Добавил:

Sekretar kiopkiopkiop18@yandex.ru t.me/Prokururor I Вовсе не секретарь, но почту проверяю Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.

Вуз:

Ростовский Государственный Медицинский Университет

Предмет:

Медицина общая

Файл:

Книга_3488_Библиотеки_им_академика_М_И_Перельмана

.pdf

Скачиваний:

Добавлен:

13.10.2026

Размер:

367 Кб

Скачать

☆

1 / 21 2 > Следующая >>>

Оригинальная статья

Инфекционные болезни, 2024, т. 22, №2, с. 66–76

Infectious Diseases, 2024, volume 22, No 2, p. 66–76

DOI: 10.20953/1729-9225-2024-2-66-76

Тел./факс: +7 (495) 660-6004, e-mail: red@phdynasty.ru, www.phdynasty.ru

Особенности течения постковидного

синдрома, его влияние на качество жизни

и некоторые показатели гемостаза

и обмена катехоламинов

Х.Г.Омарова, А.Р.Маржохова, А.Д.Музыка, Н.Т.Шапиева, М.П.Провоторова

Центральный НИИ эпидемиологии Роспотребнадзора, Москва, Российская Федерация

Известно, что новая коронавирусная инфекция COVID-19 характеризуется в большинстве случаев выздоровлением,

однако у 10–20% людей, перенесших это заболевание, сохраняются долгосрочные последствия. На данный момент

патофизиологическая характеристика и клиническая значимость воздействия SARS-CoV-2 на органы эндокринной

системы, а также влияние связанной с ним эндокринной дисфункции на прогноз больных, перенесших COVID-19,

не полностью изучены и недостаточно освещены в литературе. Было высказано предположение, что катехоламины,

особенно в избыточных концентрациях, вызывают нарушение регуляции физиологических каскадов, что может быть

тесно связано с неблагоприятными исходами при COVID-19.

Цель. Определение диагностической значимости показателей гемостаза и обмена катехоламинов у пациентов, пере-

несших COVID-19, с постковидным синдромом (ПКС) и без него, их взаимосвязи с зарегистрированными когнитивны-

ми нарушениями (КН).

Пациенты и методы. В исследование были включены 90 пациентов, перенесших COVID-19. Пациенты проходили

лабораторное обследование: коагулограмму, определение уровня Р-селектина и исследование суточной мочи с опре-

делением уровня катехоламинов, метаболитов катехоламинов и серотонина (адреналин, норадреналин, дофамин,

гомованилиновая кислота, ванилилминдальная кислота, 5-гидроксииндолуксусная кислота). Основную группу соста-

вили 60 пациентов с ПКС (9 (15%) мужчин, 51 (85%) женщина), группу контроля – 30 пациентов без ПКС (5 (16,7%)

мужчин, 25 (83,3%) женщин). Паци енты группы контроля чаще переносили COVID-19 бессимптомно или в нетяжелой

форме без поражения легких, в то время как пациенты основной группы – с поражением легких в 21,7% случаев.

Результаты. Продолжительность ПКС составила на момент обследования от 4 до 36 мес., медиана 24 мес. Выра-

женность его была максимальной у 43,3% пциентов. Снижение качества жизни, связанное с перенесенным COVID-19,

отмечали 53,3% пациентов основной группы. Жалобы на КН были самыми частыми в структуре ПКС – у 53 (88,3%)

человек. Длительность КН составила менее года у 21,7% пациентов, от 1 до 2 лет – у 15%, более 2 лет – у 55%. Оценка

выраженности КН по пятибалльной шкале: 1 балл – 10%, 2 балла – 20%, 3 балла – 35%, 4 балла – 18,3%, 5 бал-

лов – 8,3%. В структуре КН преобладали нарушения концентрации внимания – 78,3% (24 [12; 35,5] мес.), памяти – 71,7%

(24 [10,5; 35,5] мес.), заторможенность – 53,3% (12 [6; 24] мес.), «мозговой туман» – 51,7% (12 [7; 24] мес.). КН по шкале

МоСА (<26 баллов) в основной группе регистрировались у 30% пациентов, в контрольной – у 10 % (р = 0,034). Пациенты

основной группы с КН по шкале МоСА предъявляли жалобы в течение 2 и более лет в 55,6% случаев, менее года –

22,2%, от 1 до 2 лет – в 11,1%. Наличие хотя бы одного симптома отмечали 88,3% опрошенных. По результатам лабо-

раторных методов исследования в основной группе медиана уровня адреналина в суточной моче была выше (p = 0,025).

Статистически значимой разницы при исследовании показателей гемостаза между двумя группами выявлено не было.

Ключевые слова: гемостаз, катехоламины, качество жизни, постковидный синдром, шкалы

Для цитирования: Омарова Х.Г., Маржохова А.Р., Музыка А.Д., Шапиева Н.Т., Провоторова М.П. Особенности течения постковидного синдро-

ма, его влияние на качество жизни и некоторые показатели гемостаза и обмена катехоламинов. Инфекционные болезни. 2024; 22(2): 66–76.

DOI: 10.20953/1729-9225-2024-2-66-76

Features of the course of postcovid syndrome,

its effect on quality of life and some indicators

of hemostasis and catecholamine metabolism

Kh.G.Omarova, A.R.Marzhokhova, A.D.Muzyka, N.T.Shapieva, M.P.Provotorova

Central Research Institute of Epidemiology, Federal Service for Surveillance on Consumer Rights Protection and

Human Wellbeing, Moscow, Russian Federation

The novel COVID-19 coronavirus infection is known to be characterized by recovery in most cases, but long-term sequelae

persist in 10–20% of survivors. To date, the pathophysiologic characterization and clinical significance of the impact of SARS-

CoV-2 on endocrine organs, as well as the impact of the associated endocrine dysfunction on the prognosis of COVID-19

survivors, have not been fully explored and are not sufficiently reported in the literature. It has been suggested that cate-

Для корреспонденции:

Омарова Хадижат Гаджиевна, кандидат медицинских наук,

руководитель отдела клинических исследований, старший научный

сотрудник клинического отдела инфекционной патологии

Центрального НИИ эпидемиологии Роспотребнадзора

Адрес: 111123, Москва, ул. Новогиреевская, 3а

E-mail: omarova@cmd.su

Статья поступила 02.04.2024, принята к печати 28.06.2024

For correspondence:

Khadizhat G. Omarova, MD, PhD, Head of the Clinical Research

Department of the Central Research Institute of Epidemiology,

Federal Service for Surveillance on Consumer Rights Protection

and Human Wellbeing

Address: 3A Novogireevskaya str., Moscow, 111123, Russian Federation

E-mail: omarova@cmd.su

The article was received 02.04.2024, accepted for publication 28.06.2024

Особенности течения постковидного синдрома, его влияние на качество жизни и некоторые показатели гемостаза и обмена катехоламинов

Features of the course of postcovid syndrome, its effect on quality of life and some indicators of hemostasis and catecholamine metabolism

Тел./факс: +7 (495) 660-6004, e-mail: red@phdynasty.ru, www.phdynasty.ru

OVID-19 по-прежнему представляет собой медицин-

скую проблему во всем мире, несмотря на значитель-

ные достижения в понимании его патофизиологии.

Известно, что новая коронавирусная инфекция COVID-19

характеризуется в большинстве случаев выздоровлением,

однако у 10–20% людей, перенесших это заболевание,

сохра няются долгосрочные последствия [1]. По состоянию

на 2023 г. их количество составляет не менее 65 млн чело-

век во всем мире [2]. Впрочем, окончательная цифра паци-

ентов, страдающих от тех или иных проявлений постковид-

ного синдрома (ПКС), не известна.

ПКС внесен в Международную классификацию болезней

X пересмотра в октябре 2021 г. По определению Нацио-

нального института здоровья и улучшения медицинской

помо щи (NICE), в широком смысле ПКС – это симптомы,

продолжающиеся или развивающиеся после острой инфек-

ции COVID-19 и характеризующиеся вовлечением структуры

и функций множества органов [3].

NICE были впервые предложены следующие клинические

формы COVID-19:

• острый COVID-19: жалобы и симптомы заболевания

продолжительностью до 4 нед.;

• продолжающийся симптоматический COVID-19 – жалобы

и симптомы заболевания продолжительностью от 4 до 12 нед.;

• ПКС – жалобы и симптомы, которые развиваются

в пери од или после перенесенного COVID-19, продолжаются

>12 нед. и не объясняются альтернативным диагнозом, при-

чем симптомы способны меняться со временем, исчезать и

вновь возникать, затрагивая многие системы организма.

В рамках консенсуса Delphi под руководством Всемир ной

организации здравоохранения были разработаны и сформу-

лированы критерии по определению клинического случая

после COVID-19 [4]. Согласно этим критериям, под ПКС

у взрослых понимают те симптомы и нарушения в состоянии

здоровья, которые возникают у пациентов с вероятным или

подтвержденным инфицированием коронавирусом SARS-

CoV-2 даже через 3 мес. после начала заболевания COVID-19

и сохраняются не менее 2 мес., причем те или иные прояв-

ления ПКС могут изменяться, волнообразно рецидивиро-

вать с течением времени, а также не могут быть объяснены

альтернативным диагнозом.

Наиболее часто пациентов с ПКС беспокоят слабость,

утомляемость, одышка, кашель, когнитивные нарушения (сни-

жение памяти и концентрации внимания, «мозговой туман»

и пр.), отсутствие обоняния и вкуса, гастроинтестинальные

симптомы, депрессивные и тревожные состояния. ПКС может

негативно влиять на качество жизни пациента и его трудоспо-

собность. К сожалению, в медицинском сооб ществе до сих

пор нет объективных лабораторных маркеров и четких алго-

ритмов диагностики, позволяющих поставить этот диагноз.

Согласно имеющимся исследованиям, ПКС может наблю-

даться у пациентов, перенесших COVID-19, вне зависимости

от возраста и тяжести острой фазы заболевания. По совре-

менным данным, симптомы ПКС наиболее часто отмечаются

у пациентов в возрастной группе от 36 до 50 лет и среди лиц

с легким и среднетяжелым течением заболевания [2]. Также

с развитием ПКС у пациентов связывают наличие сопутству-

ющих хронических заболеваний (ожирение, метаболический

синдром, сахарный диабет, заболевания легких).

По опубликованным данным, на развитие ПКС оказывают

влияние циркулирующие геноварианты SARS-CoV-2. Так,

согласно литературным данным, ПКС чаще развивался

в случае инфицирования штаммами Ухань и Дельта, чем

после заражения штаммом Омикрон [5, 6].

cholamines, especially in excessive concentrations, cause dysregulation of physiologic cascades, which may be closely related

to unfavorable outcomes in COVID-19.

The objective of the work was to determine the diagnostic significance of hemostasis and catecholamine metabolism indices

in COVID-19 patients with and without post-COVID-19 syndrome, their correlation with the reported cognitive impairments.

Patients and methods. 90 patients – 14 males and 76 females – who underwent COVID-19 without consequences in the form

of post-COVID-19 syndrome (PCS) were examined, and the main group included patients with PCS. Patients underwent

laboratory examination: coagulogram, determination of P-selectin level and daily urine examination with determination of

catecholamines, catecholamine and serotonin metabolites (adrenaline, noradrenaline, dopamine, homovanillic acid,

vanillylmindalic acid, 5-hydroxyindoleacetic acid). The main group consisted of 60 patients with PCS (9 (15%) men, 51 (85%)

women, and the control group consisted of 30 patients without PCS (5 (16.7%) men, 25 (83.3%) women. Patients in the control

group more often carried COVID-19 asymptomatically or in a non-serious form without lung damage, while patients in the main

group with lung damage in 21.7% of cases.

Results. The duration of PCS ranged from 4 to 36 months at the time of examination, with a median of 24 months. Its

manifestation was maximal in 43.3%. Decreased quality of life associated with COVID-19 was noted by 53.3% of patients in the

main group. Complaints of cognitive impairment (CI) were the most frequent in the structure of PCS in 53 patients (88.3%).

The duration of CI was less than a year in 21.7%, one to two years – 15%, two and more years – 55%. Evaluation of CI severity

on a five-point scale: 1 point – 10%, 2 point – 20%, 3 point – 35%, 4 point – 18,3%, 5 point – 8,3%. The predominant CI patterns

were impaired concentration 78.3%, (24 [12; 35.5] months), memory 71.7%, (24 [10.5; 35.5] months), lethargy 53.3%, (12 [6;

24] months), brain fog 51.7%, (12 [7; 24] months).

In the main group, 30% of patients and 10% of patients in the control group (p = 0.034) had CI according to MoCA scale (less

than 26 scores). Patients in the main group with CI according to MoCA scale presented problems for 2 or more years in 55.6%

of cases, less than a year – 22.2%, from a year to 2 years – in 11.1%.

The presence of at least 1 symptom was noted by 88.3% of respondents. According to the results of laboratory methods, the

median level of adrenaline in daily urine was higher in the main group (p = 0.025). No statistically significant difference was

found in the study of hemostasis parameters between the two groups.

Key words: hemostasis, catecholamines, quality of life, post-coital syndrome, scales

For citation: Omarova Kh.G., Marzhokhova A.R., Muzyka A.D., Shapieva N.T., Provotorova M.P. Features of the course of postcovid syndrome, its effect

on quality of life and some indicators of hemostasis and catecholamine metabolism. Infekc. bolezni (Infectious Diseases). 2024; 22(2): 66–76. (In Russian).

DOI: 10.20953/1729-9225-2024-2-66-76

Х.Г.Омарова и др. / Инфекционные болезни, 2024, т. 22, №2, с. 66–76

Kh.G.Omarova et al. / Infectious Diseases, 2024, volume 22, No 2, p. 66–76

Тел./факс: +7 (495) 660-6004, e-mail: red@phdynasty.ru, www.phdynasty.ru

Последние наблюдения показали, что SARS-CoV-2 про-

являет широкую органотропность и может повреждать орга-

ны эндокринной системы у пациентов с COVID-19 [7]. Полу-

чены данные, свидетельствующие, что надпочечники у паци-

ентов с SARS-CoV-2 подвергаются структурным изменениям

в виде очагового некроза надпочечников и васкулита мел-

ких вен [8]. Кроме того, РНК SARS-CoV-2, обнаруженная

в гипоталамо-гипофизарной системе, указывает на возмож-

ность гипофизита как причины развития вторичной надпо-

чечниковой недостаточности [9]. Поражение надпочечников

было выявлено у 12 (42,9%) из 28 умерших больных с под-

твержденной инфекцией SARS-CoV-2. Были идентифициро-

ваны ишемический некроз, дегенерация липидов коры, кро-

воизлияние или неспецифический очаговый адреналит [10].

На данный момент патофизиологическая характеристика

и клиническая значимость воздействия SARS-CoV-2 на орга-

ны эндокринной системы, а также влияние связанной с ним

эндокринной дисфункции на прогноз больных, перенесших

COVID-19, изучены не полностью и недостаточно освещены

в литературе. Ключевую патогенетическую роль приписыва-

ют системной воспалительной реакции, вызванной SARS-

CoV-2, сопровождающейся иммунной дисрегуляцией и цито-

киновым штормом. Острая реакция на стресс была связана

с активацией гипоталамо-гипофизарно-надпочечниковой

оси, что доказывает корреляция между уровнями кортизола

в сыворотке и смертностью [11].

Катехоламины играют ключевую роль в регуляции сер-

дечно-сосудистой, метаболической и иммунной систем.

Чрезмерные эндогенные (или экзогенные) уровни могут при-

водить к диабетогенным состояниям, тяжелым сердечно-со-

судистым дисфункциям с тахиаритмиями или без них, гипер-

коагуляции (тромбоэмболии), легочным нарушениям (несо-

ответствие вентиляции/перфузии и обратной компенсатор-

ной гипоксической вазоконстрикции) и иммунной дисрегуля-

ции (цитокиновому шторму). Было высказано предположе-

ние, что катехоламины, особенно в избыточных концентра-

циях, вызывают нарушение регуляции физиологических ка-

скадов, что может быть тесно связано с неблагоприятными

исходами при COVID-19 [12]. В группе пациентов с COVID-19

и острым респираторным дистресс-синдромом от умеренной

до тяжелой степени заметное повышение уровня катехола-

минов в сыворотке крови (особенно норадреналина) корре-

лировало со степенью системного воспаления, выраженного

С-реактивным белком и интерлейкином-6 (IL-6) [13].

Однако роль катехоламинов в патофизиологии COVID-19

и ПКС до сих пор еще не изучена [14]. Катехоламины (дофа-

мин, норадреналин и адреналин) представляют собой моле-

кулы, состоящие из катехолового кольца, соединенного

с концевым амином этильной боковой цепью. Эти молекулы

синтезируются из тирозина, который превращается в про-

межуточный продукт L- диоксифенилаланин (L-ДОФА), кото-

рый превращается в дофамин. Дофамин является предше-

ственником норадреналина, который затем может быть

преобразован в адреналин [15]. Помимо своей роли в меж-

нейронной коммуникации, катехоламины, в частности нора-

дреналин и адреналин, уже давно связаны с рядом перифе-

рических функций, особенно с изменениями артериального

давления, сердечной активности и функции почек [16].

Кроме того, все большее число исследований показывает

важность катехоламинов в обеспечении сложной нейроим-

мунологической регуляции [17–19].

Изменения в путях связи между иммунной и нервной

систе мами могут быть причиной многих патологических

состо яний, которые первоначально приписывались строгой

органной дисфункции. Это относится, в частности, к психи-

ческим расстройствам и некоторым иммуноопосредован-

ным заболеваниям.

Но природа нейроиммунорегуляции оставалась загадоч-

ной до второй половины ХХ века, когда были проведены ис-

следования роли стресса в иммунной активации и восприим-

чивости к инфекциям [20, 21]. В 90-х годах прошлого века

было впервые раскрыто присутствие катехоламинов в иммун-

ных клетках [22, 23]. Вскоре эти молекулы стали ассоцииро-

ваться со стрессом и иммунной активацией [24]. Ока залось,

что катехоламины могут вырабатываться, высвобождаться,

поглощаться и/или связываться иммунными клетками.

За последние два десятилетия многочисленные исследо-

вания показали новую и удивительную роль катехоламинов

в функциональной регуляции иммунной системы. Эта слож-

ность иллюстрируется недавним исследованием на мыши-

ной модели колита, где системное высвобождение норадре-

налина из надпочечников усиливало воспаление толстой

кишки, в то время как его локальное высвобождение

из симпатических волокон в толстой кишке ослабляло

клинические симптомы и уменьшало количество иммунных

клеток. Это опосредовано не прямым воздействием на им-

мунные клетки, а подавлением норадреналином рецептора

MAdCAM-1 на местных эндотелиальных клетках, блокиру-

ющим транспорт иммунных клеток в толстую кишку [25].

Хроническое увеличение адреналина может активировать

β2-адренергические рецепторы (β2AR) на макрофагах, что

стимулирует выработку IL-6, увеличивает поток нейтрофи-

лов к ранам и замедляет заживление ран [26]. Активация

норадреналином β2AR также изменяла воспалительную

актив ность в лейкоцитах человека и мышах, при этом акти-

вация β2AR ослабляла выработку медиаторов воспаления

и активных форм кислорода и усиливала противовоспа-

лительный IL-10 [27].

Биосинтез катехоламинов осуществляется мозговым

веще ством надпочечников и имеет следующую последова-

тельность: тирозин преобразуется в ДОФА, затем в дофа-

мин, норадреналин и адреналин. Синтез также происходит

в окончаниях симпатических волокон.

Катехоламины наряду с другими гормонами вовлечены

в регуляцию широкого спектра физиологических процессов,

участвуют в процессах высшей нервной деятельности.

Метаболизм катехоламинов представляет собой сложную

цепочку биохимических превращений, в результате которой

образуются промежуточные и конечные продукты обмена.

Повышение уровня катехоламинов ассоциировано со сниже-

нием выработки серотонина и его метаболитов, что ведет

к уменьшению выделения эндотелиального оксида азота,

повышению образования свободных радикалов, уменьше-

нию активности антиоксидантной защиты и активации окси-

дативного стресса. В случае же недостаточности адаптив-

ных процессов антиоксидантной системы организма в усло-

Features of the course of postcovid syndrome, its effect on quality of life and some indicators of hemostasis and catecholamine metabolism

Тел./факс: +7 (495) 660-6004, e-mail: red@phdynasty.ru, www.phdynasty.ru

виях генерализованного воспаления, часто сопровождаю-

щего COVID-2019, возможно развитие и генерализованного

оксидативного стресса, что может вносить дополнительный

вклад в формирование ПКС. Гиперактивация ренин-ангио-

тензиновой системы имеет множество последствий, среди

которых ухудшение активности НАДФН-оксидазы, обостре-

ние окислительного стресса, воспалительной реакции микро-

глии и потеря дофаминергических нейронов. Каскад всех

этих процессов рассматривается в качестве патогенетиче-

ского механизма формирования симптомов ПКС [28, 29].

Учитывая очень короткую историю COVID-19, пока невоз-

можно сделать окончательные обоснованные выводы о по-

следствии перенесенного заболевания для эндокринной

систе мы, необходимы дальнейшие долгосрочные исследова-

ния для оценки воздействия COVID-19 на железы внутренней

секреции. Так как значительная доля жалоб пациентов при

ПКС приходится на слабость, головные боли, учащен-

ное сердцебиение, повышенную потливость, эмоциональные

нарушения, пониженное настроение, снижение памяти и

внимания, которые характерны для нарушений вегетативной

нервной системы, представлялось интересным провести

оценку вклада показателей обмена катехоламинов в разви-

тие ПКС и выявить наличие или отсутствие связи с измене-

ниями показателей гемостаза у пациентов в постковидном

периоде. Кроме того, депрессия и ПКС частично совпадают с

некоторыми нейропсихиатрическими симптомами, свое-

временная диагностика таких состояний позволит вовремя

направить пациентов к специалистам в области психиатрии

или психосоматики [30]. Учитывая, что имеется достаточно

данных о сохраняющихся жалобах на психоэмоциональные

нарушения, астению и длительном периоде восстановления

после выписки из стационара пациентов, перенесших COVID-

19 в тяжелой форме [31], проанализированы и обобщены

актуальные данные литературы об отсроченных послед-

ствиях перенесенной COVID-19 для сердечно-сосудистой си-

стемы [32, 33], нам было интересно изучить состояние ранее

столкнувшихся с SARS-CoV-2 бессимптомно или в легкой

форме и определить наличие ПКС у данной категории лиц и

его взаимосвязь с показателями гемостаза и катехоламинов.

Определение метаболитов катехоламинов в моче позво-

ляет проводить точную диагностику их недостаточности или

избыточного синтеза в организме пациента. Катехоламины,

такие как адреналин, норадреналин, дофамин и серотонин,

быстро разрушаются, и оценить их истинную концентрацию

не всегда представляется возможным. Исследование мета-

болитов катехоламинов, таких как гомованилиновая, вани-

лилминдалевая, 5-гидроксиндолуксусная кислоты, в моче

используется для диагностики различных заболеваний,

в т.ч. феохромоцитом, параганглиом, нейробластом, карци-

ноида желудочно-кишечного тракта и т.д.

Ванилилминдалевая кислота (VMA) является основным и

окончательным метаболитом катехоламинов и в основном

экскретируется с мочой.

Гомованилиновая кислота (HVA) – это основной оконча-

тельный метаболит дофамина.

5-гидроксииндолуксусная кислота (5-HIAA) – метаболит

серотонина. Определение 5-HIAA является более предпочти-

тельным тестом, чем непосредственное определение серо-

тонина, так как последний крайне неустойчив в окружающей

среде и быстро метаболизируется.

VMA является продуктом превращения адреналина и нор-

адреналина вследствие их окислительного дезаминиро-

вания и метилирования. HVA представляет собой продукт

оксиметилирования и окислительного дезаминирования

дофа мина.

Определение концентрации катехоламинов в моче –

адекватный метод диагностики состояния симпатико-адре-

наловой системы при условии нормального функционирова-

ния почек. Но в крови катехоламины быстро разрушаются,

и более информативным методом их определения являет-

ся исследование маркеров в суточной моче: адреналина,

норадреналина, дофамина и их метаболитов – VMA, HVA и

5-HIAA.

Цель: определить диагностическую значимость показате-

лей гемостаза и обмена катехоламинов у пациентов, пере-

несших COVID-19, с ПКС и без него, и их взаимосвязь с заре-

гистрированными когнитивными нарушениями.

Пациенты и методы

Были обследованы 90 пациентов, среди которых 14 муж-

чин и 76 женщин, перенесших COVID-19 различной степени

тяжести не ранее, чем за 12 недель до включения в исследо-

вание. После получения информированного согласия каж-

дый участник исследования прошел анкетирование, был

осмотрен врачом-исследователем и направлен на обследо-

вание. В группу контроля вошли пациенты, перенесшие

забо левание без последствий в виде ПКС, а в основную

группу – пациенты, связывавшие симптомы (продолжающи-

еся или возникшие) с перенесенным COVID-19. Пациенты

проходили лабораторное обследование, которое включало

коагулограмму, определение уровня Р-селектина и исследо-

вание суточной мочи с определением уровня следующих

катехоламинов, метаболитов катехоламинов и серотонина:

адреналин, норадреналин, дофамин, VMA, HVA и 5-HIAA.

Определение уровня катехоламинов в суточной моче прово-

дилось на анализаторе лекарственных веществ и их мета-

болитов на базе высокоэффективного жидкостного хро-

матографа Agilent 1200 (Agilent Techno logies Deutchland

GmbH, Германия). Исследования прово дились в соответ-

ствии с инструкцией к набору реагентов. Полученные ре-

зультаты лабораторного исследования сравнивали в соот-

ветствии с референсными значениями, указанными произ-

водителем в инструкции к анализаторам.

Основную группу составили 60 пациентов с ПКС (9 (15%)

мужчин, 51 (85%) женщина), группу контроля – 30 пациентов

без ПКС (5 (16,7%) мужчин, 25 (83,3%) женщин). Группы

были сопоставимы по полу, возрасту и другим характери-

стикам (табл. 1).

Несмотря на отсутствие значимых различий, индекс

массы тела и артериальное давление были несколько

выше у пациентов основной группы. Доля пациентов с со-

путствующей патологией, аллергическими заболеваниями

и наличием курения не имела достоверных различий.

Статистический анализ проводился с использованием

программы StatTech v. 4.1.2 (разработчик – ООО «Статтех»,

Х.Г.Омарова и др. / Инфекционные болезни, 2024, т. 22, №2, с. 66–76

Kh.G.Omarova et al. / Infectious Diseases, 2024, volume 22, No 2, p. 66–76

Тел./факс: +7 (495) 660-6004, e-mail: red@phdynasty.ru, www.phdynasty.ru

Россия). Количественные данные описывались с помощью

медианы (Me) и нижнего и верхнего квартилей (Q1–Q3).

Категориальные данные описывались с указанием абсолют-

ных значений и процентных долей. Сравнение двух незави-

симых групп по количественному показателю выполнялось

помощью U-критерия Манна–Уитни. Сравнение процент-

ных долей при анализе таблиц сопряженности выполнялось

с помощью критерия χ

Пирсона, точного критерия Фишера.

Различия считались статистически значимыми при p < 0,05.

Результаты исследования и их обсуждение

Пациенты группы контроля чаще переносили COVID-19

бессимптомно или в нетяжелой форме без поражения лег-

ких, в то время как пациенты основной группы – с поражени-

ем легких в 21,7% случаев (табл. 2).

На диаграмме представлены симптомы острого заболе-

вания COVID-19, которые наблюдались у пациентов сравни-

ваемых групп. Чаще в основной группе наблюдались утом-

ляемость, нарушение вкуса, одышка и гастроинтестиналь-

ные симптомы в остром периоде (рис. 1).

По результатам лабораторных методов исследования

(табл. 3) в основной группе был выше уровень адреналина

в суточной моче (p = 0,025).

При оценке результатов лабораторных исследований

в соответствии с референсными значениями изменения

уровня катехоламинов и в гемостазиограмме были выявле-

ны в большей степени у пациентов основной группы, чаще

в сторону повышения показателей (за исключением 5-HIAA).

В отношении 5-HIAA, которая является метаболитом серото-

нина, изменения регистрировались чаще у пациентов кон-

трольной группы. Сдвиги были разнонаправленными с тен-

денцией к понижению (рис. 2). Данная особенность требует

дальнейшего наблюдения за пациентами для интерпретации

выявленных изменений.

Таблица 1. Характеристика пациентов сравниваемых групп, Me [IQR]

Table 1. Characteristics of patients of the compared groups, Me [IQR]

Показатели / Indices Группа / Group p

Основная /

Main Контрольная / Control

Возраст, лет / Age, years old 45,00 [35,25; 54,00] 42,00 [33,25; 50,75] 0,375

Рост, см /

Height, cm 165,25 [164,00; 170,00] 167,00 [161,25; 170,00] 0,735

Вес, кг /

Weight, kg 73,50 [61,75; 80,50] 70,00 [58,50; 75,00] 0,174

ИМТ, кг/м

/ BMI, kg/m

26,22 [21,70; 29,16] 24,80 [20,73; 26,86] 0,077

Сила хвата доминирующей руки (максимум), кг /

Grip strength of dominant hand (maximum), kg

30,25 [27,00; 35,00] 30,25 [27,62; 34,00] 0,810

ЧСС, уд. в мин /

HR, bpm 75,00 [69,75; 80,50] 73,50 [70,25; 79,25] 0,690

АД сист., мм рт. ст. /

BP syst., mm. Hg. 121,50 [112,00; 129,00] 113,50 [105,75; 126,25] 0,057

АД диаст., мм рт. ст. /

BP diast, mm. Hg. 80,00 [75,00; 89,50] 77,50 [71,50; 82,00] 0,065

Таблица 2. Клиническая форма COVID-19

Table 2. Clinical form of COVID-19

Клиническая

форма COVID-19 /

Clinical Form

COVID-19

Группа / Group p

Основная /

Main

(n = 60)

Контрольная /

Control

(n = 30)

Без поражения легких /

Without lung affection

48 (80%) 25 (83,3%)

<0,001*

Бессимптомно /

Asymptomatic

0 (0,0) 5 (16,7%)

С поражением легких /

With lung affection

12 (20%) 0 (0,0)

* различия показателей статистически значимы (p < 0,05).

* differences are statistically significant (p < 0.05)

4,0

16,0

28,0

48,0

56,0

52,0

56,0

76,0

60,0

28,3

51,7

65,0

66,0

70,0

81,7

90,0

0102030405060708090 100

Утомляемость / Tiredness

Повышение температуры / Body temperature rise

Головная боль / Headache

Боль в мышцах / Muscle pain

Нарушение или потеря обоняния / Impaired or lost sense of smell

Кашель / Cough

Нарушение или потеря вкуса* / Taste disturbance or loss*

Гастроинтестинальные симптомы* / Gastrointestinal symptoms*

Утомляемость / Tiredness

Основная / Main Контрольная / Control

Рис. 1. Симптомы острого заболевания COVID-19.

Fig. 1. Symptoms of acute COVID-19 infection.

https://t.me/medicina_free

Features of the course of postcovid syndrome, its effect on quality of life and some indicators of hemostasis and catecholamine metabolism

Тел./факс: +7 (495) 660-6004, e-mail: red@phdynasty.ru, www.phdynasty.ru

3,3

18,3

13,3

11,7

16,7

5,0

3,3

5,0

6,7

5,0

10,0

1,71,7

3,33,3 3,3

16,7

1,7 1,7

6,7

5,0

3,3

10,0 10,0

3,3

16,7

13,3

Основная /

Main

Контрольная /

Control

Основная /

Main

Контрольная /

Control

Основная /

Main

Контрольная /

Control

Основная /

Main

Контрольная /

Control

Основная /

Main

Контрольная /

Control

Основная /

Main

Контрольная /

Control

Основная /

Main

Контрольная /

Control

Основная /

Main

Контрольная /

Control

Основная /

Main

Контрольная /

Control

Основная /

Main

Контрольная /

Control

Основная /

Main

Контрольная /

Control

Основная /

Main

Контрольная /

Control

Основная /

Main

Контрольная /

Control

Основная /

Main

Контрольная /

Control

Доля пациентов, % /

Proportion of patients, %

Доля пациентов, % /

Proportion of patients, %

Повышен / Increased Понижен / Decreased

Адреналин /

Epinephrine

Дофамин /

Dopamine

Норадреналин /

Norepinephrine

ГВК /

HVA

5-ГОИУК* /

5-НIАА*

ВМГ /

VMA

Фибриноген /

Fibrinogen

Международное

нормализованное

отношение /

International

normalized ratio

Протромбин

по Квику /

Quick PT

Антитромбин III /

Antithrombin III

АЧТВ Ratio /

APTT Ratio

АЧТВ, сек /

APTT, sec

Тромбиновое

время /

Thrombin time

D-димер /

D-dimer

Рис. 2. Результаты лабораторных исследований в соответствии с референсными значениями.

Fig. 2. Laboratory results according to reference values.

Таблица 3. Анализ лабораторных показателей, Me [IQR]

Table 3. Analysis of laboratory values, Me [IQR]

Показатели / Indices Группа / Group p

Основная /

Main (n = 60) Контрольная / Control (n = 30)

Фибриноген, г/л /

Fibrinogen, g/L 2,90 [2,60; 3,30] 2,80 [2,42; 3,10] 0,646

Международное нормализованное отношение /

International normalized ratio 0,99 [0,95; 1,04] 1,00 [0,96; 1,06] 0,569

Протромбин по Квику, % /

Quick Prothrombin, % 101,25 [95,00; 107,45] 101,60 [87,98; 106,30] 0,581

Антитромбин III, % /

Antithrombin III, % 99,50 [91,75; 111,00] 96,50 [91,50; 102,50] 0,389

Активированное частичное тромбопластиновое время (АЧТВ), сек /

Activated partial prothrombin time (APTT), sec

26,20 [25,25; 27,45] 26,30 [24,90; 27,53] 0,851

АЧТВ Ratio /

APTT Ratio 0,96 [0,92; 1,00] 0,94 [0,92; 1,00] 0,908

Тромбиновое время, сек /

Thrombin time, sec 17,30 [16,60; 18,10] 16,85 [16,35; 17,85] 0,312

D-димер, нг/мл /

D-dimer, ng/mL 202,00 [140,00; 327,00] 200,00 [140,00; 396,75] 0,815

Р-селектин, нг/мл /

P-selectin, ng/mL 111,25 [84,65; 133,67] 120,50 [90,65; 163,97] 0,336

Адреналин, мкг/сутки /

Adrenaline, mcg/day 9,25 [5,78; 13,55] 6,40 [3,90; 9,90] 0,026*

Норадреналин, мкг/сутки /

Norepinephrine, mcg/day 40,85 [31,78; 64,12] 42,25 [28,78; 65,55] 0,837

Дофамин, мкг/сутки /

Dopamine, mcg/day 247,75 [198,52; 327,42] 249,20 [222,55; 335,50] 0,710

Гомованилиновая кислота, мг/сутки /

Homovanilic acid, mg/day 3,08 [2,39; 4,21] 3,19 [2,12; 4,48] 0,901

Ванилилминдальная кислота, мг/сутки /

Vanillylmandelic acid, mg/day 3,09 [2,38; 3,90] 3,32 [2,07; 4,50] 0,881

5-гидроксииндолуксусная кислота, мг/сутки /

5-hydroxyindoleacetic acid, mg/day 2,94 [2,45; 4,34] 3,07 [2,04; 4,18] 0,439

Диурез, мл /

Diuresis, ml 1835,00 [1387,50; 2300,00] 1560,0 [1122,50; 2137,50] 0,234

Соотношение норадреналин/адреналин /

Norepinephrine/adrenaline ratio 4,78 [3,02; 9,95] 7,86 [4,79; 10,68] 0,092

* различия показателей статистически значимы (p < 0,05) /

* differences are statistically significant (p < 0.05).

https://t.me/medicina_free

Х.Г.Омарова и др. / Инфекционные болезни, 2024, т. 22, №2, с. 66–76

Kh.G.Omarova et al. / Infectious Diseases, 2024, volume 22, No 2, p. 66–76

Тел./факс: +7 (495) 660-6004, e-mail: red@phdynasty.ru, www.phdynasty.ru

Наиболее часто в структуре постковидных жалоб встреча-

лись когнитивные нарушения, которые оценивались по

Монреальской шкале: снижение показателя чаще наблюда-

лось у пациентов с ПКС (табл. 4, 5). Хотя бы один из

симпто-

мов (нарушение концентрации внимания, памяти, «мозговой

туман», заторможенность) отмечали 53 (88,3%) опрошенных.

Симптомы ПКС представлены на диаграмме (рис. 3).

Обострение хронических заболеваний после перенесен-

ной коронавирусной инфекции отмечали 29 (48,3%) пациен-

тов основной группы.

Продолжительность ПКС составила на момент обследо-

вания от 4 до 36 мес., Ме 24 мес. (Q1–Q3: 20,75–36,00).

Максимальный балл выраженности ПКС: 2 балла – 3 (5,0%),

3 балла – 17 (28,3%), 4 балла – 14 (23,3%), 5 баллов –

(43,3%) опрошенных.

Был оценен вклад в снижение качества жизни (КЖ) (уров-

ня здоровья) или работоспособности (РСП), связанное с пе-

ренесенным COVID-19. Существенное снижение КЖ отмеча-

ли 32 (53,3%) пациента основной группы, незначительное

снижение – 23 (38,3%) (рис. 4).

020406080

78,3

71,7

70,0

55,0

53,3

51,7

43,3

38,3

35,0

31,7

26,7

23,3

21,7

20,0

18,3

10,0

8,3

6,7

5,0

3,3

0,0

Сохраняется / Persisting

Прошло / Disappeared

Рвота / Vomiting

Ухудшение настроения / Deterioration of mood

Ухудшение зрения / Deterioration of vision

Одышка / Dyspnea

Вздутие живота, дискомфорт / Abdominal bloating, discomfort

Частые ОРИ / Frequent ARIs

Нарушение слуха / Hearing impairment

Нарушение сна / Sleep disturbance

Повышение АД / BP increase

Тошнота / Nausea

Температура / Fever

Диарея / Diarrhea

Сыпь / Rash

Изменение вкуса / Taste change

Головная боль / Headache

Нарушение обоняния / Smell disturbance

Головокружение / Dizziness

Боли / Pains

«Мозговой туман» / "Brain Fog"

Заторможенность / Retardation

Выпадения/изменения структуры волос / Hair loss/structure changes

Слабость/утомляемость / Weakness/tiredness

Нарушение памяти / Memory impairment

Нарушение концентрации внимания / Memory impairment

Сердцебиение/тахикардия и/или аритмия /

Heart palpitations/tachycardia and/or arrhythmias

Рис. 3. Симптомы ПКС.

Fig. 3. Symptoms of PCS.

Таблица 4. Результаты тестирования пациентов, Me [IQR]

Table 4. Patients' test results, Me [IQR]

Шкалы / Scales Группа / Group p

Основная /

Main

(n = 60)

Контрольная /

Control

(n = 30)

Монреальская шкала /

Montreal scale

27,00 [25,00; 29,00] 27,50 [26,00; 29,00] 0,294

Таблица 5. Оценка показателей анкетирования, абс. (%)

Table 5. Evaluation of questionnaire indicators, abs. (%)

Шкалы /

Scales

Категории /

Categories

Группа / Group p

Основная /

Main

Контрольная /

Control

Монреальская

шкала /

Montreal scale

Снижен / Decreased 18 (30,0) 3 (10,0) 0,034*

Норма / Normal 42 (70,0) 27 (90,0)

* различия показателей статистически значимы (p < 0,05).

* differences are statistically significant (p < 0.05).

https://t.me/medicina_free

Features of the course of postcovid syndrome, its effect on quality of life and some indicators of hemostasis and catecholamine metabolism

Тел./факс: +7 (495) 660-6004, e-mail: red@phdynasty.ru, www.phdynasty.ru

Пациенты группы контроля чаще переносили COVID-19

бессимптомно или в нетяжелой форме без поражения легких,

в то время как пациенты основной группы – с пораже

нием

легких в 21,7% случаев. Пациенты основной группы досто-

верно чаще, чем в контрольной, получали антибак

териальную,

противовирусную терапию и гормональные препараты.

Продолжительность ПКС составила на момент обследо-

вания от 4 до 36 мес., Ме 24 мес. (Q1–Q3: 20,75–36,00).

Выраженность его была максимальной у 43,3%, а обостре-

ние хронических заболеваний после перенесенной корона-

вирусной инфекции отмечали 48,3% пациентов основной

группы. Существенное снижение КЖ (уровня здоровья) или

РСП, связанное с перенесенным COVID-19, отмечали более

половины пациентов основной группы с ПКС (53,3%).

Самыми частыми и наиболее продолжительными жалоба-

ми были нарушения концентрации внимания и памяти. При

оценке по Монреальской шкале когнитивных нарушений

снижение показателя чаще регистрировали у пациентов

с ПКС, но эти изменения не были достоверными. Только

у 30% лиц с ПКС оценка по шкале MoCA составила <26 бал-

лов. Хотя бы один из симптомов (нарушение концентрации

внимания, памяти, «мозговой туман», заторможенность)

отме чали 53 (88,3%) участника основной группы с ПКС.

По результатам лабораторных методов исследования

основной группе медиана уровня адреналина в суточной

моче была значимо выше (p = 0,025).

Статистически достоверной разницы при исследовании

показателей гемостаза между двумя группами выявлено

не было, доля пациентов с отклонениями от референсных

показателей была сопоставимой.

Заключение

Согласно результатам 19 исследований, охватывающих

в общей сложности 11 324 пациента, утомляемость, когни-

тивная дисфункция (затуманенность сознания, проблемы

с памятью, расстройство внимания) и нарушения сна явля-

ются ключевыми особенностями ПКС. Психиатрические про-

явления (тревога и депрессия) распространены, и их распро-

страненность со временем значительно увеличивается [34].

Но объективная оценка этих симптомов не стандартизи-

рована [35].

Патофизиологические основы большинства психических

заболеваний ассоциируются с патологическим статусом

меди аторных систем головного мозга, которые обеспечивают

межклеточную передачу нервных импульсов и в значитель-

ной мере являются биологической основой интегративной

деятельности нервной системы. Саму передачу информации

между клетками в зонах химических синапсов осуществляют

биологически активные вещества, называемые нейромедиа-

торами. Особую роль в иерархии нейромедиаторных систем

занимают моноаминергические структуры. Катехоламиновые

(норадреналиновые) и индоламиновые (серотониновые) си-

стемы являются основными универсальными модулирующи-

ми и ингибирующими механизмами голов

ного мозга, осу-

ществляющими тотальный контроль информационных пото-

ков на всех уровнях центральных нервных процессов [36, 37].

В ряде работ было зафиксировано как снижение экскреции

катехоламинов при депрессиях, так и увеличение экскреции

катехоламинов при аффективных расстройствах [38].

Однако до сих пор не установлены достоверные причины

изменения содержания катехоламинов в плазме крови и

моче при депрессиях, мало известно о соотношении цен-

тральных и периферических пулов медиаторов и о состоя-

нии ферментных систем их метаболизма, не решены вопро-

сы относительно направленности изменений перифериче-

ского метаболизма моноаминов (повышение, понижение

или более сложный тип перестройки) при депрессивных

расстройствах и т.п. Не выявлены прогностические и диа-

гностические особенности метаболизма катехоламинов,

позво

ляющие не только предсказывать риск возникновения

и степень выраженности таких расстройств, но и подбирать

адекватные методы терапии.

В настоящее время не существует единого мнения отно-

сительно обозначения когнитивного синдрома после

COVID

-19. Время появления симптомов после острой инфек-

ции и продолжительность симптомов все еще обсуждаются.

Самая большая длительность ПКС в нашем исследовании

составила 36 мес. При этом подавляющее большинство

участников исследования были людьми молодого и средне-

го возраста без отягощенного коморбидного фона, которые

отмечали существенное снижение КЖ или РСП, связанное

с перенесенным COVID-19, в 53,3% случаев в основной груп-

пе. По результатам лабораторных методов исследования

этой же основной группе медиана уровня адреналина

в суточ ной моче была значимо выше (p = 0,025).

В данной работе оценка вклада показателей обмена кате-

холаминов у пациентов в постковидном периоде, определе-

ние взаимосвязи с показателями гемостаза и клиническим

статусом проводятся впервые. Поскольку ПКС характеризу-

ется разнообразным поражением, затрагивающим самые

различные органы и системы организма, очевидна потреб-

ность в активном поиске универсальных лабораторных мар-

керов для диагностики ПКС и внедрения их в алгоритмы

диагностики в системе практического здравоохранения.

Учитывая, что в настоящее время нет достоверных знаний

о причинах развития и патогенезе ПКС, необходимы даль-

нейшие клинические и экспериментальные исследования

в этом направлении для решения актуальной и важной зада-

чи по выбору адекватной тактики ведения таких пациентов.

32 (54%)

23 (38%)

5 (8%)

Да, ощущаю незначительное

снижение КЖ и/или РСП /

Yes, I feel a slight decrease

in QoL and/or PC

Да, ощущаю существенное

снижение КЖ и/или РСП /

Yes, I feel a significant decrease

in QoL and/or PC

Нет, не ощущаю /

No, I don't feel it

Рис. 4. Снижение качества жизни (уровня здоровья) или работо-

способности.

Fig. 4. Decrease in quality of life (level of health) or performance

capability.

https://t.me/medicina_free

Х.Г.Омарова и др. / Инфекционные болезни, 2024, т. 22, №2, с. 66–76

Kh.G.Omarova et al. / Infectious Diseases, 2024, volume 22, No 2, p. 66–76

Тел./факс: +7 (495) 660-6004, e-mail: red@phdynasty.ru, www.phdynasty.ru

Информация о финансировании

Работа выполнена в рамках внутреннего гранта ФБУН

ЦНИИ эпидемиологии Роспотребнадзора ВГ-НИР38-П-

Маржохова АР.

Financial support

The work was carried out within the framework of the internal

grant of FBUN Central Research Institute of Epidemiology

of Rospotrebnadzor VG-NIR38-P-Marzhokhova AR.

Конфликт интересов

Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.

Conflict of interests

The authors declare that there is no conflict of interest.

Информированное согласие

При проведении исследования было получено информи-

рованное согласие пациентов.

Informed consent

In carrying out the study, written informed consent was obtai

ned from all patients.

Литература

1. ВОЗ. Коронавирусная инфекция (COVID-19): постковидный синдром. Адрес:

https://www.who.int/ru/news-room/questions-and-answers/item/coronavirus-

disease-(covid-19)-post-covid-19-condition

2. Davis HE, McCorkell L, Vogel JM, Topol EJ. Long COVID: major findings, mecha-

nisms and recommendations. Nat Rev Microbiol. 2023 Mar;21(3):133-146. Erratum

in: Nat Rev Microbiol. 2023 Jun;21(6):408. DOI: 10.1038/s41579-022-00846-2

3. COVID-19 rapid guideline: managing the long-term effects of COVID-19. London:

National Institute for Health and Care Excellence (NICE); 2020 Dec 18.

4. Soriano JB, Murthy S, Marshall JC, Relan P, Diaz JV; WHO Clinical Case Definition

Working Group on Post-COVID-19 Condition. A clinical case definition of post-

COVID-19 condition by a Delphi consensus. Lancet Infect Dis. 2022 Apr;

22(4):e102-e107. DOI: 10.1016/S1473-3099(21)00703-9

5. Couzin-Frankel J. New Long Covid cases decline with Omicron. Science. 2023 Mar

24;379(6638):1174-1175. DOI: 10.1126/science.adh9054

6. Magnusson K, Kristoffersen DT, Dell'Isola A, Kiadaliri A, Turkiewicz A, Runhaar J,

et al. Post-covid medical complaints following infection with SARS-CoV-2

Omicron vs Delta variants. Nat Commun. 2022 Nov 30;13(1):7363. DOI: 10.1038/

s41467-022-35240-2

7. Magnusson K, Kristoffersen DT, Dell'Isola A, Kiadaliri A, Turkiewicz A, Runhaar J,

et al. Post-covid medical complaints following infection with SARS-CoV-2

Omicron vs Delta variants. Nat Commun. 2022 Nov 30;13(1):7363. DOI: 10.1038/

s41467-022-35240-2

8. Freire Santana M, Borba MGS, Ba

a-da-Silva DC, Val F, Alexandre MAA, Brito-

Sousa JD, et al. Case Report: Adrenal Pathology Findings in Severe COVID-19: An

Autopsy Study. Am J Trop Med Hyg. 2020 Oct;103(4):1604-1607. DOI: 10.4269/

ajtmh.20-0787

9. Annane D, Pastores SM, Rochwerg B, Arlt W, Balk RA, Beishuizen A, et al.

Guidelines for the Diagnosis and Management of Critical Illness-Related

Corticosteroid Insufficiency (CIRCI) in Critically Ill Patients (Part I): Society of

Critical Care Medicine (SCCM) and European Society of Intensive Care Medicine

(ESICM) 2017. Crit Care Med. 2017 Dec;45(12):2078-2088. DOI: 10.1097/

CCM.0000000000002737

10. Sharrack N, Baxter CT, Paddock M, Uchegbu E. Adrenal haemorrhage as a com-

plication of COVID-19 infection. BMJ Case Rep. 2020 Nov 30;13(11):e239643.

DOI: 10.1136/bcr-2020-239643

11. Tan T, Khoo B, Mills EG, Phylactou M, Patel B, Eng PC, et al. Association between

high serum total cortisol concentrations and mortality from COVID-19. Lancet

Diabetes Endocrinol. 2020 Aug;8(8):659-660. DOI: 10.1016/S2213-8587

(20)30216-3

12. Zhou F, Yu T, Du R, Fan G, Liu Y, Liu Z, et al. Clinical course and risk factors for

mortality of adult inpatients with COVID-19 in Wuhan, China: a retrospective

cohort study. Lancet. 2020 Mar 28;395(10229):1054-1062. Erratum in: Lancet.

2020 Mar 28;395(10229):1038. DOI: 10.1016/S0140-6736(20)30566-3

13. Dammassa V, Voltini M, Colombo CNJ, Siano GM, Lo Coco C, Rizzo V, et al.

Endogenous Catecholamine Release in COVID-19 Related Acute Respiratory

Distress Syndrome: Link between Enhanced Sympathetic Stimulation, Cardiac

Dysfunction and Outcome. J Clin Med. 2023 Feb 16;12(4):1557. DOI: 10.3390/

jcm12041557

14. Gubbi S, Nazari MA, Taieb D, Klubo-Gwiezdzinska J, Pacak K. Catecholamine

physiology and its implications in patients with COVID-19. Lancet Diabetes

Endocrinol. 2020 Dec;8(12):978-986. DOI: 10.1016/S2213-8587(20)30342-9

15. Nolan R, Gaskill PJ. The role of catecholamines in HIV neuropathogenesis. Brain

Res. 2019 Jan 1;1702:54-73. DOI: 10.1016/j.brainres.2018.04.030

16. Tank AW, Lee Wong D. Peripheral and central effects of circulating catecholamines.

Compr Physiol. 2015 Jan;5(1):1-15. DOI: 10.1002/cphy.c140007

17. Dantzer R. Neuroimmune Interactions: From the Brain to the Immune System and

Vice Versa. Physiol Rev. 2018 Jan 1;98(1):477-504. DOI: 10.1152/physrev.

00039.2016

18. Flierl MA, Rittirsch D, Huber-Lang M, Sarma JV, Ward PA. Catecholamines-crafty

weapons in the inflammatory arsenal of immune/inflammatory cells or opening

pandora's box? Mol Med. 2008 Mar-Apr;14(3-4):195-204. DOI: 10.2119/2007-

00105.Flierl

19. Омарова ХГ. Клинико-патогенетическое значение нарушений обмена катехо-

ламинов и пути их коррекции у больных острым вирусным гепатитом В.

Дисс. ... канд. мед. наук. М., 2004.

20. Jensen MM, Rasmussen AF. Stress and susceptibility to viral infection. I.

Response of adrenals, liver, thymus, spleen and peripheral leukocyte counts

to sound stress. J Immunol. 1963 Jan;90:17-20.

21. Solomon GF. Stress and antibody response in rats. Int Arch Allergy Appl Immunol.

1969;35(1):97-104. DOI: 10.1159/000230163

22. Bergquist J, Tarkowski A, Ekman R, Ewing A. Discovery of endogenous

catecholamines in lymphocytes and evidence for catecholamine regulation of

lymphocyte function via an autocrine loop. Proc Natl Acad Sci U S A. 1994 Dec

20;91(26):12912-6. DOI: 10.1073/pnas.91.26.12912

23. Marino F, Cosentino M, Bombelli R, Ferrari M, Lecchini S, Frigo G. Endogenous

catecholamine synthesis, metabolism storage, and uptake in human peripheral

blood mononuclear cells. Exp Hematol. 1999 Mar;27(3):489-95. DOI: 10.1016/

s0301-472x(98)00057-5

24. Borovikova LV, Ivanova S, Zhang M, Yang H, Botchkina GI, Watkins LR, et al.

Vagus nerve stimulation attenuates the systemic inflammatory response to

endotoxin. Nature. 2000 May 25;405(6785):458-62. DOI: 10.1038/35013070

25. Schiller M, Azulay-Debby H, Boshnak N, Elyahu Y, Korin B, Ben-Shaanan TL, et al.

Optogenetic activation of local colonic sympathetic innervations attenuates colitis

by limiting immune cell extravasation. Immunity. 2021 May 11;54(5):1022-1036.

e8. DOI: 10.1016/j.immuni.2021.04.007

26. Kim MH, Gorouhi F, Ramirez S, Granick JL, Byrne BA, Soulika AM, et al.

Catecholamine stress alters neutrophil trafficking and impairs wound healing by

2-adrenergic receptor-mediated upregulation of IL-6. J Invest Dermatol. 2014

Mar;134(3):809-817. DOI: 10.1038/jid.2013.415

27. Stolk RF, van der Pasch E, Naumann F, Schouwstra J, Bressers S, van Herwaar-

den AE, et al. Norepinephrine Dysregulates the Immune Response and

Compromises Host Defense during Sepsis. Am J Respir Crit Care Med. 2020

Sep 15;202(6):830-842. DOI: 10.1164/rccm.202002-0339OC

https://t.me/medicina_free

Features of the course of postcovid syndrome, its effect on quality of life and some indicators of hemostasis and catecholamine metabolism

Тел./факс: +7 (495) 660-6004, e-mail: red@phdynasty.ru, www.phdynasty.ru

28. Nakaoka H, Mogi M, Kan-No H, Tsukuda K, Ohshima K, Wang XL, et al. Angio-

tensin II type 2 receptor signaling affects dopamine levels in the brain and

prevents binge eating disorder. J Renin Angiotensin Aldosterone Syst. 2015 Dec;

16(4):749-57. DOI: 10.1177/1470320315573680

29. Labandeira-Garcia JL, Rodriguez-Pallares J, Villar-Cheda B, Rodr

guez-Perez AI,

Garrido-Gil P, Guerra MJ. Aging, Angiotensin system and dopaminergic dege-

neration in the substantia nigra. Aging Dis. 2011 Jun;2(3):257-74.

30. Kersten J, Baumhardt M, Hartveg P, Hoyo L, H

ll E, Imhof A, et al. Long COVID:

Distinction between Organ Damage and Deconditioning. J Clin Med. 2021 Aug 24;

10(17):3782. DOI: 10.3390/jcm10173782

31. Маржохова АР, Хараева ЗФ, Маржохова МЮ, Шомахова ЗА, Шорова ДХ,

Саракаева ДИ. Характеристика психосоматического состояния и лаборатор-

ные показатели у пациентов в постковидном периоде. Инфекционные болез-

ни. 2022;20(4):34-40.

32. Городин ВН, Мойсова ДЛ, Чупров ИИ. Система гемостаза в постковидном

периоде. Инфекционные болезни. 2023;21(2):57-63.

33. Городин ВН, Быстров АО, Мойсова ДЛ, Канорский СГ, Панченко ДИ.

Состояние сердечно-сосудистой системы в постковидном периоде. Инфек-

ционные болезни. 2022;20(2):75-84.

34.

Premraj L, Kannapadi NV, Briggs J, Seal SM, Battaglini D, Fanning J, et al. Mid and

long-term neurological and neuropsychiatric manifestations of post-COVID-19

syndrome: A meta-analysis. J Neurol Sci. 2022 Mar 15;434:120162. DOI: 10.1016/

j.jns.2022.120162

35. Nicotra A, Masserini F, Calcaterra F, Di Vito C, Doneddu PE, Pomati S, et al. What

do we mean by long COVID? A scoping review of the cognitive sequelae of SARS-

CoV-2 infection. Eur J Neurol. 2023 Dec;30(12):3968-3978. DOI: 10.1111/ene.16027

36. Дмитриева ТБ, Дроздов ФЗ, Коган БМ. Клиническая нейрохимия в психиа-

трии. 1998.

37. Eisenhofer G, Kopin IJ, Goldstein DS. Catecholamine metabolism: a contemporary

view with implications for physiology and medicine. Pharmacol Rev. 2004 Sep;

56(3):331-49. DOI: 10.1124/pr.56.3.1

38. Коган БМ, Дроздов АЗ. Патогенетические механизмы развития депрессивных

расстройств. Системная психология и социология. 2013;7(1):46-50.

References

1. VOZ. Koronavirusnaya infektsiya (COVID-19): postkovidnyi sindrom. Adres:

https://www.who.int/ru/news-room/questions-and-answers/item/coronavirus-

disease-(covid-19)-post-covid-19-condition (In Russian).