билет 12

12. «Хазарский словарь» М.Павича: структура книги и композиция романа, реализация представления о тексте в литературе постмодернизма. «Хазарский словарь» как научная проблема в пространстве произведения, реализация идеи поиска «хазарского» смысла как подлинного. Система персонажей, ее проявление в главных исторических временных пластах романа. Значение заключительных частей романа.

структура книги и композиция романа, реализация представления о тексте в литературе постмодернизма:

«Хазарский словарь» Милорада Павича (1984) – это роман-лексикон, построенный по принципу словаря или энциклопедии.

Структура книги:

Роман состоит из трех книг, каждая из которых имеет свой цвет и посвящена определенному религиозному источнику:

Красная книга – христианские источники о хазарском вопросе.

Зеленая книга – исламские источники.

Желтая книга – иудейские источники.

В каждой книге собраны сведения о хазарах, их истории, преданиях и традициях, но с разными подробностями и трактовками. Например, в христианской интерпретации каган предпочитает христианство, в иудейской – иудаизм, а в исламской – ислам.

Статьи в романе расположены в алфавитном порядке. Они делятся на общие и статьи-портреты. Некоторые статьи представлены во всех трех разделах – это сквозные темы и персонажи романа.

Композиция:

Нелинейность. Роман можно читать в произвольном порядке – подряд, от конца к началу, по диагонали или вразброс. При этом текст настолько продуман, что даже при таком подходе можно собрать воедино общую картину, образы персонажей и сюжет.

Гипертекст и система отсылок. В романе разработана развитая система отсылок между частями и статьями.

Три хронологических пласта в развитии событий: конец 9 века – хазарская полемика (дискуссия о выборе религии среди хазар); 17 век – история кира Аврама Бранковича; конец 20 века – события царьградской конференции о хазарах в 1982 году.

Триада в образной системе. Герои романа образуют тройки, соответствующие трем культурам – христианской, мусульманской и еврейской. Например, участники хазарской полемики – Кирилл, Фараби ибн Кора и Исаак Сангари; хронисты – Мефодий Солунский, Спаньярд аль-Бекри и Иегуда Халеви; современные исследователи хазар – Исайло Сук, Абу Кабир Муавия и Дорота Шульц.

Особенности стиля и подхода автора:

Павич использует приемы постмодернистской литературы, включая нелинейность, фрагментарность и множественность интерпретаций. При этом он педантичен в изложении достоверных событий – приводит точные даты, цитаты из различных письменных источников, но выражает свое видение истории, приглушая очевидное и подсвечивая малоизвестное.

В предисловии автор ссылается на «Хазарский словарь» 1691 года польского книжника Иоанна Даубмануса и пытается сохранить его структуру.

научная проблема в пространстве произведения, реализация идеи поиска хазарского смысла как подлинного:

научная проблематика произведения:

проблема объективности истории и множественности версий. Павич строит роман как три взаимосвязанных книги, каждая из которых представляет собой сборник источников, связанных с одной из трех религий – христианством, исламом и иудаизмом. Это ставит под сомнение объективность исторических источников и подчеркивает многовариантность истории.

Роль сна и онейрического текста. Сны персонажей играют важнейшую сюжетную функцию, влияют на действия героев, направляют сюжет. Павич уподобляет литературное творчество сновидению, которое позволяет человеку осуществить прорыв в сферу трансцендентного.

Проблема истины и ее познаваемости. В исследованиях отмечается, что Павич исходил из идеи непознаваемости истины и предлагал эмпирический подход к ее пониманию через анализ текста.

Философские аспекты. В произведении затрагиваются вопросы единства мира, восстановления утраченного единства через духовные усилия, природы реальности и смысла творчества. Например, идея о том, что человечество имеет дело с одной «Книгой», единым знанием, единым миром, единство которых было утрачено, но восстанавливается в ходе духовных усилий.

Проблема реконструкции прошлого. Павич создает новую мифологию, переплетая фантазию, реальные и вымышленные народные и религиозные предания, идеи каббалы. При этом большинство персонажей и событий в книге вымышлены, а приписываемая хазарам культура мало соответствует археологическим свидетельствам.

Реализация идеи поиска хазарского смысла как подлинного:

Павич не дает однозначного ответа на вопрос о том, кто победил в хазарской полемике, поскольку в каждой книге словаря отстаивается победа одной из трех религий. Однако через сопоставление разных источников и форм изложения читатель может найти «крупинки истины».

Идея поиска хазарского смысла как подлинного связана с попыткой воссоздать не историю самого народа, а его сакральный текст, «икону» ангельского первочеловека Адама, сакральный текст-экфрасис. Создание «Хазарского словаря» в трех версиях – это попытка постичь глубинные смыслы утерянной хазарской культуры, ее мифологию и философию.

При этом Павич подчеркивает, что история не является чем-то застывшим и неизменным, а одно и то е событие может изображаться по-разному в зависимости от трактовки. Он предлагает читателю стать активным соучастником процесса, самостоятельно собирая мозаику истории из разрозненных фрагментов.

Система персонажей, ее проявление в главных исторических временных пластах романа:

Система персонажей:

Персонажи в романе не просто индивидуумы, а элементы сложной знаковой системы, которые помогают раскрыть структуру произведения и его философские концепции. Они могут быть историческими личностями, этносами, вещами или концептами.

Тройственность и триадность. Герои часто образуют группы, соответствующие трем культурам – христианской, мусульманской и еврейской. Например, среди участников хазарской полемики — Кирилл, Фараби ибн Кора и Исаак Сангари; среди хронистов — Мефодий Солунский, Спаньярд аль-Бекри и Иегуда Халеви; среди «ловцов сновидений» — Аврам Бранкович, Юсуф Масуди и Самуэль Коэн; среди демонов — Никон Севаст, Ябир ибн Акшани и Ефросиния Лукаревич.

Двойничество и зеркальность.  В романе активно используются образы двойников и отражений. Например, Ябир ибн Акшани (XVII век) «выныривает» из воды в образе бельгийца Ван дер Спака (1982 год), а Ефросиния Лукаревич оборачивается принцессой Атех.

Надличностный уровень. Павич выходит за рамки традиционного изображения личности, где герой — это «фигура на шахматной доске», следующая своему предназначению. Персонажи у него — это «нити», вплетённые в единую ткань бытия, они становятся чувственным воплощением абстрактных понятий.

Проявление системы персонажей в исторических временных пластах:

7-11 века - период хазарской полемики, когда хазарский каган после вещего сна приглашает для толкования трёх философов из разных стран — исламского, еврейского и христианского миссионеров. В этом пласте представлены, например, хазарская принцесса Атех, Мокадаса аль-Сафер (толкователь подсознательного), каган — правитель хазар, который собирает из уцелевших частей тела второго кагана и отправляет его к принцессе Атех. 

17 век - время, связанное с деятельностью Аврама Бранковича, который становится одним из «авторов» «Хазарского словаря». 

Конец 20 века - период, связанный с современными исследователями хазарского вопроса (например, докторами Исайло Суком, Абу Кабиром Муавией, Доротой Шульц). 

Хазарская полемика становится ключевой точкой пересечения трёх конфессий (христианства, ислама, иудаизма) и позволяет показать разных участников события. При этом каждая из трёх книг романа (красная — христианские источники, зелёная — исламские, жёлтая — еврейские) содержит свои версии трактовки хазарского вопроса, которые иногда противоречат друг другу.

Значение заключительных частей романа:

Основные аспекты заключительных частей:

Эпилог и финальные эпизоды. В финале романа упоминается эпизод 1982 года, связанный с царьградской конференцией о хазарах. В нём участвуют арабский учёный доктор Абу Кариб Муавия, славистка Дорота Шульц, бельгийское семейство Ван дер Спак (их четырёхлетний сын Мануил с двумя большими пальцами на каждой руке убивает Муавию) и официантка из отеля Вирджиния Атех, выступившая свидетелем убийства. Этот эпизод воспроизведён в двойственном освещении — в письмах Дороты Шульц и в «Выписке из судебного протокола с показаниями свидетелей по делу об убийстве доктора Абу Кариба Муавии» (Appendix II). Это акцентирует полуреальность «хазарской истории» и подчёркивает сложность и многогранность восприятия прошлого.

Идея многовариантности истории. Роман построен как три книги (Красная, Зелёная и Жёлтая), каждая из которых представляет собой взгляд на хазарский вопрос с точки зрения христианской, исламской и иудейской традиций соответственно. В каждой из них отстаивается своя версия событий, и остаётся неясным, кто победил в споре. Это подчёркивает идею о том, что история не имеет единой объективной истины, а многовариантность трактовок — ключевая характеристика человеческого опыта. 

Метафора «четвертой книги». В некоторых интерпретациях романа Павич предполагает, что общей задачей писателя и читателя является создание «четвёртой книги» — такой, какую могли бы оставить после себя сами хазары. Это отражает идею о том, что прошлое не является застывшим и неизменным, а его интерпретация зависит от множества факторов и точек зрения. 

Философские размышления о сне и реальности. Сны в романе играют важную роль, они влияют на ход сюжета, направляют действия героев и предсказывают грядущие события. Сон, с которого начинается хазарская полемика, — метафора откровения, способного перевернуть историю целого народа. Заключительные части могут намекать на идею о том, что реальность может быть переплетением снов, а прошлое и настоящее связаны между собой.