сон

У Некрасова только одна молодая девушка, наблюдавшая избиение лошади из кареты, пожалела животное:

Вот лицо, молодое, приветное,

Вот и ручка, — раскрылось окно,

И погладила клячу несчастную

Ручка белая...

У Достоевского под конец сцены из толпы зрителей выкрикивают уже не советы, а упрёки, что на Миколке креста нет, но только мальчик (таким видит себя Раскольников) бегает среди толпы и просит сначала какого-то старика, затем отца спасти лошадку. Когда савраска падает замертво, он подбегает к ней, целует её мёртвую голову, а потом бросается с кулачками на Миколку, который, надо сказать, даже не заметил этого нападения.

В анализируемой сцене Достоевский акцентирует необходимые для романа идеи, которых в стихотворении Некрасова нет. С одной стороны, правду в этой сцене выражает слабый ребёнок. Он не может остановить убийства, хотя душой (а не разумом) понимает несправедливость, недопустимость расправы над лошадью. С другой стороны, Достоевский ставит философский вопрос о сопротивлении злу, о применении силы против зла. Такая постановка вопроса логически доводится до права на пролитие крови вообще и осуждается автором. Однако в описанной сцене кровь ничем не может быть оправдана, она вопиет о мщении.

Сон раскрывает характер Раскольникова, который завтра станет убийцей. Нищий студент — добрый и мягкий человек, способный сострадать чужим несчастьям. Такие сны не снятся людям, утратившим совесть (сны-кошмары Свидригайлова — о другом) или примирившимся с вечной и всеобщей несправедливостью мирового порядка. Прав мальчик, бросившийся на Миколку, а отец, даже не пытаясь вмешаться в убийство лошади, ведёт себя равнодушно (савраска всё-таки принадлежит Миколке) и трусливо: «Пьяные, шалят, не наше дело, пойдём!». С такой жизненной позицией Раскольников не может согласиться. Где же выход? Характер, ум, отчаянные семейные обстоятельства — всё толкает главного героя романа на сопротивление злу, но это сопротивление, по мнению Достоевского, направлено по ложному пути: Раскольников отвергает общечеловеческие ценности ради человеческого счастья! Объясняя своё преступление, он говорит Соне: «Старушонка вздор! Старуха пожалуй что и ошибка, не в ней дело! Старуха только болезнь... я переступить поскорее хотел... я не человека убил, я принцип убил!» (3, VI). Раскольников имеет в виду, что нарушил заповедь «не убий!», на которой от века строятся человеческие отношения. Если отменить этот моральный принцип, люди перебьют друг друга, как это изображено в последнем сне героя в эпилоге романа.

Во сне Раскольникова о лошади присутствуют несколько символических моментов, которые связывают этот эпизод с дальнейшим содержанием романа. Мальчик оказывается у кабака, где происходит убийство клячи, случайно: он с отцом шёл на кладбище, чтобы поклониться могиле бабушки и брата и зайти в церковь с зелёным куполом. Он любил посещать её из-за доброго священника и особого чувства, которое испытывал, находясь в ней. Таким образом, во сне рядом оказываются кабак и церковь как две крайности человеческого бытия. Далее, во сне уже предсказывается убийство Лизаветы, которое Раскольников не планировал, но вынужден был совершить по стечению обстоятельств. Безвинная смерть несчастной женщины в отдельных деталях (кто-то из толпы кричит Миколке о топоре) напоминает смерть савраски из сна: Лизавета «задрожала как лист, мелкой дрожью, и по всему лицу её побежали судороги; приподняла руку, раскрыла было рот, но всё-таки не вскрикнула и медленно, задом, стала отодвигаться от него в угол...»(1, VII). Иными словами, Достоевский до преступления Раскольникова показывает, что смелые идеи героя о сверхчеловеке обязательно будут сопровождаться невинной кровью. Наконец, образ замученной лошади возникнет в конце романа в сцене смерти Катерины Ивановны, которая произнесёт последние свои слова: «Довольно!.. Пора!.. (...) Уездили клячу!.. Надорвала-а-сь!» (5, V).

Сон о лошади был для Раскольникова как бы предостережением: все будущее преступление «закодировано» в этом сне, как дуб в жёлуде. Недаром, когда герой проснулся, он сразу же воскликнул: «Неужели я сделаю это ?» Но Раскольникова не остановил сон-предостережение, и он сполна получил все страдания убийцы и разочарования теоретика.

Подводя итог, следует отметить, что первый сон Раскольникова в романе занимает важное место по социальным, философским и психологическим основаниям. Во-первых, в сцене убийства лошадёнки выражены болезненные впечатления от окружающей жизни, тяжело ранящие совестливую душу Раскольникова и рождающие законное возмущение любого честного человека. Негодование мальчика у Достоевского можно противопоставить трусливой иронии лирического героя у Некрасова, который издали, не вмешиваясь, наблюдает избиение несчастной клячи на улице.

Во-вторых, в связи со сценой сна возникает философский вопрос о противодействии мировому злу. Как исправить мир? Надо избежать крови, предупреждает Достоевский, так как путь к идеалу неразрывно связан с самим идеалом, отмена общечеловеческих моральных принципов приведёт человека только в тупик.

В-третьих, сцена сна доказывает, что в душе героя живёт боль за слабых и беззащитных. Сон уже в начале романа свидетельствует, что убийца старухи процентщицы не заурядный грабитель, но человек идеи, способный и к действию, и к состраданию.