девушка, с которой я говорю; девушка, о которой я говорю; девушка, для которой я говорю ...)6.

(75) Принцип телеграфа (Telegraph, T): Служебные слова не должны произноситься.

Под «служебным словом» в относительном придаточ­ ном имеется в виду союз.

Применительно к релятивизации дополнений во фран­ цузском языке указанные три принципа образуют следую­ щую иерархию:

(76) R > LE > Т.

Опущение относительного местоимения не нарушает принципа восстановимости в том случае, если оно не нахо­ дится внутри предложной группы. Принцип левого края оказывает предпочтение тому варианту, при котором отно­ сительное местоимение опускается, так как при этом в на­ чале придаточного предложения оказывается союз. В резуль­ тате в (77) оптимальным оказывается вариант (77в), а более слабый принцип телеграфа для этой группы кандидатов не­ релевантен:

В примерах (78), где налицо невосстановимая предлож­ ная группа avec qui 'с которым', неграмматичны примеры (78вг). Второй по значимости принцип левого края наруша­ ется в обоих оставшихся примерах (78аб) и поэтому не мо­ жет осуществить выбор между ними. В таком случае решаю­ щее значение приобретает самый слабый для французского языка принцип телеграфа, который указывает на (786) как на грамматичный вариант, поскольку в (786), но не в (78а) опускается служебное слово que 'что'.

Предложная относительная группа восстановима в том случае, когда сказуе­ мое управляет одной определенной предложной конструкцией, чем и объяс­ няется допустимость в некотором варианте русского языка предложений ти­ па Вот эта девушка, что я влюблен {влюблен управляет предлогом в с вин. п.).

653

Часть 2. Синтаксические теории

В английском языке иерархия принципов выглядит следующим образом:

(79) R > LE = Т.

Принципы левого края и телеграфа ранжированы оди­ наково, т. е. образуют пару связанных ограничений (constraint tie). Это означает, что нарушение одного из них не превы­ шает по рангу нарушение другого:

Подход, предложенный Песецким, позволяет дать от­ вет на вопрос, много лет дискутировавшийся в ПГ, но так и не получивший общепризнанного решения — почему в от­ носительных придаточных невозможно одновременное за­ полнение позиций SpecCP (союзное слово) и С (союз), на­ пример, *мальчик, который что я видел.

Обратим внимание на то, что по крайней мере два принципа, предложенные Песецким, - восстановимость и «телеграф» — можно рассматривать как проявление более общего принципа экономии средств сообщения, — одного из ключевых положений функционализма. О перспективах, ко­ торые открывает теория оптимальности для функционализ­ ма, см. [Haspelmath 1999B].

6. Общая оценка порождающей грамматики

Невероятный успех и популярность ПГ, которые ее противники упорно продолжают объяснять вненаучными причинами, основывается, как нам представляется, на инту­ итивной привлекательности методологии, предложенной Хомским, и на огромных и неоспоримых достижениях в изу­ чении синтаксиса, которые были достигнуты возглавляемым

654