билет 8

8. Дж. Фаулз как первооткрыватель постмодернистской поэтики. Проблематика и поэтика романа Дж. Фаулза «Коллекционер»: проблема массового и элитарного искусства, противопоставление коллекционера и художника в романе. Постмодернистская интертекстуальность в романе.

Джон Фаулз (1926–2007) – младший современник Голдинга и Мердок – вошёл в литературу в 60-е годы. Современная английская критика оценивает его как «самый интересный и важный талант послевоенного периода».

Высказывал мысль о том, что основой творчества должна стать четкая философская и эстетическая позиция. Им написаны романы, повести, рассказы, эссе, но все эти произведения объединены ведущей для его творчества проблемой: обретение самосознания как необходимого условия для достижения человеком свободы; преодоление в себе косного, архаичного, темного и приобщение к жизни, ее красоте и любви.

Фаулз пишет в притчевой манере, но его притча отличается своими неповторимыми особенностями. Идеи рождаются из гущи реальности, поэтому они находятся не вне жизни, а, напротив, являются органической частью ее.

Первый роман «Коллекционер» (1963), за ним последовали «Маг» («Волхв» (1965), «Женщина французского лейтенанта» (1969). В 70-е годы были опубликованы «Башня из черного дерева» (1974) и «Даниэл Мартин» (1977), в 80-е годы – «Мантисса» (1983) и «Мэггот» (1985), в 90-е годы выходит роман «Червь».

Тема борьбы жизни и смерти, красоты и утилитаризма, разума и неразумия неизменно присутствует в большинстве книг писателя.

«Коллекционер»:

Особенности проблематики романа определили и специфику его повествования: первая часть написана от лица героя, вторая – от лица девушки, в форме ее дневника.

Проблематика:

Роман Джона Фаулза «Коллекционер» строится не только как история похищения, но прежде всего как философско-психологическое исследование власти, свободы и духовной несвободы. Центральной проблемой произведения становится противостояние духовности и бездуховности, внутренней культуры и нравственной пустоты. Фредерик Клегг не просто похититель: он человек, который стремится «обладать» другим существом, заменяя живое чувство холодным механизмом присвоения.

Особенно важно, что Фаулз показывает двойную несвободу: Миранда физически заключена в подвале, а Клегг духовно пленён своей одержимостью, фантазиями и «другой реальностью». Отсюда вырастает проблема отчуждения личности и невозможности подлинного общения между людьми. Роман также затрагивает конфликт между «Немногими» и «Массой», то есть между высокоразвитой индивидуальностью и серым, усреднённым существованием.

Поэтика:

Поэтика «Коллекционера» основана на напряжённой психологической композиции и на приёме двуголосого повествования. Первая часть подана через взгляд Клегга, вторая — через дневник Миранды, и это создаёт эффект сопоставления двух мировоззрений. Благодаря такому построению читатель видит не только события, но и то, как по-разному переживают их герои.

Важную роль играет символика вещей и замкнутого пространства. Подвал, коллекция бабочек, предметный мир Клегга становятся знаками омертвения жизни, контроля и подавления. Бабочки в этом контексте символизируют не красоту, а насильственно остановленное движение, превращение живого в экспонат. Всё это сближает роман с притчей и философским романом, где внешний сюжет служит выражением нравственной идеи.

Художественный смысл:

Художественный эффект романа создаётся через постоянные антитезы: свобода и плен, культура и невежество, жизнь и омертвение, искусство и обладание. Миранда связана с искусством, воображением, духовным поиском, тогда как Клегг — с фиксированностью, холодностью и неспособностью к внутреннему развитию. Но Фаулз не делает роман простой схемой «добро против зла»: он показывает, что зло часто рождается из пустоты, неосознанности и внутренней ущербности.

Именно поэтому «Коллекционер» воспринимается как психологический, социальный и философский роман одновременно. Его поэтика соединяет триллер, исповедальность, символизм и интеллектуальную прозу. В результате получается не просто история преступления, а исследование того, как человек превращает другого в вещь и тем самым разрушает и жертву, и самого себя.

Проблема массового и элитарного искусства:

Элитарное начало:

Миранда в романе представлена как человек, связанный с искусством, интеллектуальной рефлексией и культурной традицией. Для неё искусство — не украшение жизни, а способ понимать себя и мир, поэтому её дневниковые записи насыщены размышлениями о живописи, литературе, красоте и нравственном выборе. В этом смысле элитарное искусство у Фаулза выступает как форма духовной свободы и сопротивления обезличиванию.

Массовое начало:

Клегг, напротив, воплощает мир массового сознания, где главное — обладание, внешняя форма и поверхностное восприятие. Он коллекционирует бабочек не как эстетический объект, а как вещь, которую можно изъять из живого контекста и поместить в мёртвую систему хранения. Это делает его «коллекционирование» метафорой потребительского отношения к искусству и жизни: он не созидает, а присваивает.

Конфликт в романе:

Фаулз не сводит конфликт только к социальной разнице между образованной Мирандой и неотёсанным Клеггом; речь идёт о более глубоком столкновении культуры и бездуховности. Элитарное искусство в романе связано с открытостью к смыслу, диалогу и внутреннему движению, а массовое — с пассивным потреблением и желанием подменить живое его имитацией. Поэтому подвал Клегга можно читать как пространство псевдокультуры: там всё собрано, классифицировано и обездвижено, но ничего не живёт.

Противопоставление коллекционера и художника в романе:

В романе Джона Фаулза «Коллекционер» понятия «коллекционер» и «художник» раскрываются как антитезы духовного и материального, через образы Клегга и Миранды, символизирующие конфликт «немо» и «аристоса».

Клегг как коллекционер:

Клегг — коллекционер бабочек, фиксирующий красоту в застывшей, мёртвой форме: он ловит, убивает в морилке и насаживает на булавки, стремясь обладать без взаимности. Это метафора его психики — пассивное потребление, контроль над объектом (Миранда как «новая бабочка»), отказ от живого диалога; его фотоаппарат усиливает идею «заморозки» момента ради вечного владения.

Миранда как художник:

Миранда воплощает художника-созидателя: она рисует, черпает из искусства (влияние Ч.В., Юнга), видит мир как поток жизни и духа (бабочка — психея, душа). Её творчество — акт свободы, поиска аутентичности, где красота одухотворена и эфемерна, в противовес коллекционированию; даже в плену она творит внутренний мир, бунтуя против объективации.

Противопоставление:

Фаулз через эти образы деконструирует потребительское «я»: коллекционер разрушает, художник возрождает; Клегг не понимает Миранду, навязывая свою «любовь» как коллекцию, что приводит к трагедии.

Постмодернистская интертекстуальность в романе:

Исследователи связывают роман с «Бурей» Шекспира: совпадение имён Миранды и Калибана явно выводит текст в пространство шекспировского интертекста. У Шекспира Миранда — символ чистоты, а Калибан — грубой природной силы; у Фаулза это соотношение радикально меняется, потому что носитель «цивилизованной» культуры становится жертвой, а «Калибанический» мир Клегга воплощает жестокость и бездуховность. Тем самым Фаулз не повторяет классику, а спорит с ней, показывая, что современная реальность разрушает гармоническую модель мира.

Имя Миранды в романе работает как сильный смысловой знак: оно сразу вызывает ассоциации с шекспировской героиней, но дальше читатель видит трагическое переворачивание исходного сюжета. Вместо счастливого финала — плен, вместо примирения — насилие, вместо освобождения — уничтожение личности. Клегг, в свою очередь, не является прямым аналогом Калибана, но интертекстуально соотносится с фигурой «дикого» и несвободного человека, который не способен к духовной рефлексии.

Интертекстуальность поддерживается и на уровне названия: слово «Коллекционер» заранее настраивает на тему присвоения, хранения, превращения живого в вещь. Заглавие работает как паратекст, который подсказывает читателю, что речь пойдёт не только о бабочках, но и о человеке, сведённом к объекту коллекции. В этом смысле весь роман строится как игра с ожиданиями читателя и с культурной памятью о классических сюжетах.

Фаулз использует интертекстуальные связи, чтобы показать историческое изменение человеческого сознания: в XX веке зло уже не выглядит внешней силой, оно становится повседневным, банальным и почти обыденным. Шекспировские ассоциации усиливают трагизм романа, потому что на фоне высокой культурной памяти особенно резко видна деградация отношений между людьми. Поэтому интертекстуальность в «Коллекционере» — это не украшение, а способ поставить вопрос о гибели гуманистической культуры.